Её имя- мой девиз

Я вам не говорю про тайные страданья, Про муки страшные, про жгучую любовь, Но вы всё видите, прелестное созданье, И руку ласково вы жмете бедняку. ( репертуар цыганки Вари Паниной, романс) По привычке, совсем забыл о том, что Анна Сергеевна слышала мою песню. Когда выйдешь в поле, душа всегда поёт, хочется раскинуть и бежать навстречу ветра, задевая колоски. Лошади жуют траву, а ты стоишь и вдыхаешь запах травы, ощущаешь влагу и от этого хочется петь, бегать без каких-либо забот. Лошади вместе с тобой кружат в танце, а ведь лошадь - душа крестьянина, лошадь свободна, бегает по степям и никто не держит, но до тех пор, пока не потянут за поводья и не хлестанут плёткой о бока, напоминая, что ты в заточенье. Сергей Петрович никогда не поднимал руки на нас, пару раз давал пощёчину, чтобы отрезвить и больше не касался. Я так и не понимал почему он так добр к нам? Но это было и хорошо, этот мужчина устал от вечного кутежа, вечной улыбки и лести. Его глаза кричали о такой же свободе. Эту доброту он наверняка вложил в детей, ведь с каждым поколением к окружающим относишь всё добрее и вежливее. - Вы красиво поёте. Вздрогнул от голоса и вспомнил о Анне Сергеевне, лишь кивнул в благодарность: - Не устали? - Нет, обычно прогулка проходит по людным паркам, да по улицам. Вы так увлеклись и увели меня сюда. Но я вам благодарна, Дмитрий. Не замечала красот, что скрывается дальше от города. Узнала больше песен, которых не поют на балах, в домах. Очень зря... - Душа поёт. - Там поют лишь о любви и богатстве, я редко слышала песни о свободе, великолепной природе и такой искренности в словах этих песен нет. - слово "этих" она тонально подчеркнула. - Я рад, что понравилось. Ну, что, Заря, идём? - Скоро вечер, я должна успеть принять гостей. Я потянул Зарю за поводья и повёл в сторону дома. Дом Сергея Петровича стал давно родным, о большем и мечтать нельзя. Тепло, кормят, платят. Могу содержать маму. ведь отец давно лежит в сырой земле. Вместе с братьями и сёстрами разбежались кто куда, встречались как получится и помогали матери. Помог Анне Сергеевне спуститься с лошади, её встретила сестра - Мария, я услышал краем уха её имя: - Долго не было Вас, сестра. Где задержались? - Хотелось увидеть город вечером, я скоро буду. Отвёл лошадь в конюшню, Заря шла тихо, устало прикрывала глаза, погладил гриву: - Отдыхай, ты молодец . Закрыл ворота и ушёл в избу, уснул мгновенно. Снилось странное, может Мара насылала ужасы в мой сон? В нос ударил запах горелого и я разлепил глаза, может мне кажется? Осмотрел избу, тихо вышёл на улицу, и обомлел от испуга. Бок конюшни горел, закричал всем: - Конюшня горит! Проснитесь! До кого смог достучаться подскочили, я бросился к конюшне: - Колосок, Заря! Нет! Нет! Распахнул ворота, подхватил кадку с водой, выплеснул на горящие стены, рукава моей рубаки намокли. Хватал коней и лошадей, кого видел, выводил из горящего здания. Василий орал: - Димка, спятил что ли?! Среди суетливых криков слышался колокол, Сергей Петрович выскочил в чём спал, я встретился с ним глазами. Он удивлённо смотрел на меня, я отвёл взгляд: - Колосок... Заря. Перед глазами всё плыло, но я видел их, они доверчиво шли за мной, паникующих коней пытались успокоить. Огонь наконец погас, господин не унимался: - Кто виновен? Причина пожара? Я устало упал на землю, прикрываясь мокрым рукавом. Дышать было легче, дядя Вася ругал меня: - Дурак ты совсем! Доведёшь меня! - Дядь Вась, они же ... - От ить что говорит-то! Думает о конях, а не о себе. Вмешался Сергей Петрович: - Прекратите, он поступил правильно. Он пошёл бы спасать даже нас. В этом господин был прав, я тоже привязался к нему, хорошо относился, как к учителю. - Отдыхай, герой. Не мог ответить из-за кашля, встретился взглядом с Анной, девушка смотрела с испугом то на меня, то на конюшню. Я вымученно улыбнулся, не стесняясь лёг спиной на землю, раскинув руки. Вдыхал жгучий воздух, смотрел на звёзды, которых почти не видел из-за дыма, но знал они видны.