20:05

      Сначала было темно. Потом больно. Что испытывает наркоман во время ломки? — Больно, — Прохрипел Гарольд, держась за какую-то ткань. — Ты это последние пару часов говоришь, — Знакомый голос слышался будто из-под толщи воды. — Я умру? — Если мы не вызовем скорую и не узнаем что с тобой, то наверно, — Честно ответил Юджин. Он внимательно смотрел на бледные руки своего друга. Взгляд зацепили точки на венах. — Н-нет, только не туда, — В ужасе замотал головой «больной». Юджин сжал челюсть. Как долго Гарольд собирается врать и делать вид, что он не зависимый. — Ты колешься?       В ответ тишина. Затем кто-то шмыгнул носом и послышались всхлипы. Рыжий глубоко вздохнул. — Я позвоню братьям Йоханссенам, — Твёрдо сказал парень и взял в руки телефон. — Прошу… Не нужно, — Слабо умолял Гарольд. Ему не хотелось чтобы кто-то знал его таким. Чтобы кто-то видел его таким. Никчёмным, облёванным и с безумными глазами. — Ещё бы я спрашивал твоё мнение, — Уже набирая номер отозвался Юджин. Пара гудков и на той стороне ответили.       Толстяк больно закусил губу. Всё чего он хотел, чтобы боль ушла. Наблюдая за своим другом и тем, как тот кивает при разговоре, Гарольд задумался над тем, сколько же проблем доставит. Голова шла кругом, становилась тяжелой, будто в неё через ухо заливали горячий свинец. — Ты меня слышишь? — Внезапно перед глазами было два Юджина, затем уже один. — Да? — Ну наконец, ты остаёшься у меня на ночь, братья скоро подойдут, — Кряхтя и ворча, рыжий взял толстяка под руку. Парень уже много раз сегодня проклинал бедолагу за лишние килограммы и искренне надеялся, что не надорвёт спину. — Спасибо, — Гарольд смотрел в сторону, пытаясь передвигать ватными ногами. — Рано благодаришь, — Спокойно и рассудительно ответил парень. Даже в такой ужасной ситуации как эта, ему удавалось сохранять голову холодной. Он не кричал, не плакал, не убегал и не поддавался панике, хотя очень хотел. — Как ты понял, что я вру? — Никак, взял на понт, — Сознался Юджин, смотря под ноги, ибо от такой тяжести они запросто могли подкоситься.       Гарольд молчал. Голова была как улей, а в нём роились и громко жужжали пчёлы. Много пчёл. Иногда вопросы своего друга тот попросту не слышал. В горле пересохло. — Пришли, — Юджин усадил его на лестнице у двери принялся отпирать замок. — А родители они… — Работают, так что забей, — Небрежно бросил подросток.       Когда замок победно щёлкнул, Гарольд сам попытался встать. Не совсем удачно получилось, но в конечном итоге тот дополз, попутно отклоняя предложения ему помочь.       Первым, что бросалось в глаза, огромная гостиная. Всё достаточно чисто и выполнено в тёплых оттенках, но всё равно ощущался холод. Будто в этой комнате никто и никогда не был. — Встанешь? — Спросил Юджин, наблюдая за своим другом, который стоял на четвереньках и глазел по сторонам. — Да, — Кивнул толстяк и опираясь плечом о стену, постарался подняться. Было очень сложно, но миссия была выполнена. — Твой отец знает?       Вопрос повис в воздухе. Глаза Гарольда остекленели. Одно упоминание отца парализовало, и тот чуть не свалился на пол. Страх холодными когтистыми лапами сдирал кожу и проникал в самое нутро. — Алло? — Уже забеспокоился рыжий. Было похоже на то, что Гарольда хватил приступ и он помер в таком положении от остановки сердца. — А? — Несколько раз моргнул подросток. Пальцы дрожали, а ногти впивались в обои персикового цвета. — Живой, — С облегчением выдохнул хозяин дома. — Я хочу пить. — Хорошо, надеюсь ты доберёшься до дивана, пока я схожу на кухню. — Угу, — Гарольд больно сжал челюсть и постарался дойти до цели, держась за стену. Кости болели, болели ногти на руках и ногах, болел каждый волосок на теле. Холодно. Жарко. Было чувство, что кровь передвигается по венам комками.       В дверь постучали. Гарольд не повернул голову на звук. Он знал, кто пришёл. Было очень стыдно. Перед глазами комната поплыла, завертелась. Хотелось побыстрее избавиться от этих ощущений и единственное что ему поможет, это новая доза. Мысли начали заполняться только этим. Только жизненной необходимостью в наркотике. — Братан, — Голос чужой, не Юджина. Толстяк поднял взгляд. Джеральд стоял напротив, помахав ладонью перед глазами. Тот быстро заморгал, стараясь прийти в себя. — Да он больше обычного похож на картошку, — Сказал кто-то ещё слева. Очень похожий на Джеральда. Видимо его брат. Гарольд рылся в уголках памяти, пытаясь вспомнить имя. Мозг отказывался работать. — Он нас слышит вообще? — Спросил темнокожий пониже. — Да вроде, до этого разговаривал даже, — Парень с рыжими волосами задумчиво потёр подбородок. — Мда уж братан, ну и влипли же мы, — Сказал мужчина слева. Он больше всех был похож на пятно. — Что делать будем, у него похоже ломка, — Голос всё хуже слышно. Кто это сказал? — Ну точно не давать ему то что он хочет. — Верно, братан, надо бы его передержать, может вся дурь выветрится, — Пятна начали бродить по комнате. — А если откинется? — Не откинется, хотя можем отдать его на лечение, — Произнесло самое большое пятно. — Это не бесплатно, да и если его отец узнает, лично убьёт.       Отец. Это слово вызвало панику, сердце забилось чаще. Почему? Оно болело, перескакивало куда-то. Оно то падало вниз, то подскакивало и застревало в горле. — Мы не можем так оставить, он же помрёт, — Голос тёмного пятна поменьше стал громче.       В ушах звенело. Хотелось блевать, но уже не чем, так что пришлось сидеть и давиться слюной. — Я понимаю, я видел документалку, где мужик сам вылечился, просто сидел в комнате и не выходил, всё под присмотром жены и вроде норм, живой. — Не будет наркотиков, не будет проблем. — И как ты собрался его взаперти держать? — А это я уже не знаю, к нам нельзя, нас в доме пять человек и без того, — Пятно побольше стало меньше. Наверно сел в кресло. — Можно у меня, но что сказать его отцу или матери?       Колени задрожали, парень почувствовал как из уголка рта потекла слюна.              Пока те два пятна разговаривали между собой, то что тёмное и поменьше, заботливо вытерло чем-то мягким и приятным на ощупь губы Гарольда. — Братан, ну как ты так…       Стало тошно, но не буквально. Рёбра болели, а на глаза навернулись слёзы. Непонятный страх на грани с безумием. Непонятные эмоции, чувства, боль, паника. Хотелось кричать, выдирать волосы на голове, но ни руки, ни ноги не двигались. — На этом и решили, а что с ним щас-то делать? — Не знаю, может он поспит и ему станет лучше? — Да мне кажется что он и так спит, но с открытыми глазами.       Наступила тишина, а может просто Гарольд перестал слышать. Трудно было понять. Они хотят помочь, спасти его, но если бы хотели, дали бы денег на дозу. Ему сразу б стало лучше. Потом он точно бы стал лечиться, но вот сейчас… Ещё чуть-чуть, всего разок. Последний. Если они не помогут с деньгами, нужно искать самому. Но где найти? В голове возник только тот забитый парнишка. Он всегда с деньгами. Но их будет мало, да и в школе много лишних ушей, глаз.       Где он живёт? Там явно побольше бабла. Точно, надо просто узнать его адрес, запугать, забрать деньги и его «лекарство» будет при нём. Да, верное решение. Абсолютно.       Перед глазами щёлкнули пальцами. Звук получился очень громким. Гарольд вздрогнул и быстро заморгал. Кто-то из присутствующих облегчённо вздохнул. Пятна стали чуть чётче, но разглядеть было всё равно проблематично. — Ладно, ребят, он кажется не откинулся.       Светлое пятно стояло прямо перед глазами. Кто-то погладил по волосам. В комнате стало прохладнее, видимо открыли окно. Приятных запах мокрой травы, асфальта ударил в нос. Стало немного легче. — А по нему и не скажешь, труп и то выглядит бодрее, братан.              Пятна вновь забродили по комнате. Говорили быстро, неразборчиво, что-то про ту документалку и что там происходило. Все их слова будто отскакивали от мебели, так и не добираясь до ушей Гарольда. — Ему в таком виде лучше не показываться в школе, — Голос приятный, знакомый. — Братан, ему бы и на улицу не высовываться, а вообще, наша мама может подделать справку, типа болел. — Да, точно, правда надо сказать почему нам она понадобилась. — Придумаем что-нибудь, или сами напишем, не в первый же раз.       Не хотелось слушать о чём они говорят, но сосредоточит внимание на чём-то было непосильной задачей, учитывая то, что сейчас любое действие казалось невозможным. Даже если сильно захотеть и постараться, то толку мало.       Захотелось поспать. А спать сейчас можно? Глаза закрывались сами по себе.       Юджин краем глаза наблюдал, как его друг скатывается вниз и после захрапел. Парень вздохнул и сел во второе кресло, напротив Джейми. — Что делать с отцом Гарольда, — Вопрос был важным на данный момент. — Если его таким заметят, то потом мы не увидим Гарольда, он же убьёт его, а нас он даже на порог не пустит, — Сказал высокий темнокожий подросток, поправляя рукав. — Может спрячем его просто, — Предложил Джеральд. Юджин поднял бровь и устало посмотрел на него. — Нам не хватало похитить сына религиозного фанатика, с полицией проблем не оберёшься, — Рыжий откинулся на спинку кресла и постукивал пальцем по подлокотнику. Идей не было, а время поджимало. Скоро вечер, скоро хватятся Гарольда. — Давайте придумаем легенду, что мы отправились в поход с нашей семьей, — Выдал предложение Джейми. Его брат одобрительно закивал. — Брат, идея супер. — Думаете его отпустят? — Задал вопрос Юджин. — Если это обязаловка от школы, то у них не будет выбора просто, — У парня даже глаза загорелись. — Допустим, то пусть не поход, а ну… Экскурсия куда-нибудь на неделю, — Рыжий смотрел прямо на Джейми, который взял из кармана свой телефон-раскладушку. — Как скажешь, друг, нам нужен женский голос, будто бы училка со школы звонит, — Тыкая по кнопкам отозвался Джейми. — У тебя там номера телефонов всех девушек на свете есть? — Саркастично бросил Джеральд. Его брат пользовался куда большей популярностью чем он. — Если бы, сегодня просто встретил одну симпатичную японку, мне кажется она поможет без лишних вопросов, — Всё ещё перебирал номера в телефонной книжке Джейми, он то хмурился, то внимательно вчитывался. — Только не сболтни лишнего, — Предостерёг Юджин. Джейми кивнул и наконец найдя нужный номер, прислонил трубку к уху. ***       На улице снова пошёл дождь. Лайла тяжело вздохнула, наблюдая за ним в окно. Сегодняшний разговор со Стинки был чем-то очень нужным для неё. Хотя может и зря она проболталась малознакомому человеку, но если так подумать, что он мог сделать? И снова мысли об Арнольде. Непонятные, спутанные, какие-то… Девчачьи. — Солнце? — Отец девушки тихонько заглянул в комнату, — просто дверь была открыта, я заметил, что ты грустишь, что-то случилось? — Нет, ну, то есть да, — Неуверенно отозвалась Лайла. Стоит ли говорить о таком со своим отцом? Наверно такие разговоры происходят с мамой. — Я могу помочь? — Он обеспокоенно оглядел свою дочь с ног до головы. Видимо после прошлого разговора и того, что та не ночевала прошлой ночью дома, ему действительно было о чём волноваться. — Я странно себя чувствую, — Созналась девушка. Отец напрягся. — То есть? — Мужчина мягко сел рядом. Кровать ворчливо заскрипела под ним. — Ну в животе что-то непонятное, а ещё меня то тошнит, то наоборот, — Такое себе описание влюблённости. — В животе? — Немного тихо спросил Отец. Лайла кивнула. — Щекотно, тепло, — Девушка немного покраснела. Всё-таки неловко это обсуждать с папой. — А сладкого там, солёного не хочется? — Вопрос отца удивил Лайлу. Она вспомнила сколько ложек сахара бросила сегодня днём в сахар и медленно кивнула. Рыжая внимательно наблюдала за реакцией своего отца. — Давай посмотрим первые пару недель, солнышко, может просто кажется, — Как можно спокойнее предложил мужчина. Хотя внутри него всё трещало по швам, била тревога и страх. — Показалось? — Д-да, знаешь, обычно там проверяют после двух недель после ну, — Он запнулся. — А… — Девушка задумалась. Может он прав, а что если её чувства пройдут через две недели. — Тебя тошнит? — Мужчина шёл словно по тонкому льду. Не хотел пугать свою дочь своими же предположениями, но если всё окажется именно так и самое ужасное подтвердится… Он первым делом поговорит с Арнольдом. Как мужчина с мужчиной, а потом только будет решать этот… Вопрос. — Сейчас нет, это так, знаешь, образно наверно, — Неуверенно ответила Лайла. Отец кивнул и поцеловал дочку в лоб. — Ну хорошо, отдыхай, тебе нужен покой, — мужчина поднялся и кровать облегчённо выдохнула, — тем более сейчас. — Спасибо, пап, — Лайла улыбнулась. — Люблю тебя, солнышко, — Уже выходя из комнаты сказал отец. — И я тебя, — Послышалось из комнаты.       Как только мужчина прикрыл за собой дверь, он тяжело вздохнул. Вот чего-чего, а к ранней беременности своей дочери тот готов не был. Он же лично видел презервативы у неё, как тогда такое могло произойти.       Тот покачал головой и пошёл к телефону. Нет, разговор его очень сильно волновал и если сейчас не спросить напрямую, то мысли сожрут изнутри.       Он методично тыкал по кнопкам с цифрами, то и дело сверяясь с телефонной книжкой. На ней лежал толстый слой пыли, даже в носу засвербело и мужчина невольно поморщился. — Алло, это дом Шотменов, чем могу помочь, — Голос юноши раздался по ту сторону телефонного провода. — Алло, привет, Арнольд, это папа Лайлы, — Мужчина старался говорит тихо, чтобы дочка его точно не услышала. — Здравствуйте, что-то случилось? — Пока нет, ну, то есть да, но ещё нет, — Тема разговора застряла в горле как кость. — То есть? — Слушай, вопрос конечно личного характера, но я бы не спрашивал без надобности, — начал мужчина, — вы же ну, предохраняетесь?       В ответ послышалась тишина. Этого отец Лайлы и ожидал в принципе. — Да, — Спустя какое-то время прозвучал ответ. Мужчина сдвинул брови, полагая, что парень обманывает. — Лайла сказала, что как-то необычно себя чувствует, в животе там странно, я подумал, что возможно вы не так хорошо предохранялись, — Совсем тихо и быстро сказал отец девушки. Ему было безумно неловко. В ответ тишина, будто бы задумчивая. — Вы уверены? — Мне так сказала Лайла вот только что, — Мужчина нервно постукивал пальцами по пластмассовому корпусу домашнего телефона. — Я могу завтра встретится с вами? — Да, после шести я буду дома, только пока не говори ничего моей дочери, она начнёт сильно волноваться и мало ли. — Я вас понял, обсудим тогда завтра, спасибо, что позвонили, доброго вечера. — Доброго, — Уже гудкам ответил отец Лайлы. Он тяжело вздохнул, посмотрев на лестницу, которая вела в комнату его дочери. Мужчина сделает что угодно, чтобы она была счастлива.       Лайла валялась на кровати и перебирала пальцами, стараясь сосредоточиться. — Две недели, — Она задумчиво смотрела в потолок, словно там транслируются ответы или хотя бы наводящие вопросы.       Может отец действительно прав, и это странное чувство пройдет. А хотелось, чтобы оно ушло? Лайла вновь задумалась. При виде Арнольда и правда щекотно, будто бы рой бабочек в животе. По началу было страшно, тошно. — Странно, что он не спросил, где я вчера ночевала, — Она чуть сдвинула брови.       С приоткрытого окна на пол спускался прохладный, свежий воздух. Запах дождя окутал небольшую комнатку и Лайла прикрыла глаза, отдаваясь этим приятным ощущениям. Не хотелось тревожиться и боятся. Может Арнольд никогда и не полюбит её, зато хоть знает что с ней происходит, и что скорее всего это пройдет через пару недель. Так сказал папа.       Правда, вкупе с этими приятными чувствами, появилась ненависть к зазнайке Патаки. Она точно не имела никакого права на Арнольда. Это стерва не знала его так хорошо, как подруга детства, не была с ним рядом в сложные минуты, не разделяла радости, не помогала, когда тот очень в этом нуждался. Арнольд будто бы идеальная пара для Лайлы. Просто пока не знает об этом. Девушка подойдёт, пока Шотмен сам это поймёт. Сам подойдёт к ней и скажет, как же сильно ошибался, столько лет не замечая её. — Дурак, — Шёпотом сказала Лайла, представляя эту сцену, но после мягко улыбнулась этой же мысли.       Внизу отец с кем-то разговаривал по телефону, но девушка не старалась вслушаться. Её голова занята другим. — Стинки как в воду глядел, — Заметила про себя рыжая. Она вспомнила сегодняшний разговор. А может она сможет спасти Арнольда, помочь ему.