You at my Mercy

Приближался вечер, солнце скрывалось за морем, окрашивая небо в розовое. Весь день вся банда отдыхала, играя в пляжный волейбол и наслаждаясь спокойствием. Родители Дженни и Лисы проводили время вместе, попивая алкогольные напитки около пляжного бара, так как сейчас самый подходящий для этого момент. Розэ с Джису проводили свое время в воде, в то время как Руби и Пранприя располагались на лежаках, провожая светило до завтрашнего дня. На их лицах мелькала слабая, но довольная улыбка, а руки их были переплетены. Морской бриз охлаждал после жаркого дня, играясь со все еще влажными волосами девушек. — Эй, Джен, — начала вдруг Лиса, поворачивая голову в ее сторону. — Что такое? — Руби тоже взглянула на старшую. — О чем вы говорили с мистером Ким? — после ее вопроса, младшая сжала губы и задумалась, стоит ли ей говорить хоть что-то, или она потеряет Манобан, если раскроет правду? — Ты можешь мне пообещать кое-что сначала?.. — Конечно, — хмыкнула Пранприя, — Но перед тем, как ты озвучишь, хочу разъяснить. Дженни, — Лиса встала со своего лежака и подсела к Джейн, — Тебе позволено все, пока ты не предаешь меня во всех смыслах. Секреты есть у всех, поэтому если этот секрет — не мысли о предательстве, то все хорошо, — улыбнувшись, Манобан чуть наклонилась к Ким и расположила руку на ее правой щеке, пока глаза второй выражали одновременно и восхищение, и неуверенность. — Я поняла… Пообещай, что не станешь относиться ко мне хуже, когда услышишь все, хорошо? — Обещаю, малыш, — улыбнулась Лиса. Пока Дженни собиралась с мыслями, Манобан старалась не смотреть на мокрое тело Руби. Но оно выглядело настолько заманчиво, что Лалисе хотелось прямо сейчас прижаться губами к шее младшей, руками прикоснуться к ее талии, изучить всю Джейн. И от этих мыслей в горле старшей пересохло, она даже раскрыла рот, пока ее глаза неосознанно втыкали в грудь Ким. Пальцы стали покалывать от растущего желания, а в животе начало все стягивать от нахлынувшего возбуждения. Когда она еще один раз сухо сглотнула, Джейн руками взялась за ее лицо, при этом принимая сидячее положение, и заставила Пранприю посмотреть на себя. — Эй, куда это мы смотрим? — сладкая улыбка на губах Ким на близком расстоянии заставила Лису слегка покраснеть. — На тебя, куда ж еще, — закатила Манобан глаза, следом отводя взгляд. — Я вижу, — Дженни издала смешок и опустила руки к плечам старшей, — Слушай, ты… помнишь хоть что-нибудь из детства? — после этих слов взгляд Манобан вернулся обратно на лицо Руби. — Нет, — честно ответила, — Я не помню ничего из того, что было в детстве. Мама сказала, что я свалилась с окна 2 этажа, поэтому я получила сотрясение мозга и забыла все, что было до этого момента. Это было лет в 12, наверное, — задумалась Лиса, а Дженни это удивило, потому что об этом она не знала… — О, понятно… Сейчас это не сказывается никак? — обеспокоенно спросила младшая. — Нет, — хмыкнула Пранприя, щелкая по носу Джен, — Сейчас я в полном порядке, просто нет воспоминаний до 12 лет. И не спрашивай, как я выпала из окна — я не помню, а родители не в курсах, — легко пожала плечами, — Так, а к чему ты это? — Да мы с тобой просто в детстве виделись, — Ким опустила голову и отвела взгляд, — Ну и я, можно сказать, соврала тебе уже дважды… Я с отцом и еще кое-кем все подстроила, чтобы ты меня сама захотела. Как-то так… Слова Дженни удивили Лалису не на шутку. Она смотрела на младшую с широко раскрытыми глазами, и она не чувствовала что-то наподобие злости или раздраженности, нет. Ее удивлял мозг Ким, который смог все привести в действие и, кажется, с успешным итогом. — Ты… У меня мозг сломался, Джен, — Лиса тяжело вздохнула и приложила одну ладонь ко лбу, — На кой черт нужна была эта схема?.. И почему я, черт возьми, не злюсь на тебя? — Ну, эм… Наши отцы перестали так хорошо ладить из-за моих слов, произнесенных тогда, поэтому мне нужно было, чтобы этот вариант предложила ты, — Дженни на секунду встретилась с глазами Манобан, а потом снова отвернулась, начиная теребить пальцы рук. — И что ты тогда произнесла такого, что это испортило их отношения? — «Я хочу ее», — процитировала Ким, краснея, — Может, они подумали, что я хотела власть, деньги или еще что… Но я была ребенком. — Твою ж… И ты придумала это все будучи ребенком. — Папа помог. А в воплощении участвовала еще одна особа, — издала смешок. — И кто же эта особа? — Лиса выгнула бровь и чуть ближе наклонилась к Руби, пытаясь поймать ее взгляд. — А можно пока не озвучивать? Я не хочу подставлять человека таким образом, мне нужно сначала спросить. — Хорошо, — еще один тяжелый вздох слетел с губ старшей, — Я не устану поражаться тебе, Дженни, честное слово. Ты какой-то гений или кто? Уж слишком ты сообразительна. — Ну, — Джейн пожала плечами, мило улыбнувшись Пранприи, — Я просто слушаю то, что происходит в моей голове. Мне удобнее считать, что это бесы в голове все придумывают. И это самое логичное объяснение всему. — Бесы в голове? Серьезно? — Манобан тихонько рассмеялась, утыкаясь своим лбом в лоб младшей, — Что эти бесы говорят тебе насчет идеи пойти в номер и снять с тебя купальник? — и ухмыльнулась. — Лиса-а! — рассмеялась Ким, чуть отталкивая Лалису за плечи, — Вечно ты об одном думаешь! — а затем надулась, что показалось старшей довольно милым. — Ничего не могу с собой поделать, когда вижу такую особу, — подмигнула Манобан и наклонилась ближе, заставляя Руби обратно лечь, — Опережая твой вопрос, отвечу, так и быть. Касается это только тебя. Потому что раньше я чувствовала лишь похоть и животные инстинкты, смотря на красивых девушек, — их лица находились на опасно близком расстоянии, взгляд Лисы метался с губ Дженни к ее глазам, — А вот смотря на тебя… У меня буря эмоций, Джен, — и внезапно уткнулась в шею Руби, вдыхая иной аромат с кожи той — аромат моря. Дженни от такого действия слегка вздрогнула, а ее хватка на плечах Пранприи лишь усилилась. Голова ее чуть откинулась, и все тело слегка подрагивало от внезапного прилива жара ко всему ее существу из-за услышанного. — Повторю вопрос, — старшая обдула шею горячим дыханием, одну руку располагая на бедре Дженни, а другой продолжая удерживать себя, — Что твои бесы говорят на этот счет? — а затем зажала кожу между зубами и оттянула, при этом проводя языком по зажатой области, что вызвало легкий стон у Ким, заставивший ее бедра сжаться, сердце встрепенуться, а дыхание участиться до предела. Манобан почувствовала рукой, что Джейн свела бедра, и ухмыльнулась, выпуская кожу, на котором еще пару минут будет красоваться след, а ладонь на бедре направляя ко внутренней стороне сомкнутых бедер и протискивая ее между ними. — Тут многолюдно, Лиса, — еле выдохнула Руби, сжимая ноги еще сильнее, чтобы предотвратить продвижение руки старшей все ближе к тому участку, где все уже горело. — Пойдем в номер, малыш, — Лалиса примкнула губами к шее в легком поцелуе. — Терпение на исходе? — издала смешок Руби, все так же крепко сжимая бедра, а руками вытягивая лицо старшей и удерживая ее за щеки, — Смотри в глаза, — младшая пыталась поймать взгляд Лисы, но та увиливала, — Эй, — и не безуспешно. — Да смотрю я на тебя, смотрю, — буркнула, — И осматриваю полностью… — Я погляжу, с терпением у тебя проблемы, — издала смешок Дженни, расслабляя бедра, потому что Манобан тоже расслабилась. — Ты договоришься сейчас, Джен… — Брось, — Ким улыбнулась самым соблазнительным образом, из-за чего у Лисы сердце перевернулось с ног на голову. — Я предупреждала, — резко высказалась старшая, вставая со своего места. А затем она просунула руки под младшую девушку в области спины и сгиба колен под удивление Руби, а в следующую секунду уже держала ее в воздухе на руках так, словно она была невестой. В купальнике, практически без одежды, но невеста. Джен в тот момент слегка пискнула и крепко обернула руками шею Пранприи. — Ты какого черта делаешь?! — негодовала Руби, а Лалиса лишь дьявольски улыбнулась и потопала в сторону отеля, несмотря на то, что по песку идти с девушкой на руках не очень удобное дело. — Я же предупреждала, что договоришься, — ухмыльнулась Манобан. — Я и на своих двоих могла бы пойти, — пробормотала Дженни в шею той, запуская мурашки по коже. — Могла. Но перед этим ты бы еще какое-то время поиздевалась, а сейчас сиди тихо, — ухмылка появилась на губах старшей, когда Джейн слегка ущипнула ее кожу. — Нечестно быть такой сильной. — Нечестно быть такой горячей.

***

Как только девушки вошли в номер, Лиса поставила Дженни на пол, после чего вторая надуто взглянула на более высокую девушку. При этом ее руки располагались по бокам. — Ну чего ты дуешься? — издала смешок Лалиса, касаясь макушки Джейн. — Ты просто взяла и притащила меня сюда, Лиса! — Ким скрестила руки под грудью и хмуро уставилась на старшую, — Как думаешь, почему я дуюсь? — Но ты такая маленькая и легкая, да и сопротивления сильного не оказывала… — протянула Манобан с притворной задумчивостью, касаясь талии Ким и притягивая ту к своему телу близко настолько, что Джен, от соприкосновения с кожей Лисы, невольно пискнула. — Ты назвала меня маленькой? — нахмурилась девушка пониже ростом, смотря прямо в глаза Лисе. — Ну, э… — Манобан понимала, что одно неверное слово сейчас — и ей не позволят снять с другой девушки этот чертов купальник, — Я в том смысле, что ты миниатюрная… — проговорила она с нервным смешком. — То есть я короткая? — продолжала давить Ким, забавляясь этой ситуацией внутренне, но внешне продолжая хмуриться. — Ты, конечно, ниже меня ростом… Но ты не короткая, — Манобан сжала губы в линию и прикрыла глаза. «Кто только тянул меня за язык?» — думала старшая, нервозность которой, по мнению Джейн, можно было увидеть за километр. Пока Пранприя стояла с закрытыми глазами, сильнее прижимая к себе тело Руби, вторая еле заметно ухмыльнулась и встала на цыпочки, чтобы оставить короткий поцелуй на крепко сжатых губах. Глаза старшей распахнулись, но затем вновь закрылись и втянули Ким в более продолжительный и нежный поцелуй. Руки Манобан начали бродить по ее телу вверх, затем снова вниз, останавливаясь на ягодицах и сжимая кожу. Затем она подняла Руби, заставив вторую обвить ноги вокруг талии, а руки запустить за шею, и одновременно с этим углубила поцелуй, переплетая их языки. Лиса направилась в сторону просторной кровати с Джен на руках. Когда ее пальцы коснулись горячего центра, младшая оторвалась от поцелуя и откинула шею, издавая стон и слегка подрагивая. Губы Лалисы примкнули к изящной шее Джейн, когда она дошла до кровати и уложила другую девушку на мягкую поверхность. От переизбытка чувств и ощущений, Пранприя укусила кожу чуть ниже уха, отчего Ким издала слегка болезненный стон. Ее ноги дрожали, находясь в раздвинутом положении, пока старшая стояла между ними. Руки Лисы располагались по обе стороны от головы Джейн. Нежно поцеловав очередное место укуса, Манобан выпрямилась и уставилась на разгоряченное личико младшей, губы которой были приоткрыты, а глаза были чуть закрыты, но темные зрачки все равно четко проглядывали. Лиса чувствовала вкус морской соли на языке после того, как расцеловала шею Дженни, поэтому провела языком по губам. — Будь я животным, думаю, с радостью съела бы тебя, — ухмыльнулась, ощущая жар чужого тела. — Будто тебе обязательно надо быть животным для этого, — пропыхтела Ким, опуская руки с шеи старшей на кровать и расслабляясь. Манобан прошлась глазами по фигуре Дженни, видя, как высоко вздымается ее грудь, а затем вновь ухмыльнулась. — Ты права. Это необязательно, — Лалиса приняла сидячее положение, — А теперь вопрос… — Слушаю. — Могу я уже снять с тебя этот чертов купальник? После ее слов Дженни рассмеялась и тоже села на кровати, а потом просто мило улыбнулась. — Ты все это время ждала разрешения? — Руки Ким вновь направились за шею Манобан. — Да… — А могла просто сделать так, — и Джен развязала узелки верхнего элемента купальника по очереди, оголяя небольшую грудь Лисы. — Так можно было, что ли? — Конечно. Просто ты хорошая девочка, не так ли? — соблазнительная улыбка образовалась на губах Дженни, когда ее руки поползли вниз по плечам Лалисы. — Твою мать, Дженни, — тихо проговорила старшая девушка, — Вот уж нет. Не в этот раз. Лиса вновь припала к устам Руби, а руками в мгновение ока избавила ту от верха купальника, затем снова укладывая на кровать. Этот поцелуй был более агрессивным, словно Лиса была уже на грани срыва, и ей жизненно необходимо было ощутить Дженни без всяких препятствий. Даже если эта преграда — купальник. Пока языки переплетались, а дыхание смешивалось, руки старшей спустились ниже лишь для того, чтобы ловким движением избавиться и от низа купальника, оставляя младшую девушку полностью обнаженной. Когда они вновь оторвались от губ друг друга, Лиса хотела начать спускаться поцелуями ниже, но Ким схватила ее лицо и не позволила этого сделать, тем самым вызывая вопрос. — Что такое? — Сними с себя… Хмыкнув, Лиса выпрямилась и избавилась от последнего элемента одежды на себе, затем откинула низ куда-то в сторону. Ноги она переставила так, что оказалась поверх правого бедра Руби, а затем снова наклонилась. В этот раз ее никто не остановил, поэтому Лалиса начала оставлять поцелуи по всей коже, спускаясь все ниже и ниже. Дженни на это отвечала слабыми стонами, чувствуя, как сильно она нуждается в прикосновениях между бедрами, потому что напряжение слишком высокое. И она, на самом деле, уже довольно давно ощущала, как влага потихоньку стекала по внутренней стороне бедер. Когда Манобан оставила невесомый поцелуй в области паха, Джен не сдержалась и завела руки в волосы старшей, зарываясь пальцами глубже. — Лиса… — простонала Ким, когда другая коснулась кончиком языка клитора девушки. Улыбнувшись тому, насколько отчаянно это прозвучало, Манобан начала медленно двигать языком по кругу, мучая младшую девушку еще больше. Тело Ким начало извиваться под этим действом, так что старшей пришлось зафиксировать бедра той руками, чтобы она не двигалась так хаотично, иначе какое веселье? К тому же, по мнению Лисы, Дженни уж слишком много изнывалась над ней за последние несколько дней… Дженни лишь сильнее прижимала голову той к себе, двигая бедрами. Лалиса же сжимала руками ее кожу сильнее от такого напора, а ее язык ускорялся с каждым разом. Одна рука Манобан отпустила бедро младшей девушки лишь для того, чтобы доставить той больше удовольствия. И когда Пранприя вошла в Дженни двумя пальцами, медленно и мучительно, вторая протяжно простонала, сжимая волосы старшей в своих руках крепче. От этого Лиса не могла не улыбнуться. Когда ее пальцы стали двигаться сильнее, стоны с уст младшей начали срываться чаще. Манобан чувствовала, как внутри девушки горячо и влажно, как стенки ее начали сокращаться, оповещая о том, что скоро ту настигнет оргазм. Старшая также ощущала, как ее собственное возбуждение стекает по бедрам, как между ног у нее все горит, желая получить должное внимание. Когда Лиса вошла глубже и всосала бугорок нервов, Ким издала громкий стон, достигая фееричного оргазма в конвульсиях. Манобан не спешила вытаскивать пальцы и прекращать теребить языком клитор, заставляя другую девушку дрожать. — Ли-са, пожалуйста, — еле проговорила Ким, — Не мучай… Лалиса прекрасно знала, что Джейн сейчас чувствительнее, но ее саму разрывало от желания кончить. И хотелось ей достичь этого с Руби. Вытащив пальцы, Манобан выпрямилась, пока по ее подбородку стекали выделения младшей. Глаза Дженни бегали по телу старшей, пока ее тело все еще слегка подрагивало, а мышцы были расслаблены после оргазма. — Думаю, я вряд ли устану видеть тебя в таком виде, — проговорила Пранприя, пальцами вытирая подбородок, а затем облизывая их. — Я тоже, — тихо ответила Джейн, — Ты одним своим видом снова возбуждаешь… — Хах, — хмыкнула Манобан, переставляя ноги и хватая одно бедро Ким руками, — Мне пиздец как хочется… — намекнула на близость их центров, продолжая смотреть в глаза Дженни. — Просто прижмись уже, блять, Лиса. Я хочу тебя ощутить… — буквально взвыла Руби от того, что даже сейчас, находясь на пике срыва, старшая думает о ней. Нет, это хорошо, и она этим довольна. Но ей хочется, чтобы она просто взяла и сделала это. Без тени сомнений. И Лиса это поняла. Крепче сжав бедро Джейн, она прижалась к ней и начала агрессивно тереться, пока из уст обеих вылетали стоны наслаждения. Их тела вспотели, и между ними было скользко. Лисе жизненно необходимо было это трение. — Черт, Дженни, — простонала Манобан, чувствуя, что ее не хватит надолго, потому что она была на пределе еще тогда, когда доводила Руби Джейн. — Я скоро… опять… — пропыхтела младшая, отвечая на действия старшей со всех сил, которые у нее остались. Стоны отлетали от стен, смазка текла между соприкосновениями плоти, а комната пропиталась ароматом их соития. Через некоторое время девушки прижались друг к другу сильнее, чувствуя пульсации между ног, а затем обе стали достигать пика, издавая финальный стон в унисон. После этого Лиса просто легла на Дженни, не в силах двинуться. Ким явно повлияла на сексуальное удовлетворение Манобан, потому что именно об этом вторая сейчас думала, лежа на все еще горячем теле Джен. «Иногда мне кажется, что Дженни не способна на то, что она рассказала мне на пляже. Но учитывая то, что она провернула это со мной… тут либо она гений, либо я тупею, когда такие признания делает Джен…» — думала про себя Лиса, уже лежа рядом и смотря на лицо Руби. — О чем задумалась? — вывела младшая Лалису из мыслей, улыбаясь. — О твоих словах, малыш, — точно такой же улыбкой ответила Манобан. — И к какому выводу пришла? — Что я не могу трезво думать, когда дело касается тебя… Нормальный человек уже давно бы посчитал тебя сумасшедшей и попытался бы уйти подальше, — Пранприя положила руку на щеку девушки и начала медленно поглаживать ее кожу. — Эй, ты хочешь сказать, что я сумасшедшая? — надулась Ким, после чего Лалиса рассмеялась. — Хочу сказать, что сумасшедшая здесь я. И мне это нравится. Даже если ты преследовала одну лишь цель — заполучить меня — с самого детства, сейчас я тоже заполучила тебя. — Люди — не вещи, Лиса. — Знаю. Теперь знаю. И все же мне нравится называть тебя своей… — от этих слов Манобан смутилась и уткнулась своим лбом в лоб Ким. — Я и не против, — издала смешок младшая, — Потому что мне это тоже нравится. А еще я рада, что тебе не захотелось убежать от меня подальше после того, как ты узнала правду… — И не захочу. Однако меня все еще кое-что интересует. Кто же тебе помогал? — Я уже говорила, я не могу сказать. Сначала нужно узнать, не против ли этот человек быть раскрытым, — Джейн оставила короткий поцелуй на губах Пранприи, следом переплетая свои и ее ноги. — Хорошо, — Манобан закатила глаза, — Очень надеюсь, что этот человек даст тебе добро… В этот момент в дверь их комнаты постучали, заставляя обеих девушек слегка вздрогнуть. Укутав себя и Дженни, Лиса дала стучавшему разрешение на вход. Девушки оперлись об изголовье, точнее, Лалиса, Руби же легла на плечо старшей и сильнее закуталась в одеяло. Дверь открылась, пропуская внутрь Читтип, и от этого обе вздохнули с облегчением. Казалось, увидеть кого-то другого, вместо матери Лисы, сейчас было бы крайне неприятно. — О, простите, милые мои. Я не знала, что вы… заняты, — ей пришлось прочистить горло, проходя дальше к кровати. — Ничего страшного, мам. Мы просто разговаривали. — Хорошо. Я хотела позвать вас на пляж, там барбекю устраивают, — издала смешок Читтип, присаживаясь на край кровати. — Миссис… — начала Джен, обращаясь к женщине, но была перебита. — Просто «мама», Дженни. — Хорошо, мама. А мой отец тоже там? — Конечно, — улыбнулась Читтип, — Они с Марко и ответственны за все это. Лиса молча наблюдала за этим разговором, который странным образом согревал ее душу, однако потом решила встрять. — Мам, почему ты не говорила мне, что мы с Дженни виделись в детстве? — задалась Манобан, смотря на свою мать, пока обеспокоенный взгляд Джейн бегал от дочери к матери и обратно. — От этого ничего бы не поменялось. Ты вся в отца своим поведением, поэтому даже в толк брать не стала бы. Поэтому я и решила помочь Дженни с ее планом… — Что? — глаза Лисы взлетели до небес от услышанного. Слишком много странной информации навалилось на нее за короткий промежуток времени. Она неосознанно сжала кулаки и прикрыла глаза, пытаясь переварить информацию. Дыхание ее было ровным, чего нельзя было сказать о сердцебиении. Джейн видела это, поэтому аккуратно взяла крепко сжатую руку и стала протискивать свою ладонь, чтобы переплести пальцы. Когда у нее это получилось, Лиса открыла глаза и бесстрастно взглянула на младшую, чем испугала Руби. — Значит, это ты помогала ей, — перевела глаза на свою мать, выражая полное безразличие. — Да… Лиса, милая, пойми, я просто хотела, чтобы ты тоже получила то, что хотела… — Что хотела? — Пранприя вскинула одну бровь, игнорируя Дженни, которая дергала ее руку, и чье выражение лица было почти на мокром месте от такой резкой смены, — Откуда тебе было знать, что я хотела? — Послушай меня, пожалуйста… — голос Читтип дрожал, — В тот день, когда мы уехали от Кимов и приехали домой, ты мне сказала, что эта девочка и ее слова тебе понравились и что ты тоже хотела бы ее. Но вы больше не виделись, а после того, как ты получила сотрясение, ты забыла о своих словах и своем желании. А я тогда как раз вышла на Джен и ее отца, спустя долгое время, и тут такое… Ты бы не поверила мне, если бы я тебе сказала, потому что ты привыкла просто брать и не хотеть ничего так сильно… Это сложно, Лиса. Я просто хотела помочь… — Здорово помогла, — хмыкнула Лиса, — Получается, я получила то, что хотела. Но не думала, что помощником Джен с нашей стороны будешь ты. Даже не знаю, предательство ли это, потому что отец явно не знал и не знает ничего. — Верно, он не знает… — поникла мать Лисы. — Я, конечно, рада, что ты помогла нам обеим достичь желаемого. Но меня разочаровывает то, что это проворачивалось за моей спиной. Я не замечала ничего подозрительного с твоей стороны, а я люблю, чтобы все было под контролем… — Лиса… — Помолчи, Джен. Я сейчас говорю с мамой, — холодно взглянула на младшую, но руку ее старшая сжала крепче, не желая отпускать, — Я благодарна, мам. Но думаю ужесточить контроль и проверить всех ребят, чтобы впредь подобное не случалось. Мы скоро присоединимся к вам. Можешь пока идти. И это означало, что разговор окончен, поэтому Читтип пришлось молча встать и уйти. Она и радовалась, и слегка жалела, что признание получилось таким. И ей оставалось лишь верить, что все будет нормально. Когда девушки остались вдвоем, повисла тяжелая тишина, что пугало Руби. — Лиса? — осторожно обратилась она к старшей. — Все хорошо, малыш. Я все понимаю, просто первоначальная реакция была иной. Мне лишь нужно время, чтобы перестать злиться на маму. — А на меня?.. — Я тебя люблю, Джен. Но мне нужно время. — Я тебя тоже люблю, — Джейн уткнулась в шею Манобан, — Пожалуйста, не вини в этом маму… — Я не виню, правда, — Лалиса встала с кровати и начала одеваться под испуганный и почти плаксивый взгляд Ким. — Куда ты? — Нам на барбекю надо, милая, — слабо улыбнулась Лиса, смотря на Руби, — Я буду ждать тебя внизу. Джейн лишь кивнула, и Манобан покинула комнату, оставив Ким одну с ее собственными мыслями. В тот вечер Лалиса держалась подальше от матери, чтобы ненароком не поссориться с ней, потому что она сама понимала, что мама ей ничего плохого не сделала. Старшая видела, что Читтип страдает от такого холодного отношения, но ничего не могла поделать. Она все еще чувствовала некую злость, стоило ее матери только обратиться к ней. Эта маленькая деталь в плане Дженни под именем Читтип пошатнула контроль Лисы. Всю неделю Манобан была отстраненной, и это касалось не только матери, но и Джен. Вторая понимала, но жутко скучала. Ей хотелось выть от того, что старшая девушка обделяет ее вниманием.

***

Ночью, когда все веселились на улице около костра на очередной вечеринке банды, Лиса находилась в своем номере. И Дженни знала, что она там. Но несмотря на то, что ей не хотелось беспокоить Манобан, она все же вернулась в отель и пошла к их комнате. Войдя туда, Руби увидела Лису, стоящую около окна и смотрящую на улицу. Младшая медленно подошла к той и, не удержавшись, обняла со спины, потому что ей безумно не хватало тепла от Лисы, ибо ночью они спали не в обнимку, и прикосновений тоже не было никаких. — Я скучаю… — прошептала она в спину Пранприи. — Я тоже, — выдохнула Манобан спустя минуту и развернулась к Джейн, заключая в свои объятия, — Но теперь все хорошо. Я больше не злюсь на маму, хотя наших людей по возвращении в Сеул проверить все же надо будет. — Вы поговорили? — Ким взглянула на Лису, чей взгляд был прежним — таким родным и теплым. — Да, малыш, — улыбнулась старшая, — Мы все обсудили и поговорили о прошлом, мама более детально все рассказала в спокойной обстановке. Я проработала с ней свою реакцию. Больше такое не повторится. — Не заставляй меня больше так переживать… — Не буду. Я тебя люблю, ты ведь это знаешь? — Знаю. И ты помни, что я тебя тоже люблю, — ее сердце трепетало, потому что она снова могла чувствовать Лису, — Мы можем с тобой побыть вдвоем? — Конечно, Джен. Сколько пожелаешь. В эту ночь они проговорили обо всем, что их беспокоило. Было произнесено тысячи извинений, миллионы признаний, и были прочувствованы миллиарды эмоций. По комнате проносился смех обеих девушек, что означало, что у них теперь все хорошо.

***

— Ким Дженни Руби Джейн, согласна ли ты стать моей женой? — Конечно! Слезы счастья, буря эмоций, куча поцелуев и уйма прикосновений в ночь, когда эти слова были произнесены официально. Это не планы, мол, через полгода они поженятся, нет. Это тот самый знаменательный момент, когда данные слова были озвучены, осчастливив не только девушек, но и все семейство Манобан. Я люблю тебя больше, чем ты можешь себе представить…