The Roundabout Way of Fate.

      Следующим утром Изуку встречался с Исцеляющей Девочкой перед началом занятий.       — Ты уже прочитал половину книги? — удивленно моргает она. — Я думала, что это займет чуть больше времени, но, по сравнению со мной, ты читаешь довольно быстро. Я до сих пор в шоке от того, что ты, пятнадцатилетний мальчик, с интересом прочитал «Анатомию и физиологию человека» четыре раза менее чем за год. Когда я училась в колледже, мне, по-моему, понадобилась целая вечность, чтобы прочесть ее.       Когда Изуку улыбнулся, она повернулась к своему столу, вытаскивая что-то из нижнего ящика.       — Что ж, видимо я зря беспокоилась. Держи.       Она вытаскивает что-то вроде костюма. Изуку вопросительно наклоняет голову, и его наставница объясняет:       — Это тебе понадобится для сегодняшнего урока героики. Я уже поговорила с Тошинори-саном, и, видимо, сегодня будет боевая подготовка. На самом деле это всего лишь шанс для учеников показать, как они могут использовать свои причуды в реальном бою, поэтому ты будешь с ними на случай ранений.       — А… ладно, — говорит он, все еще сбитый с толку костюмом.       Она посылает ему твердый взгляд.       — А теперь слушай и запоминай. Пока ты не научишься контролировать свою причуду, тебе разрешено лечить лишь незначительные раны и травмы. Однако, поскольку прошлой ночью ты прочитал книгу по оказанию первой помощи, ты можешь лечить наиболее легкие травмы традиционными методами.       Он кивает, и, наконец, она указывает на костюм в своих руках.       — Ты не подал заявку на свой геройский костюм.       — М? Костюм? — спрашивает он. — Я не думал..       — У целителей тоже часто есть костюмы, тем более, что большинство из них работают боевыми медиками, — объясняет Исцеляющая Девочка. — Костюмы помогают легче идентифицировать их на поле боя. Я надеюсь, что ты не против того, что я попросила твою маму помочь мне в создании костюма для тебя. Есть некоторые критерии, которым должны соответствовать костюмы боевых медиков, но, я думаю, у нас получилось довольно неплохо.       У него перехватывает дыхание, и он пытается потянуться за костюмом — своим костюмом! — но Исцеляющая Девочка кладет его обратно в ящик.       — Тебе он понадобится только после обеда, — говорит она. — Он будет тебе выдан вместе с несколькими сумками с медицинским оборудованием. Сегодняшний урок будет хорошей возможностью познакомиться с ними.       Немного разочарованный тем, что он не может познакомиться с ним сейчас, Изуку сдувается и кивает. В глаза Исцеляющей Девочки весело танцуют чертики, и он краснеет, глядя себе под ноги.       — Хорошо.       Она улыбается, прежде чем добавить:       — И вспомни, о чем мы говорили вчера.       Изуку задумался.       — Ой! Сегодня я могу внимательнее наблюдать за причудами своих одноклассников! И… Подумать, как на них повлияет их чрезмерное использование?       Исцеляющая Девочка кивает, и звенит предупреждающий звонок. Изуку прощается, прежде чем присоединиться к Каччану, который ждет снаружи.       Каччан хмурится, глядя на то, как он шагает, и спрашивает:       — Чему ты так рад?       Изуку сияет.       — Я только что увидел свой костюм целителя! — чирикает он.       — Костюм целителя? — недоверчиво поднимает бровь Каччан.       — Наверное? — говорит Изуку. — Я даже не знал, что он у меня будет! Исцеляющая Девочка и моя мама разработали его вместе.       — Оу. — ухмыляется Каччан, когда Изуку смотрит на него.       Они входят в класс 1-А и занимают свои места. Вскоре после этого начинается классный час, и пульс Изуку все еще ускоряется от волнения, когда он видит, как входит Сотриго.. Айзава. Теперь он Айзава, а не Сотриголова. Да, пройдет много времени, прежде чем он перестанет внутренне фанатеть от своих учителей. Да даже в чертовой столовой есть герои! Изуку чуть не подавился едой, когда Быстроланч проходил мимо стола, где сидел он и Каччан.       По крайней мере, с Всемогущим немного спокойнее во время их урока героики после обеда. В то время как все сходят с ума при виде героя номер один, Изуку удается оставаться немного более собранным. Конечно, он тоже таращит глаза — было бы подозрительно, если бы он этого не делал, а костюм Серебряного века Всемогущего правда очень крут . Но когда улыбка Всемогущего становится немного ярче, когда их взгляды встречаются, Изуку не может не чувствовать себя немного особенным.       — Я преподаю Основы Героики! — объявляет герой, как только достигает подиума. — На этом уроке мы будем проводить разные тренировки, чтобы узнать, как быть героем! У вас должно быть больше всего баллов по этому предмету!       Губы Изуку дергаются в полуулыбке. Похоже, он долго репетировал свою речь.       Всемогущий тем временем добавляет, что они будут заниматься боевой подготовкой, о чем Изуку уже знал, но забавно видеть восторженную реакцию Каччана. Их костюмы выскальзывают из панелей на стенах, и Изуку приятно удивляется, когда видит там и свой. Исцеляющая Девочка, должно быть, отдала его Всемогущему во время обеда.       Пока они переодеваются, Изуку находит минутку, чтобы полюбоваться своим костюмом в одном из зеркал в раздевалке. На нем надет светло-зеленый комбинезон с бледно-желтыми полосами спереди и темно-красным поясом, на котором и крепятся его медицинские сумки. Присмотревшись к нему поближе, Изуку с восторгом понимает, что он выглядит почти как готовый к бою, с измененной палитрой того костюма, который Исцеляющая Девочка носит под своим лабораторным халатом. Ещё у него есть черные перчатки, налокотники и наколенники, а также черная маска для лица, которую он пока спустил на шею. Однако наиболее заметной частью является красный символ Кадуцея на его груди, который, вероятно, является обязательным критерием костюма целителя, упомянутым Исцеляющей Девочкой.       Улыбка скользит по его губам. Он чувствует себя таким… важным.

(Арт костюма целителя Изуку. Можно увидеть в моём тг-канале, ссылка в примечании после главы)

      — Неплохо.       Изуку поднимает взгляд и видит, как Каччан оценивающе смотрит на него.       — Спасибо, — говорит он, — ты тоже классно выглядишь.       Каччан выпячивает грудь и ухмыляется. Изуку закатывает глаза и игриво пробирается мимо него, следуя за остальными одноклассниками, которые начинают идти к Полигону Бета. Требуется мгновение, чтобы понять, что высокие доспехи, идущие перед ним, на самом деле являются Иидой, и он подбегает к нему.       — Твой костюм очень классный, Иида-кун! — говорит Изуку.       Доспехи, являющиеся Иидой, поворачиваются, к нему.       — Спасибо! Твой костюм… интересный. — говорит Иида, видимо, не совсем понимая в чем смысл, — Вообще-то я хотел спросить…       — Говорят, одежда красит взрослых, юношей и девушек, — заявляет Всемогущий, перебивая Ииду, — знайте, отныне вы — герои!       Изуку улыбается и оглядывает своих одноклассников. Они все выглядят безумно круто!       Всемогущий почти озвучивает его мысли, выглядя очень взволнованным, когда смотрит на их костюмы.       — А теперь время боевой подготовки! — объявляет он, каким-то образом выпрямляясь еще больше.       Через секунду он объясняет, что, поскольку злодеи чаще нападают в закрытых пространствах, их обучение будет проходить внутри здания. Они будут разделены на «героев» и «злодеев», чтобы сражаться два на два. Цель героев — найти и захватить бомбу, которую охраняют злодеи.       На протяжении всего объяснения студенты перебивают и задают вопросы. Изуку не может не заметить, как Всемогущий потеет, сдерживая нервный смех, но в итоге просто достает сценарий урока и начинает его читать.       — Команды и соперники будут определены жеребьевкой! — говорит Всемогущий, поднимая коробку.       Иида поднимает руку.       — Как будут выбираться команды из двух человек, если в классе нечетное количество учеников?       Его одноклассники неловко переминаются, вспоминая, как легко Минету исключили в первый же день занятий. Изуку чуть наклоняет голову. Ну, он же не будет участвовать...       — Не беспокойся, юный Иида! — кричит Всемогущий, драматично указывая на Изуку, — Молодой Мидория участвовать не будет!— большая часть класса, за исключением Каччана, Яойорозу и Тодороки, издает различные звуки замешательства. — UA получила уникальную возможность принять в свои ряды целителя! Исцеляющая Девочка – наставница юного Мидории, но он присоединится к курсу героев на многих уроках. Однако во время учений, предполагающих непосредственный бой с причудами, он останется в стороне на случай получения каких-либо травм. — Когда Изуку ежится от неожиданного внимания одноклассников, Всемогущий нахально улыбается. — Будьте благодарны, юные герои. Целители чрезвычайно редки, и вам очень повезло, что у вас есть возможность учиться с одним из них.       Ладно, он слишком драматизирует, и, судя по веселому выражению его лица, он делает это специально. Изуку краснеет, когда его одноклассники откровенно пялятся на него.       — Целитель?       — Эй, круто, я никогда раньше не встречал целителя!       — Как доктор?       — Нет, болван, он как Исцеляющая Девочка, у него целительная причуда.       — О-о.       — Думаю, теперь крылья имеют больше смысла, — говорит шатенка, и Изуку смущенно смотрит на нее. — На твоем костюме. Символ Медицины?       — А, верно.       — Как работает твоя причуда? — спрашивает долговязый черноволосый мальчик, — Ты ведь не собираешься целовать нас как Исцеляющая Девочка, верно?       Всемогущий громко смеется, привлекая все их внимание.       — Не волнуйтесь, я уверен, что вы скоро очень хорошо познакомитесь с его причудой, — говорит он, — в конце концов, вам, как героям на тренировке, не избежать травм. Конечно, их лучше не получать, но на тренировках это неизбежно.       — Ну, тогда хорошо, что ты здесь! — красноголовый мальчик, ранее разговаривавший с Каччаном, ухмыляется ему.       — Мидория-кун, да?       — Ага, — улыбается в ответ он.       — Начнём! — восклицает Всемогущий. Жеребьевка проведена, команды сформированы, и затем Изуку вместе с бóльшей частью класса направляется в комнату с мониторами. Каччан, Иида, Урарака и Яойорозу направляются к назначенному им боевому зданию.       Пока командам требуется время, чтобы составить планы, Изуку открывает свои медицинские сумки и изучает содержимое. Это то, что лежит в любой аптечке, но в больших размерах. Изуку удивлен, что несмотря на то, сколько всего помещено в них, все выглядит очень организованно. И он должен продолжать хранить все в таком порядке. Однако вид такого количества оборудования заставляет его немного нервничать. Он думает о том, что вчера мог прочитать больше о первой помощи. Конечно, она кажется довольно-таки простой, но что, если он запаникует и все забудет? Конечно, он в любой момент мог использовать свою причуду, Исцеляющая Девочка даже дала ему разрешение на незначительные травмы, но это ведь плохо, если целитель так сильно полагается на свою причуду, что даже не знает элементарной первой помощи? Если он когда-нибудь поранится или заболеет, то он сможет помогать людям только традиционными методами! Почему он не изучил этот материал досконально?       — Юный Мидория.       Голос Всемогущего прерывает его мысли. Герой номер один смотрит на большой экран, показывающий поле битвы, но с беспокойством смотрит на зеленого.       — Все хорошо? — спрашивает он, — ты бормочешь.       Изуку извиняюще машет руками.       — Извини! Это плохая привычка! Я просто, э-э, знакомлюсь со своими медицинскими сумками.       Всемогущий кивает и поворачивается к мониторам.       — Боевая подготовка в помещении между командой A и командой D начинается сейчас! — объявляет он в микрофон. Изуку стоит в нескольких футах позади остальных своих одноклассников, когда они собираются вокруг Всемогущего, глядя на экраны, которые отображают различные ракурсы внутренней части здания.       — Ладно, ребята, — говорит Всемогущий, — вы все тоже должны думать.       На экранах нет звука, но видно, как Иида пытается составить план с Каччаном, который игнорирует его. Изуку вздыхает и размышляет о возможных результатах этого упражнения. Каччан и Иида могли бы победить благодаря своей силе, но Яойрозу не просто так прошла по рекомендации. Он наблюдает, как она шепчет Урараке, которая решительно кивает.       Как только Всемогущий дает сигнал, Яойорозу создает лестницу, и две девушки поднимаются на второй этаж. Она также создает две пары… очков? Потом обе девушки ползут по коридору, спрятав глаза за тонированными стеклами.       — Почему они в очках? — спрашивает блондинистый мальчик- Каминари, вроде? Изуку вспоминает, как Всемогущий объявлял команды, и кивает. Точно. Каминари.       — Наверное, это часть их плана, — отвечает другой мальчик, Оджиро.       Каччан делает именно то, что ожидает Изуку, и атакует первым, оставляя Ииду защищать бомбу. Как только он бросается на девушек, Яойорозу быстро делает щит и с помощью другой руки бросает что-то в Каччана. Внезапно экраны становятся белыми, и все вздрагивают, либо щурясь, либо закрывая глаза.       — Светошумовая граната! — смеется Всемогущий, — Умно!       Экраны включаются как раз в тот момент, когда Урарака бьет дезориентированного Каччана ладонью. Через секунду он начинает парить в воздухе. Блондин возмущенно визжит и направляет взрыв на Яойорозу, но она защищается щитом. Сила взрыва отбрасывает парящего Каччана в стену. Изуку вздрагивает от силы удара. Урарака сводит пальцы вместе, в результате чего Каччан, все еще ошеломленный после того, как отлетел в стену, падает на землю. Девушки быстро бросаются вперед, и Яойорозу придерживает голову и верхнюю часть туловища Каччана своим щитом, в то время как Урарака одним быстрым движением связывает его запястья лентой захвата.       — Бакуго Кацуки задержан героями! — объявляет Всемогущий.       Изуку вздрагивает. Каччан ни за что не сдастся так просто..       — Э-э, Всемогущий…       Каччан внезапно создает сильный взрыв. Команда героев от удивления отскакивает назад, но Урараке, которая только закончила связывать ему запястья, не удается полностью избежать взрыва. Ее лицо искажается от боли, когда она отстраняется с явным ожогом на руках.       От его одноклассников издаются восклицания шока и возмущения.       — Он только что напал на них! — кричит Ашидо.       — Бакуго-кун, это жульничество! — хмурится Киришима, — Совсем не мужественно!       Всемогущий хватается за микрофон и строго говорит:       — Юный Бакуго, я ясно дал понять, что как только кого-то задерживают, он не участвует до конца тренировки.       Каччан продолжает метаться, без сомнений, яростно крича. Он продолжает выпускать взрывы, из-за чего команда героев отступает от него, явно сбитая с толку. Урарака прячется за Яойорозу и ее щитом.       — Юный Бакуго!— предупреждающе говорит Всемогущий.       Каминари морщит нос: — Чел, так жалко поступают только неудачники!       — Эй, он освободился!       Изуку напрягается, когда Каччан разрывает ленту захвата своими взрывами. Его лицо искажено яростью, глаза налиты кровью. Это, наверное, первый раз, когда Изуку видит, как он, явно очень злясь, проигрывает бой. Он игнорирует неоднократные предупреждения Всемогущего и делает шаг к Яойорозу и Урараке.       Изуку хмурится. Каччану обычно многое сходит с рук, но это уже переходит все границы.       Осторожно проталкиваясь мимо своих одноклассников, Изуку быстро берет микрофон у Всемогущего и резко говорит:       — Каччан!       Каччан застывает.       Изуку смотрит на него через экран. Он надеется, что другой мальчик почувствует его взгляд.       Кулаки Каччана то сжимаются, то разжимаются. Он поднимает ногу.       — Каччан! — снова восклицает Изуку с нотками предостережения в голосе.       Стиснув зубы и глядя на двух девушек целую минуту, Каччан рычит и отступает. Он обиженно прислоняется к стене и скрещивает руки на груди, по-прежнему стреляя молнии глазами на Яойорозу и Урараку, которые переглядываются, прежде чем продолжить движение на третий этаж.       Удовлетворенный, Изуку возвращает микрофон Всемогущему и оборачивается. Одноклассники смотрят на него широко раскрытыми глазами.       — Что? — невинно спрашивает он.       Еще пара секунд тишины, в течение которых Всемогущий безуспешно пытается подавить смех. Затем Каминари говорит:       — Чел, — выдыхает он, его глаза расширились от благоговения, — это было… Он не слушал даже Всемогущего…       Изуку моргает, сбитый с толку.       — Тебе даже не пришлось пытаться его уговаривать, — таращится Серо. — Все, что ты сделал — произнёс его имя.       — Каччан? — наклоняет голову Асуи, — Вы двое, должно быть, очень давно знакомы.       Изуку кивает, все еще нервничая из-за их взглядов.       — Эм, да, — говорит он, почесывая затылок.       Его одноклассники переглядываются друг с другом, и некоторые из них вздрагивают.       — Что? — снова спрашивает он.       Киришима улыбается зубастой улыбкой и обнимает его за плечи.       — Это было супер мужественно, чувак! — говорит он, — Черт возьми, я боюсь узнать, что ты такого сделал, что заставил слушаться парня вроде него!       Глаза Изуку расширяются, и он отчаянно машет руками.       — О, нет-нет, я ничего не сделал! — протестует он, — Мы просто друзья детства! В любом случае, он даже не слушает меня в половине случаев! Я не… поверьте мне, он постоянно пинает меня, когда мы тренируемся!       Киришима смеется и ерошит ему волосы.       — Ты мне нравишься, Мидория-кун! — усмехается он. — О, смотрите, Иида-кун!       Изуку пытается вежливо выскользнуть из-под руки Киришимы, чтобы посмотреть на экран. Иида не очень хорошо справляется как с Яойорозу, так и с Ураракой. Он пытается удержать бомбу от их захвата, поднимая ее и бегая вокруг, но Яойорозу создает крюк и связывает его ноги вместе, заставляя упасть на землю. Они побеждают через пару мгновений.       — Команда героев побеждает! — победно кричит Всемогущий.       — Чел, Яомомо супер крутая! — с энтузиазмом говорит Ашидо. Изуку улыбается. Яомомо? Какое милое прозвище.       — Да? — другая девушка — кажется, ее зовут Джиро — говорит, — Ее причуда очень крутая!       — Урарака-сан тоже хорошо справилась, — говорит Каминари, — Она отправила Бакуго-куна в полёт!       — Но ее руки в плохом состоянии, — говорит Серо, морщась, — ожоги выглядит болезненным.       Пауза, затем все четырнадцать учеников выжидающе поворачиваются к Изуку. Он краснеет и смотрит себе под ноги.       — Юная Урарака, — говорит Всемогущий в микрофон, — тебе понадобится помощь, чтобы вернуться в комнату с мониторами? — Он прижимает палец к наушнику, кивая, — Хорошо. Возвращайся немедленно, — остальным учащимся он говорит, — Мы вместе проанализируем их действия, а затем начнется тренировка между командами I и B.       Студенты кивают, и Изуку слегка улыбается. Всемогущий хорошо справляется в свой первый день работы учителем.       Через несколько минут две команды входят в комнату с мониторами, и Изуку сразу же подходит к Урараке. Она держит обожженные руки близко к телу, ее лицо искажает гримаса боли. Изуку игнорирует гнев Каччана и вместо этого сосредотачивается на Урараке.       — Можно увидеть твои руки? — мягко спрашивает он, протягивая руку. Она кивает и осторожно вытягивает кисти. Изуку хмурится, глядя на неприятные ожоги на ее мягкой коже. Они напоминают ему ожоги на Хару…       Он инстинктивно пытается использовать свою причуду, но потом колеблется. Это не похоже на обычные царапины и синяки, которые он привык лечить. Если бы он мог просто использовать свою причуду при любой травме, то Исцеляющей Девочке, вероятно, было бы все равно, знает ли он, как оказывается первая помощь или нет.       Сделав паузу, он несколько мгновений смотрит на ожоги. Теперь он замечает, что кусочки костюма Урараки застряли в ее коже.       Если он исцелит ее, не останется ли ткань под ее кожей? Он не хочет знать.       К счастью, черные перчатки, являющиеся частью костюма, уже закрывают его руки. Он не хочет, чтобы его причуда активировалась, как только он прикоснется к ней, не с кусочками ткани, которые впились в ее кожу. Сначала их придется вытащить.       Он быстро находит в сумке ножницы и пинцет и начинает осторожно убирать ткань.       — Прости за твой костюм, — извиняется он, обходя ожог, но Урарака просто улыбается и качает головой.       — Не беспокойся об этом, — говорит она, морщась, когда он вытаскивает еще один кусочек.       Как только ее ожоги очищаются от всей обгоревшей ткани, он стягивает перчатки и осторожно кладет руки ей на предплечья, позволяя своей энергии течь. Урарака с благоговением наблюдает, как ожоги исчезают прямо у нее на глазах.       — Вау, — шепчет она.       — Чел, это круто!       Изуку подпрыгивает от удивления и оглядывается. Он не осознавал, что все его одноклассники наблюдают за ним!       — Они исчезли всего через пять секунд! — восклицает Киришима.       Токоями бросает на него впечатленный взгляд.       — Это так странно.       — Как ты это сделал, чел? — спрашивает Каминари.       — Ой! Эм… — Изуку нервно ерзает, не зная, на кого смотреть, — Моя причуда называется «Исцеляющая энергия». Как бы… э-э, я исцеляю людей, передавая им свою собственную энергию. Это, э-э, заставляет меня очень уставать, если я переусердствую, — застенчиво смеется он.       — Свою собственную энергию? — спрашивает Иида, с любопытством глядя на него. — Я никогда не слышал об исцеляющей причуде, которая так работает.       — О, да, эм, я думаю, это довольно необычно? — утверждение больше похоже на вопрос.       Ашидо подпрыгивает к нему и широко улыбается, ее черные глаза широко раскрыты.       — Какая самая большая травма, которую ты лечил?       Изуку сглатывает и обращается ко Всемогущему за помощью. Герой Номер Один лишь усмехается и пожимает плечами.       Ну, он полагает, все будет нормально, если он расплывчато расскажет об этом…       — Однажды я отрастил человеку желудок, — признается он.              Реакция не заставляет себя ждать.       — А-а-а!!!       — Но после этого я потерял сознание на два дня! — быстро добавляет он.       — О-о-о…       Яойорозу задумчиво кладет руку на подбородок.       — Я думаю, что подобная причуда несет большой риск для тебя, — говорит она, — это очень самоотверженная сила.       Изуку моргает:       — О… эм, наверное…       Всемогущий хлопает в ладоши, привлекая всеобщее внимание, прежде чем они смогут продолжить шквал вопросов для Изуку.       — А теперь, — говорит он, — давайте обсудим тренировку первых команд! Как вы думаете, кто был самым эффективным на поле боя? *Всемогущий употребляет слово «mvp», что является сленгом, а также абревиатурой «most valuable player», что дословно переводиться как «самый ценный игрок»       Его одноклассники бормочут между собой, но Изуку думает, что это довольно очевидно. Он смотрит на Яойорозу, которая разрывается между поднятой рукой и молчанием. Наверное, она не хочет показаться тщеславной.       Улыбаясь, Изуку поднимает руку. Всемогущий кивает ему.       — Да, юный Мидория?       — Я считаю, что Яойорозу-сан — лучшая в этом упражнении, — говорит он.       Ухмылка Всемогущего становится еще шире.       — И почему же?       Пришло время Изуку применить свои навыки анализа героев.       — Яойрозу-сан отлично справилась. Она думала о том, как применить в бою не только свою собственную причуду, но и причуду своего товарища по команде. Хотя отправить Ка.. э-э, Бакуго-куна на роль атакующего было хорошим ходом со стороны команды злодеев, было очевидно, что они не наладили связь. Больше похоже на то, что Бакуго-кун ушел сам. Иида-кун хорошо защищал бомбу, но он воспользовался тем, что это был макет. Если бы бомба была настоящей, переносить ее во время бегства от героев было бы нецелесообразно. Урарака-сан хорошо работала со своим партнером, но слишком полагалась на Яойорозу-сан. Яойорозу-сан была полностью готова к битве со своими противниками, она придумала стратегию и никогда не упускала из виду миссию.       Когда он заканчивает, все снова смотрят на него. Щеки Яойрозу покраснели. Даже Всемогущий выглядит удивленным.       Изуку краснеет.       — Э-э… Я люблю анализировать героев… — смущенно бормочет он, шаркая носком ботинка.       — Все верно! — вдруг кричит Всемогущий, заставляя всех подпрыгнуть. — Хорошее наблюдение, юный Мидория! А теперь переходим к следующему матчу! Продолжаем тренировку, не забывая о всем том, о чем мы только что поговорили.       Когда следующие две команды уходят, Изуку подходит к Каччану, который дуется у дальней стены.       — Эй, — спрашивает он, — ты в порядке?       Каччан скрипит зубами:       — В полном.       Изуку хмурится.       — Нет, у тебя хмурое лицо. Ты расстроен тренировочным матчем.       Каччан безмолвно рычит. Изуку остается невозмутимым.       Прислонившись к стене рядом со своим другом, он говорит:       — Не расстраивайся из-за этого. Это просто тренировка, не более. Невозможно всегда побеждать.       — Это чушь собачья, — тихо шипит Каччан, — я всегда побеждаю. Во всём. Лучшие герои всегда побеждают.       Изуку долго смотрит на него. Самолюбие Каччана, без сомнения, задето, но он явно кое-что не понимает.       — Каччан, — тихо говорит Изуку, — ты здесь не лучший. — Блондин поднимает голову, чтобы посмотреть на него. Изуку смотрит в ответ. — Ты здесь не лучший. Ты привык побеждать людей, которые слабее, у которых нет стремления стать героем. Но знаешь что? Теперь тебя окружают такие же люди, как и ты: люди с сильными причудами, люди, которые хотят стать лучшими героями. Теперь ты на равных со всеми. Так что нет, ты не можешь постоянно рассчитывать на победу. До UA ты был самым сильным, потому что родился с мощной причудой. Но теперь тебе придется потрудиться, чтобы стать сильнейшим. Ты понимаешь?       Каччан смотрит на него, его глаза слегка расширены. Затем он стискивает зубы и резко отворачивается, прожигая своим взглядом дыры в земле. Изуку вздыхает.       — Я тоже не уверен, что делаю, понимаешь? — говорит он, — Я думал, что во всём могу положиться на свою причуду, но это не так. Я еще многого не знаю, и это расстраивает, но я хочу учиться. А ты?       — Конечно, черт возьми! — восклицает слишком громко Каччан. Пара одноклассников оглядываются на него.       Изуку улыбается       — Отлично.       Он оглядывается на экраны, на которых команды I и B готовятся к бою.       — Разделитесь по командам! — объявляет Всемогущий пару минут спустя, — Команда B будет героями! Команда I будет злодеями! Думайте, будто все происходит вживую, дети! Покажи нам, что вы воплощение добра! — колеблется он, — Или зла! Начнем!       Изуку скрывает усмешку рукой. У Всемогущего неплохо получается для первого дня работы учителем, но временами он невероятно глуп. Еще забавнее видеть, что его одноклассники, вероятно, думают, что он делает это специально.       Как только звучит сигнал, Шоджи входит в здание и раскидывает свои многочисленные руки, прислушиваясь к противникам. Изуку вспоминает, что Исцеляющая Девочка рассказывала ему о чрезмерном использовании причуды. Он полагает, что это применимо только к причудам излучающего типа, но ему интересно, что произойдет, если отрезать одну из дополнительных конечностей Шоджи. Отрастет ли она снова? Если нет, сможет ли он воспроизвести различные части тела на том, что останется?       Он должен спросить, когда бой закончится.       После того, как Шоджи отчитывается перед Тодороки, он возвращается на улицу. По ученикам проносится ропот недоумения. Изуку с трепетом наблюдает, как Тодороки кладет правую руку на стену и замораживает все здание. К сожалению, из-за этого в комнате с мониторами становится очень холодно.       При нормальных обстоятельствах его одноклассники могли бы изумленно смотреть на силу Тодороки. Однако сейчас они заняты тем, что пытаются согреться.       Изуку подходит ближе к Каччану, который, к счастью, быстро согревается.       — Он не причинил никакого вреда своему товарищу по команде и бомбе, — говорит Всемогущий, стуча зубами, — И вдобавок ко всему, он ослабил врага.       Хагакуре и Одзиро, кажется, застряли, их ноги примерзли к земле. Изуку чувствует краткую вспышку беспокойства по поводу возможного обморожения, но Тодороки использует левую руку, прикоснуться к бомбе и разморозить здание.       — Команда героев побеждает! — заявляет Всемогущий.       Лицо Тодороки остается бесстрастным, когда он поворачивается и выходит из здания.       — Вау — восклицает Сато.       Каминари выглядит впечатленным, но немного обеспокоенным.       — Хэй, что это за причуда такая?       — Как и ожидалось от человека, прошедшего по рекомендации, — комментирует Асуи.       Изуку наклоняет голову, наблюдая за Тодороки через экран. Из рекомендательного экзамена он знал, что ледяная сторона причуды Тодороки сильна, но это совсем другой уровень! Его левая сторона, вероятно, защищает его от обморожения, а правая, вероятно, предотвращает перегрев. Но почему он держит левую сторону замороженной? Не затруднит ли это использование огня и снизит его подвижность?       Как только команды возвращаются, Хагакуре подпрыгивает к нему.       — Можешь использовать на мне свою причуду? — взволнованно спрашивает она, — Я хочу увидеть ее снова! К тому же, у меня болят ноги!       — Не думаю, что это так уж и плохо, — говорит Оджиро, приближаясь более спокойно, но все равно снимает обувь, когда Изуку жестом просит его сделать это.       Это просто обморожение, поэтому он использует свою причуду. Он не может видеть ноги Хагакуре, но предполагает, что они выглядят так же, как у Оджиро. Когда он закончил, они благодарят его, и он смотрит на Тодороки, который стоит немного в стороне от группы и бесстрастно смотрит на Всемогущего, оценивающего их действия.       Как только следующие команды уходят, Изуку подходит к нему.       — Тодороки-кун! — говорит он, — Извини за любопытство, но почему ты замораживаешь левую сторону?       Тодороки прищуривается, и Изуку тут же отступает.       — Я просто беспокоюсь об обморожении! — запинается он, размахивая руками, — Даже… Даже если твоя левая сторона согревает тебя… Что, кстати, странно, потому что она не растапливает лед? Не снизит ли лед на левой стороне твою подвижность? И затруднение использования огня? И-       — У меня нет обморожения, — перебивает Тодороки монотонным голосом.       — О-о… — пищит Изуку, отводя взгляд из-за явного смущения, — Верно, э-э, это хорошо. Он заметил, что Тодороки не ответил ни на один из других его вопросов и, похоже, не собирается этого делать. Тем не менее, Изуку кажется, что спрашивать об этом не следует.       — Эм…       — Твой друг выглядит расстроенным, — лицо Тодороки не меняется, но его взгляд скользит за спину Изуку.       Зеленоглазый оглядывается через плечо и видит, как Каччан пронзает Тодороки свирепым взглядом. Он издает судорожный вздох облегчения. Он может справиться со злым Каччаном. Но холодный, бесчувственный Тодороки? Он понятия не имеет, как справиться с ним.       — Э-э, точно. Спасибо, ну, увидимся позже? — Изуку отворачивается, прежде чем успевает увидеть реакцию Тодороки, его лицо горит, когда он бежит обратно к Каччану.       — Чего хотел этот ебнутый? — рычит его друг.       Изуку просто закрывает лицо руками и не очень-то незаметно пытается спрятаться за Каччаном.       — Ничего, — стонет он, — мне просто неловко.       Остальные матчи проходят относительно спокойно. Вскоре Изуку забывает о своем смущении и с восторженным вниманием смотрит на экраны, пытаясь узнать как можно больше о причудах своих одноклассников. Ему больше не нужно кого-то лечить, хотя Аояма со слезами на глазах спрашивает его, может ли он вылечить его плащ, который Ашидо случайно сожгла кислотой.       Урок занимает большую часть их дня, так что все, что остается сделать потом, это переодеться из своих костюмов и вернуться в класс. Он уже думает об уроке с Исцеляющей Девочкой, возвращаясь. Несколько других учеников с энтузиазмом обсуждают тренировку, но Изуку не обращает на них особого внимания. По крайней мере, до тех пор, пока не прозвенит последний звонок и Ашидо не помешает ему схватить сумку.       — Мидори-кун! — ухмыляется она, — Не уходи пока!       — А? — спрашивает он в замешательстве, слегка нервничая из-за ее взгляда.       — Я могу звать тебя Мидори-кун, верно? — спрашивает она, — Я думаю, мы будем хорошими друзьями!       — О, эм…       — Я Киришима Эйджиро! — появляется из ниоткуда Киришима. — Мы сейчас обсуждаем тренировку.       — Я Серо Ханта!       — Я Аояма Ю…       — Я Ашидо Мина!       — Я Сато!       — Я знаю! — запинается он, — В смысле, я слышал. Во время героики… От Всемогущего? — с каждым словом он всё сильнее теряет уверенность.       К счастью, его одноклассники, кажется, не возражают против его неловкости.       — Я никогда раньше не встречала целителя! — говорит Ашидо, — Так круто, что ты учишься в одном классе с нами!       — Ты когда-нибудь присоединишься к тренировке? — спрашивает Каминари, но Серо слегка бьет его по плечу.       — Нет, глупец, он же целитель! Целители не сражаются.       — А, ну вообще-то, присоединюсь, — говорит он, стараясь, чтобы его голос звучал ровно, — Мм, я хожу на курсы самообороны с десяти лет…       Почему-то глаза Ашидо заблестели еще больше.       — Ты ходишь на борьбу?!? — визжит, она, и Изуку кивает. — Так круто! Я обожаю борьбу! Где ты тренируешься?       Ее сильная энергия заставляет Изуку забывать, как правильно строить предложения:       — О, эм…       — Зачем тебе вообще уметь драться? — наклоняет голову Серо.       — Так ты собираешься тренироваться с нами? — спрашивает Каминари.       — Хм, да, но не в те дни, когда нужно использовать причуды для прямого боя, — с запиранием произносит Изуку, — Тогда я не буду участвовать. — Он поворачивается к Серо и продолжает, — Целители должны знать, как сражаться, потому что они иногда попадают в опасные ситуации, в особенности боевые медики.       — Боевые медики? — спрашивает Сато.       Изуку кивает.       — Да, например.. Например они присоединятся к спасательной команде, или иногда, я думаю, они следуют за героями, когда те сражаются в масштабных битвах и получают ранения, но, технически, они постоянно находятся на поле боя, так что…       — Вау! — восклицает Киришима — Я никогда не думал обо всем этом. Я думал, что целители остаются в агентствах героев или что-то в этом роде. Ты-       — Эй!       Все оборачиваются и видят, что Каччан смотрит на них, только что положив свой костюм обратно в отделение для чемодана. Он обиженно подходит к ним.       — Хватит донимать его, идиоты! — рявкает он, толкаясь плечом к Изуку. — У него нет времени отвечать на ваши дерьмовые вопросы!       Он хватает Изуку за руку и тянет, но Изуку протестует.       — Подожди, но я сам хочу ответить!       Каччан останавливается и смотрит на него.       — Разве у тебя не сейчас урок с Исцеляющей Девочкой или что-то в этом роде? — усмехается он.       — У тебя есть уроки после школы? — бросает на него взгляд, наполненный жалостью, Каминари, — Не завидую тебе.       При упоминании Исцеляющей Девочки Изуку оживляется.       — О, точно! Я вспомнил… — говорит он, отворачиваясь от Каччана, — Она сказала мне сегодня выяснить, как чрезмерное использование ваших причуд влияет на их владельцев.       Его одноклассники светлеют.       — В моем мозгу происходит короткое замыкание, и я на какое-то время становлюсь полностью немым, — говорит Каминари, выглядя слишком гордым.       — Кислота начинает разъедать мою кожу!       — Мне становится трудно поддерживать затвердевание!       — Я засыпаю после использования причуды! О, и из-за сахара я становлюсь тупым.       — У меня начинает болеть живот, если я стреляю лазером дольше секунды, — подмигивает Аояма, — Так что хорошо, что ты сможешь отрастить мне новый желудок, когда мой откажет.       Мысленный образ на мгновение прерывает разговор, все смотрят на сверкающего мальчика в шоке и легком отвращении.       Затем Каччан ворчит:       — Я почти уверен, что видел, как Круглолицую тошнило после вступительного экзамена       Изуку хмурится:       — Круглолицая?       — Эй! — кричит Урарака с другого угла класса.       Иида внезапно начинает кричать на мальчика по имени Токоями за то, что он сидит на одном из столов, что на несколько мгновений привлекает все их внимание. Каччан снова дергает Изуку за запястье.       — Хорошо, ну, мне на самом деле нужно идти, — говорит он извиняющимся тоном.       — Без проблем! — говорит Киришима.       Голова Асуи высовывается из-за его спины:       — Если хочешь, Мидория-чан, мы можем написать, как наши причуды влияют на нас, и отдать тебе завтра, ква.       Изуку протестует, не желая беспокоить их всех, но они загораются этой идеей.       — Все в порядке, Мидория-кун!       — Все, что угодно, чтобы помочь нашему целителю!       — Это поможет и нам лучше узнать друг друга!       Он горячо благодарит всех, пока Каччан вытаскивает его из класса, раздраженно фыркая. Они мало разговаривают, пока идут в лазарет, Изуку все еще не оправился от такого внимания. Когда он открывает дверь, он с удивлением видит, что Исцеляющая Девочка не одна.       Мальчик с гладкими светлыми волосами сидит на кровати и довольно громко жалуется на боль, которую испытывает. Исцеляющая Девочка выглядит слегка раздраженной.       Каччан бросает взгляд на сцену перед ними, прежде чем отвернуться с фырканьем.       — Повеселись, Зуку.       Изуку вздыхает и заходит в лазарет.       — Ах, Мидория-кун, как раз вовремя, — говорит Исцеляющая Девочка, как только замечает его, — заходи.       — Кто ты? — равнодушно спрашивает светловолосый парень.       — Мидория Изуку, — отвечает он, переводя взгляд с мальчика на своего наставника, — Он в порядке?       — Судя по всему, один из его одноклассников ударил его по голове, — сухо говорит Исцеляющая Девочка. Губа Изуку дергается.       — Кендо-сан не понимает шуток, — ворчит мальчик.       Исцеляющая Девочка подавляет вздох и смотрит на него.       — У него болит голова. Как бы ты вылечил его?       Удивленный, Изуку нерешительно отвечает:       — Моей причудой..?       — Нет, просто приложи лед и дай ему пару обезболивающих, — прямо говорит она. — Теперь, когда ты на геройском курсе, тебе придется лечить травмы посерьезнее, чем царапины и синяки. Ты должны научиться разумно расходовать свою энергию и не использовать свою причуду без необходимости, особенно при незначительных травмах, которые обычно проходят в течение дня.       Изуку вспоминает ожоги на руках Урараки. Обычно мелкие травмы не несут ущерба для него, но если он исцелит много таких, они скажутся на его состоянии. Если бы ему пришлось исцелить ожоги Урараки после того, как он исцелил кучу мелких ран, он был бы очень уставшим       Он кивает:       — Хорошо, я так и поступлю.       Исцеляющая Девочка выжидающе смотрит на него, и он подпрыгивает, быстро подходя к мини-холодильнику и доставая пакет со льдом. Прижимая его к голове блондина, он спрашивает:       — Как тебя зовут?       — Монома Нейто, — отвечает мальчик, оглядывая его с ног до головы, — Ты медбрат что-ли?       Удивившись, Изуку отвечает:       — Я целитель. Или, ну, я собираюсь им быть. Исцеляющая Девочка учит меня, как стать одним из них.       — Она сказала, что ты на курсе героев.       — Да, я учусь в классе 1-A, — объясняет он, — я присоединяюсь к некоторым из их уроков героики, но во время боевой подготовки с причудами, я буду в стороне на случай, если кто-нибудь пострадает.       Лицо Мономы искажается во что-то неразборчивое.       — Ты учишься в классе 1-А? Почему у них есть целитель, а у нас нет?       — Хм? — Изуку смотрит на него в замешательстве.       — Я учусь в классе 1-B, — говорит Монома. — Почему к 1-A особое отношение?       — О нет, это не так, я просто…       Исцеляющая Девочка прерывает его, хлопая чем-то по руке Мономы.       — Иди к фонтану на улице и возьми это, — говорит она, — пакет со льдом можешь оставить себе.       Монома моргает, глядя на таблетки в руке. Вскоре после этого Исцеляющая Девочка выводит его из лазарета и с раздражением поворачивается к Изуку.       — Я скажу тебе кое-что, Мидория-кун, — говорит она, — есть два типа героев, с которыми ты столкнешься. Те, кто пытается вести себя жестко и скрывать свои травмы, и те, кто безостановочно жалуются на каждую мелочь, — она звучит так раздраженно, что Изуку не может сдержать смех.       — Ой, да ладно, он не так уж и жаловался, — дразнит он.       Его наставница снова фыркает, прежде чем спросить, как прошел его день. Он рассказывает ей о боевой подготовке и о том, какой у него классный костюм. Он также подробно описывает, как он вытаскивал ткань из ожога Урараки, прежде чем исцелил ее.       Она выглядит впечатленной.       — Я рада, что мне не пришлось учить тебя этому. Я уверена, что ты уже понял, почему я заставляю тебя сначала изучать традиционные методы, — он кивает, и она указывает на одну из кроватей. — Твоя причуда сильна, Мидория-кун, но любые причуды имеют ограничения. Что произойдет, если ты вылечишь сломанную кость без предварительного рентгена?       Ему кажется, что она уже знает, как он отреагирует, но все же говорит:       — Она может неправильно срастись. Типа, если это настолько серьезная травма, то мне нужно сначала исправить ее..       Исцеляющая Девочка кивает и улыбается.       — И я научу тебя, как все это делать. Как сделать рентген, как вправить кость... Я рада, что ты предусмотрительно убрал ткань с ожога той девушки, прежде чем исцелить его. Неправильно обработанные раны часто приводят к необходимости хирургического вмешательства.       Изуку внезапно начинает нервничать.       — Мне нужно научиться делать операции? — он не знает, сможет ли он справиться с таким количеством крови. Даже на ожог Урараки было тяжело смотреть.       Исцеляющая Девочка замечает его дискомфорт:       — Не волнуйся, я приберегу подобное на потом. Я не собираюсь учить первокурсника оперировать человека.       Изуку вздыхает с облегчением, и его наставница подзывает его ближе, хватая карту со своего стола. Она рассказывает ему об учениках, которым сегодня лечила, а их не так много, так как сегодня только второй день в школе. Она спрашивает его, как бы он вылечил их, прежде чем рассказать ему, как их вылечила она. Это больше похоже на викторину, но она не ругается, когда он говорит что-то не так. Он благодарен за ее терпение, рассказывая ей о причудах своих одноклассников. Он пытается вспомнить все, что может, о том, что некоторые из них рассказали ему о чрезмерном использовании их причуд, но в итоге просто заверяет ее, что они предоставят ему эту информацию позже.       — Не беспокойся из-за этого, — говорит Исцеляющая Девочка, — Боже, ты всегда бежишь вперед паровоза, не так ли? Поверь мне на слово, ты уже сделал больше, чем я от тебя ожидала. Знать все хорошо, но я не хочу, чтобы ты так расстраивался, думая, что сделал недостаточно.       Изуку делает глубокий вдох и кивает. Он не может не хотеть узнать как можно больше. Трудно не торопиться — он уже хочет быть целителем! Он хочет вылечить травму Всемогущего!       Исцеляющая Девочка снова привлекает его внимание:       — А теперь, как насчет того, чтобы рассказать мне, как, по твоему мнению, нужно относиться к чрезмерному использованию причуд у твоих одноклассников?

***

      Впервые в жизни Кацуки проиграл бой.       Чужое, но отчетливо узнаваемое чувство неудачи, которое он давно не испытывал, возвращается с двойной силой, разжигая в его груди пылающий гнев.       Он яростно смотрит на землю, прислонившись к стене и дуясь в коридоре за пределами лазарета. Его кровь кипит от гнева и унижения, когда он вспоминает дерьмовое шоу, которым обернулась его первая тренировка. Он не может поверить, что его так легко победили! Нет, победили — так даже нельзя сказать! Ко всему прочему, это даже не было дракой — если бы это была она, от этих двух сук и места бы мокрого не осталось, уж он-то об этом бы позаботился. Он так и планировал, но они, блять, схватили его первыми, и он уже собирался сказать «умри» и взорвать их задницы, просто чтобы стереть это торжествующее выражение с их лиц и убедиться, что они чертовски хорошо знают, что это не так. не значит, что они выиграли, но потом Зуку позвал его этим тоном, и Кацуки неохотно отступил — исключительно потому что Зуку раздувал из мухи слона , а Кацуки не хотел с ним разбираться.       Но, черт возьми, эти суки! Особенно эта дура с хвостиком — она чуть не ослепила его! Он, конечно, думал, что у нее есть ни один трюк в рукаве. В конце концов, она получила более высокий балл, чем он, во время теста Айзавы на оценку причуд, и Зуку упомянул, что она была одной из поступивших по рекомендации, так что наверняка у нее должен быть какой-то уровень навыков. И она, черт возьми, это доказала.       Какая, блядь, была ее причуда — какая-то причуда по создания? Откуда, черт возьми, она взяла этот щит и эти светошумовые гранаты? Что бы это ни было, это не имеет значения — он недооценил ее. Он недооценил и эту круглолицую дуру. Он мельком увидел, как ее тошнило после вступительного экзамена, и сразу же отмахнулся от нее, как от слабой, вместо этого ожидая действий только от Хвоста, как от бóльшей угрозы, и решив сосредоточиться на преследовании ее, но затем Круглолицая удивила его, появившись из ниоткуда и отправив его в гребаную стену!       Да и не только они. Он недооценил всех своих одноклассников. Когда он увидел, как тот Половинчатый заморозил все здание, ему показалось, что его собственная кровь тоже замерзла. Все, что он мог, это смотреть на экран с трепетом, когда парень в одиночку победил двух своих противников за считанные секунды.       Это был Тодороки Шото. Кацуки, конечно же, узнал его. Это был сын Старателя, сын героя номер два. Рекомендовательный ученик, как и девушка с хвостом, и так же, как она, он набрал больше баллов, чем Кацуки, во время теста на оценку причуд. Он был похож на реального профессионала.       Столкнувшись с такой явной, огромной силой, Кацуки был на мгновение ошеломлен, обнаружив, что… он не может представить себя победителем кого-то вроде него.       Блондин сжимает челюсти. Его сердцебиение ускорено, когда он наклоняет голову и зажмуривает глаза. Блин. Блять! Нет! Это реально плохо! UA лучшая школа из всех! Это то, что Зуку пытался сказать ему, не так ли? Не чувствовать себя плохо из-за проигрыша, потому что он не всегда может рассчитывать на победу теперь, когда он выступает против людей, которые слишком сильны… верно?       Кацуки тяжело сглатывает. Зуку… Что он теперь о нем думает? Он видел как Кацуки, тот, кто должен защищать и оберегать его, проигрывает бой. За всю их жизнь он ни разу не видел, чтобы тот проигрывал — что должно быть у него в голове? Непонимание? Проблеск сомнения? Думает ли он, может быть... что он недостаточно хорош?       Кацуки отгоняет эту мысль бессловесным рычанием, но за ней следует другая мысль. Воспоминание — о том, как он наблюдал за матчами всех своих одноклассников, чувствуя, как тревога в его груди растет с каждой секундой, а затем перевел взгляд и увидел благоговейное выражение лица Зуку, глаза которого сияли от явного волнения при виде таких мощных причуд. Знакомо. Он знает этот взгляд. Он знает этот взгляд, потому что даже по сей день Зуку все еще искренне восхищается его причудой — потому что он чертовски хорошо знает, насколько она хороша , — и он всегда может заставить эти глаза мерцать, делая что-то особенно яркое.       Но теперь этот взгляд обращен не на него.       Кулаки Кацуки сжимаются. Короткая вспышка страха касается его сердца, быстро бьющегося в грудной клетке. Он стискивает зубы.       К черту. К черту. UA лучшая школа из всех? Ну тогда он будет лучше лучших! Он сделал ошибку, позволив себе чувствовать себя слишком комфортно среди слабаков-неудачников в средней школе, но больше нет времени на ерунду. Сейчас он в UA, проклятой альма-матер Всемогущего. Зуку, возможно, был прав в том, что его окружали люди с сильными причудами, но он был совершенно не прав, говоря, что они с ним на равных. Он собирается надрать задницу этим статистам, показать, насколько он силен, чтобы затем покинуть эту школу, заставляя их всех глотать пыль, и стать величайшим героем во всем мире.       И он будет лучшим чертовым героем для Зуку! Единственным, кто будет достаточно достоин защищать его.       Знакомый жар решимости возвращается, наполняя его грудь и затмевая нежелательное чувство страха и неудачи. Кацуки выпрямляется, делая глубокий вдох через нос, сжимая и разжимая кулаки. Наконец-то. Так-то лучше. Гнев и решимость - с ними он знаком.       Дверь в лазарет внезапно открывается, заставляя его вздрогнуть. Он удивленно оглядывается, но это не Зуку. Конечно нет, еще слишком рано, его урок начался всего двадцать минут назад.       Вместо этого выходит девушка, старшекурсница. Кацуки помнит, как она входила. Теперь на ней нет ни царапины, и она выглядит намного счастливее, чем раньше. Конечно, она будет выглядеть счастливее. Она только что видела Зуку. Кацуки слышит приглушенный звук его яркого голоса из лазарета, за которым следует знакомый звонкий смех как раз перед тем, как дверь снова захлопывается.       Страх снова пронзает его сердце.       Кацуки сглатывает, горло резко пересохло. Стиснув зубы, он с хмурым взглядом открывает телефон и выбрасывает из головы все мысли о событиях дня, упрямо игнорируя затаившийся в груди намек на страх, который никак не хочет угаснуть.

***

      Изуку выходит из лазарета намного позже, чем вчера. Несмотря на то, что сегодня он мало исцелял, он все еще довольно устал после долгого, захватывающего дня, который у него был. Он находит Каччана сидящим у стены в коридоре и играющим в телефоне, ждущим его.       — Почему ты не вернулся в класс? — спрашивает Изуку, когда они идут к вокзалу — Ты мог бы поболтать с нашими одноклассниками, а не скучать в коридоре.       — Мне не было скучно, — ворчит Каччан, но больше ничего не говорит.       Изуку смотрит на своего друга, слегка хмурясь. Взрывной блондин выглядит так, словно он дуется, когда он идет вперед, его брови нахмурены, а глаза опущены. Хм, он, должно быть, все еще расстроен из-за поражения после матча с Яойорозу и Ураракой.       Однако Изуку уже поговорил с ним, и он слишком устал, чтобы продолжать убеждать его.       Так что вместо этого он просто вздыхает и прислоняет голову к плечу Каччана, пока они ждут прибытия их поезда. Каччан смотрит на него, но молчит. Он не говорит ни слова всю дорогу домой, и по мере того, как время идёт, Изуку начинает немного волноваться. Каччан обычно не из тех, кто держит свои мысли при себе. Он и близко не тихий.       Прежде чем зайти в подъезд, Изуку открывает рот, чтобы заговорить, но вместо этого Каччан прерывает его:       — Если ты спросишь, все ли со мной в порядке, я тебя убью.       Изуку знает, что на самом деле он не сделает это, но все равно закрывает рот. Он и Каччан долго смотрят друг на друга, прежде чем последний фыркает.       С решительным блеском в глазах Каччан выпрямляется и заявляет:       — Я только начал, слышишь? Мне плевать на то, что сегодня произошло - я все равно стану героем номер один! Так что продолжай верить в меня!       Его слова беззастенчиво самоуверенны, в его позе нет ни капли сомнения в том, что это и есть его будущее, независимо от того, что говорят другие, и Изуку не ожидает от него ничего меньшего. Он такой откровенно дерзкий и высокомерный, и после его поведения на сегодняшнем уроке героики Изуку действительно должен быть более строгим, но он всё равно улыбается.       Он кивает.       — И я непременно этого жду.