Четвёртый — не лишний

— Собирайся давай, — Кира поставила сумку на скамейку возле площадки, где резвилась Крис, и присела сама. Я последовала её примеру. К нам подбежала Крис с, как я поняла, тётиной дочкой, ровесницей Кристины. — А можно мы ещё чуть-чуть с Настей доиграем? Ну пожалуйста, — протянула девочка жалобно и щенячьими глазами посмотрела на Киру. Ох, как я её понимала — это же главная трагедия детства была, когда вы только раскрутились, игра скоро достигнет своей кульминации, а родители внезапно объявляют, что пора домой. — Крис, ну вообще-то у нас тоже свои планы были, — виновато оглядываясь на меня, отрезала подруга. — Та ладно, попозже пойдём, — махнула я рукой. — Пусть дети поиграют пока. — Ладно, — сдалась Кира. — Десять минут, не больше! — Ура! — радостно закричали девочки и умчались на площадку. Мы сидели на скамейке и спокойно продолжили болтать под счастливые вопли двух подруг, которые, казалось, забыли про всё на свете — и про нас в том числе — и сейчас весело бегали по площадке, выкрикивая всякие фантастические имена и заклинания. Да, мы тоже в детстве во что только не играли: и всякие феи-принцессы, и отважные путешествия хоть на другой край Вселенной — всё ограничивалось лишь нашим воображением. А оно у нас ох какое богатое было! Недалеко дворник завёл газонокосилку, и вскоре до нас донёсся нежный летний аромат свежескошенной травы. Солнечные зайчики от луж весело прыгали по двору и площадке. Хорошо! Добираясь сюда, мы прошли сперва через новые жилые комплексы, и я подумала, что их тётя живёт именно там. Но нет — затем мы перешли дорогу и оказались в старом дворе из девятиэтажек. И отлично — новые жилые комплексы я почему-то недолюбливала. В них было как-то всё вылизано, что ли? Как во дворе какого-то бизнес-центра, но не родного дома. Практически без зелени — сплошная плитка, асфальт да стекло. А ведь и из старых мест тоже можно сделать уютные «гнёзда». Вот тут же тоже старый двор — но явно ухоженный. И площадка новая — видимо, недавно сделали. Сейчас они вообще много где есть — это в нашем детстве, как правило, была какая-то единственная хорошая площадка на весь микрорайон, куда стекались все дети из соседних дворов и улиц. Пока я наблюдала за Кристиной, в какой-то момент в голове неожиданно всплыл некий кадр и возникло ощущение, будто я где-то видела что-то похожее — этакое дежавю. Мозг, немного подумав, услужливо вспомнил мой сон. — Блин, мне такое сегодня приснилось, — я пожаловалась Кире на сновидение, которое чуть не стало причиной моего инфаркта. Подруга после рассказа покачала головой: — М-да, понимаю. Мне тоже иногда что-то как приснится, так хоть стой, хоть падай. — Та мне всё это привиделось из-за всей той ерунды, что последнее время происходила. Наверное, я реально слишком много думаю об этом. — Вот и не думай. Так и крыша скоро поедет. — Поедет, — печально согласилась я, снова вспомнив о своих утренних попытках выйти на связь с Артёмом. — Знаешь… я никак не могу с ним помириться. — С Артёмом? — догадалась Кира. — А ты сама-то этого хочешь? — серьёзно уточнила она, повернувшись всем корпусом тела ко мне — верный признак того, что подруга намерена добить вопрос до конца. Не отвяжешься. Я обречённо откинулась на спинку скамейки и уставилась куда-то в ветки вишни, под которой мы сидели. — Хочу, — приглушённо ответила я после паузы, наблюдая за чирикающим воробьём, что удобно умостился на одной из веток и что-то весело вещал миру. — Значит, помиритесь, — успокоила меня Кира. Легко сказать… Будто это так просто, как форточку закрыть. Через какое-то время Крис подбежала попросить у Киры, чтобы та достала воды из рюкзачка. — О, какой примерный гость! — засмеялась я. — Даже в гости ходит со своей водой! Кира удовлетворила просьбу сестры и та снова побежала играть, а подруга вернула бутылку на место. — О, смотри, — Кира что-то извлекла на свет из недр рюкзака. Это была какая-то бумажка. — Это не Артёма почерк, случайно? Я мельком взглянула на бумажку: — Вроде бы. Это оказалась записка. Я опять чуть не словила дежавю. — Кирюха, меня уже дёргает. Не сиди с таким лицом, пожалуйста, — попросила я, наблюдая за эмоциями подруги, пока та непонимающим взглядом пробегала по рукописным строчкам. — Да бред какой-то, — заключила Кира в конце концов и протянула бумажку мне. «Если вам в руки попало это письмо, значит, всё случилось так, как должно было случиться. Не расстраивайтесь». — Ну ты вообще меня слышишь или нет! Ау! — попытался вывести меня из ступора голос Киры через какое-то время. — А? — переспросила я, пробежав по странному письму глазами ещё раз. Может быть, это вообще не Артём писал? Но аккуратные мелкие буквы, которые я видела в его тетрадях постоянно, убеждали меня в обратном. — Я говорю, как думаешь, что это? — Понятия не имею, — я пожала плечами, отложив бумажку. — А как это оказалось у Крис? — А вот сейчас мы это и узнаем. Крис, мы уже уходим, — крикнула Кира. Девочка, попрощавшись с вышедшей пару минут назад тётей и Настей, подбежала к нам. Мы ушли, и по дороге начали свои попытки что-то выяснить. — Что это? — спросила Кира и протянула Крис находку. Та, увидев записку, почему-то начала плакать. Мы удивлённо переглянулись, ожидая какой угодно реакции, но только не такой. — Крис, что происходит? — опешила Кира. — Ты зачем её нашла? Вы должны были увидеть её только в понедельник! — закричала Крис, плача. — Почему? — удивилась подруга. — Мне так Артём сказал. — Так, рассказывай, что у вас уже произошло, — распорядилась Кира. Из рассказа Крис мы узнали, что сегодня утром она встретила Артёма, когда он проходил мимо, и об их разговоре. — А что там было? В той записке? — с интересом спросила Крис, закончив своё повествование. Мы растерянно переглянулись. Нам и самим не было особо понятно, что это значило, а что мы могли объяснить ребёнку? — Да Артём просто пропустит пару дней в школе, а тут он передал нам своё домашнее, — нашлась Кира. — Он просто боялся, что мы его потеряем за выходные, и сказал, чтобы ты отдала его в понедельник. Я облегчённо выдохнула. Мне бы такое умение придумывать всё на ходу! — А почему тогда он сказал, что уходит навсегда? — продолжала Крис. — Да это он так шутит, — подхватила я эстафету импровизированного спектакля. — А, понятно, — Кристина была уже не такой огорчённой, когда поняла, что ничего страшного не произошло. — А вы с ним уже помирились? — Нет, — быстро отрезала Кира, на что Привидская-младшая пожала плечами: — Всё у вас, у взрослых, как-то сложно. Почему бы вам просто с ним не поговорить? — Всё-то ты знаешь, — недовольно вздохнула Кира. Я слушала разговор сестёр. В голове невольно промелькнула мысль, что Крис в чём-то права. Может быть, мы правда зря загоняемся? Тем более что я и так все эти дни чувствовала себя ещё больше виноватой после рассказа Илоны. Кира отвела Крис домой, и мы начали обсуждать, что это могло быть. Хоть мы и были с Артёмом в ссоре, в тот момент у меня на душе начали скрести кошки. — Может, он нас троллит? — недовольно спросила Кира. — Я убью его, если это будет так! — Надо ему позвонить, — решила я. Но телефон Артёма был отключен. Значит, поэтому ему и не приходили мои сообщения? Выходит, что он отключил его как раз где-то после встречи с Крис? — Слушай… ты правда думаешь, что он… что что-то случилось? — спросила я осторожно. — Я пока думаю, что это какая-то подстава. Но, знаешь, такую версию тоже можно рассматривать. Ему могло прийти в голову что угодно. Мы брели где-то по улице. Наверное, мы бродили, потому что оставаться на месте нельзя было. Люди вокруг нас ходили нескончаемыми потоками. Гуляли с собаками, которые не могли пропустить ни одного дерева, с озорными детьми, которые гонялись за копошливыми кучками голубей на тропинках, просто гуляли. А мы… А что мы? Артём… что у тебя сейчас в голове? Что ты творишь? Да, мы немного виноваты перед тобой. А что сейчас с тобой? Что ты, человек с тонкой душой, себе надумал? Почему закрылся от всех и оставил только коротенькое письмо? «Не расстраивайтесь». Очень хорошо — понять бы только ещё, из-за чего. Однако какое-то шестое чувство начинало утверждать, что повод расстраиваться или переживать есть. Ну или ещё будет. И я уже окончательно запуталась в том, кто на кого обиделся… — Не, Алис, если ты так будешь за каждую их выходку париться, ты и до выпускного не доживёшь, — укоризненно покачала головой Кира, понаблюдав за моим лицом. Неужели всё настолько плохо? — Ага, — почему-то разозлилась я, — случись бы такое с Даней, ты бы так не говорила! — То другое, — смутилась подруга. — Это не то. Я довольно ухмыльнулась: — Не то, говоришь? А что же? Кира смущённо отмахнулась. — Ага, — победно крикнула я так, что на нас оглянулись несколько прохожих. — Значит, вы что-то мутите! — Ничего мы не мутим, — насупилась подруга. — Мы просто с ним очень хорошо дружим. — А я думала, что… — начала я, но собеседница меня перебила: — Вот и не думай. И вообще, Даня никогда никуда влипать не будет! Я усмехнулась: — Тебе напомнить события этой недели? — Так это… — растерялась подруга. — Это не то! Это он за нас заступался, вот! — За тебя, Кира. Подруга промолчала, закусив губу. — Так что даже не говори, чтобы я ничего такого не думала, — продолжала я, но Кира быстро возразила: — Алис, понимаешь… Мы, девушки — это мы. А парни этому всему придают не такое большое значение, как мы. Это для нас важно. А они… они об этом не думают. Ну или даже если и думают, то никогда не дадут знать. — Так что ты боишься, что никогда не узнаёшь, что твои чувства — взаимные, — подытожила я. — А ты учись читать между строк. Кира, ты действительно думаешь, что он стал бы так рисковать из-за дружбы? Подруга немного задумалась и усмехнулась, разведя руками. Мы ещё немного походили по какому-то двору и сели на первую попавшуюся лавочку. Я снова вспомнила о «повестке дня»: — Кирюха, ты же понимаешь, что мы должны как-то помочь Артёму? — А как? Мы не знаем, ни где он, ни что с ним, ни что он там вправду себе думает. Это только один Бог знает. И… — Кира задумалась. — И, возможно, ещё кое-кто. — Даня? — догадалась я. — Угу. Но он нас с таким вопросом сейчас даже на порог не пустит, ты же понимаешь. — Надо попробовать! — решительно заметила я. — Попытка — не пытка. Кира с сомнением посмотрела на меня. — Кирюха, мы должны хотя бы попробовать. Звони Дане! Мы долго слушали гудки в трубке, которые потом оборвались Даниным приветствием. — Данька, ты как, свободен? — осторожно начала Кира. — Вроде да. А что? — Тут у нас одна проблема случилась. Можешь спуститься к нам? Мы сейчас подойдём к тебе. — Ладно, — послышался удивлённый голос в динамике. Мы двинулись в сторону двора Дани. Как оказалось, здесь было недалеко, и где-то через минуту-две мы уже были на месте. Опять какой-то двор. На этот раз — не такой старый, как у тёти наших Привидских, но и не новостройки. — А где он живёт? — спросила я у Киры, пытливо осматривая окна нескольких высоток. — Там, — подруга махнула на один из подъездов, к которому мы и направились. Навстречу нам уже выдвигался силуэт в спортивном костюме и с капюшоном на голове. Кирюха подняла руку и помахала идущему. Силуэт подошёл поближе, и это вправду оказался Даня. — Чего у вас уже там опять? — спросил парень, поравнявшись с нами. — Пообещай только, что ты нас не пошлёшь, — попросила Кира. — Не пошлю. Не интригуйте меня. — Короче, тут кое-кто кое-куда влип, походу… Да нет, не мы, — отмахнулась подруга, заметив, что Даня по очереди озадаченно смотрит на нас. — А кто? — парень заметно напрягся. — Только не говорите, что это Артём. — Ну вот, часть проблемы ты уже знаешь, — довольно соскользнула я. Даня шумно выдохнул и ожидаемо начал ругаться: — Девочки, послушайте, я и так уже достаточно повлипал из-за него. Вы хотите опять всем проблем? Сколько я его знаю, я никогда так не вписывался… — Да? И сколько ты его знаешь? Полгода? — ехидно спросила я. — Почему же? Я знаю его с детства. Возникла пауза. Интересно, наступит ли когда-то тот день, когда я смогу смело утверждать, что я знаю про своих друзей всё? — В смысле? — удивилась на этот раз Кира. — В прямом. Мы дружили ещё до школы, так как он тоже жил здесь, и мы познакомились во дворе. В школу он пошёл другую, но продолжал жить здесь. Потом, в классе, — Даня задумчиво нахмурился, пытаясь, вероятно, вспомнить, — седьмом, он переехал, и связь мы потеряли. А сейчас он переехал куда-то опять, только теперь пошёл в нашу школу. И мы встретились снова. А вы что, думали, что мы познакомились только в десятом классе? — Офигеть, — поразилась я. — В жизни бы не подумала. Ладно, речь сейчас не об этом. — Смотри, — сказала Кира и протянула Дане бумажку, попутно рассказав про встречу Крис и Артёма сегодня утром. Даня прочитал записку. Задумчиво нахмурился и перечитал ещё раз. После этого поднял глаза на нас, видимо, ожидая дополнительных объяснений. — Как думаешь, это правда? — тихо спросила я. — Что-то стряслось? Друг, поняв, что последующих примечаний не последует и это всё, чем мы располагали, задумался: — Знаете, если бы Крис отдала вам это сегодня, я бы ещё не сильно парился. Но меня смутило то, что он ждёт до понедельника. А почему? Мы пожали плечами. — Вот это, — продолжил Даня, огорчённо потерев лоб, — меня и наводит на мысль, что он, к сожалению, мог что-то задумать. — И что нам теперь делать? — растерялась Кира. — Надо его искать, — скомандовала я. Мы посмотрели на Даню. — Дань, ты же нас не бросишь? — жалобно спросила я. На какой-то момент стало тихо. Мы замерли, понимая, что от его ответа зависит многое. Тот вздохнул. — Да куда я вас брошу, — ответил он в конце концов, устало ковырнув носком землю. — Вас же оставь где-то, вы там апокалипсис устроите!