Увядающий цветок
25 декабря 2022 г., 20:11
Первый его заказ был от очень известного в королевстве Сумеру врача. Старая больница вмещала мало людей, была слишком затхлой и совершенно не подходила для внедрения новых технологий лечения и исследований, поэтому было решено открыть на другом участке новую, а в старой сделать неплохой ремонт, хотя Кавех был уверен, что вот-вот развалившееся здание спасет только снос и постройка заново. К слову, он уже прикинул, что сделает чертеж и для старого-нового здания просто потому, что действительно хотел сделать что-то прекрасное в месте, где многие умирали.
Пока он ходил вместе с Тигнари по этажам, слушая пожелания и объяснения, что и где должно быть, то невольно вспоминал своих родителей.
Они умерли в доме, который терял свою красоту с каждым тяжелым вздохом своих больных хозяев, а в конце и вовсе стал похож на дом ужасов. Во всем этом умерли его родители, и каждый раз, осознавая это, в сердце больно кололо.
«Этот проект будет небольшим извинением за большую провинность» — думал Кавех, смотря на неизлечимо больных, которым, увы, придется умереть в этом ветхом здании, похожим на воплощение безнадежности и смирения со смертью.
Только придя обратно в чужой дом, который успел стать родным, архитектор осознал, что на всем пути в город и обратно никто не позарился на его бедную голову. Затем заметил в облюбованной им комнате большие листы бумаги и набор для черчения.
Вернуться обратно к любимому делу было просто замечательно.
Чертеж новой больницы шел легко, и, даже несмотря на то, что в чертежах должны соблюдаться некоторые строгие правила, не дающие разгулять воображению, Кавех все-таки смог вложить в свое творение горечь утраты, чувство одиночества и надежду.
Чертеж для старого здания он сделал еще быстрее. В той больнице были и взрослые, и дети, причем лежали они вместе в палатах. Архитектор решил, что это старое здание можно переработать в детское отделение, где старость и взрослая безысходность не будет касаться невинного сознания детей.
Уже на следующее утро Кавех снова приехал в город и сдал чертежи. Тигнари был в восторге, а идея об отдельном отделении для детей пришлась ему по вкусу.
Вечером парень встретил Аль-Хайтама в стенах усадьбы и рассказал о своем успехе. Мужчина лишь кинул сухое «молодец» и, как показалось Кавеху, сбежал. Но ему было все равно. Он смог вернуться к своему любимому делу, сделал что-то стоящее и, возможно, стал ближе к возвращению к своей прежней жизни.
Но вот второй заказ заставил Кавеха сгорать от злости.
***
— И где ты его нашел? — Тигнари навострил уши, ожидая ответа от вампира. — У себя дома. — Прошу не язвить в моем доме — Сайно только освободился от очередной работы, он был рад посидеть со своим оборотнем и не совсем приятным вампиром, но только без колкостей в сторону друг друга. — Я и не язвил. Кавех действительно был в моем доме, когда я нашел его. Почти умирал без еды и тепла. — Удивительно. Но как он оказался в таком состоянии при таких золотых руках? Я впервые слышу о таком. Хм… — Нари, это очень забавная история: он взял заказ, выполнил его, а потом остался должен заказчице. А заказом был Алькасар-сарай. — Но разве он не мог отдать долг со своего гонорара? Алькасар-сарай ведь стал одной из достопримечательностей Сумеру. — Ему просто не стоило тратить деньги за работу на девиц и вино. — Хайтам фыркнул. Все разговоры конкретно о Кавехе выводили его из себя, но точно сказать почему он не мог. Странная обида смешивалась с разочарованием. — А тебя это так задевает каждый раз. Неужели завидуешь? — Сайно прищурил глаза. Он уже не первый раз видит такую реакцию на данную тему разговора. Охотник уже успел предположить, что же так мучило вампира, но говорить слишком прямо не стал — лишний конфликт между охотником и добычей привлечет слишком много ненужного внимания. — Завидую чему? Огромному букету венерических заболеваний и тому количеству возможных детей, которые никогда не увидят своего горе отца? — Странно, что именно за это его упрекает тот, кто успел натворить дел примерно на том же уровне, если не больше. — Ребята! Давайте успокоимся, тем более, Кавех явно ничем не болеет. Разве что простудился немного. — Тигнари постарался уладить еще не начавшийся конфликт. — Аль-Хайтам, я пригласил тебя не для того, чтобы вы с Сайно устроили драку. Меня сейчас волнует талант Кавеха и его чертежи, которые вполне могут окупить ту сумму, которую ты назвал, на две трети, а не половину, как мы договаривались. Хайтам выгнул бровь в немом вопросе. Как бы он тут не гнал всех собак на архитектора, а так скоро отпускать эту пташку из своей клетки он не хотел. — Он сделал чертеж еще и для возможной перестройки старой больницы, причем она будет только для детей. Я не просил его об этом, но он настаивал, чтобы я забрал его работу, даже сказал, что бесплатно сделал, якобы вдохновение посетило. Но любая работа должна оплачиваться, так что я готов попросить у города чуть больший бюджет. — Что ж, я думаю, Кавех будет не против выплатить свой долг пораньше. Сайно смотрел на Аль-Хайтама, слегка улыбаясь. Значение этой улыбки знал только Тигнари.***
— А еще хотелось бы видеть здесь… Кавех понял, что работа, которую подкинул ему Хайтам, являлась одной сплошной издевкой над его навыками. — Ах да, земля тут не очень благородная, так что с растениями будет сложновато. Но вы ведь такой талантливый архитектор, думаю, что-то да сделаешь. Азар был очень важной шишкой в Сумеру. А еще он явно издевался над бедным архитектором. Участок, на котором Кавех провел уже несколько часов, представлялся пустырем практически без растительности. Почва, как и сказал Азар, была неплодородна, и, соответственно, какие-либо идеи, связанные с растениями, сразу отпадали. Но вот незадача, Азар хотел именно цветов, деревьев и изысканности. «Сделай из этого пустыря сказку» Кавех хотел прибить старика, когда тот открывал рот и говорил про свои хотелки. Тут он хочет пруд с рыбками, а там уютную беседку с зарослями. И что еще он собирается попросить сделать? Высокие горы как в Ли Юэ? Вернувшись домой, архитектор сразу же пошел искать хозяина дома, дабы высказать все, что он думает о его знакомых. Однако ни в одной комнате он не нашел мужчину. Выглянув в окно, Кавех увидел Хайтама. Он стоял в тени большого дуба, одежда закрывала почти все участки кожи. А рядом стояла рыжеволосая девушка. Кавех знал ее, даже ходил на выступления в театре. Но самое важное в том, что Аль-Хайтам аккуратно поддерживал ее за талию, а голова находилась рядом с шеей Нилу. Она мило улыбалась и хихикала, как Кавеху казалось, от легких поцелуев. В груди что-то заныло, а и без того плохое настроение стало еще хуже. Архитектор скрылся в своей комнате, зарывшись в работу. Да, это самый ужасный заказ, который он брал, но так он хотя бы не будет прокручивать увиденное каждую чертову минуту.
