Под шорох листьев

***

После тяжелого дня работы Юань понял, что силы покидают его слишком стремительно. Хотя им всего лишь доверили перетаскать воду, что само по себе расценивалось как лёгкая работа, но его детское тело не справлялось с такой нагрузкой. Ци-ге старался помочь ему как мог. Но Юань всё равно устал как собака. И только под конец дня, полностью вымотанный, лежа на соломенной подстилке, он вспомнил о своём необдуманном плане побега. «Твою ж, я совсем забыл о том, что хотел выведать больше информации о пропавших детях! Так, без паники, сейчас что-нибудь придумаю…» Юань стал лихорадочно вспоминать и объединять все те обрывки информации, которые он успел услышать от других детей. В голове сразу возник образ тяжело вздыхающей служанки. «Она скорее всего что-то знала! И почему я не додумался спросить её?!» Юаню почему-то, от собственной беспечности, резко захотелось ударить себя по лицу чем-то тяжёлым, но он воздержался, поскольку помимо него в комнатке находились и другие дети, которые, в отличии от него, после целого дня изматывающего труда хотели просто поспать. «Так, ладно, в конце концов мы тут втроём недавно, и она бы всё равно ничего нам не ответила. Хорошо, теперь думаем дальше…» Для Юаня сейчас главным приоритетом являлось их вызволение из этого места. Он до сих пор помнил каким тогда хищным взглядом на него смотрел молодой господин Цю. И от этих воспоминаний по его спине невольно пробежали мурашки. Почему-то тогда Юаню показалось, что он хочет сожрать их втроём живьём, вместе с костями. Да и сам этот человек показался Юаню каким-то странным. Говорил об этом в нём его разум или же его инстинкты, но это было не важно. Главное, что они оба во всю глотку кричали Юаню никогда не подходить к этому человеку и на пушечный выстрел. И он был полностью с ними согласен. Слава всему всевышнему он пока не пересекался с этой страшной личностью. Сейчас Юаню необходимо подумать не о до жути пугающем господине Цю, а о возможной бреши, которая станет для них всех спасением. И возможно билетом в лучшую жизнь. Хотя, подождите… «У господина в его кабинете, наверное есть какие-нибудь документы или бумаги, в которых ведётся учёт слуг и рабов? Вдруг, в этих бумажках есть, какая-нибудь важная информация по поводу пропавших детей!» Тут же, почти едва горящий огонёк надежды, вспыхнул в его душе с новой силой. Правда, мысль о том, что ему придётся залезть в кабинет этого человека без его ведома, а ещё и нужно будет шариться в его вещах, откровенно говоря пугала. Была даже возможность того, что найдя там документы в них не будет ничего полезного или же их вообще не существует. А если его кто-нибудь из охранников застукает на месте преступления? Это же верная смерть. Но ради брата и Ци-ге… он готов на многое. И на такие безрассудные поступки в том числе. Поэтому уже и сам того не замечая, Юань начал обдумывать, как ему незаметно пробраться в кабинет молодого господина. «Лучше всего это следует провернуть во второй половине дня, когда мы возвращаемся с отработки, тогда у меня будет пара свободных минут на осуществление задуманного» Отлично, теперь у него есть хоть какая-то стратегия.

***

Спустя четыре дня Юань, кое-как переставляя ноги и слегка пошатываясь, шёл в направлении своего нового места для сна. Ци-ге и Цзю-ге уже давно были там. Хотя, он сам виноват: добровольно же вызвался помочь бедной прачке. Просто видя ту гору грязной одежды и беспомощный взгляд, недавно нанятой на работу, девушки, он не мог стоять в стороне. Кажется, брат говорил ему, что он слишком сердобольный? Ну что ж, теперь Юань находит это утверждение вполне оправданным. За эти несколько дней пребывания в поместье Юань, как никогда, хотел просто лечь на пол и притвориться мёртвым. Настолько сильно он выматывался, как в физическом плане, так и в моральном. В физическом, понятно дело, его доконала работа, на которую их посылали с первыми петухами, а потом кто, как, сам управиться. Ещё же, при ежедневном распределении обязанностей, тебе могла выпасть совершенно разная работа по дому, как легкая, так и совсем тяжёлая. А в моральном… каждую ночь Юань не мог заснуть из-за сплошной канители мыслей творящейся в его голове. Он сильно переживал за брата, … за Ци-ге… и, в конце концов, за себя он тоже переживал. И эти ночные рандеву с собственным сознанием не давали ему возможности хоть как-то восполнить запас потраченной за день энергии. Юань чуть не споткнулся о собственную ногу, что окончательно вывело его из своих раздумий. Он пару раз моргнул и осмотрел коридор, в котором находился. Стоп. Этот коридор не был тем, через который они спускались в подвальную комнату. Да и выглядел он явно побогаче. Он что свернул куда-то не туда, пока был занят собственными мыслями? «Я ещё не видел этих помещений… В какой части дома я вообще нахожусь?» В его душу медленно стал закрадываться страх. Рабам не положено было разгуливать там, где вздумается и тем более заходить в парадную часть дома. А если его сейчас увидит какой-нибудь охранник или прислуга? А если кто-то прямиком из семьи Цю? от подобных раздумий Юань вздрогнул. «Нет, не время так просто поддаваться страху. Сейчас я быстренько смоюсь от сюда, и никто ничего не увидит» Юань уже хотел со скоростью света дать дёру, но заметил слегка приоткрытую дверь, через которую пробивался небольшой блик золотого света. Почему-то он показался ему знакомым. Будто он видел его раньше… но где? «Погодите, а это разве не…?» Он слегка поколебался, но наконец, пересилив свой страх, Юань посмотрел в образовавшуюся в дверном проёме щель. Перед его глазами сразу же предстала обставленная на широкую ногу комната. Свет мягко пробивался сквозь большие окна. В помещении также была куча шкафов и полок с книгами в различных пёстрых обложках. А у дальней стены красовался рабочий стол из дорого обработанного дерева, на котором аккуратными стопками лежали разные бумаги. Спустя пару секунд осматривания комнаты, Юань нашёл то, что так искал. Роскошный, позолоченный меч висящий на стене, который смог зацепить его любопытный взгляд, ассоциировался у него только с одним человеком. Значит ли что это место принадлежало ему? Юань на всякий случай постоял у дверного проёма пару секунд, чтобы убедиться в отсутствии других людей в помещении. Так и не услышав каких-либо признаков жизни в комнате, он тихонько проскользнул внутрь. В нос сразу ударил аромат дорогих цветочных духов. Запах показался юноше слишком приторным и сладким. От такого ему захотелось чихнуть но он успел прикрыть нос и рот руками. Ведь здесь каждый лишний шорох или скрип мог запросто погубить его. После избежания нежелательного шума Юань быстренько подошёл к столу и взглянул на первый попавшийся документ. Он даже не стал читать его, а просто нашёл своими глазами, красную господскую печать, что бы удостовериться в правильности своих догадок. Видимо, сегодня госпожа удача была на стороне мальчика. Так как печать определённо принадлежала дому Цю. «Это действительно кабинет господина!» До сих пор не веря в свою удачу, он на секунду впал в ступор. Но быстро опомнившись, Юань стал на скорую руку просматривать остальные бумажки на столе. Он несколько дней пытался выведать у остальных детей про кабинет господина Цю. Но почему-то, когда речь заходила о непосредственно главной семье, все резко будто языки откусывали. Даже самые разговорчивые дети переводили тему разговора на другую или же вовсе уходили, бормоча что-то о не законченной работе. Это немного нервировало Юаня, ведь в его случаи любая крупица информации была на вес золота. Он взял очередной листок и быстро пробежав глазами по первым строчкам, положил его на место. Благодаря воспоминаниям из прошлой жизни, прочесть текст так скоро не составило труда. Но даже несмотря на это, он и его братья, когда жили на улице были очень смекалистыми детьми. Они стали самообучаться. Сначала кое-как читать научился Ци-ге. Потом он стал также учить братьев по средством того, что указывал на некоторые вывески и говорил, что они обозначают. Ребята всё схватывали на лету и постепенно могли сами понимать обозначение некоторых символов. Ну а после активации Системы, Юань мог читать даже сложные литературные произведения. Поэтому наконец покончив с изучением документов на столе и не найдя искомой бумажки, он стал осматривать полки и шкафы, в надежде, что нужный ему листок лежит там. Юань только открыл дверцу небольшого шкафчика, который на его удивление оказался почти пустым, как за дверью раздались приближающиеся шаги. С перепугу он чуть не сшиб единственную кипу бумаг из шкафчика, который пару секунд назад пытался осмотреть. «Я не успею убежать отсюда, нужно где-то спрятаться!» Бешеным вихрем в его голове пронеслась единственная здравая мысль. В попытке найти временное убежище, Юань ничего лучше не придумал, как залезть в этот же несчастный маленький шкаф. Благо, в силу возраста и недоедания он был очень маленьким и худым, поэтому без проблем устроился внутри спасительного ящика. Как только Юань прикрыл дверцы изнутри, тьма тут же с тёплым радушием встретила испуганного ребёнка. Сердце, как сумасшедшее, заколотилось в груди при виде отворяющейся двери. Юань по своей наивности подумал, что сейчас какой-нибудь охранник или заплутавшая среди многочисленных комнат служанка, просто ради небольшой осторожности проверит комнату на наличие случайных гостей. За считанные секунды его душа ушла в пятки, когда вместо фигуры в обычной рабочей одежде, в помещение зашёл уже знакомый ему молодой юноша в богатом облачении. «Нет, моя жизнь в этом мире не может закончиться так нелепо!» Ещё пару минут назад Юань был на седьмом небе от счастья, ведь наконец-то, спустя несколько дней, он смог найти этот чёртов кабинет! Да и к тому же совершенно пустой! Видимо, жизнь после такой порции везения решила добавить бочку дёгтя в ведро с мёдом в виде молодого господина, который нежданно, негаданно решил навести дела на своём рабочем месте. «Родной, я знаю, что это твоё рабочее место, … но почему ты пришёл сюда вот именно сейчас?»- с негодованием проплакал про себя Юань. Его желание жить и существовать в этом мире, почему-то резко возросло. Цю Цзяняло, слава всему Всевышнему, не умел читать мысли, поэтому спокойно прошёл вперёд и остановился у меча висящего на стене. Он с задумчивым видом провёл пальцами по рукоятке холодного оружия. Предавшись воспоминаниям, молодой господин не заметил задыхающегося от страха в тесном шкафчике ребёнка. Раздался скрип... Юань мгновенно умер и тут же воскрес от прилива неконтролируемого ужаса. Но к большому счастью Цю Цзяньяло даже не посмотрел в его сторону, а развернулся в направлении двери. — Входи. В кабинет, не поднимая головы и слегка прихрамывая, зашёл мальчик. Юаню потребовалось некоторое время, чтобы понять кто это. А потом в голове всплыли воспоминания о первом вечере проведённом в поместье. И судя по ним, не было ничего удивительного в том, что Юань не мог вспомнить ребёнка с первого раза. Ведь мальчишка держался особняком среди других детей. И не разу за всё то время, пока Юань знакомился с остальными, не взглянул в сторону новоприбывших. Ребёнок, хоть и хромая, дошёл до середины комнаты. В его лице Юань разглядел не скрываемою ненависть и отвращение к хозяину этого места. Но оказалось Цю Цзяньяло наоборот позабавила подобная реакция. — Ты чего-то хотел? — спросил его господин настолько насмешливым и снисходительным тоном, насколько это было возможно, показывая что мальчик должен быть рад, что с ним вообще заговорили. — Где она?! — от тона подобного заявления Юань опешил. Он ни разу ещё не видел, чтобы кто-то настолько открыто кричал на Цю Цзяньяло. Тот мгновенно стёр самодовольное выражение с лица и пристально уставился на одинокий силуэт по середине комнаты. — Ты, кажется, забылся кто перед тобой? — через небольшой просвет в шкафу Юань мог увидеть не всё, но он готов был покляться, что в глазах молодого господина снова заплясали те садистские огоньки, которые уже снились ему в кошмарах. — Куда вы дели мою сестру?! — не обращая внимания на провоцирующий вопрос брошенный в его сторону, громко воскликнул ребёнок. «Сестру…? О чём это он?» В конце концов до Юаня дошло, что скорее всего речь идёт о пропавших безвести детях, которых посчитали сбежавшими. Поняв, что этот разговор может принести гораздо больше пользы, чем лазанье по кабинету и преследование других рабов, Юань чуть ближе приблизился к щели. — А ты, я смотрю, смерти ищешь? — с подобно замёрзшему от дна до поверхности озеру, холодом тоном произнёс Цю Цзяньяло. — Последний раз её видели, когда служанка позвала её в ваш кабинет! — несмотря на способность мальчика так смело держать себя перед таким влиятельным человеком, можно было уловить нарастающие нотки паники и страха в его голосе. Тоже услышав это, молодой господин медленно почти вплотную подошел к ребёнку. От подобного действия со стороны этого человека у Юаня пробежали мурашки по коже. И если раньше ему казалась, что мальчик просто отделается очень строгим наказанием, то сейчас он всерьёз стал опасаться за его жизнь. — Такая мелкая тварь как ты, смеет разговаривать со мной подобным тоном… Видимо, у тебя правда небо поменялось местом с землёй, — в ответ на это малец уже было хотел открыть рот, но Цю Цзяньяло опередил его. Он резко схватил ребёнка за ту рвань, которую Юань обычно называл одеждой, и потянул вверх. Чего и следовало ожидать, ребёнок не смог или не успел оказать хоть какого-нибудь сопротивления. От такой неожиданности Юань сильно дёрнулся, но всё равно остался не замеченным. «Что… что происходит? Что он собирается сделать с ним?!» Внутри у неудачливого читателя всё похолодело от накатившего с новой силой страха. Цю Цзяньяло хоть и сильно раздраконенный подобной выходкой маленького раба, внешне сохранял спокойное и отчужденное выражение лица. И таким же льдом в голосе произнёс: — Мне кажется, самое время напомнить: где находишься ты, а где нахожусь я. Ребёнок попробовал вырваться из железной хватки, но в один момент был отброшен в сторону стены, как безвольная тряпичная кукла, разгневавшая своего владельца. Мальчик с глухим ударом врезался спиной о препятствие, и вместе с этим звуком послышался лязг какого-то металлического предмета. Видимо слетевшего со стены или полки, насколько мог судить Юань, ведь весь его обзор представлял из себя небольшую вертикальную полоску между створок шкафчика. И теперь он мог полагаться только на слух. — Кхе…кхе…кха… — после нескольких секунд затишья раздалось протяжное кряхтение, и это на секунду успокоило Юаня. Но мелькнувшие в проеме, и последовавшие в сторону звуков дорогие сапоги, наоборот выбили из бывшего читателя последнюю надежду на хоть какой-то положительный исход всей этой ситуации. Он немного поддался вперёд, пытаясь разглядеть хоть что-то. «Си…сис… Система! Какого чёрта тут происходит?!» [Пользователь хочет что-то спросить?] Механический роботизированный голос на секунду отрезвил полную паники голову Юаня и он, не выдержав, стал мысленно кричать во всё горло. «ДА, ХОЧУ! ЧТО ЭТО ЗА ЖЕСТЬ?! С КАКОГО НЕБЕСНОГО СТОЛПА ЦЮ ЦЗЯНЬЯЛО, ПЕРСОНАЖ ЧУТЬ ЛИ НЕ ЧЕТВЁРТОГО ПЛАНА В ОРИГИНАЛЬНОЙ ИСТОРИИ, ВЕДЁТ СЕБЯ КАК ПОЕХАВШИЙ МАНЬЯК-ПЕДОФИЛ?!» [Пользователь, пожалуйста, успокойтесь…] Несмотря на то, что система пыталась что-то ему объяснить, Юань совсем перестал обращать на неё внимание, ведь через долю секунды перед его глазами предстала ужасающая, леденящая душу и тело, сцена. Попытавшись отбиться от своего жестокого хозяина, маленький мальчик рванул в сторону двери, но из-за панки и не внимательности споткнулся о ковёр и растянулся на полу, как раз попав в поле зрения Юаня. К сожалению, ребёнок парализованный страхом, не успел убежать от своего палача. Позолоченный меч с характерным звуком пронзил его грудь и пробил легкое. Маленький раб истошно закричал и стал дёргаться в последних, болезненных судорогах. Он пытался хватать ртом воздух, как рыба выброшенная на сушу, но вместо этого лишь ещё сильнее захлёбывался в собственной крови. Юань не мог больше на это смотреть. Он никогда не видел, как умирают люди, да ещё и насильственной смертью. И смотря на то, как угасает жизнь, Юань чувствовал насколько он беспомощен и бесполезен. Его тело крепко сковал страх, ужас отравил его рассудок, и боль непрерывно рвала его сердце. «Не может… нет… он не мог его…, о небожители…» Комната почти погрузилась в мёртвую тишину. Единственное, что было слышно, это кровь, что тонкими струйками стекает с несчастного мальчика. Его остекленевшие глаза смотрели прямо на него, как-будто хотели призвать горе-свидетеля этой ужасной сцены к ответственности за случившиеся. Хотя бедный ребёнок навряд ли мог знать о том, что помимо их с Цю Цзяньяло в комнате присутствует ещё один человек, но взгляд уже остывавшего тела был направлен на деревянный шкафчик, который Юань уже считал своей персональной тюрьмой. Казалось, что последние остатки разума, при виде трупа ребёнка, покинули его. Он не слышал, что говорила ему система, он не увидел, как молодой господин с равнодушным видом покинул комнату и не помнил, как сам, на дрожащих ногах, кое-как вылез из укрытия. Перед ним были лишь серые, неподвижные и тусклые глаза. Юань, ещё находясь в стадии шока от произошедшего, на ватных ногах побрёл к приоткрытой двери. Как только он выскочил из помещения и скрылся в коридоре, сзади послышался голос молодого господина. Судя по всему это Цю Цзяньяло давал какие-то указания охраннику. — И приберите там… Эта фраза стала последней, которую Юань смог расслышать, ведь он уже со всех ног мчался по поместью, не разбирая дороги. Юань просто хотел оказаться как можно дальше от этого места. Он не понимал, как такое могло произойти… Мысли превратились в запутанный клубок. И даже если в этом хаосе попадались нити здравых идей, они тут же обрывались под тяжестью паники и страха. «Зачем?.. ЗАЧЕМ?! ПОЧЕМУ Я ВЛЕЗ В ЭТО?!» Он хотел кричать, плакать, биться в конвульсиях… Но вместо этого просто бежал вперёд. Как-будто бегство могло помочь ему. Но Цю Цзяньяло уже успел отнять жизнь, и никакие догонялки не смогут вернуть на этот свет бедного ребёнка. Спустя некоторое время, Юань выбрался в подвальные помещения и немного поплутав, вышел к теперь знакомой двери. Тихо скользнув в проём, он сразу заметил разговаривающих друг с другом его брата и Ци-ге, устроившихся в одном из углов комнаты. Юань, совсем обессилевший, зашаркал к своим товарищам. Цзю-ге, заметив своего брата, моментально поднял голову оторвавшись от беседы. — Ты где шлялся? Эти уроды с оружием уже собирались закрыть дверь, а если бы ты… , — но он оборвал свою фразу, стоило Юаню лишь подойти поближе. — Почему ты плачешь? , — внезапно поменяв тон голоса, спросил Цзю-ге. — Плачу? — отчуждённым голосом переспросил Юань. Он коснулся своего лица и только сейчас понял, что из его глаз бесконтрольно текли слёзы. Юноша был полностью погружён в произошедшее, поэтому даже не заметил, как солёные капли беззвучно падали на пол. Может, это потому, что у него теперь тело ребёнка? И слёзы просто рефлекторная реакция на боль? Хотя Юань сейчас не задавался этими вопросами. Он просто находился в шоке и впал в абсолютную апатию, а брат продолжал звать его по имени. В конце концов близнец стал тормошить его за плечи, и только после этого Юань оторвал взгляд от пола и посмотрел в лицо Цзю-ге, который уже не на шутку испугался. — А-Юань? А-Юань, что случилось?! Почему ты молчишь?! Ответь мне, А-Юань! — Я… я… п…просто — горе-читатель не мог связать даже пару слов между собой, его ноги тряслись, как осиновые листья, а в правый бок сильно ныл из-за продолжительного бега. Немного выйдя из этого состояния, благодаря трясущего его за плечи, брату, он понял, что привычные, детские, тихие шепотки совсем смолкли и сейчас все взгляды были устремлены только в его сторону. Краем глаза Юань также заметил немного ошарашенного Ци-ге, который до сих пор сидел в углу. От такого пристального внимания у него комом в горле застряли любые объяснения и оправдания своего странного поведения. И поэтому, он просто продолжал стоять дальше, не зная, как начать разговор. «Что? Что я сейчас должен всем им сказать? Что ребята, которых они когда-то знали и посчитали сбежавшими, не наслаждаются свободной жизнью, лишённой рабского труда, на воле, а скорее всего уже давно гниют в земле, если их тела вообще хоронят?» При мысли о трупе ребёнка, его начало сильно мутить. В прошлой жизни он читал много комиксов и рассказов, и серьёзно не воспринимал смерть персонажей, как что-то страшное и непоправимое. «Автор и правда решил так вывести этого героя из сюжета? Ахах, я ждал чего-то по-оригинальней»- обычно думал он. Нет, Юань порой сильно расстраивался, когда адекватного и умного персонажа просто, как он считал, «сливали» и история произведения продолжала течь в том же идиотском и глупом русле, в каком текла изначально. Но теперь, когда юноша воочию увидел смерть во всей своей красе, он понял, что является самым настоящим трусом. Бесполезным и совершенно беспомощным мусором, который даже не попытался помочь другому человеку. И сейчас здесь есть другие дети и его братья, которые всё ещё живы и, несмотря на теперь явную угрозу, ещё могут быть спасены из этого ада. И Юань обязан сделать хоть что-нибудь для этого. Собрав всю оставшуюся волю в кулак, он стал думать, что лучше сказать и сделать в этой ситуации: «Если я сейчас поведаю им всем о произошедшем, это разве не усугубит и без того беспросветное положение?» Теперь у него в голове вырисовывалась полная картина возможных последствий. В первом варианте он прямо сейчас откроется о страшной тайне всем детям, в следствии чего начнётся мгновенная и неуправляемая паника, которая запросто погубит их. В втором возможном исходе, Юань расскажет обо всём братьям при личной беседе, но зная их характеры, они могут поступить слишком импульсивно и тем самым так же зарубить на корню все попытки спастись. И наконец, третий, самый, по его мнению, заманчивый вариант: это притвориться дурачком и сослаться на какую-нибудь глупость в оправдании своего поведения, при этом, пока ничего не рассказывая ни своим братьям, ни остальным рабам. — Ах, прости, Цзю-ге, со мной всё хорошо, я просто упал и сильно ударился головой об камень, вот голова снова и разболелась, — Юань быстро смахнул слёзы с лица и постарался искренне улыбнуться, чтобы как-то разредить обстановку — ты же знаешь, какой я неуклюжий… Близнец уставился на него в шоке от такой резкой смены поведения, ведь буквально пару секунд назад его младший брат безмолвно плакал и вообще не реагировал на попытки дозваться до него, а теперь он вот так просто ведёт с ним беседу, да ещё и улыбается при этом. Но Цзю-ге в привычной себе манере всё же ответил: — Ты должен быть более аккуратен! Твоя старая рана на голове ещё не зажила полностью, а ты уже хочешь поставить новую! И тебе нельзя так долго ходить где вздумается! — после этой фразы близнец зло впился глазами в дверной проём и еле слышно прошипел — Эти жестокие твари могут сделать с тобой всё, что захотят! — безмолвный до этого момента и тоже немного ошарашенный таким внезапным перфомансом от Юаня, Ци-ге наконец встал рядом с ними и подключился к разговору. — Сяо-Цзю полностью прав, А-Юань, нам всем следует держаться рядом и стараться не провоцировать охранников… — Ци-ге сначала поддержал позицию старшего близнеца, а затем слегка наклонился в сторону Юаня и бегло осмотрел его повязку на голове — Вроде ничего серьёзного нет, но тем менее тебе нужно бережней относиться к себе… — Это правда вышло случайно, но я буду осторожней в будущем — казалось, последние слова Юань высказал в слух скорее для себя и своих дальнейших поступков касающихся побега. Теперь он понял, что Цю Цзяньяло был поехавшим маньяком, который не боялся замараться в крови, несмотря на свой статус. И, судя по всему, он давно убивал детей, раз так спокойно вёл себя. Да и охрана с прислугой явно знала о творящемся кошмаре. Вспомнив ещё раз реакцию той служанки, юноша теперь легко складывал дважды два в уме. Но, несмотря на это, Юань всё ещё не мог понять одной вещи. «В оригинальном романе семья Цю, упоминалась всего пару раз и я не помню, чтобы хотя бы в одной из строк шла речь об убийстве хоть какого-то ребёнка, да и в принципе, старший брат Цю Хайтан даже не появлялся в истории, как полноценный персонаж» Вдруг, возле входа в комнату показался сильно раздражённый охранник. Он сильно ударил кулаком по и без того хлипенькой и скрипучей двери, привлекая тем самым всё внимание детей на себя. — А ну, мелкие тараканы, быстро разбежались по углам! Если услышу хоть один звук, будете жалеть, что вообще ещё живёте на этом свете! — мужчина развернулся и захлопнул за собой дверь, перед эти не забыв надёжно закрыть её на ключ. Все ребята в комнате стали ютиться на своих «спальных местах». Юань же прилёг рядом со своими братьями. Не задолго до того, как забыться в очередном кошмаре, он услышал тихий шёпот Цзю-ге: — Сволочь, было бы здорово запереть тебя в клетке облить маслом и поджечь всем на потеху! — Сяо-Цзю… — вторил ему немножко осуждающий голос Ци-ге. — Ой, всё, не начинай, — слева раздались звуки возни, это просто близнец отвернулся от старшего товарища. В ответ на такое действие, Ци-ге лишь шутливо хмыкнул. Весь ужас, который Юань испытал за этот день, немного притупился под натиском внезапно нахлынувших тёплых чувств. «Ну, хотя бы эти двое ещё держатся молодцом» — пронеслось в голове у юноши. По крайней мере, тогда, из-за страха, Юаню казалось, что он поступил правильно, не рассказав об этом кошмаре никому…