Дневник моей Удачи

Нет ничего более опьяняющего, чем создание чего-то из ничего. Создание чего-то из себя самой. Рейнбоу Рауэлл Моя жизнь обещала быль скучной и мрачной, но несколько встреч перевернули мой мир с ног на голову. Хорошо ли это? Плохо ли это? Не знаю, но приключений на мою пятую точку это добавило точно. И так, вот вам дневник моей удачи. Глава 1 «Человек в овраге» Я шел объездной дорогой. Вокруг были только высокие, не молодые уже деревья, некоторые из них склонились над дорогой. Сама же дорога была пуста, поэтому никто не мешал моим размышлениям. Последнее задание, за которое взялся в пылу юношеской глупости, провальное. Хотя нет, кто-то другой, более опытный и сильный, наверняка, расправился бы с ним в два счета. Мне же это было не по силам. Слишком молод (как говорили обо мне многие авантюристы), высокий, но тощий, да и опыта совсем нет. Вернуться сейчас в гильдию, означало признать свою слабость. В таком случае меня еще долго будут высмеивать и, вряд ли, смогу заполучить хорошо оплачиваемый заказ. Если за этот платить не заставят, уже хорошо. Размышляя над тем, на что жить дальше, я не сразу услышал сдавленный хрип, раздающийся из глубокого оврага. Когда же понял, что это не плод моей не здоровой фантазии, поспешил в ту сторону. Там в высокой траве едва смог разглядеть что-то темное. Долго вглядывался и решил, что это просто камень. Хрип повторился и камень зашевелился, пытаясь принять вертикальное положение. Стоит ли говорить, что у него это не получилось? Думаю это и так ясно. Я бросил вещи в стороне от дороги и стал спускаться вниз. Привычно проверил наличие ножен. В них находится кинжал – наследство отца. Склон здесь оказался крутым, но, придерживаясь за молодые деревца, я смог аккуратно съехать к тому, кто явно не первый час ждал помощи. Не мудрено. Уже года два как проведен главный тракт. Он в три раза шире и безопаснее, выбранной мной дороги. Не то, чтобы находился он очень уж далеко, но по главному тракту я добирался бы до дома на сутки дольше. Да и отсутствие снующих туда-сюда телег сыграло свое дело в выборе пути. В общем, бедолага чудом найден мной, иначе быть ему удобрением для придорожных кустов, и кормом для здешнего зверья. Передо мной лежал мужчина лет сорока крепкий, мускулистый, но грязный. То, что я принял за мох, оказалось ошметками засохшей болотной жижи. Весь в ссадинах и потеках крови. － Эй, ты там живой? - бесцельно спросил я, проверяя ногой насколько крепка земля. －... Да, - ответ прозвучал сипло и неуверенно. － Повезло! Глупые фразы, не требующие ответа. Так мне самому легче не нервничать и чувствовать реальность ситуации. Однако всё волнение быстро испарилось, когда я увидел раны этого бедолаги. Его правая нога ниже колена вся была… Или ее уже не было? Пока не ясно. В данный момент она представляла собой сплошное кровавое месиво. Мышцы голени располосованы на ленточки, кое-где белеет кость. Да, дружище, если тебе удастся сохранить ногу – это чудо. Но, так как я в чудеса верить перестал, надо справляться своими силами. Так, сначала надо перевернуть мужика на спину, а то он лежит очень уж неудобно, и рука вывернута как-то неестественно. Ну, точно – вывих! Как бы нам выкарабкаться отсюда? Здесь одна трава, надо пройти дальше вдоль оврага, может нам повезет, и я найду там сумку полную заживляющих мазей и перевязочной ткани, и идеально ровные палки для стабилизации. Я усмехнулся своим мыслям. Это, конечно, все шутки, но пара прямых крепких палок и несколько больших еловых лап мне сейчас пригодятся. Я присел возле раненого, чтобы положить его удобней. Руками, ногами по мере сил дергает, значит, спиной не приложился. Перехватил ногу выше колена своим поясом, хорошим кожаным, и крепко затянул. Постепенно поток крови стал уменьшаться, но это еще ничего не значило, мужик и так потерял ее достаточно, пока лежал тут один. - Слушай, ты там жив еще? – в ответ послышалось что-то нечленораздельное и, похоже, ругательное. – Жив! Это хорошо. Сейчас я пройдусь и поищу из чего соорудить носилки, а потом будем выбираться из этой ямы. Так что ты не боись, жить будешь. Собрался уже сделать шаг в сторону, как меня дернули за штанину обратно. Подчинился и сел в прежнюю позу. - Помоги… Там, - он взглядом попытался показать направление. Вообще, глаза сейчас были единственным ярким пятном на его грязном испещренном царапинами лице.- Мои вещи… Их надо забрать. Я проследил за направлением взгляда и кивнул, потом спохватился, что лежащий на земле мужчина, даже при большом желании не мог увидеть этого, и ответил: - Хорошо, поищу. А теперь лежи и старайся не двигаться. Не дожидаясь ответа, я встал и направился за вещами. До чего же странные попадаются люди: он стоит на пороге смерти, а все равно в первую очередь думает о вещах. Одежда, деньги, даже памятные вещи – все это дело наживное. И для всего этого главное - жизнь. Именно жизнь является основой всему в мире. С собой за грань Великий забрать ничего не позволит. Вот зачем на один зад 10 пар брюк, да еще расшитых золотом? Вполне хватит двух хорошего качества. Но, к сожалению, эту истину знают только те, кто уже испытал горечь лишений. Жестокая правда. Когда счастье перед носом, ты его не видишь, считаешь чем-то естественным и постоянным, но стоит ему исчезнуть, и человек становится беззащитнее и растеряннее слепого котенка. Рассуждая так, я, хватаясь за каменистые выступы и молодые растения, поднялся, едва ли не по отвесному склону, на другую сторону оврага. Тут огляделся и не увидел никаких вещей. Не хорошо будет, если я вернусь без них. Надо поторопиться. Минут через пять я нашел следы крови и по ним вышел на поляну. Сразу в глаза бросились три пояса с различными креплениями. Пояса висели на кусте. Все три, словно разрезанные одним движением, остались валяться здесь. Я только присвистнул. Да тут целое состояние опытного наёмника. Значит, там внизу сейчас валяется мой коллега? Да, дела… Только вот мне на такой арсенал полезных вещичек вовек не заработать. В одной из сумок на поясе нашел бинты и заживляющую настойку, имеющую характерный болотно-зеленый цвет и запах полыни и белого гриба. Остальное трогать не стал. Мало ли! Да, сегодня проблемы так и сыплются на меня. Сначала неприятные вести из дома, из-за которых мне пришлось срочно отправляться обратно в Торвальд. Похоже, пришло время браться за любую и даже за самую грязную работенку, иначе нам не прожить. Теперь вот этот полуживой тип. Балласт! Может, я груб, но, честно, он совсем не вовремя тут разлегся. Можно было бы бросить его здесь умирать, но я так не могу. Не привык я к такому. В таком вот паршивом настроении подошел к больному. - Я принес твои вещи. Потом посмотришь!- шикнул я на него, когда этот, белый как снег полутруп, собрался уже привстать и потянуться за поясами.- Сейчас, тебе ногу забинтую, и будем выбираться отсюда. Носилки сделать уже не успею, придется так тащить. Взялся перевязывать ему ногу. Мужик дернулся и по-звериному зашипел. Раненый смотрел на меня, и силился не стонать от боли. Я закончил с перевязкой, кое-как закрепил за собственный пояс поклажу, примерился к мужчине, и взвалил его себе на спину. Тот только охнул – на большее, видимо, сил уже не было. А мои колени едва не попрощались со мной. Здоровенный! Идти вдоль оврага, заросшего высокой травой, с таким грузом на спине – тяжело. Главное найти пологий край, а уж там мы и подняться сможем. На задворках сознания мелькнула мысль о собственных вещах, которые остались позади, но там не было ничего такого, что не смог бы мне возместить вот этот товарищ. Все дорогое сердцу я носил, собственно, поближе к сердцу, даже деньги во внутреннем кармане жилетки. Хотя много ли их у меня. Вещи были успешно забыты. Спустя четверть часа мы смогли вскарабкаться, а под конец, и вползти наверх. После чего я пролежал без движения еще какое-то время. Сил не было даже глаза открыть. Не удосужился даже проверить, как там приземлился мой пассажир. Слышалось тихое ворчание где-то слева. Моя совесть удовлетворилась этим, после чего вновь впала в глубочайший сон. Прислушался к окружающему миру. Птицы… Они пели так красиво. Переливы их трелей вводили в какой-то транс. Кроны молодых берез, что растут вдоль дороги, тихо шептались о чем-то своем, ведомом только им. И небо... Такое высокое, бескрайнее, так и хочется взлететь и беззаботно резвиться в его просторах. Но облака напоминают, что я все еще принадлежу земле. Давно у меня не получалось насладиться этим природным спокойствием, просто в голову не приходило, что в любой момент можно поднять взгляд и увидеть звезды или, как сейчас, облака, складывающиеся в причудливые фигуры. Небо всегда было моим верным спутником. Мне всегда чудилось в этой глубокой синеве молчаливая поддержка и одобрение. Ха! Смешно. Как во мне уживаются наивный романтизм, жаждущий любоваться природой и помогать страждущим, и жестокая расчетливость, подсчитывающая, сколько я смогу стрясти денег за эту помощь? Наверное, они как-то сами договариваются в моей голове, чья очередь управлять моими действиями. Да… боятся грозы, там, или волка, это пустяк по сравнению со страхом перед самим собой… Интересно, как давно я лежу с открытыми глазами? И кто так зло пыхтит у меня над ухом? Ах, да! Совсем из реальности выпал. Расслабился! А нельзя. Не сейчас. - Так, - я тяжело вздохнул,- сейчас пройдем на восток, примерно через семь перестрелов дорога сворачивает, там должно быть достаточно безопасное место. Заночуем в лесу. Темнеет уже. Поднялся сам и помог встать невольному попутчику. В этот раз мужик шел сам, медленно, опираясь на импровизированную трость, кое-как волоча ногу, но шел. Место для привала мы нашли быстро. Идти было не далеко, но раненому и этого хватило, чтобы свалится в горячечный бред. В очередной раз подавив тяжелый вздох, я подложил ему под голову одну из сумок, что помягче, и накрыл своей курткой. Не бог весть что, но сойдет. Начал обустраивать место для ночлега. Развел огонь. Без него ночью холодно будет. Лето уже на исходе, поэтому ночами холодный осенний ветер начинает захватывать всё новые территории. Я не рассчитывал задерживаться в пути, потому и провизии у меня с собой совсем не было. Пришлось ложиться спать на голодный желудок. Под мелодичное урчание живота отлично размышлялось. Что мне принес сегодняшний день? Ничего, кроме головной боли и живого балласта. Да, не весело. Тогда, подойдем с другой стороны. Что я потерял за сегодняшний день? Комплект одежды, пару свитков с заклинаниями низшего порядка, три пузырька лечебных настоек и кучу времени. Время особенно жалко. Надо будет расспросить этого… Додумать я не успел. Мое внимание привлек шорох в кустах. И тут я понял, как оплошал. Это ж надо, так погрузится в свои проблемы, чтобы даже не подумать, кто мог так отделать опытного авантюриста! В том, что он опытный, я не сомневался. Сейчас главным вопросом для меня было, как далеко успела уйти эта тварь? Если она все это время была где-то рядом, как делают некоторые хищники, когда ждут, пока жертва ослабнет, то мои дела хуже некуда. Судя по характеру разрезов на ноге, это какое-то крупное животное с бритвенно острыми когтями. С одним кинжалом я не справлюсь. Да и будем честны, с мечем в руках единственное полезное, что я мог бы сделать, это прирезать попутчика и напороться на лезвие самому. На большее моих навыков не хватит. Я медленно пятился от куста, не сводя с него взгляда. Давно мне не приходилось быть в таком напряжении. Сейчас особенно остро ощущалось наступление темноты. Воздух стал тяжелым, вязким. Вдохи становились все чаще и глубже. Снова послышался шорох, за ним еще один. Когда я не только услышал, но и увидел шевеление листвы, во мне словно отпустили натянутую до предела тетиву. Одним четким движением метнул кинжал. Все затихло. Тишина, только тяжелое дыхание спящего, да потрескивание костра. Я сделал три глубоких вдоха, чтобы успокоиться, и направился в сторону предполагаемого врага. Медленно раздвинул ветви. В первое мгновение я остолбенел. Потом меня начал разбирать хохот. Я смеялся все сильнее и сильнее. В итоге, успокаивался я, лежа на траве, держась за живот. От судорожного смеха, у меня заболели мышцы. «Да… Сдаешь позиции, Рик. Когда это ты успел стать таким трусом? - я перевернулся на спину и раскинул руки в разные стороны. – Глупо получилось. Надеюсь, это просто сказывается усталость за несколько дней. Иначе, я решу, что и впрямь глупею. Никогда раньше не впадал в такой ужас перед неизвестным врагом. Да и кто, будет метать во врага единственное оружие, не обдумав все хорошенько. Величайшая глупость!». Это происшествие неплохо встряхнуло меня. Голова отчистилась от тяжелых, но бессмысленных сейчас переживаний. Я вновь обратил внимание на небо. Оно было очень красиво. Полоска света у горизонта еще была окрашена в желтые, красные, почти бардовые, и фиолетовые цвета. Прямо надомной, в надвигающейся ночной черноте, одна за другой загорались звезды. Когда понял, что сейчас так и усну, я поднялся и пошел наводить порядок. Посмотрев на тушку убитой лисицы, которой не посчастливилось застать меня в плохом расположении духа, горько усмехнулся. Бедное животное умерло. Мне было его жаль. Иногда я замечал, что животных я люблю сильнее, чем людей. Ведь человек существо лживое. Что касается любви к своему виду… Похоже, она мне не присуща. Я вытер кинжал от крови и оттащил подальше труп, к утру на его запах мог выйти действительно опасный хищник. На этом решил успокоиться и лечь все-таки спать. Подбросил в костер несколько веток и лег возле него. Конечно, при всем своем скудном опыте, я никак не смог бы заметить, полыхнувшие желтым отблеском глаза осторожного, а от того еще более опасного зверя. Он побродил поблизости, потом глухо всхрапнул и отправился восвояси.