Протей меняет тысячи обличий

Северус взглянул на календарь. Оставаясь деканом Слизерина — с должности его так и не сняли — он получил от домовиков документы и принялся их изучать. Сегодня в Хогвартсе последний экзамен, а Слизнорт, неожиданно заменивший его, явно не хотел заниматься рутиной, вот и, накопив ее за год, отправил всем скопом Снейпу. Уже почти заканчивая, сетуя про себя на собственный опыт, он обнаружил короткую записку на пергаменте. Почерк Северус узнал сразу. «Волдеморт схватил Бродягу, я отправляюсь в Министерство». Чертыхаясь, Снейп откинул листок и поднялся. Быстро замешав волосы для собственных вылазок с оборотным зельем, он вызвал домовика, рассовывая склянки по карманам мантии. Домовик лепетал что-то о том, что не может перенести его к директору без предварительных договоренностей, но бешенство Снейпа его убедило в безотлагательности. Так он и отправился в логово главы Ордена Феникса. Дамблдор был удивлен и явно недоволен его своеволием, но Снейпу было некогда приносить извинения: — Проверьте, где Блэк: Поттер собирается отправиться в Министерство, а может уже отправился. Черт возьми, как он туда доберется? Директор растеряно огляделся, подошел к камину и вызвал Блэка. Сириус явился мгновенно, лениво войдя в гостиную. Не удостоив Снейпа и взгляда, он объявил, что только что почистил перья Клювокрыла. Директор вызвал нескольких домовиков, от Добби он узнал, что исчезло несколько фестралов. - Ну что же, как добраться до Лондона Гарри уже придумал. И отправился туда он не один. Блэк, почувствовав опасность, решительно отказался от возвращения на Гриммо. Он также отказался и от оборотного зелья, хотя Снейп считал, что лучше уж прятать Блэка, нежели его. Орденцы явились довольно быстро, но за время их ожидания, Снейп уже решил, что спасти друзей Поттера не удастся, да и его самого вряд ли. Отправляясь, он выпил зелье и превратился в довольно красивую брюнетку. Блэк тут же отпустил ему несколько комплиментов, посоветовав не открывать рот и найти себе спутника жизни, а Тонкс на секунду сделалась его отражением, задорно подмигнув. Снейп аппарировал раздраженным. Шутить в такую минуту было невыносимо, а слышать шутки от других казалось верхом безрассудства. Вернулся Снейп в дом поздно ночью. Вспоминать произошедшее не было никаких сил — он разжег камин и лег рядом на пол. Фотография матери чуть блестела от бушевавшего пламени. С каждым часом Северус замерзал все больше, вместо сна к нему пришел паралич. Глядя в огонь, он ожидал увидеть над собой бледную кобылу, но повернуть голову не удавалось. Лучше бы он никогда не попадал туда. Его нисколько не пугала мысль умереть самому, только никому другому смерти он не желал, даже Блэку. Среди белеющих языков огня ему мерещилось лицо Сириуса, удивленное и одновременно веселое. В свою последнюю секунду он не понял происходящего, не успел прийти в ужас. Зато Северус успел: он видел как Беллатриса заносит палочку, он не среагировал, отвернувшись, заклинание не было опасным, Сириус должен был успеть защититься. В следующую секунду, когда он бросил взгляд на Беллатрису: она была потрясена, а Сириус падал в Арку. Блэк пострадал также, как и он. Сам согласился с собственным наказанием, считая виновным себя, и часть вины действительно лежала на нем. И все же расплата превышала его грех. Он не навел Лорда на Их дом, не дал ему причину уничтожить Их, только доверился не тому человеку. И несмотря ни на что, судьба выбрала именно его для смерти, а Северус должен был продолжить жить со своей виной. Паралич его отпускал и, не принимая ни решений, не взвешивая ни одной мысли, Снейп достал веревку с улицы, лежавшую там явно с незапамятных времен, и вытащил стул из-под стола. Взобрался к столу и с помощью палочки повязал веревку на люстру, а на конце сделал петлю. Посмотрев на дело рук своих, Северус спустился вниз, сел за стол, ровно под удавкой и палочкой призвал к себе чайник. Налив холодный чай, он, не сделав и глотка, уронил голову на стол. По стеклу в кухне несколько раз ударили, но Снейп не поднимал головы. Дверь была закрыта, шторы опущены, никто не узнает, что он дома. Вряд ли Дамблдор явился бы к нему. Затем раздались удары в дверь, быстро переходя в беспорядочный, истеричный стук. Снейп вытащил зелье, которое должно было обратить его в брюнетку и обреченно выпил. Открыв дверь, он увидел Поттера. Тот явно собирался что-то сказать, обрушить на него поток, но, клацнув зубами, закрыл рот. Северус вновь выдал кодовую фразу, но Гарри не начал говорить, теперь он смотрел вглубь кухни. Развернувшись, Северус безучастно уставился на петлю. — Это так, напомнить самому себе о ценности жизни. — Ты тоже был в Министерстве? А я думал, что это за колдунья, — Гарри слабо улыбнулся. — Со мной поговорил Дамблдор. Лучше бы я его и не слушал, не теперь. Поттер обошел Северуса и протянул руку к веревке. Нежно погладив ее, он заметил: — Слишком заманчиво для меня. Ворча томным шепотом, от которого Снейпа бы передернуло при других обстоятельствах, он влез на стол и снял веревку, бросив ее на пол. Пройдя в темную гостиную, где уже потух огонь, они сели на диван и молча смотрели на тлеющие угли. — Директор говорит, что моей вины не было. Сириус сам решил пойти в Министерство. Это так? — Да. Мне очень жаль. Никто не думал, что Блэк может умереть: в нем было столько воли к жизни. И теперь, Гарри, единственное, что остается нам, это сделать его смерть ненапрасной. — Вот что-то такое же директор и сказал. Удивительно, как сбивает с толку твой голос, даже заставляет забыть о происходящем, когда напоминаю себе, что сижу с Джоном, а не с женщиной. Снейп откинулся на спинку дивана, решив молчать. — Я пешком пришел, тут не так уж и далеко. Всего пара часов. Нужно было немного подумать и я дошел до станции, а дальше пошел сюда. Не хочу возвращаться в Хогвартс больше никогда.