Let me come home

31 октября 2027 — Афигеть! — запищала Таша с заднего сидения. — Что я говорила насчёт этого слова? — Елена припарковала автомобиль и посмотрела в зеркало заднего вида в ожидании ответа от дочери. — Что его нельзя говорить просто так, — пробубнила девочка уже без энтузиазма. Женщина, наконец, обратила внимание на причину восторга дочери. Двор, перед которым они остановились, был украшен бесчисленными тыквами и гномами. Маленькие труженики были установлены так, будто они самостоятельно держали много килограммовые плоды, однако выглядели они не как добродушные работяги из сказок — их зловещие улыбки и горящие красные глаза делали их похожими на крошечных маньяков. Одноэтажный дом был украшен паутиной с волосатыми пауками, мерзкими на вид насекомыми и приведениями. Возглавляло эту композицию большое импровизированное пугало. Несколько искусственных ворон сидели на его голове и клевали её, вытаскивая мозги. Елена уже не удивлялась фантазии хозяйки дома, только ей казалось, что задумки с каждым разом становились более зловещими. Пока Елена с Ташей рассматривали украшения к Хэллоуину, из дома вышла женщина с рыжими собранными в неаккуратную кулю волосами и громоздкими очками на носу. — Кого я вижу! Моя маленькая ведьма прилетала, чтобы помогать мне пугать несносных детишек. — Ванда! — Таша бросилась в объятия тёти. Женщина постаралась покружить племянницу, но и девочка была уже не такой лёгкой, да и Ванда была не в том возрасте. — Умоляю, аккуратнее, — подала голос Елена, настигая парочку у крыльца. — Тебе не кажется, что это уже слишком, тем более для детей? — прокомментировала она внешний вид дома. — Афигенный монстр, — вновь воодушевился ребёнок. — Наташа, — Елена смирила дочь суровым взглядом. На этой неделе они принесли из садика «афигеть» и теперь Елена слушала его по сто раз на дню во всех его проявлениях. Их ужин теперь был не вкусным, а афигенным, новые ботинки мамочки выглядели афигенно, а когда утренний мультик закончился на самом интересном моменте, на всю гостиную было слышно протяжное «а-афи-иге-еть». Ещё немного и Елена могла сойти с ума. — Это не монстр — это пугало, — начала объяснять Ванда, — и если бы твоя мама в школе больше интересовалась литературой, то знала бы, что раньше герои детских сказок были злыми и кровожадными, прямо как эти гномики. — Зачем? — Таша даже разину рот от удивления. — Чтобы маленькие детишки слушались родителей и боялись уходить из дома, — голос Ванды стал тихим и холодным, она зловеще улыбнулась, — а иначе за ними могли прийти страшные силы, например, огромная стая подвальных крыс. Они утаскивали детей в лес и там же лакомились их плотью, оставляя одни только косточки. — Но Ванда, крысы не едят людей, — с умным видом заявила Таша, невозмутимости в её возрасте можно было только позавидовать. — Думаю, средневековые крестьяне поспорили бы с тобой. Они все вместе прошли внутрь дома, и уже там женщина опустила Ташу на пол. Не разуваясь девочка пулей побежала в гостевую, где хранились все её самые ценные вещи в этом доме — пижама в виде дракона, которую она постоянно носила в доме Романофф, и игрушки, которые также включали в себя набор с мини кухней, на которой они вместе с Вандой готовили завтраки и ужины. — Ты её балуешь, — продолжала ворчать Елена, скидывая с плеча детский рюкзачок. Дома Таше было запрещено ходить в обуви. — Иногда это бывает полезно, — с улыбкой отозвалась Ванда. Они прошли вглубь светлой гостиной. Их вкусы в интерьере мало отличались — мягкие диванчики, куча пледов и декоративных подушек, так что обычно Таша чувствовала себя у тёти как дома. — Как дела в школе? — вопрос вызвал у Ванды наигранный вздох. — Спортсмены всё ещё не хотят читать классику. — Вряд ли их можно за это винить, — весело ответила Елена, вспоминая свои школьные годы. Она принялась в спешке распаковывать вещи дочери и перечислять её стандартный набор для ночёвки у тёти, в очередной раз поясняя, в каком порядке необходимо выполнять банные процедуры перед сном. Ванда же, выучившая давно инструкции наизусть, наблюдала за женщиной нахмурив брови. — Что-то не так? — уточнила Елена, заметив подозрительный взгляд. Ванда наклонилась к ней и сделала глубокий вдох. Запах цитрусовых духов, алая помада, бросавшийся в глаза макияж, обтягивающий костюм с юбкой чуть выше колен, высокий каблук. Женщина перевела хитрый взгляд на лицо Елены. — Свидание? — Пф, ещё чего, — Елена вернулась к перекладыванию вещей Таши с места на место. Черты её лица напряглись и она была больше не в состоянии скрывать нервозность в движениях. От неё молча ожидали объяснений. Обычно Елена ставила Ванду в известность о своих планах, когда просила посидеть с Ташей, но не в этот раз. Когда молчание затянулось, Елена всё же сдалась: — Кейт опять настояла на встрече с семейным психологом. — её движения стали динамичнее. — Доктор Фьюри говорит, что одной консультации недостаточно. Эмоциональную атмосферу в вашей семье едва ли можно назвать благоприятной для эффективного развода, — процитировала она семейного консультанта. — Тоже мне доктор. Кейт платит ему целое состояние за каждый сеанс, вот он и сел ей на шею. Ванда уже не первый раз выслушивала тираду о мистере Фьюри и его работе. Она набрала в лёгкие побольше воздуха, чтобы ненароком не перебить возмущенную Елену. — Я сразу ей сказала, что не собираюсь принимать участие в этих демагогиях, но нет же, она давит на меня Ташей, и каждый раз я попадаюсь на эти манипуляции, — смятая футболка с улыбающимися животными полетела в сторону дивана. В гостевой послышался шум. Он вывел Елену из своих мыслей. Она опустила плечи и шумно выдохнула. — Я просто не понимаю, почему нельзя всё сделать быстро и без лишних нервов, — ещё тише подытожила она, и принялась за разбросанные вещи. Елена убедилась, что в комнате Таши не случилось ничего катастрофического — всего лишь игрушечная кастрюля упала с кухонного мини гарнитура. — У шеф-повара уже готово меню на ужин? — поинтересовалась Ванда, когда Таша принялась методично переносить свою детскую кухню на настоящую. Кухня Ванды была соединена со столовой, от чего казалась просторнее обычной даже с вечно царившим на ней творческим беспорядком, в отличии от кухни молодой мамы и её дочери. Педантичность Елены уже сейчас начинала передаваться Таше поэтому, когда они с Вандой готовили, стол младшей всегда выглядел аккуратнее. — Да! — просияла девочка. Она нашла рюкзак и достала из бокового кармана сложенный вдвое листок. По середине большими, но кривоватыми буквами было написано «МЕНЮ». — Суп из пауков с гренками, — она начала зачитывать воображаемый список блюд, написанный сплошными волнообразными каракулями, — пюре с червячкями, вонючие фрикадельны и три холодных тыковки, — Таша медленно перевела взгляд на маму. Только она в этой комнате понимала, что холодная тыква была мороженым. Таша знала, что так много сладкого ей не разрешат съесть и поэтому исправила себя, — одна тыковка. Ванда вопросительно посмотрела на Елену. Та загадочно пожала плечами. Всю дорогу до дома тёти Таша придумывала меню для ужина в канун дня всех святых, а мама помогала ей с тематическими ассоциациями для названий любимых блюд дочери. Однако Елена не собиралась облегчать жизнь Ванды и оставила немой вопрос без ответа — пускай помучается в честь праздника. Молодая мама ещё раз проверила дочь и прочитала ей лекцию о хорошем поведении у тёти. Ей совсем не хотелось оставаться сегодня без дочери, но она понимала, что после приёма у неё не будет сил на ребёнка, она лишь надеялась, что сможет пережить этот вечер без скандалов. — Всё будет хорошо. Ты молодец, что идёшь Кейт навстречу. Возможно, это будет полезно и для тебя, — напоследок сказала напутственные слова женщина. *** 31 октября 2027 — Что мне нравится в ней, кхм. Возможно, это прозвучит банально, но первое что я заметила это ямочки на её щеках. И ещё мне нравятся её смех и голос, они меня успокаивают. Когда я просыпалась по утрам и видела рядом с собой её умиротворённое лицо, мне становилось спокойно даже после ночных кошмаров. И я не могу представить себе, чтобы она не смогла подобрать правильных слов. Даже когда ситуация кажется безвыходной, она находит способ поддержать и заставить тебя взглянуть на проблему с другого ракурса. Это так важно, потому что м-м… Потому что если честно, я мало к кому прислушиваюсь, а у неё получается заставить меня задуматься о том, о чём я даже не подозревала. Если бы не она, мы бы вряд ли добились всего того, что у нас есть, то есть было… В общем сейчас я понимаю, что её целеустремлённость заставляла меня не сдаваться. И она находит во всём плюсы, всегда. Она знает, как решить буквально любую проблему. Она умеет справляться по жизни сама и, я знаю, что ей тяжело доверять людям, но она старается и, я это вижу и чувствую каждый день… Спустя столько лет она всё ещё смеётся над моими подростковыми шутками и терпит мои дурачества. Она любит побеждать, но никогда не говорит об этом, и иногда поддаётся мне, если думает, что я этого не замечу. Я не умею копаться в себе, а она знает, что я чувствую, даже когда я сама этого толком не понимаю. Я хорошо умею завязывать споры, а она лучше всех их заканчивает потому, что умеет слушать. Она находит общий язык с Ташей с самого её рождения и никогда не показывает своей усталости. Она — замечательная мать, и я хочу хоть немного быть похожей на неё в этом. Она прекрасно выглядит даже после бессонной ночи, и у неё получается собрать идеальный наряд из казалось бы не сочетаемых вещей. Она всегда выглядит по-особенному. И я тоже чувствую себя особенной, когда она смотрит на меня. Я люблю то, как она произносит моё имя, даже когда я её раздражаю. Она прекрасно готовит. И она знает всё, что я люблю. — Женщина шумно выдохнула. — На этом всё. — Спасибо, Кейт, что поделились своими чувствами. Это важно — не забывать о положительных чертах, которые вы видели друг в друге. Так мы можем сохранить тёплые отношения. Елена, вы бы хотели как-то ответить на слова Кейт? Блондинка, которая всё это время смотрела в пол, облокотившись одной рукой о мягкий подлокотник замшевого кресла и придерживая голову за подбородок другой, выпрямилась. Её взгляд прожигал невидимые дыры в мужчине напротив неё. Она не оборачивалась к жене, когда та читала все эти уже никому ненужные признания. Но как и сказала Кейт — Елена знала её вдоль и поперёк, так что ей не составит труда представить её выражение лица перед сном, когда она будет в очередной раз прокручивать в голове слова супруги. Как она глубоко дышала в паузах между чтением, медленно прикрывала глаза, чтобы сосредоточиться и не поддаться желанию заплакать и сжала челюсти и отвернулась к окну, когда услышала реакцию Елены. — Нет, мне абсолютно нечего ответить. — Хорошо, — мужчина поправил очки на переносице и сделал быструю заметку в своём планшете. — Тогда поделитесь с нами своими мыслями? Почему вам нравится Кейт? — Ладно. Елена обернулась к зелёной кожаной сумочке, которая лежала на кофейном столике разделяющем её с супругой. Через мгновение у неё в руках оказались аккуратно трижды сложенные листы бумаги. Когда у неё не получилось развернуть их с первого раза, она начала активнее махать ногой взад и вперёд. Но когда текст оказался у неё перед глазами, амплитуда движения каблука еле заметно уменьшилась. — Почему мне нравится Кейт? Во-первых, она всегда знала, как поднять мне настроение и отвлечь от тревожных мыслей. — Голос Елены дрожал, и ей пришлось откашляться, чтобы продолжить читать. — Во-вторых, — неожиданно она замолчала, но через мгновение решила предпринять ещё одну попытку, — Во-вторых… — её лёгкие будто переполнила какая-то инородная субстанция, мешающая нормально дышать, она старалась поймать ртом воздух и через мгновение поняла, что перед её глазами стояла пелена из слёз. Она попыталась продолжить говорить, но вместо этого из её рта вырвались лишь нечленораздельные звуки. Кабинет психолога стал слишком широким и в тоже время давящим. Несмотря на то, что она не могла чётко разобрать картинку из-за слёз, она чувствовала, что обе пары глаз в комнате были обращены к ней. И она не выдержала. Её переполняли эмоции, с которыми она не могла справиться. Она ненавидела это — ненавидела то, что Кейт видела её слёзы, ненавидела то, что она поддалась жалким эмоциям сразу перед двумя людьми, они видели её слабой, видели её сломленной. А ведь Елена поклялась себе больше не показывать своих чувств, только не во время развода, инициатором которого она сама и являлась. Ей так не хватало Наташи, которая могла бы устроить взбучку за эти нюни, прочитать лекцию о том, что надо быть сильной. Ей оставалось только надеяться на то, что тушь на её ресницах не потекла и ей не придётся идти до ванной комнаты, опустив лицо в пол, чтобы спрятать от прохожих унизительные дорожки от слёз. *** 27 мая 2005 — Выходи из своего укрытия, русская шпионка, — было сказано тихо, но уверено для девчонки тринадцати лет. Она туго натянула тетиву лука в ожидании её цели. Из-за трибуны раздался шорохи. Кейт непроизвольно отступила назад. Ей ещё не приходилось целиться в человека - таковы были правила их команды — целиться, а тем более стрелять разрешено было только по мишеням. При первом нарушении лучнику выписывали предупреждение в письменной форме, второе — исключение. Вероятно, Кейт получит сегодня первое, и ей будет тяжело объяснить родителям, почему она решила проигнорировать одно из главных положений их объединения. — Я не выйду, пока ты не опустишь свою игрушку, — послышался гнусавый голос с сильным акцентом. Поразмыслив, молодая лучница приняла решение послушаться свою заложницу. В конечном итоге, тренер Бартон пока что не заметил её отсутствия, может быть у неё был шанс остаться без выговора сегодня? — Тогда выходи с поднятыми вверх руками, — это было лишним, но Кейт не хотела терять преимущество. Она знала, кто прятался за возвышающимися ступеньками трибуны, и в определённой мере ей самой было страшно. Из-за угла наконец появилась фигура блондинки, руки которой были скрещены на груди. На ней был гимнастический купальник, который резко контрастировал с бледным цветом кожи девушки и её светлыми волосами, собранными в тугой пучок на затылке. — Что ты делаешь на нашей тренировке? Следишь за нами? — Кейт важно приподняла подбородок вверх, она не должна была дрожать как осиновый лист при разговоре с врагом. Гимнастка лишь громко цокнула и театрально закатила глаза, их цвет идеально сочетался с индиговым купальником, в котором она сегодня выступала. Только теперь Кейт заметила, что у старшеклассницы потекла тушь и испортился сценический макияж, и даже несколько флаконов лака не смогли спасти её причёску от петухов тут и там. Кажется, она плакала, а Кейт — идиотка. — Делать мне больше нечего — следить за клоунами с луками, — блондинка явно не пыталась завести себе новых друзей или хотя бы быть приветливой. — Эй! — Кейт не впервой приходилось терпеть издёвки в адрес своего вида спорта, но она уже привыкла. Так уж повелось — лучники были одними из самых неуспешных спортсменов в их школе. Всему виной была эта дурацкая статистика и чересчур редкие соревнования. Пока футбольные команды колесили по чемпионатам каждый сезон, подопечные Бартона довольствовались парой состязаний в год. Однако Кейт не видела в этом проблемы, она знала чего хотела и её не могли остановить чужие насмешки. Так или иначе, она планировала прославить команду, а пока ей надо было разобраться с гимнасткой. — Что ты тут забыла? — она старалась придать голосу твёрдости, всё-таки девушка напротив неё была старше на год и, скорее всего, считала Кейт малолеткой. — Я, что, не могу находиться в спортзале? — возмутилась девушка и свела брови домиком. — Не во время наших тренировок, — не сдавалась Кейт. У них не было строгого правила касательно запрета на посещение чужих тренировок, но факт оставался фактом — между командами внутри школы присутствовала конкуренция. Для самых успешных спортсменов это слава и своего рода привилегии, а для их тренеров - финансирование. — Пофигу, — блондинка развернулась на сто восемьдесят градусов и покинула помещение. Кейт осталась стоять в замешательстве. Она не хотела обидеть девушку. Она видела её сегодня на отчётном выступлении, и это было идеально — все её движения были доведены до совершенства, но также она припоминала, как видела Елену в коридоре неподалёку от спортивного зала во время перерыва между выступлениями. Возможно, ей показалось, но она была больше чем уверена, что видела, как тренер Романофф отчитывала её за трясущиеся руки на сцене. Тогда Белова выглядела скорее не расстроено, а недовольно, как ребёнок, которого отчитывала мать за плохо помытую посуду. В любом случае сейчас Кейт понимала, как это было глупо с её стороны, пытаться завести знакомство со старшеклассницей вот так. Русская шпионка? Руки вверх? Что за бред? — Идиотка, — отчитала она саму себя, возвращаясь к команде, которая с интересом наблюдала за их перепалкой. *** 31 октября 2027 — Прошу тебя, уйди. — Я просто хочу убедиться, что с тобой всё в порядке, — раздался обеспокоенный голос из-за стенки. — Со мной всё в порядке, — прогундосила женщина. Елена была совершенно не похожа на человека, у которого всё было в порядке, особенно в тот момент, когда она на середине сеанса вылетела из кабинета доктора Фьюри и с характерным звуком ударяющихся о кафель каблуков промаршировала в туалетную комнату. До конца сеанса Кейт пришлось отдуваться одной, наслаждаясь собственной же идее о терапии. Этот опыт оказался в конечном итоге полезнее, чем она могла себе представить. Покинув здание, она заметила чёрный шевроле со знакомыми номерными знаками, которые она выбирала сама, и поняла, что её жена ещё не уехала. — Я отвезу тебя домой, — вновь предложила Кейт. — А как же моя машина? — ослабленным голосом спросила Елена. — Я попрошу Питера пригнать её к нам, то есть к вам на парковку, — изменения в укладе их жизни были для неё всё ещё в новинку. — Что ещё за Питер? — створка двери отворилась и из кабинки показалась Елена. Она выжидающе смотрела на Кейт. — А, — отмахнулась брюнетка, — мой новый стажёр, — смышленый парень, вот только… — Елена поднесла руки под кран, и продолжение фразы потерялось на фоне шума воды. Раньше Кейт продолжила бы рассказ, но теперь она умела переводить с языка жены — "я не собираюсь тебя дальше слушать" - вот что хотела ей сказать Елена своим поведением. После того как Елена поправила макияж, убрала с лица волосы, и вытерла руки сразу несколькими салфетками, она наконец обернулась к Кейт. — Ладно, но я не планировала ехать домой. Оказывается, что следующим местом назначения Елены, после семейного консультанта, становится бар. Яркая вывеска в виде бокала с мартини и торчащей из него оливкой привлекали внимание прохожих и приглашали их отведать фирменный коктейль заведения. Удивительно, но кажется это было единственное место в городе не украшенное к Хэллоуину. — Мне кажется, это плохая идея, — решилась прокомментировать Кейт, когда они оказались напротив бара. — Не будь занудой, тебе это совсем не идёт, — Елена была уже в предвкушении атмосферы бара. Она хотела оставить тяготы бытовой недели позади и воспоминания о неудачном сеансе как можно скорее. — Ты хочешь одна пойти в бар ночью, я не могу не занудствовать, — стояла на своём Кейт. — Можешь составить мне компанию, если твоей душе будет так спокойнее, мамочка, — и с этими словами Елена эффектно покинула салон автомобиля. Она пока не выпила ни капли алкоголя, но Кейт успела заметить в её глазах озорство. Опять эти игры в горячо-холодно — как же она устала от них. — Хорошо, я просто хочу убедиться, что с ней ничего не случится, — или нет. Кейт была не уверена в том, хороший ли это был план. Она чувствовала, что вечер мог закончиться фиаско, но с другой стороны — что могло пойти не так? В конце концов, они могли провести в компании друг друга хотя бы один спокойный вечер, как взрослые люди? В помещении бара как ни странно было темно и душно. Кейт здесь сразу не понравилось, она отвыкла от подобного рода заведений. Последний раз она была в баре с дешёвой выпивкой, когда училась на первых курсах университета. Но хуже всего было то, что она знала, что Елена не просто брезгала посещением подобных заведений, хуже — она на дух не переносила резкий запах алкоголя и тем более не любила пьяных в стельку людей. Поэтому Кейт пришлось выдавливать из себя улыбку, садясь за барную стойку по левую руку от Елены. Она попросила у бармена содовую, ссылаясь на то, что сегодня она была за рулём, хотя на самом деле уже начинала предчувствовать беду, когда увидела, как перед Еленой выставили ряд из пяти стопок. — Это всё тебе? — она не могла удержаться от вопроса. — Ты же за рулём, — ухмыльнулась Елена. На первый взгляд могло показаться, что она получала удовольствие от происходящего. Бармен наполнил каждую из рюмок разноцветными жидкостями и, женщина принялась за первую. По её лицу было видно, что алкоголь оказался для неё слишком крепким, и Кейт молча протянула ей стакан с содовой. — Захотелось вспомнить университетские годы? — какая жалкая попытка завести разговор. Кейт чувствовала себя глупо, будто пришла на первое свидание с малознакомой девушкой и должна была прощупывать почву для общения. — Я не пила в университете, — возмутилась Елена, но этого было не достаточно, чтобы Кейт ей поверила. В конечном итоге они провели эти годы вместе. — Ладно, возможно, очень редко. — Редко, но метко. *** 19 сентября 2009 — Ты точно не хочешь вернуться домой? — Конечно. Почему ты спрашиваешь? Вместо внятного ответа Елена услышала лишь нечленораздельное мычание и бормотание: «ну, не знаю… мне просто… показалось… ну…». И эта реакция вызвала у неё раздражение, потому что она догадывалась, о чём не решалась заговорить с ней её девушка. — Говори уже, — она стала строгой и похожей на старшую сестру. — Сегодня ведь годовщина смерти твоего отца. — Я знаю. — И звонок от Наташи… — Кейт не умела говорить о болезненных темах. В их семье не было принято обсуждать чувства, переживания или тяжёлые воспоминания из прошлого. Чем старше она становилась, тем сильнее ощущалась потребность в этом не простом для неё навыке, но где можно было научиться говорить об утрате или боли твоих близких, она не знала. Жаль, что их не обучили этому в школе, думала она. — Может быть, ты хочешь поговорить о том, что произошло между вами? — Я не хочу об этом вспоминать, честно. — Елена попыталась придать лицу радостный вид, и Кейт решила отступить — она была уверена, что её девушка могла справиться с чем угодно. Если она считала, что всё было под контролем, почему Кейт должна была лезть в чужие взаимоотношения? Они шли по плохо освещённой улице где-то на окраинах Огайо. Их новый однокурсник по имени Стив решил устроить вечеринку по случаю нового учебного года. Они начали учиться меньше месяца назад, и ещё особо не успели с кем-то познакомиться. Так что девушки решили, что это был отличный способ завести новые знакомства и получше узнать новых одногруппников. Всё-таки они переехали из Нью-Йорка и почти никого тут не знали, кроме их арендодателя. После окончания школы родители Кейт настояли на её скорейшем поступлении в колледж и она, в отличие от Елены не успела насладиться перерывом между школой и колледжем. Но был в этом и плюс — они обе уехали из родного города, подальше от родителей и склок. Их семьи по какой-то неизвестной для них причине были не в восторге от их союза. Им пришлось выслушивать много аргументов, но главным оставалась спортивная карьера. Элеонор говорила, что с Еленой её дочери было не видать светлого будущего в большом спорте. Наташа же вообще ничего не хотела слышать о личной жизни младшей сестры. По её мнению, у неё не должно было быть ни одной причины отвлекаться от главной цели в её жизни. У Елены была особая связь со спортом, льдом и олимпийскими играми, и именно поэтому она мечтала о том, чтобы разорвать любые отношения с этой частью её жизни. Но как бы она не хотели покончить со спортом, единственным компромиссом для родителей Кейт и Елены оставался спортивный колледж в Огайо. И теперь им нужно было привыкать к новым условиям и подстраиваться под обстоятельства. — Тем более, — Елена переняла на себя инициативу и потянула на себя их сцепленные руки, — ты сегодня такая красивая, — блестящие от света фонарей глаза Елены изучали девушку напротив и непроизвольно опустились на её губы. — Я не в праве прятать от мира такую красоту, — она потратила сегодня больше часа на макияж Кейт, так что она не могла позволить этому личику так легко упустить свой момент славы. Елена подозревала о переживаниях её девушки насчёт косметики и прочих «женственных» штучек. И она видела, как непривычно и неуютно было девушке от нового образа, но хотела помочь ей избавиться от этих комплексов. — Это всё ты, — от стеснения Кейт отвела взгляд в сторону. — Нет, детка, это ты, — Елена оставила лёгкий поцелуй на накрашенных блеском губах, и повела их обеих на приглушённый звук музыки. Одноэтажный загородный домик, отделанный стеклом, больше напоминал прозрачный офис какой-нибудь современной айти компании. Организатор вечеринки приветствовал девушек на входе, приветливо угощая пивом. Стив, думала Елена, выглядел слишком мило, чтобы быть инициатором всей этой шумихи. Кейт быстро нашла с ним общий язык, и они уже принялись обсуждать финал последнего футбольного матча. Елена решила оставить девушку с новым знакомым и пройти вглубь помещения. Огромный холл с множеством пуфов, диванчиков и несколькими кофейными столиками, уставленными пластмассовыми стаканчиками, создавали ту самую атмосферу сериальной вечеринки у популярных подростков. Елена оказалась в таком месте впервые, если не считать выпускной Кейт. Она храбрилась весь вечер, и теперь растеряла всю свою уверенность, которой с таким рвением делилась с Кейт. Она сделала первый глоток пива и чуть не выплюнула его. — Мерзость, — вслух прокомментировала она и поставила стеклянную бутылку на край столика в центре комнаты. Вокруг неё было полно людей, многие из них оживлённо друг с другом общались, но были и такие же потерявшиеся души как она. Видимо, такие же первокурсиники. Это отличный способ завести новые знакомства — повторяла себе девушка, но всё равно не могла заставить себя начать с кем-нибудь диалог. Она уже принялась оглядываться в поисках Кейт, понимая, что оставаться одной было определённо плохой идей. — Не меня ищешь? — в её поле зрения появился парень с отросшими волосами, собранными в не аккуратный маленький хвостик. Он улыбнулся и протянул Елене стаканчик. — Вряд ли. — она ухмыльнулась и выпрямилась, расправляя плечи. Она видела парня впервые, и была уверена, что он был даже не её одногруппником. Стаканчик оказался в её руке, и парень воспринял это за положительный знак. — Тогда тебе повезло. — С чего бы вдруг? — она подносит стакан к носу, проверяя, что в нём. — Потому что ты нашла меня. — самодовольство так и пёрло из молодого спортсмена. По крайне мере таковым его ознаменовала Елена после оценки его телосложение. Бесспорно, Елена любила Кейт, она ценила их отношения и уже пожертвовала многим ради неё и их совместного будущего, но иногда она испытывала необъяснимый недостаток каких-то чувств в их отношениях. В редкие моменты когда она думала об этом слишком долго и добиралась до истинных желаний, она называла их деструктивными и сразу же закрывалась от них. Ей не нравились эти чувства, эти мысли, эти желания. Они могли испортить всё. Если она поддастся искушениям, не укротит нрав, то подставит под удар всё, чем дорожила. Но это не означало, что она всегда могла контролировать свои порывы. Возможно, поэтому она не сразу дала понять парню, что пришла сюда не одна. Возможно, поэтому когда он спросил, как её зовут она не раздумывая ни секунду ответила: — Виктория. — Значит победа, — улыбнулся парень. Какое клише. — Твои родители попали в яблочко. Елена подавила в себе желание скривиться от упоминания родителей. — Я — Джеймс, но друзья зовут меня Баки. Актёрскому мастерству Елены можно было разве что позавидовать, когда она живо интересовалась новым знакомым и его историей поступления в Огайо. Они уже сидели на мягком диванчике, цвет которого совсем не подходил для мероприятий с алкоголем. Елена была уверена, что сидела на влажном пятне от чужого напитка, по крайне мере она на это надеялась, — вероятно, кремовую обивку завтра ждала долгая процедура по удалению пятен. Спустя двадцать мучительно долгих минут беспрерывного монолога о своей будущей карьере в баскетболе у Елены закончилось терпение. Она без зазрения совести начала изображать скуку, при этом перекидывая ногу на ногу и облокачиваясь на спинку дивана так, что Баки теперь мог наблюдать глубокий вырез на её заправленном в джинсы облегающем топе. Но её собеседнику было совершенно всё равно на это. Он был слишком увлечён рассказом о том, кто, по его скромному мнению, должен был попасть в плей-офф будущего сезона НБА. Елена была разочарована, она сама не знала, чего именно ждала от этого знакомства, но ей явно хотелось провести время другим образом. И вообще, где Кейт? Её совсем не волновало, что с её девушкой? Опять это ужасное желание распалить огонь ревности. Да, что с ней не так? А Баки так и не унимался и чтобы хоть как-то поумерить пыл парня, Елена широко зевнула и именно в этот момент она почувствовала вибрацию в заднем кармане обтягивающих джинсов. Не удосужившись извиниться перед будущей звездой НБА, она встала с дивана и направилась к раздвижным створкам, ведущим на задний двор. Музыку было слышно даже здесь, но вряд ли Елена успела бы найти место тише. Меньше всего ей нужен был очередной скандал из-за неотвеченного звонка. — Да, — голос Елены с первой реплики был пропитан раздражением. — Нет, не дома. — Она сделала глубокий вдох. — Да, она со мной. — Её веки медленно опустились и она закатила глаза. — Наташа, я не собираюсь отчитываться перед тобой за каждый свой шаг. Какая разница где я? — ей было тяжело не повышать тон. Она уехала за сотню миль от сестры, чтобы отчитываться перед ней днями напролёт? Ещё чего. — Я не кричу на тебя. — Эти разговоры с каждым разом становились невыносимее. — Я знаю, что ты переживаешь. — «Но меня это не волнует». — Ладно, я напишу, как мы будем дома. — Её плечи наконец опускаются. — Да, передавай Ванде привет. — Она уже хотела ответить: «и я тебя», но услышала то что выбило её из колеи окончательно, и она бросила трубку оставив прощание сестры без ответа. В её голове продолжали крутиться последние слова Наташи. «Не позорь отца, не позорь отца, не позорь отца». Ей хотелось швырнуть телефон о стеклянную створку и разбить всё тут к чёртовой матери. Но она не могла. Она должна была сохранить лицо. «Как же меня это достало» — тут же пронеслась у неё мысль. Резким движением она отодвинула дверцу и уверенно прошла вглубь комнаты, заполненной людьми. Здесь как будто стало светлее, а люди, что до этого казались неприветливыми и даже враждебными, больше не мелькали у неё перед глазами, как назойливые мухи. Наоборот, она без труда расталкивала одного за другим в поисках своей девушки. Естественно, Кейт нашла большую компанию незнакомых студентов. Среди них был всё тот же Стивен и даже Баки успел к ним присоединиться. Ребята весело и живо что-то обсуждали, нет, даже не так — Кейт весело и живо что-то рассказывала. И это злило Елену. Она не должна была этого показывать. Её девушка хорошо проводила время, знакомилась с новыми людьми, а она чувствовала лишь ревность и гнев. Это прожигало её изнутри. — Я потеряла тебя, дорогая. — Она появилась, словно, из ниоткуда напротив Кейт и смотрела только на неё. Новые знакомства, кажется, её больше не интересовали. Она видела, что ухмылка на её губах ввела её девушку в замешательство. — Елена, — разговоры в их компании смолкли. Кейт спрятала свои подозрения за улыбкой и элементарной вежливостью. — Ребята, знакомьтесь, это Елена, — она запнулась и откашлялась. В это время Елена поймала на себе заинтересованный взгляд Баки. Придётся перед ним извиниться, но это потом. — Моя подруга, — поднялся гул сразу из нескольких голосов, кто-то принялся здороваться. Елена не успевала запомнить всех имён, сейчас они перемешались у неё в голове вместе со словами Наташи в конце их телефонного разговора и образовали какофонию из неразборчивых звуков. Когда все успели представиться, и общее волнение спало, Кейт опять переняла инициативу на себя. — А ещё она дочк… — А ещё я её девушка, — перебила Елена достаточно громко, чтобы её услышали даже за соседним диванчиком. Она стояла напротив Кейт и обвивала её шею свободной рукой. Она прочитала недоумение в глазах напротив, но сделала вид будто не заметила этого. За их спинами раздавались одобрительные и удивлённые возгласы. Кейт хотела как-то отреагировать, но ей вновь не позволили этого сделать. Она почувствовала губы Елены на своих, но не ответила на поцелуй из-за чего Елене пришлось остановиться и отстраниться. Она увела брюнетку за собой, отмахиваясь от новых знакомых банальными фразами вроде: «я украду её у вас ненадолго». По мере того, как они проходили вглубь дома, музыка становилась тише. Узкий коридор привёл их к безлюдному холлу перед ванной комнатой. Елена резко дёрнула ручку, но дверь не поддалась. — Проваливайте, — раздался мужской голос из-за двери. Это, однако, не остановило Елену от исполнения её коварного плана. Коротким шагами она приблизилась к Кейт, которая только теперь начала смекать, что затеяла её девушка. Вот только она не успела забыть финт, который провернула Елена пару минут назад перед их сокурсниками. — Зачем ты рассказала, что мы встречаемся? — спросила она, когда расстояние между ними оказалось непростительно крошечным. — А ты не хочешь, чтобы о нас знали? — длинный ноготь Елены проскользил по однотонной идеально выглаженной рубашке с расстёгнутыми верхними пуговицами. — Я хочу! — но Кейт сейчас было не до этого — она не успела заразиться настроением блондинки. — Но ведь это ты просила не рассказывать о нас. Елена поджала губы и закатила глаза. Ей было откровенно скучно. Она хотела побыстрее расправиться с молнией на джинсах Кейт, а не играть в допрос с пристрастиями, хотя она бы не отказалась от пыток, но не тех что сейчас ей устраивала её возлюбленная. За дверью в ванной что-то загремело, но на это обратила внимание только Елена. — Я просто хочу понять всё ли в порядке. — Всё будет замечательно, если ты перестанешь болтать и поможешь мне со своими новыми джинсами. Кейт не любила сомневаться в чужих словах, поэтому она аккуратно начала поцелуй. Не так как того хотела Елена, но это было не проблемой. Они обе чуствовали себя слишком смущённо, хоть Елена и старалась этого не показывать. Но если бы кто-то появился в этом коридоре, им бы наверняка стало неловко. Когда они полностью поддались чувствам, Елена словно невзначай добавила: — Никогда больше не рассказывай никому о моём отце. *** 31 октября 2027 — Это уже неважно. Я устала, — честно призналась Елена. — И я не хочу вспоминать наши университетские годы. Я, что, не могу просто расслабиться? — она элегантно облокотилась левой рукой о металлический прутик короткой спинки барного стула и повернулась в сторону пока ещё не бывшей жены. От такого движения Кейт почувствовала себя неловко. Не будь они сейчас в процессе развода, она бы не отрывала взгляд от этой провокационной позы, но она чувствовала, что больше не имела право так откровенно пялиться. Ей пришлось скрыть интерес за полуопустевшим стаканом с содовой. — Мне казалось, что ты любила расслабляться по-другому. — Кейт не могла ни на чём сфокусироваться, и её взгляд зацепился за мужчину, сидящего за стойкой через пару стульев от них. Это был одинокий молодой человек с непримечательной внешностью. Короткие каштановые волосы, лёгкая щетина, бежевая рубашка с расстегнутой пуговицей. Кейт не сразу поняла, чем он привлёк к себе её внимание. Тем временем Елена расправилась со второй рюмкой, и на этот раз она оттолкнула от себя протянутый в её сторону стакан и вместо этого опрокинула ещё одну стопку с жидкостью другого цвета. — Я хочу танцевать. Было сложно судить о наличии в этом заведении места для танцев, но тем не менее в центре кружились парочки, что также как и Елена находили музыку ритмичной, в основном это были влюблённые, которые не обращали ни на кого вокруг внимание. Кейт тоже хотелось почувствовать себя беззаботной, отдаться музыке и чувствам, но на её душе было слишком много тревог, которые не могли уйти на второй план, поэтому она отказалась от приглашения Елены, но сменила угол обзора, чтобы не терять жену из виду. Её мысли крутились вокруг настигшего чувства, которое до этого ей не приходилось испытывать. Ей казалось, что впервые с момента её знакомства с Еленой, она несла полную ответственность за них обеих, даже несмотря на то, что они уже больше четырёх лет вместе воспитывали Ташу. Будто Елена всегда брала на себя роль «трезвого водителя», человека, который во всём знал меру, и умел принимать решения в любых ситуациях. Кейт же напротив всегда была той, кого приходилось останавливать от плохих идей. Только теперь она поняла, что все эти годы без зазрения совести пользовалась этим положением, и продолжала пользоваться им сейчас. «Она даже выбрала квартиру, на которую мне пришлось съехать после нашего расставания» — мысленно возмутилась женщина. Множество воспоминаний мелькали у неё перед глазами, соединяясь в один большой пазл. Она тонула в этих мыслях и понимала, что ей лучше отвлечься — дешёвый бар был не самым подходящим местом для саморефлексии. Когда она вновь взглянула за дальнее кресло, то не заметила там темноволосого мужчину, и интуитивно принялась выискивать его фигуру среди других посетителей бара. Она говорила себе, что он вызывал в ней повышенный интерес только из-за того, что он был единственным человеком, помимо бармена, лицо которого ей удалось запомнить, но когда она выискала его в толпе, что-то внутри неё, какая-то очевидно ненужная часть её внутренностей (и она была уверена, что ей было сердце) заледенело, онемело и раскололось. Эти обломки рассыпались по её телу, оставляя болезненные раны. И только в тот момент, когда бармен предложил ей повторить её напиток, она почувствовала, что сжимала пустой бокал слишком крепко, и выпустила его из рук, оборачиваясь обратно к стойке. С небольшой заминкой она отказалась от предложения, и чересчур резко встала со стула и направилась к выходу. Октябрьский прохладный воздух отрезвил её гнев, но перед глазами всё ещё стоял образ Елены танцующей лицом к лицу с мужчиной, что поглядывал на них с тех пор, как они пришли. Она была благодарна себе за решение выйти на улицу, ведь останься она в баре ещё на пару секунд, и её было бы не остановить. Её кулаки самопроизвольно сжимались и разжимались, ей нельзя было влезать в драки тем более не из-за короткого приступа ревности. Какая-то рациональная часть ее сознания подсказывала ей, что настолько сильный приступ гнева не мог быть вызван одной лишь ревностью, и направлен на мужчину, которого она даже не знала. В глубине души она понимала, что злилась на другого человека… «Нет, что за бред». Она не могла злиться на Елену. Тем более мужчина должен был заметить обручальное кольцо на её безымянном пальце и попридержать своё желание познакомиться. Или… Кейт вспомнила, что весь вечер не позволяла себе взглянуть на жену, а на сеансе так и вовсе они сидели на одной стороне и у неё просто не было возможности рассмотреть её, за исключением того момента, когда Елена копошилась в сумочке в поисках её домашнего задания к терапевту. Как в замедленной съемке Кейт прокручивала этот момент в памяти. Она не могла понять наверняка, играл ли с ней собственный разум злую шутку, или она действительно запомнила руки Елены и пустой безымянный палец, на котором должно было находиться её обручальное кольцо. Она захотела вернуться. Ей нужно было проверить, узнать, убедиться… Неужели она действительно так поступила? Неужели для неё это был действительно конец? Ноги сами повели её в сторону стеклянной двери. — У вас не будет сигареты? Но вместо этого она остановилась и решила дать себе минутку на раздумье. У группы ребят, которые выглядели как хиппи за тридцать, нашлась для неё сигарета и даже зажигалка. Они попытались завести с девушкой разговор, но она отвечала слишком рассеяно, чтобы поддержать беседу, и они быстро от неё отстали. Молодая женщина с бардовыми ярко окрашенными волосами всё же решила подойти к ней ещё раз. — У тебя всё нормально? — Да. — Нет, конечно, нет. Она сделала первую затяжку и поморщилась от горького привкуса тяжёлого табака. Незнакомка улыбнулась. — С непривычки бывает неприятно, — она указала на собственную сигарету. Кажется, именно она поделилась с ней табаком. Кейт отрешённо кивнула, затягиваясь ещё раз. Компания назойливой незнакомки покинула улицу и оставила их одних перед баром. — Выглядишь очень загружено, — заинтересованный взгляд изучал Кейт, но она этого совершенно не замечала. Она не могла вернуться туда, просто не могла. Она слишком быстро приняла тот факт, что не могла давить на Елену. Если её супруга приняла для себя такое решение… она имела на него полное право. — Потому что я очень загружена, — сорвалась Кейт. Она быстро поняла, что её реплика прозвучала грубо. — Прости. — Наконец она решила взглянуть на собеседницу. — Тяжёлый день. Возможно, ей стоило уехать домой? Она заметила, что ей стало всё труднее контролировать себя. Обычный разговор с незнакомкой обратился для неё непосильной задачей. — Бывает. Могу угостить тебя, — рыжеволосая женщина не переставала улыбаться. — Иногда это помогает после тяжёлого дня. — Не стоит, я за рулём, — на автомате ответила Кейт. Она не могла уехать, ведь она пообещала Елене довезти её до дома. И она действительно не хотела бросать женщину одну. Кто знал, что было на уме у её нового партнёра по танцам. Кровь в жилах опять начала закипать от злости. — Я могу угостить тебя не только алкоголем. — Что? — загадочная улыбка на лице незнакомки сбила её с толку, и мысли поплыли совсем не в том направлении. Реакция Кейт развеселила заядлую курильщицу. — Я имела в виду безалкогольные напитки, — по-доброму объяснила она. — А-а. — Как же это было неловко. Кейт молча докурила. Через лёгкую ткань шёлковой рубашки ощущался подкрадывающийся осенний холод. — Если захочешь пообщаться, наш столик в углу напротив барной стойки, — женщина подмигнула и прошла по ступенькам к двери бара. — Постой, — мозг Кейт, в конце концов, заработал, и она поняла, что даже не узнала имя табачной спасительницы, — как тебя зовут? Незнакомка остановилась и облокотилась о металлические перила. Она будто оценивала насколько ей можно было доверять, но все же решила поделиться своим именем. — Кэсси. — Я — Кейт. — Приятно, познакомиться, Кейт. Не успела Кэсси подняться по лестнице, как дверь бара отворилась и на пороге появилась Елена. Она выглядела решительно и недовольно. Её пристальный взгляд метался от Кэсси к Кейт и обратно. — Я потеряла тебя, дорогая, — губы блондинки изогнулись в ухмылке. Она внимательно следила за реакцией Кейт. Уже несколько месяцев они обращались друг к другу только по имени. Кейт принимала эти перемены болезненно, пытаясь ухватиться за последнюю спасительную соломинку в их отношениях. Поэтому она сразу смекнула, что сказано это было напоказ, и участвовать в этом цирке она не собиралась. Она уже жалела, что согласилась на эту авантюру, стоило уехать домой, как только она покинула кабинет доктора Фьюри. Она была благодарна Кэсси за то, что ей хватило благоразумия вернуться в бар и не принимать участие в сцене, которую готова была бы устроить Елена. Они остались одни. — Кто это? — тон опять стал холодным и требовательным. — Кэсси. — Кэсси? Кейт практически поддалась желанию отплатить Елене той же монетой и заставить её ревновать, но она отдавала себе отчёт в том, что это было слишком низко и жалко. В конечном итоге она всё ещё любила жену. — Угостила меня сигаретой. — Как мило с её стороны, — с сарказмом прокомментировала Елена, не переменившись ни в позе, ни в лице. Но с каждым днём это становилось труднее. Они молча стояли на улице. Елена будто без единой эмоции на лице наблюдала за Кейт, которая в свою очередь не решалась взглянуть в ответ на супругу. Ей казалось, что именно сейчас она была особенно уязвима. Стоило Елене не так взглянуть на неё, и она была бы готова удрать от сюда со всех ног. «Это уже слишком». — Ты замёрзла, — опять подала голос женщина со ступенек. И она была права, вот только Кейт сейчас было на это плевать. — Чего ты хочешь от меня? — она старалась придать голосу уверенности, но из-за озноба и дрожжи во всём теле у неё разве что получилось не звучать жалобно. — Чтобы ты вернулась в помещение и не заболела, — такое изумление было тяжело подделать. Елена говорила так, будто то был самый естественный вывод на свете. — Нет, Елена. Что ты хочешь от меня всем этим? — она обвела руками вокруг себя. — То тебе нет до меня дела, то ты пытаешься вызвать во мне ревность. Теперь появилась эта псевдо забота. Чего ты хочешь от меня? Женщина, которая стояла на ступеньках у входа, выглядела всё также возмущённо. Кейт знала, что будет дальше — отрицание. Из дверей бара появилась очередная компания людей, они что-то живо обсуждали, и отвлекли внимание Елены на себя. Она провожала их взглядом, пока не осталась на лестнице одна. В конечном итоге она скрестила на груди руки и безразлично пожала плечами. — Ладно. Хочешь тут замёрзнуть? Твоё дело. — И она исчезла за стеклянными дверями бара. Сразу же за этим раздался громкий стук — мусорный бак, что стоял сбоку от Кейт, оказался на полу с разбросанным по асфальту содержимым. Она тихо выругалась больше не в силах сдерживать себя.