Два сплетённых Дракона

Через пять дней после получения вести из Хайгардена Эймонд прибыл в Старомест. Уже пролетая над городом, принц заметил на зеленеющем холме бронзовое пятно, шевелящееся в такт рева Вхагар. Старая драконица была как обычно сварлива, разливаясь на лиги вперед раскатистым басом. На земле Вермитор также свирепо и громко отвечал ей, заставив снизиться на ближайшем к нему холме. Бронзовый Гнев лишь наблюдал за пикирующим сородичем, не смея подняться в небо без своей всадницы, не имея призыва к бою и не чувствуя опасности во вновь прибывшем драконе, чей всадник был связан узами с его. Его всадница же наблюдала за прибытием мужа с балкона Высокой Башни, трепетно ожидая его скорого появления в своих покоях. Эймонду также не терпелось увидеть свою жену. Спешив с Вхагар, он тут же бросился к стенам замка, не желая дожидаться лошадей и сопровождения. Минуты дороги казались мучительно долгими, особенно после такой внезапной разлуки. Сердце при беге так сильно стучало, что раздавалось эхом в ушах принца, заглушая все остальные звуки. — Где моя супруга?! — растолкав служанок и стражников на лестнице замка, хрипло, сбивчиво и громко восклицал Эймонд, пугающим взглядом скользя по присутствующим. Не смея останавливаться ни на долю секунды, принц Таргариен смог расслышать дорогу лишь на бегу по запутанным коридорам замка Староместа. Элейна тяжело дышала, предвкушая скорую встречу. Девушка хаотично разглаживала бронзовое платье, стараясь успокоить нервы. Она пристально следила за дверью и вслушивалась в каждый звук, доносившийся до нее. Эймонд, конечно, явился громко, беспардонно резко и широко раскрывая двери ее покоев. Но тут же застыл на месте, почувствовав, что двери за ним закрылись и он наконец встретился со своей любимой после столь длинной разлуки. Он стоял на пороге покоев Элейны, не смея первым произнести ни слова. Принц просто смотрел ей в глаза со всей пронзительность, а она как всегда мягко улыбалась, не сводя взора с лица супруга. Безмолвная сцена двух влюбленных могла длиться вечно, казалось, что слова им не нужны — они понимали друг друга и так, общаясь взглядами, жестами и мыслями. — Эймонд! — глаза Элейны загорелись, увидев брата и горячо любимого мужа. Как бы ей не хотелось улететь из Королевской Гавани — связь с Эймондом была настолько сильна, что сейчас она была готова кинуться в его объятия и больше никогда не отпускать. — Элейна! — стоявший на пороге принц тут же ринулся к своей обожаемой сестре-жене, без которой не мог представить жизнь. Окутав девушку своими объятиями, он как обычно зарылся носом в ее густые темные волосы, блаженно закрыв уцелевший глаз и наконец-то успокоившись, после мучительного месяца разлуки. А глубокий и страстный поцелуй словно вернул его к жизни, которая без Элейны потеряла всякий смысл. — Любовь моя, — от недостатка воздуха во время поцелуя голос Эймонда стал хриплым и грубым, —Я не находил себе места, загонял Вхагар, стараясь наткнуться на твой след! — Эймонд, — Элейна также запиналась, но толи от недостатка воздуха, толи от смущения и неловкости, вызванные ее поступком, — Прости меня, мой Сапфировый Принц! — на глазах Элейна навернулись слезы, и она тут же прижалась щекой к темно-зеленому камзолу мужа, пряча свое лицо в нем. — Не оставляй меня больше, любовь. Мы же клялись: и в горе, и в радости. Помнишь? — Эймонд нежно оглаживал лицо супруги, смахивая слезинки с её щек и не отрывая взгляда от ее глаз. — Мне очень больно от того, что свое горе ты оставила при себе, приняв весь удар судьбы на себя. Мы оба потеряли в тот день дитя! И я тоже печалюсь. — Прости меня, Эймонд. Но я просто не смогла бы вынести все это, сидя в Красном Замке. Я страдала, а все они бы постоянно мне об этом напоминали, не давая проходу! — казалось Элейна произносила молитву, настолько уверованно она это говорила. — Моя Бронзовая Принцесса, не уж то ты могла хоть на миг подумать, что я позволил бы им всем приблизиться к тебе, словно воронам, кружащим над бездыханным телом? — Эймонд нежно заправлял выбившиеся пряди на уши Элейны. — В тот момент, любовь моя, я не могла здраво мыслить. Разум словно затуманило, и в голове зависла лишь одна мысль — ответить на зов Вермитора, следуя с ним в поднебесную! — принцесса была задумчива, стараясь вспомнить свои мотивы. — Ты истинный дракон, Элейна! — Эймонд обхватил ладонями лицо супруги и с гордостью поцеловал её в лоб, сильнее прижимая к себе. — Я скучала по тебе, Эймонд! — Элейна отняла голову от груди супруга и потянулась к нему за очередным поцелуем. Эймонд охотно ответил на поцелуй, крепче сжимая талию сестры-жены. Элейна страстно целовала мужа, зарываясь пальцами в его длинные серебрянные волосы. Она так сильно вжималась в мужа, что, казалось, их тела были едины, мешали лишь ткани их одежд. Принцу было лестно испытывать на себе такое поведение супруги и ему оставалось лишь ухмыляться её нетерпению. — Я не выдержу твоего натиска, моя любовь, — Эймонд нахально ехидничал, на секунду разрывая поцелуй и беря действие в свои руки. Через мгновение Элейна уже была подхвачена мужем на руки. Длинное бронзовое платье мешало девушке обнять Эймонда ногами, на что он лишь быстрее кинул её на мягкие перина. В нетерпении почувствовать тело любимого, Элейна хотела снова прижать его тело к своему, но Эймонд лишь навис на ней, медленно растегивая пуговицы на своем камзоле, от чего девушка могла лишь извиваться на изумрудных простынях и жадно закусывать нижнюю губу. — Мммм, — с уст Элейна слетел томный вздох, — Как же ты можешь беспощадно томить меня ожиданием, — ее руки потянулись к камзолу, срывая оставшиеся пуговицы, и одним движением скидывая с такого желанного тела ткань верхней одежды и белой льняной рубашки. Эймонд лишь хищно ухмылялся, разглядывая раскрасневшееся лицо супруги и её распухшие от поцелуев губы. Его леди жаждала действий, и принц был готов ей их дать. Он потянулся к голенищу сапога, где у него был припрятан небольшой резной клинок из валирийской стали. Глаза Элейны вспыхнули, завидев его. Эймонд прислонил холодную сталь к разгоряченной коже жены, ведя от шеи к быстро вздымающейся груди, а после ниже — разрезая острым лезвием плотный атлас бронзового платья. Томный выдох сорвался уст Элейны, когда её платье было распорото по линии и в ту же секунду снято с неё. — Сожги его в пламени дракона! — возбужденно шептал Эймонд, откидывая то, что раньше называлось «платьем», а дальше подцепил уже свободными пальцами край ночной рубашки принцессы и начал медленно задирать его вверх, прямо к бедрам. Элейна же, предвкушая дальнейшие действия своего принца, полностью откинулась на кровать, сильно прогнувшись в спине. Внутри Элейны затягивался напряжённый ком, а внизу стало тепло и влажно. Эймонд протянул ладонь к лону сестры, желая ублажить её. Скользнув пальцами меж её складок, он принялся нежно массировать клитор, от чего она крепко сжала простыни и начала учащено дышать. Медленные, но такие желанные действия мужа, вызывали внутри девушки бурю эмоций и ей хотелось большего и как можно скорее. Поэтому, выпустив ткань простыни из своих ладоней, она протянула их к лицу Эймонда, нежно оглаживая его, а после запуская пальцы в его волосы. Принц хорошо знал предпочтения своей леди-жены, поэтому незамедлительно прильнул устами к лону Элейны, несильно, но действенно, нажав ладонью на ее живот. Девушка сладостно простонала в ответ на его умелые движения языком и пальцами, которые лишь ускоряли темп, приближая её к пику наслаждения. Эймонд, чувствуя, что Элейна близка к вершине, прекратил свои ласки языком и пальцами, с хищной ухмылкой отстраняясь от лона супруги и на вытянутых локтях нависая над ней. — Мой принц вознамерился меня наказать, — голос Элейны был сбивчив от резко прерванных ласк Эймонда, который так беспощадно выдернул свою леди из томного мира наслаждения. — Ни в коем случае, любовь моя, — Эймонд демонстративно медленно облизнул губы и пальцы, все ещё имеющие вкус его сестры. В глазах Элейны от увиденного вспыхнул какой-то первобытный огонь, который лишь сильнее разгорался от времени, когда Эймонд томил её ожиданием. Поэтому, не имея больше терпения, она резко потянула ладони к завязкам кожаных брюк мужа, стараясь как можно быстрее избавить его от ненавистной ей ткани. Своими ладонями принцесса чувствовала, что возбуждённая плоть заполняла всё пространство кожаных брюк, от чего ткань неприятно давила на эрегированный член, но даже это не мешало в её действии. Элейна медленно скользила ладонями вниз по рельефному торсу Эймонда, приблизившись к поясу его брюк. Пальцы взялись за краешек кожаной ткани и стали тянуть её вниз, чтобы наконец избавить мужчину от не нужной одежды. Эймонд лишь нахально ухмылялся, даже не пытаясь помочь супруге, а лишь сложил руки за головой и хищно наблюдал за действиями леди-жены. Но так или иначе, через секунды безуспешных попыток непослушные кожаные брюки были наконец стянуты с бедер Эймонда, и он предстал перед Элейной обнаженным. — Мой принц заставил меня помучиться! — брюнетка томно прошептала, обняв мужа за шею, а после резким движением притянула его к себе, отчего Эймонд чудом успел вытянуть ладонь, чтобы не завалиться всем телом на сестру. — Ещё бы немного, — Эймонд одним взглядом указал на вытянутую руку, расположившуюся около головы девушки, — И ты бы действительно мучилась! Но Элейна уже не слушала никакие слова, она желала лишь продолжения. Поэтому она вмиг вылезла из-под тела блондина, которому лишь оставалось развернуться к ней лицом лишь для того, чтобы брюнетка тут же села на него верхом, принимаясь страстно целовать. Эймонд отвечал со всей пылкостью, одновременно снимая с неё нижнее платье. Наконец, избавившись от всей одежды, принц мог крепко сжать талию своей леди и прижать её обнаженную грудь к своей. Элейна же уже могла чувствовать бедрами возбужденный член мужа, и сладостная истома набирала обороты внизу живота. Эймонд был не против закончить прелюдии и перейти скорее к делу, поэтому лишь сильнее надавливал на поясницу Элейны, заставляя её чувствовать набухшую плоть. Не раздумывая, девушка вмиг водрузилась верхом на эрегированный орган, полностью погружая его в своё лоно. Решительность Элейны вызывала в Эймонде лишь новую волну похоти и вожделения, которые усиливались блаженными вздохами принцессы, которая не спеша начала двигаться на нём. Элейна хищно ухмылялась, наслаждаясь своим доминированием, которое она предпочитала в сексе. Девушка медленно водила бёдрами, раскачиваясь на члене Эймонда, который лишь жадно обхватывал тело супруги, стараясь задать свой собственный темп. Элейна легко поддалась на движения принца, полностью отдавшись его ритму. Теперь руки Эймонда, держащие Элейну за бёдра, стали настойчиво приподнимать девушку, помогая ей быстрее двигаться, а она лишь откинулась назад, открывая перед ним обзор на её быстро вздымающуюся грудь с бусинами набухших сосков. Эймонд вожделенно наблюдал за столь раскрепощёнными движениями Элейны — сейчас она казалась наиболее сексуальной с этими закрытыми глазами и губами, припухшими от поцелуев. Стоны наслаждения начали срываться с губ принцессы, приближая Эймонда к пику удовольствия. Элейна ускорила темп, уже не контролирую свои действия, максимально быстро двигаясь на члене Эймонда, стараясь достичь пика вместе с ним. Принц крепко сжал бёдра супруги, в миг напрягаясь под её телом. Глаза Эймонда закрылись в истоме, а движения прекратились. Элейна же совершила ещё несколько толчков верхом на блондине, как и её тело охватила сладкая дрожь и блаженство. Последний томный стон сорвался с губ Элейны, и она обессилено прижалась к груди Эймонда, наслаждаясь достигнутым пиком удовольствия. Он же медленно дышал, принимаясь оглаживать волосы девушки, приводя свой пульс в порядок. — Как приятно, наконец, просто лежать вместе, забыв обо всех трудностях! — Элейна сладко улыбалась, прижавшись щекой к обнаженной груди мужа. Эймонд лишь ухмыльнулся, целуя свою леди в макушку и приобнимая за плечи. Он был также счастлив воссоединению, как и она, может, даже больше.

***

Вечером того же дня Ормунд Хайтауэр устроил небольшой пир по поводу воссоединения в Староместе семейства Таргариенов. Он был горд, что в настоящее время своим присутствием его почтили целых три драконьих всадника, двое из которых летали на самых крупных драконах, ныне живущих в Вестеросе. Ему льстило, что племянники оказали ему такую честь, так далеко улетев от дома и лишний раз показывая силу и могущество не только дома Таргариенов, но и дома Хайтауэров, откуда родом происходила их мать. — Племянники, — лорд Ормунд обратился к Эймонду и Элейне, ставя на стол кубок вина, — Достаточно ли пропитания Вашим драконам? — О, не беспокойтесь, дядя, я внимательно слежу, сколько ест Вермитор, к тому же он прекрасно может кормиться самостоятельно, ведь леса Простора богаты живностью! — Элейна слегка улыбнулась, отрезая кусок мяса на своей тарелке. — Вы поймете, милорд, когда Вхагар не будет вдоволь насыщена, — небрежно ответил Эймонд, с хищным прищуром всматриваясь в глаза дяди. — Ваши драконы в разы больше Тессарион, которой пока требуется лишь несколько крупных баранов или бычков, — лорд Хайтауэр старался вести непринужденный разговор, не обращая внимания на двусмысленные фразы среднего племянника. — Вхагар требуется не меньше дюжины, если Вам так интересно, дядя, — Эймонд спокойно отпил из своего бокала, переводя взгляд на Элейну, которая спокойно трапезничала, не обращая внимания на речи брата, так как прекрасно знала его нрав. — Я дала Дейрону несколько советов, касаемых обращения с драконом, — Элейна отвлеклась от своей трапезы, промакивая губы салфеткой, — В скорости Вам понадобиться больше овец, чтобы прокормить Тессарион! — Элейна улыбнулась Дейрону, который тут же оживился, заслышав свое имя из уст сестры. — Несомненно, это радостная новость! Крупный дракон наводит больше страха! — лорд Хайтауэр радостно восклицал, выпивая из своего кубка — Любой дракон наводит много страха, милорд, — резко заявил Эймонд, косясь на дядю, чьи речи, по мнению принца, были глупы. — Несомненно! — Ормунд был вынужден живо согласиться. — Эймонд, — Элейна была вынуждена отвлечь супруга от сверления взглядом дяди, — Стоит признать, что Вхагар давно уже нарицательное имя, одного упоминания которого хватает, чтобы навести ужас на целые города. — Определенно, любовь моя, — Эймонд ухмыльнулся, снова переводя взгляд на жену, — Так же, как и Вермитор! — конечно, он не мог обойтись без ответных комплиментов и лести для своей леди. Элейна одобрительно улыбнулась супругу, вернув его расположение окружающим. Всё-таки пылкий нрав Эймонда нужно было умиротворять, словно разгоряченного дракона, и девушка с этим прекрасно справлялась. — Как поживают другие мои племянники: Эйгон и Хелейна? — сир Гвейн Хайтауэр решил учтиво перевести тему разговора, чем очень обрадовал Элейну. — Неплохо, — кратко и безэмоционально ответил Эймонд, — Эйгон всё также трахает шлюх, а Хелейна хлопочет над детьми, — принц напряжено сложил губы, взглянув на дядю. Элейна лишь недовольно закатила глаза на реплику брата. — Должно быть, племянник проживает свою лучшую жизнь! — с улыбкой заметил Гвейн, чтобы хоть как-тот разбавить этот чопорный вечер. — Ни в чем себе не отказывая, — добавил Эймонд, отпивая из своего кубка. — Джейхейрис и Джейхейра растут очень красивыми и крепкими детьми! — воодушевленно заметила Элейна, не желая подпитывать супруга новыми темами для его колких замечаний, — Пару месяцев назад у них проклюнулись яйца, с разницей в несколько дней, можете себе представить? Шрикос и Моргул такие очаровательные дракончики! Они часто засыпают с ними в колыбели! — Прекрасная новость, Элейна! — восторженно произнес рыцарь, — Надеюсь, они станут такими же искусными драконьими всадниками, как и ты! — казалось, Гвейн Хайтауэр был рожден для того, чтобы так просто отпускать слова лести и похвалы, запросто разбавляя любой разговор. Эймонд же лишь хмыкнул на его реплику, довольно ухмыльнувшись, подтверждая слова дяди. А Элейна лучезарно улыбнулась. — Я бы уже брала их собой в полеты, но Хелейна о них слишком печется, оберегая от опасностей. — Не переживай, любовь моя, наши дети будут летать ещё с пеленок! — Эймонд нежно сжал ладонь супруги, потянувшись за ней через часть стола. — Несомненно, мой принц! — как бы Элейна не хотела казаться в этот момент довольной и счастливой, но в её голосе и улыбке можно было разглядеть толики грусти. — Ну, а пока, сестра, можешь летать со мной! — мягкая и сопереживающая улыбка отразилась на лице Дейрона, желающего оказать поддержку Элейне, — Мне ведь тоже многому нужно научиться! — Дейрон весьма успешен в ратном деле! — сир Гвейн Хайтауэр вдруг решил перебить племянника, — Я тренирую его с особым усердием. Уверяю, что в лошадином седле он держится не хуже, чем на драконе! — мужчина улыбнулся, добродушно взлохматив волосы рядом сидящего Дейрона, отчего вызвал на его лице такую же широкую улыбку. — Похвально, дядя. На хороших воинов всегда найдется спрос, — Эймонд был чрезвычайно доволен успехами брата, который был вынужден обучаться всему вдали от семьи. Война ещё не началась, но Эймонд уже взвешивал силы сторон, стараясь укрепить свою партию уже сейчас. Он был расчетлив и весьма предприимчив, продумывая все свои планы и ходы задолго до их свершения. Он также предполагал, что его другой дядя — Деймон Таргариен, как и он, просчитывал силы сторон, укрепляя свою оппозицию. Только глупец не верил в приближающуюся войну — а Эймонд был в ней уверен. Поэтому этот визит в Старомест лишь придал ему сил, ведь он увидел в младшем брате не боязливого юнца, а отважного и способного юношу, готового защитить честь своей семьи.