Ещё одна вакцина

— Вот и всё.       Косигая осторожно убрал шприц и протер ватным тампоном место укола. Комада привычно согнул руку, пережидая, когда новая вакцина растворится в его крови. — Может, на всякий случай разденешься?       В словах Косигаи было рациональное зерно, и Комада привычно послушался. Он вообще доверял Косигае, хотя и порой ворчал, чтобы тот не привыкал к тому, что его слушаются. Впрочем, обмануть Косигаю это не могло. Тот вообще был слишком проницательным. — Какая потеря, — пробормотал Косигая, когда Комада отложил в сторону свитер. — Небольшая для мужчины рука легла на рельефную грудь. — Такие гены пропадают впустую — невосполнимая потеря для человечества. — Заражённые гены, — буркнул Комада, уходя из-под руки и стягивая брюки. — Может, всё же сдашь сперму? — Во-первых, я не твоя морская свинка, — привычно отбил Комада. — Во-вторых, какой женщине ты предложишь сперматозоид монстра? — Ты не монстр, — Косигая заговорил непривычно серьёзным тоном. — Да и биоматериал можно заморозить до тех пор, пока не будет полностью расшифрован геном человека. В самом деле, Комада, твои гены — это просто вершина человеческой эволюции! — Надоел.       Приняв из рук Косигаи полотенце, Комада обмотал его вокруг бёдер и удобно устроился на полу, ожидая действия вакцины. Косигая ушёл на кухню, проверяя запасы еды — после превращения Комаде требовалось очень много белка и железа, чтобы восстановить контроль над демоническим вирусом. Хотя сам Косигая был не дурак поесть и без всяких дополнительных причин, вон, уже и небольшой животик наметился. — Думаю, уже можно попробовать, — подал голос Косигая, выждав необходимое время.       Комада закрыл глаза, призывая внутреннего монстра. Тот, почувствовав, рванулся наружу. Тело привычно затрясло, кожа стала обжигающе горячей, глаза заболели, словно их попытались выдавить изнутри черепной коробки, дыхание стало тяжёлым и хриплым… Комада терял себя.       Косигая с привычным уже волнением следил за метаморфозой друга. Превращение с каждым разом не становилось более привычным и по-прежнему удивляло своей стремительностью. Казалось невозможным то, как легко клетки живого человека сменялись на нечно ранее неведомое. Темная кожа, красная мясистая грива, россыпь рогов на темени и макушке, огромные зубы и выпуклые, по-хамелеоньи независимые глаза. — Будем надеяться, что на этот раз получилось, и я в последний раз смотрю на эту форму, — пробормотал Косигая, подходя ближе.       Как и обычно монстр подпустил его к себе. Комада контролировал эту тварь, держал крепко, но всё же Косигая не был уверен, что это изменённое создание было Комадой. Частью Комады или содержало в себе часть Комады — да. Но не он.        И всё же, всё же… в твари было слишком много от Комады. Она была дикой, но спокойной, как и её владелец. Она не скрывала всё что, что настоящий Комада никогда бы не позволил себе выпустить наружу. Возможно, истинный Комада был не в своём привычном теле, а вот в этом воплощении инстинктов. Хотя, если подумать, тварь никогда не шла на поводу собственных желаний — Комада крепко держал вожжи своей железной волей       Косигая подошел близко-близко, он никогда не боялся Комады ни в одном из его обличий, и сел рядом. Комада был большим, но тварь — ещё больше. На уровне глаз Косигаии находились длинные мясистые выросты цвета «гривы», заменяющие монстру соски. Косигая протянул руку и потрогал пальцами один. Монстр повернул голову и уставился золотым глазом с красной склерой. — Что? — Косигая хихикнул. — Давно уже пора привыкнуть к тому, что я извращенец.       Отросток оказался очень теплым, а покрывающая его тонкая кожица — бархатистой. Необычно, но на ощупь приятно. Тварь слегка поёрзала, но не стала избегать прикосновений, как это сделал бы Комада. И раз так… — Мне кажется, мы многое упустили в наших исследованиях, — пробормотал Косигая, смелее трогая огромное тело. — И я по-прежнему считаю, что ты слишком восхитителен, чтобы оставаться одиноким.       Пальцы продолжали оглаживать отросток, а потом, неожиданно для самого себя, Косигая наклонился вперёд и тронул губами бархатистую кожицу. Монстр вздрогнул, но не сдвинулся с места. — Возможно, теперь ты выделяешь феромоны, — глухо обронил Косинагя. — Иначе, почему мне так хочется продолжить?       Продолжить действительно хотелось, например, провести языком по этому отростку, а Косигая не привык себе отказывать. Он лизнул теплую и мягкую плоть, а затем провёл рукой по тёплому и нечеловечески твёрдому животу. Тварь завозилась, а потом удобно уселась на пол, широко разведя сильные колени. Внизу живота медленно набухал совершенно нечеловеческий член. Более крупный, с поперечным выпуклым кольцом примерно на середине длины и широкой, плоской головкой с волнистыми краями. А ещё тёмно-красный, как грива и отростки-соски. — Может, нам стоит взять образцы, чтобы потом сравнить его сперму и человеческую?       Косигая поднялся, чтобы взять пробирку для образцов, но монстр недовольно заворчал и потянулся всем телом, прижимаясь огромной клыкасто-рогатой головой к плечу и робко кладя мощную, смертоносную лапу на второе. — Я просто возьму пробирку и вернусь, — попробовал увещевать Косигая, но монстр заворчал с привычными интонациям смущённого Комады и не двинулся с места.       Пришлось осторожно притянуть его к себе, потом вверх и встать самому. Вот так, обнявшись, они дошли до рабочего стола, и Косигая прихватил пробирку, а потом сел на стул, позволяя монстру обхватить плечи и уложить огромную голову себе на макушку. Пахло от него кожей, мускусом и немного самим Комадой. Привычный уже запах, который пропитал слишком многое в жизни самого Косигаи. Его лабораторию, его квартиру, его кабинет в университете.       Сам не знаю почему, Косигая чмокнул темную кожу на груди нависшего над ним монстра и положил руку на член. Непривычный, горячий и слишком большой. Тяжело сглотнув от промелькнувших в голове образов — Косигая никогда не скрывал, что был распутными и слегка извращенцем — крепче сжал пальцы. Монстр протяжно проскулил и толкнулся в ладонь. — Хороший мальчик, — пробормотал Косигая, жестко проводя ладонью по стволу и чуть крепче сжимая головку. — Вот так.       Монстр тяжело и хрипло дышал сверху, удивительно чутко сжимал крепкими когтями обтянутые тонкой рубашкой плечи и мелко двигал сильными бёдрами. Когда он глухо взревел, словно предупреждая, Косигая быстро приставил пробирку к продолговатой щели уретры, ловя более жидкую по сравнению с человеческой сперму. — Надеюсь, ты потом не потребуешь от меня уничтожить образцы, — пробормотал он, кладя пробирку на стол и обнимая монстра.       Чудовище скомочилось в руках, прижимаясь горячим телом. Льнуло, как маленький щенок к тёплой груди. Тихо ворчало со знакомыми интонациями. Косигая прикрыл глаза и обнял крепче. Было удивительно уютно держать в руках вторую ипостась Комады. Хотя если подумать, то ничего странного, ведь Комада — это Комада. — Хочешь, я разогрею в микроволновке все твои бургеры?