Немецкий

Фил сидел в своей комнате за дурацким ЕГЭ по русскому, которое всё никак не решалось. Он уже второй час ломал голову над заданиями, но пока выходило плохо. А экзамены уже совсем скоро, нужно было готовиться или не сдаст. Во всей квартире был только он и отец с коллегами, у которого, видимо, было сегодня уж очень хорошее настроение, раз он решил позвать своих друзей и выпить. Они уже несколько часов сидели на кухне и что-то орали. «Да вы заебали… Я не могу сосредоточиться из-за вас. Ты же ведь потом будешь меня пиздить из-за того, что даже пробник не написал…» — парень поёжился, вспоминая, как сдавал ОГЭ. Именно в этот период на его теле было больше синяков и ссадин, чем за всю жизнь. А потом ещё и заставили идти в одиннадцатый. История повторится снова… Мамы дома не было, она опять взяла ночную смену. Иногда Филу казалось, что она специально устроилась на работу, чтобы просто не видеть собственного мужа, который ей и самой изрядно надоел. Но, наверное, это был полный бред. Блондин вздрогнул, когда на кухне что-то разбилось с громким звуком. Потом послышались самые разные ругательства. Ему было страшно. Он правда боялся находиться в одной квартире вместе с отцом, а с пьяным ещё больше. Кто знает, что он может сделать спьяну. Вот возьмёт и зарежет сына и даже глазом не моргнёт. Черных быстро перекочевал на балкон, где уже лежали небольшие сугробы снега. Надел заранее приготовленные тапки и подошёл к перилам. Кожа тут же покрылось многочисленными мурашками, но он старался не обращать на них внимания. Вдыхал морозный воздух и думал обо всём. А этим всем был рыжий, который за последние пару дней успел поселиться в голове у Фила и не собирался уходить. Он всё думал и думал о нём. Даже подошёл и извинился в школе, на что рыжий только отмахнулся, сказав, что Фил герой, потому что не испугался. Потом друзья целый день расспрашивали его о том, что произошло, но рассказал блондин только через день. Было весело наблюдать за тем, как они пытаются выудить хоть какую-то информацию. Конечно, он дал Кире номер Юли, потому что она уж слишком упрашивала. Они уже успели списаться и сходить погулять. Черных был рад, что Юля больше не приставала к нему с просьбой погулять. Она была классной, но надоедливый. Ему не такие нравятся. «А какие тогда нравятся? — вдруг пронеслось в голове у парня. — Рыжие с веснушками, янтарными глазами и… членом?» Фил хохотнул абсурдности своих мыслей. Он просто устал сегодня, вот в голову и лезет всякий бред. Он же не гей, да?.. Черных тряхнул головой, закинув её наверх. Серое небо полностью отражало его настроение. Ничего не хотелось. А нет, хотелось увидеться с Муромовым. Иногда его пугало то, что он уж слишком часто думает о нём. Он о друзьях-то так не думает. Да и о матери родной. Блондин поёжился от холода и зашёл обратно в комнату. Телефон, лежащий на кровати, завибрировал, и парень за секунду оказался рядом. Пусть и не хотел признавать, но в душе надеялся, что это рыжий. Но нет. Это всего лишь Юля. Юла: привет, не хочешь сходить погулять? в тот раз было весело)) Парень поджал губы. Его глаза наткнулись на открытый на компьютере сайт с ЕГЭ, и он быстро напечатал.

Вы: сорри, сегодня никак егэшку решаю

Юла: а ну ладно удачи)) Фил не хотел как-то обидеть девушку. Но она была безразлична ему, так зачем ходить куда-то? Пару раз откажется и она сама потеряет интерес. Найдёт себе кого-нибудь другого, и дело с концом. Блондин кинул мобильник на кровать и вернулся за стол. Перед ним лежала тетрадка, в которой были какие-то жалкие попытки решить долбанный экзамен. Хотелось лечь спать, но нужно хотя бы один вариант дорешать. На кухне опять что-то загремело, а потом послышались крики. «Вы там, блять, решили весь дом разрушить? И ведь опять маме всё убирать… — Черных сжал руки в кулаки, пытаясь заглушить резкое желание пойти и набить морду отцу. Конечно, это можно организовать, но там ещё человек пять таких же по размеру, как он. Они парня в два счёта уделают. — А ты бы и отпор дать не смог…» Он подошёл к зеркалу и осмотрел себя с ног до головы. Нет, он не дрыщ, но явно слабее. Если вспомнить дружеские поединки с Артом, то он на его фоне девчонка. Хотя странно сравнивать себя с атлетом. Фил как-то бегал по утрам и даже в зал ходил, а потом забил. Но пресс остался. Его, конечно, еле видно, но для него это самый настоящий повод для гордости. Наконец, налюбовавшись собой вдоволь, вернулся за стол. Начал снова решать задания. В голове вдруг всплыли слова его учительницы по русскому, которая на весь класс сделала заявление, что если Черных сдаст ЕГЭ по её предмету на пятёрку, она лично признает, что он самый лучший ученик из всех. Они даже поспорили. Вот только вряд ли это когда-то произойдёт, потому что он на тройку-то еле как решает, а тут пять захотели. «Сделай, пожалуйста, один вариант», — Фил попытался сосредоточится, но когда на кухне заиграла громкая музыка, он окончательно сдался. Это конец. Злость постепенно начала поглощать его, от чего даже руки затряслись. Блондин попытался вспомнить что-нибудь хорошее, и в голове появился образ Муромова. «Да что ж такое? Что ты привязался-то? Это уже реально ненормально. Фил, ты чё? Пора бы себе внушить, что он и без тебя в порядке», — Черных откинулся на спинку стула, пытаясь отогнать все ненужные мысли. Не получалось. Ручка двери дёрнулась, и парень вздрогнул. Чуть со стула не упал. Он предусмотрительно закрыл дверь на замок, чтобы никто к нему не ходил. — Открывай быстро! — послышался пьяный голос отца. И руки опять задрожали. Фил поднялся и остановился посреди комнаты. Открывать не хотелось совсем. Если откроет, то есть вероятность, что его опять изобьют. А если не откроет? Тоже изобьют, но только после того, как выломают дверь. — Ну ты где там? Открывай говорю! Вы посмотрите на него, заперся он! Думает, что я не доберусь до него! — ручка снова задёргалась, а потом дверь пнули. — Быстрее! Блондин заметался по комнате. И всё-таки открыл. Отец шатаясь, вошёл в комнату и сразу же свалился на кровать в грязной одежде. — Чё, думаешь, твой мозг ещё способен на что-то? — хохотнул он, увидев на компьютере экзаменационные задания. — Ты ведь тупой. Фил молча стоял у прохода и сверлил взглядом отца. Тот лишь усмехнулся, продолжив осматривать комнату. «М-м-м, как интересно, пиздец просто. А теперь уёбывай», — парень сжал руки в кулаки, наблюдая за ним. — Я не понимаю, ты папке не рад? Я вот пришёл поговорить с тобой, а ты! — мужчина осторожно поднялся с кровати, чтобы не упасть. — Не так я тебя воспитывал. — Ты вообще меня не воспитывал, — слова вырвались быстрее, чем он успел подумать. Парень инстинктивно попятился, но Сергей, преодолев расстояние между ними за два больших шага, схватил его за ворот футболки и резко потянул вперёд. Чудом сохраняя равновесие, Фил задрал голову и, впившись в отца острым взглядом, прошипел: — Отпусти меня, гандон. Отец замахнулся и что есть силы, ударил его в лицо. Блондин зашипел от боли и прижал ладошку ко рту. «Сука, блять, меткая», — пальцы его мигом намокли от кровоточащей губы. Мужчина только ненавистно смотрел на сына несколько секунд, а затем толкнув его, пару раз ударил ногами. — Ты переходишь всё границы. Ещё одна такая выходка – и ты будешь собирать зубы под столом, — пригрозил он, разворачиваясь и направляясь вон из комнаты. Прикрыв глаза, Черных лежал на полу, дрожа от боли и злости. Сейчас хотелось заплакать и обнять маму, но ни первого, ни второго делать он не собирался. Парень поморщился от боли в теле, но всё-равно попытался встать. Ему хотелось убежать из этого дома. Он осторожно дополз до кровати, где лежал телефон, и начал думать, кому бы написать. Арт с дядей Лёшей уехали, так что ему не вариант. Вик и Кира живут далековато. А больше-то никого и нет. Блондин снова поморщился от боли, когда случайно задел губы, из которой до сих пор сочилась кровь. Только сейчас он заметил, что вся футболка была в крови. «Ненавижу тебя, — он взял с прикроватной тумбочки стакан с водой и сплюнул туда кровавую слюну. — Ладно, хотя бы стоит написать Вику, он всё равно поможет». Пытаясь найти контакт друга, Фил вытирал краешком футболки губу и подбородок. Её всё рано уже не спасти. Нажав не глядя на чат, он быстро написал.

Вы: батя опять сагрился, можешь взять к себе?

Черных откинул телефон в сторону, дожидаясь ответа. Конечно, он понимал, что сам дойти до Сменкина не в силах, но хотя бы стоит попытать удачу. Ответ пришёл быстро. Рыжий чертила: Что это значит? Это очередная шутка?

Вы: ты идиот? забыл как он меня пиздит?

Рыжий чертила: Ты никогда и не говорил. Фил нахмурился, посмотрел, кому пишет и замер. «Ну только ты можешь так лохануться. Ну всё, сейчас ещё этот пристанет с расспросами», — парень закрыл глаза, пытаясь выдумать себе оправдание, но не придумал ничего лучше, кроме как написать, что это была шутка. Только он снова разблокировал телефон, как заметил новое сообщения от рыжего. Рыжий чертила: Тебе повезло, у меня дома сегодня никого. Приходи, если больше некуда.

Вы: спасибо

Черных улыбнулся и начал собираться. Не быстро, но хоть как-то. Взял рюкзак и закинул туда телефон, зарядку и ещё по мелочи. Футболку переодеть не смог, поэтому пошёл в ней же. Осторожно вышел в коридор, но, по всей видимости, «гости» перекочевали в гостиную. Надел куртку настолько быстро, насколько это было возможным. Вылетел из квартиры и сбежал вниз по лестнице. Левый бок очень болел, но парень старался не замечать этого.

***

— Заходи, — Муромов почти сразу открыл дверь, будто бы поджидал его. — Всё очень плохо? — Ага, — кивнул Фил, проходя в коридор и корчась от боли. — Точно никто не придёт? — Не-а, максимум Юля вернётся из магазина, — рыжий помог доковылять бедному однокласснику до кресла в гостиной. — Давай куртку. Блондин осторожно стянул её и сразу же закрылся руками. Его футболка выглядела не лучшим образом. Глаза Ильи округлились, а брови полезли на лоб. — Это у тебя… — Это от губы. — Это всё? Или есть ещё… что-то? — Больше ничего! — слишком быстро ответил Черных, и ему даже показалось, что Муромов не поверил. — Ладно, — тот только пожал плечами и ушёл вешать куртку. «Поболит и пройдёт, переживешь», — подумал Фил, вспоминая про болящий бок. Входная дверь открылась, и сразу же послышались девичьи возгласы. — Ты просто представь себе, кого я видела! Катьку из девятого! Идёт вся такая крутая, даже не поздоровалась! — тараторила Юля, видимо, снимая с себя верхнюю одежду и ботинки. — Я ещё… У нас кто-то есть? Рыжий вернулся в гостиную, а за ним сестра. — Фил, привет! А ты чего тут? — она улыбнулась. — Мог и предупредить! — девушка дала несильный подзатыльник брату, на что тот так грозно покосился на неё, что даже блондину стало не по себе. — Да у него… проблемы, — отмахнулся он от сестры. — Ты есть будешь? Или чай пить? — обратился он уже к однокласснику. — Я чай попью, — Черных слишком резко поднялся с креслам и сразу же пожалел об этом. Он снова зашипел от боли, а к нему тут же подлетели все. — Иди чайник ставь, — приказным тоном сказал Илья, отправляя девушку на кухню. — Так, что болит? — Да это я так… ничего страшного… — Я должен поверить? — Муромов вскинул бровь. — Снимай футболку. — Что прям тут? — Фил многозначительно поиграл бровями. — Давай без твоих шуточек. Раздевайся. Юля, стоявшая в дверях до этого, прыснула от смеха в кулак. Парни обернулись к ней, а она поспешила заверить: — Я ничего не видела и не слышала! Честно-честно! — девушка убежала на кухню. Блондин тоже хохотнул, пока Илья пытался убедить себя не убивать их. — Мне ещё раз повторить? — Ну, да, можешь. Мне понравилось, — Черных продолжил его злить. — Я сейчас… Просто сними футболку, — выдохнул рыжий. — Так уж и быть. Фил осторожно снял этот предмет одежды и сразу же поёжился под пристальным взглядом Муромова. Он как-то уж слишком внимательно рассматривал его. «Вот такого я, конечно, точно сегодня не ожидал». — Сделать тебе йодную сетку? — Да не надо, забей, — Черных махнул рукой и снова потянулся за футболкой, которую бросил на кресло, но её успел перехватить рыжий. — Эй! — Я сейчас. Сиди здесь, — Илья ушёл, оставив одноклассника одного без одежды. Через минут пять он вернулся обратно уже с новой футболкой и йодом. Он сел на кресло и подозвал к себе блондина. «Если у меня опять встанет, то ты будешь в этом виноват! И ты вообще…» — холодные пальцы Муромова коснулись горячей кожи Фила, и второй шумно втянул носом воздух. — Всё нормально? — Ага, — только и смог выдавит из себя парень. «Это даже интимнее, чем целоваться… Ещё так аккуратно всё делает», — он поджал губы, чтобы ненароком ещё что-нибудь не издать… Закончив с этой небольшой процедурой, Илья, наконец, оставил в покое одноклассника. Фил натянул футболку Ильи на себя, и они пошли на кухню, где Юля уже налила чай в кружки и поставила сладости на стол. — Ну вы что так долго-то? — девушка придвинула им кружки. — Да этот дёргался, будто я его убить хотел, — недовольно пробурчал рыжий. «Ага, блин. У меня опять чуть не встал, — по телу Фила вновь пробежались мурашки, и он поёжился. — Я бы на тебя посмотрел… Ну, не голым, а просто… Ну, когда я бы… Да в пизду» После того, как они напились чаю, а Юля задала все возможные вопросы другу, то они медленно перекочевали в комнату к близнецам. «Вы вроде такие одинаковые, но одновременно абсолютно разные», — думал Черных, наблюдая за ребятами. — Это чьё? — спросил он, взяв со стола блокнот. — Не трогай! — Илья за секунду оказался рядом и забрал свою вещь. — У меня там личное. — Он даже мне не показывает, — пожала плечами девушка, сидящая рядом с блондином. — Хотя рисует просто офигенно. — Ты рисуешь? — Ага, — рыжий убрал блокнот в стол, а потом вернулся на кровать к остальным. — Чего я ещё не знаю о тебе? — Он на бокс ходит, — ответила за брата Юля. — Да ну? Вот этого я точно не ожидал, — Фил правда удивился. «Да ты вообще всё у нас можешь. И почему у тебя до сих пор девушки нет?» Оставшийся вечер прошёл просто замечательно. Черных и подумать не мог, что такой ябеда, как Муромов, может быть настолько интересным. И ведь он даже не подозревал, что совсем рядом был такой человек. Пару раз в голове пролетали странные мысли, типа, «А если я поцелую его в нос, что он сделает?» Но он старался сразу же гнать их прочь. Что на него нашло вообще? Он был признателен Илье за то, что тот взял его к себе. Хотя, наверно, это просто услуга за услугу. По крайней мере, ему не хотелось так думать. — А у тебя есть девушка? — спросила Юля, провожая блондина в гостиную, чтобы он лёг спать там. — Не-а. — М-м-м… — она закусила губу. — Ну, спокойной ночи. Парень принял из её рук подушку и одеяло и постелил себе на диване. Уснул он не сразу. Его всё мучали разные мысли. Начиная от Юли, которая уж слишком много спрашивала про его личную жизнь, заканчивая Ильёй, который был очень добродушным, пусть иногда и злился на сестру, а та только фыркала в ответ. «Интересно, очень интересно».