Путь воды

      Всё тело болело, но каждый новый вдох приносил облегчение, забирал с собой боль и странные, непонятные ощущения точечной боли в груди.       Размытые образы, неясные силуэты — странные видения, которые он сейчас видел, лёжа с закрытыми глазами. Он парил в облаках с кем-то, рядом кто-то смеялся, а потом смех прекратился яркой алой тенью и он, глубоко вздохнув, открыл глаза, переворачиваясь на бок и заходясь кашлем. — Очнулся! Он пришёл в себя! — слишком громко обрадовались рядом. Он огляделся по сторонам, подмечая, что лежал в доме. Попытался встать, но кто-то настойчиво удержал его. — Погоди, ты ещё слаб.       Не стал спорить, молчаливо кивнул. — Ли’эн, позови Ронал, — велел тот, кто его удерживал. — Хорошо, — он не видел, как девушка покинула, лишь слышал, как она поднялась с пола, как отозвались перестуком деревянные палочки у входа. Наступила тишина, и он снова лёг на спину, сложив руки на груди. — Дружище, мы уже испугались за тебя, но Ронал сказала, что ты должен это пережить — всё только в твоих руках, — навис над ним парень. Лицо его было широким, а глаза смешливыми. Он ничего не ответил и это здорово насторожило парня. — Эй, что с тобой? Ты меня видишь? — Вижу, — голос казался совсем чужим, словно бы принадлежал не ему. — Но кто ты? — Ты меня не узнал? — удивлённо спросил парень. — Да-а-а, совсем плохи дела… Это же я Равм, мы с тобой всю жизнь вместе дружим. — Равм… — повторил он имя вслед. — А кто я?       Равм застыл в изумлении, смотря на него, даже не шевелился, пребывая в замешательстве. Пока не пришла Ли’эн с загадочной Ронал. Он приподнялся, поворачивая голову в ту сторону, откуда они пришли. Ли’эн была самой настоящей красавицей с узором на руке и необычно яркими глазами. Ронал, стоявшая рядом с ней, была величавой женщиной и он сразу понял, кто она — тсахик, иначе и быть не может.       Равм поднялся на ноги, поглядывая на него, Ронал же опустилась рядом, касаясь его лба тёплой рукой. — Ронал, Ли’эн, он совсем ничего не помнит, — прошептал Равм, и в тишине его голос прозвучал слишком громко. Красавица испуганно вздрогнула. — Тстирей ничего не помнит.