Её имя- мой девиз

Довольно осматривал фронт работы, выпил холодное молоко с ржаной горбушкой. Что может сделать меня счастливым? Лошади иногда недовольно топали копытами, явно прося кусочек хлеба или сахара. Его иногда давал повар, для лошадей. Таить не буду, иногда сам откусывал небольшой кусочек. Такие дни делались ещё более счастливыми. - Дмитрий, довольно рассиживаться! Запрягай в телегу. Пришлось прервать сладкие мечты, спросил Василия: - Каких лучше? - Выносливых, меньше болтай! Когда я подвёл и запряг лошадей, заплёл слегка гриву, чтобы сильно не растрепались. Клички старались не давать, но для слишком непослушных приходилось. К таким и привязываешься. Колосок- мой любимый конь, он давал себя заплести. Смотрел на меня совсем умными глазами. Погладил коня по теплому носу, Колосок слегка лизнул мою ладонь, ожидая угощения: - Не я кормить тебя буду, друг. - Долго нежности продолжаться будут? - строго спросил Василий. Я его уважал, слушал, ведь он научил меня общаться с конём и обратил взор господина на меня, в качестве слуги. Мама долго плакала на моей груди, когда провожала в дорогу. Я её убеждал, что Василий обо мне позаботиться. Когда он злился, я добродушно называл его "Дядя Вася" , старик ненадолго добрел, улыбаясь моей детскости. Я понимал, он одинок и не все конюхи хорошо исполняли работу. Большая часть оставалась на мне. -Дядь Вась, попрощаться хотел. Ты посмотри, он такой умный. Точно человек. - Ты мне зубы не заговаривай, повозку проверь. - Так ить рубаха не чистая. - Значит без рубахи. - Так я только сено сложил, полы отмыл. - Тьфу, ладно Манька все сделает. На все руки мастерица. Я не стал отвечать, погладил коня и вернулся к стогу сена. Достал из сарая зерно, занялся работой. К экипажу подошёл господин. Его родовая ветвь была каким-то образом сплетена с боярами, которые служили царю. Но это было сотни лет назад. Сейчас он сам по себе, как все аристократы кутит, ходит к таким же аристократам и содержит хозяйство. Иногда его семью приглашают на балы. Я не знал что и как устроено у них... да и знать не имел право. Было интересно наблюдать за их манерами, акцент на ломанном французском, а выражение чувств были лишь слова. - Как у них все сложно. - раздался голос моего друга - Тишки. - И не говори... странно все у них. - У нас если любишь, так прямо и говори. Букет ромашек собери и втихай. Ну иль воды натаскай. А если это не берёт, спой, аль родителям покажись. Тьфу, а нас ещё призирают. - А чего ради они как их... к..к.. комплиментами, боже мой, сыпят? - спросил я. Тишка скучающе ответил: - В уши только воду льют. Откудв такие слова знаешь? - А, слыхал краем уха. - Уши-то не развешивай, а то ишо подёргуют. - Ах, ладно. Щас уедет, можно вздремнуть. - я опустил щётку в ледяную воду и усердно принялся натирать доски. - Ага, Василий таки даст поспать-то. Наорет как всегда, будто жало в... - Тишка! - посмотрел на друга строго, прервав ругательство. - Молчу-молчу. К вечеру мы зажигали свечи в фонарях, нам подали чистую одежду. С удовольствием парились в бане и надели новые рубахи, да штаны. Рубаха была теплой, красивой, красной с вышивкой. Вымыл руки с каким- никаким, но мылом. Василий суетился и кротко сказал: - К хозяину приезжает дочь. Будет жить с ним, вести себя прилично и никаких шуточек! Только он это сказал, наш господин Сергей Петрович прибыл. Открыл дверь экипажа из него спустилась юная девушка: - Анна, осторожнее ступенька. Дворянин представлял слуг в доме, поваров, дворецких и затем только нас. Заставил себя смотреть лишь в пол. Сергей Петрович отвёл дочь в поместье, мы разошлись на свои места. - И зачем нас звать? - спросил Тишка. - Какая разница? Зато вот, новая рубаха. Праздник считай! Улеглись спать, запах сена в этом помогал. Рано утром вскочили со стога сена, у нас были небольшие и отдельные избы, если это можно было так назвать. Все вместе собирали дрова, покупали чай и если повезёт сушки. Когда накапливались деньги, покупали самое необходимое. Дядя Вася купил несколько коров, и жизнь стала намного проще. Манька знала, как делать творог и иногда радовала. Кислючий, зараза! Зато сколько силы давал, когда везло сыпал в творог сахар. Колосок фыркал, а я его угощал яблоками или свеклой, как везло. Хозяин даже раздал нам семена и притащил самовар. Мы его уважали за заботу и предусмотрительность. Это Сергей Петрович строг был, если рядом знатные были. А так, очень внимательный. Оно и понятно, ему незачем рабочие руки "терять". Девчата были около реки, мы туда таскали грязные вещи, иногда набирали воды. В жару любили стоять по колено в воде, но долго не постоишь. А зимой тащились за рыбой или на санях кататься. Вот это веселье было для нас! Когда все спали, мы ходили к реке и потешались. Кто расскажет о урожае, кто слухи пускает. Манька и Тишка встали подальше. Девушка взяла большой лопух, а Тишка сжимал хлопковый колпак и они стали дразнить господ. Тиша стал очень плохо изображать французский: - Мадумазэль, разрешите пригласить вас на дАнс! - Ах, что вы, мсье! Я ведь замужем. В их разборки врывается Алёша, ревниво изображая "мужа". Ломано крича: - C'est ma danse ! Мы едва сдерживаем смех, Манька закрывает лицо, точно веер. Лешка демонстративно кидает шапку в Тишку, словно перчатку. Они изображают оружие с помощью рук, их останавливает Манька: - О, судари! Прекратите немедленно! - Не вмешиваетесь, мадам Манька. Все прыснули от смеха, Маня притворно задыхается, словно в корсете. Но развязки не случается, мальчишка шепчет: - Кто-то идёт! Быстро сворачиваемся и убегаем. Переведя дух, смеёмся и уже сами додумываем развязку представления. А днём дядя Вася просит меня подготовить лошадь: - Госпожа просит лошадь, чтобы прогуляться. Киваю, расчёсываю гриву самой красивой кобыле, Василий превращается в такого же вежливого мужчину, о которых мы слыхали: - Прошу сюда, Анна Сергеевна. Я сразу отхожу от лошади, девушка спрашивает: - Как зовут? - голос не строгий, не грозный, к которому я привык. Он ласковый, заботливый. Ей действительно интересно. Поднимаю голову и наконец могу понять кто эта... Анна Сергеевна. Брюнетка, серые глаза... ничем не отличалась внешне, разве одеждой и осанкой. Но было в ней что-то загадочное. Быть может улыбка, заинтересованность? Я видел, она не избалована лестью, слухами. Она не смотрела на меня с брезгливостью, не отстранялась, а наоборот ждала ответа на вопрос. - Заря. - Почему так? - На заре в ворота копытом стучит. Сено просит. Анна скрыла смешок, прикрывшись рукой. Я сам невольно улыбнулся: - Хотите прокатиться на ней... Ну, что ты делаешь?! Заря лизнула шляпку госпожи Анны, девушка кое-как сдерживала смех: - Соломы захотела. - впервые пошутила она. Иронично и не заметив как, ответил: - На другой прокатитесь, пока Заря шляпу жуёт. Тут от смеха даже Василий не сдержался, Анна Сергеевна наконец дала волю эмоциям: - Вы очень смышлёный .. эээ - Дмитрий. - Рада знакомству, Дмитрий. Буду счастлива прогуляться вместе с Зарёй. Сказала "не на Заре" , ни "На ней!" , а очень красиво и приятно "Вместе". Посмотрел в глаза лошади, та довольно жмурилась: - Она согласна. - Спасибо, Заря. - Анна погладила бока лошади, я помог оседлать Зарю. Взял поводья и вышел из конюшни .