Лунный принц
3 декабря 2022 г., 21:51
— Эй, я не знаю, кто вы, но я знаю, что вы тут есть…наверное — энтузиазм в голосе Кавеха угасает по мере того, как он проходит в каждую до этого не изученную комнату.
Его пробуждение было странным: кокон из одеял, теплая каша, одежда. Первая мысль, пришедшая в голову парню, была о том, что он попал в замок из «Красавицы и чудовища», и, стоит ему только попросить, как вокруг забегают предметы декора, предлагая маленькую экскурсию по чужому дому. К сожалению, мысль оказалась сладкой фантазией, а искать хозяина дома пришлось самому. Попытки, к слову, были неудачными.
Вчерашний дождь скрыл истинные размеры особняка, поэтому Кавех никак не мог понять, откуда в нем настолько много комнат. В каждой из них были большие окна, часть из которых полностью занавешена, а другая поросла лианами так, что солнечный свет вряд ли смог бы пробиться сквозь них. При этом абсолютно везде были книги: на полу небрежно развалились горки, в полках шкафов они стояли тесно прижавшись друг к другу, а на столах в хаотичном порядке валялись раскрытые тома, на страницах которых осел тонкий слой пыли.
Кавех споткнулся об стопки книг во всех комнатах, которые успел посетить, при этом тихо шипя и ругаясь на неизвестного любителя почитать везде и всегда.
И вот, снова споткнувшись об следующую гору чужих человеческих фантазий, парень зацепился рукой об вазу, а та, в свою очередь, совершила занимательное пике до пола, рассыпавшись десятком острых лепестков и оставив на руке виновного в своем путешествии неглубокую рану. Лицо человека исказилось от неприятного ощущения, а несколько капель крови оставили алые пятна на чистой рубашке и штанах.
«Возможно ли, что, помимо меня, сюда забрел еще кто-то и милостиво помог мне, а потом продолжил свой путь?» — думал Кавех, устав искать какую-либо живую душу в этом особняке помимо него самого. В общем-то, он был рад и тому, что пока может остаться здесь, а не мокнуть каждое утро, просыпаясь в окружении лесной живности, но он ощущал странное и не совсем понятное ему чувство тревоги, которое никак не удавалось подавить какими-либо здравыми рассуждениями.
На улице было все еще дождливо, поэтому понять, утро сейчас или вечер, почти не представлялось возможным. Архитектор бродил практически во тьме, поэтому, поднимаясь со скрипучего пола, совершенно не заметил большой, но тусклой тени, перекрывающей его собственную.
Послышался глубокий вдох. Кавех замер. Сердце бешено забилось.
Он еще никогда не бегал так быстро. Ни от собак с чужого двора, ни от пьяниц, желавших показать ему, как должен выглядеть и вести себя мужчина, ни от бугаев, пришедших трясти с него долг.
Мозг моментально строил маршрут, по которому Кавех с завидным постоянством врезался в углы, ронял стулья, сбивал стопки книг и еще несколько ваз. Возможно, к его старому долгу прибавится новый, а еще на теле останется прекрасная вереница разноцветных пятен, подаренных предметами на его пути. Но думать об этом он будет уже после.
Архитектор добежал до небольшой комнаты, в которой около небольшой двери на низкой деревянной лавке лежало старое пальто. Он был уверен, что верхняя одежда может лежать только рядом с выходом на улицу.
Кавех потянул за ручку двери, будучи уверенным в том, что сейчас ему в лицо ударит прохлада и крупные капли дождя. К сожалению, вместо этого в лицо ему ударил ужасный запах гнилой листвы. Чужая рука опустилась на плечо.
Громкий и тонкий крик распугал всех птиц в округе, а животина во дворе спешно убежала подальше, насколько позволяло ограждение.
Вторая рука накрыла чужие губы, дабы заглушить неприятный звук.
— Прошу вас сохранять относительную тишину и спокойствие в моем доме.
Но Кавех не слышал этих слов. Стресс, который едва достал свои клыки из его шеи, впился еще сильнее. Крупные капли проделали ручейки на щеках, контроль над телом постепенно терялся. Парень скорее хрипел и задыхался, нежели громко и быстро дышал.
Кавех медленно и аккуратно был повернут к человеку, до этого стоявшему за спиной, лицом. Сквозь море слез он смог разглядеть отлив серебра и два ярких изумруда. Чем дольше он смотрел в чужие глаза, тем легче становилось дышать, но тем больше кружилась голова. Вскоре человека подняли над полом и унесли в другую комнату. Тело не слушалось от слова совсем, поэтому, если бы незнакомец захотел расчленить парня и скормить собакам во дворе, то никакого сопротивления бы не встретил.
«Лунный принц…- подумал отвлеченно Кавех, — Я совершенно не против умереть на его руках».
Его тело аккуратно положили на софу, которая, к удивлению, совершенно не скрипела. Слезы постепенно высыхали, и фигура другого человека становилась все отчетливее. Чужая рука медленно приподняла голову, холодный стакан с водой поднесли к губам. Когда Кавех выпил всю воду, то получил трепетное поглаживание по голове, которое снова вывело парня из эмоционального равновесия. Однако стоит сказать, что это состояние не было таким же, когда душа упала в пятки, а глупый мозг решил сосчитать почти все углы в доме.
— Полагаю, что вы уже пришли в себя. — глубокий и завораживающий голос с явной ноткой насмешки разрезал полотно тишины, — Не хотите ли поговорить о том, как проникли на чужую собственность и испортили вещи?
— Я не хотел ничего ломать, — хриплым голосом ответил Кавех, — только переждать дождь.
— Переждать дождь в чужом доме, в который вас никто не звал?
— Дверь была открыта…- послышалось вялое.
Аль-Хайтам на это лишь хмыкнул. Кавех раздумывал, может ли он позволить себе такую наглость, как остаться в теплоте еще денек. Он был согласен даже лечь спать на полу в какой-нибудь пыльной комнате с крысами, главное, чтобы бы было тепло и сухо.
Лунный принц, как про себя называл его архитектор, еще немного постоял на месте, кивнул, видимо что-то решая, и ушел в другую комнату. Вернулся он с одеялом и подушкой, положил на низкий столик рядом с диваном, на котором лежал Кавех, и задумчиво посмотрел на незваного гостя.
— Можешь остаться до утра.
А затем хозяин дома снова покинул комнату.
***
«Какой чертовски приятный аромат» — думал Аль-Хайтам, идя обратно в свой кабинет. Запах чужого человека, успевшего побывать, казалось, везде, поднимал настроение. А вот сам источник пробуждал внутри сильное желание острить. «Стоит ли выпить его? Хотя, в его-то состоянии наверняка будет горчить.» В этом доме давно не было живых людей. Слишком давно, чтобы воспоминания о вкусе других людей перешли в категорию ностальгических, оставляли приятные ощущения на кончике языка. Аль-Хайтам давно отказался от людской крови, предпочтя пить вместо нее кровь животных. Это было гораздо безопаснее и не так затратно, как, к примеру, долгие обхаживания жертв или пышный прием, где чужой вкус портил алкоголь. Поэтому вампир был взбудоражен появлением человека. Мужчина прекрасно понимал, что надо было просто выкинуть Кавеха сразу, как тот разбил его любимую вазу. Наплевать на запах, наплевать на свои желания. Если он не сможет придумать еще бесконечное количество причин, по которым пить чужую кровь нельзя, и не сможет сдержаться, когда те самые причины закончатся, то придется очень тяжело выпутываться из этой ситуации. Кавех, конечно, упал практически на самое дно, но Хайтам не настолько оборвал все связи с людьми, чтобы не знать о награде за голову архитектора. «Можно принести его голову после того, как выпью. В конце концов, он нужен живым или мертвым. Не только получу прекрасный деликатес, но и денег подзаработаю.» — думал Аль-Хайтам, а потом сразу же одергивал себя. В голове вампира впервые за долгое время был настолько беспорядочный поток мыслей. Все они сводились к незваному гостю. То эти мысли были посвящены предполагаемому изысканному вкусу, то наоборот, говорили о том, что Кавех может быть совершенно отвратительным, потому что неизвестно, какими помоями он питался и какие болезни успел подхватить от своих многочисленных дам. Слишком большой мыслительный поток в голове не давал сосредоточиться на книге, ранее брошенной на столе. В конце концов мужчина закрыл ее, помассировал глаза и решил, что ему стоит немного прогуляться и, возможно, промокнуть под ливнем, смывая чужой запах со своей одежды. «Я подумаю, что сделать с ним завтра. Он все равно не уйдет отсюда.»
