Золотой век империи чувств: Предназначены судьбой

Надежда — самое худшее из всех зол, в ящике Пандоры надежда жила рядом с горем и тоской, — а разве смогла бы она уцелеть рядом с горестями, имеющими такие острые зубы, если бы у нее самой не было острых когтей? Хлоя Гонг «Эти бурные чувства» Во дворце многие шептались и пытались понять кого же выбрал император? Кто станет его законной женой и получит статус императрицы? Пройдет с ним к трону и сядет вместе с ним на трон? Все было напрочь скрытно и никто ничего не знал совершенно, потому что было важным это скрыт, чтобы никто не смог во время подготовки к церемонии хотя бы как — то навредить невесте. Между тем четвертый правитель, был настроен чтобы церемония прошла быстрее, чтобы уже можно было вместе побыть с ней уже, а ведь прошлый раз они встретились и она была вся переполнена гневом и яростью, злилась дико на него из-за того что он скрыл свой статус от неё. А он дал ясно понять ей то что она принадлежит ему, и избежать брака с ним не сможет, он смог даже найти договор между их отцами о будущем браке их детей, и ведь видимо канцлер Хван, забыл об этом совершенно а его самого это обрадовало что сам его отец желал и хотел объединятся кланов Хван, и теперь никто не посмеет попытаться хотя бы как-то воспротивится этому браку. Шаманка которая часто приходило к его матери, выбрала дату и месяц что может быть удачным для брака. Значит это позволит Юнсу, свыкнутся с тем что она станет женой его и правительницей Корё, и к тому же все было очень тихо и никто до сих пор не знает ни клан, ни имя девушки что станет его женой. Это было ради безопасности Юнсу, и ради того чтобы она не попала в беду по дороге сюда, Со, понимал что решившись женится на ней а не на дочери чиновника или министра он тем самым навлекает на Юнсу, проблемы. Вспоминает то как на него смотрела Юнсу, когда он сказал ей о что она принадлежит ему то выражения лица и как она вцепилась в ткань его ханбока. Они смотрели друг другу в глаза, тогда он понял еще больше что она действительно его. Она получила статус наследной принцессы, а потом этот статус сменится на статус супруги его и императрицы. — Ты выглядишь счастливым! — Я получил желаемое, дал понять ей что она поняла о моих намерениях и о том что она принадлежит мне! — Со улыбнулся и добавил. — Я не планирую совершенно сдаваться! — Но что если она что-то предпримет? — Юнсу, уважает и ценит свою семью, сбежать с церемонии она не сможет, к тому же она определенно поняла что ей не выйдет сбежать от меня. Она прошла отбор и очень себя хорошо показала была лучше других! Было приятно видеть её здесь во дворце, она не узнала меня совершенно, а потом видимо поняла все. — Похоже она была шокирована действительно тем что ты скрыл от неё кем являешься! Не боялся что может вскрыться что ты император? Она достаточно умная и очень даже сообразительная девушка и могла же понять кто ты такой. — Юнсу, говорила что она хотя и посещает дворец но все это ей не было интересным, а мы всего пару раз в жизни виделись, тогда я был простым принцем и не думал даже о том что займу трон. Мы встречались здесь во дворце неоднократно и я забывал об этом, а потом произошла та встреча. — он улыбнулся вспомнив то как поймал её. — Я понял что её не отпущу больше никогда! Он полюбил её уже тогда, от себя такого совершенно не ожидал, и он понял уже тогда что должен и обязан что-то начать делать. А именно становится ближе к ней, а потом уже заполучить её сердце — А что если она решит сбежать? — Она уважает свою семью, об этом говорила прошлый раз для неё семья это важное и ценное. Тем более все уже готово почти к нашей церемонии, свадебный ханбок есть, корона её тоже, осталось уже чтобы её привели сюда, тайно правда. — Может быть ночью это сделать? Отправим за ней паланкин, и людей дабы они её в безопасность привели во дворец. — Хорошая мысль! — согласился с этим Со. — Так и поступим, никто не догадается ни о чем совершенно. Так будет безопаснее для Юнсу действительно, она сможет доберется в целости и сохранности во дворец. Возможно стоило было раньше это сделать, но лучше сейчас чем поздно, он не желает чтобы с ней что-то случилось. Чутье подсказывало что многие могли прознать то кого он выбрал и любым способом избавится от невесты. Несмотря на то что Юнсу, все еще на него злилась и определенно брачной ночи у них не выйдет, впрочем он совершенно не ожидает этого, потому что для него на данный момент было важно чтобы они смогла стать супругами и она получила титул императрицы. Она никуда от него не денется, даже если придётся добиваться и идти до самого конца и добиваться любви её. Им нужно пройти через церемонию, сесть на трон, провести со всеми праздник, а потом они останутся в его покоях вместе. Он снимет красную ткань с лица её и посмотрит в глаза ей, они выпьют вина а потом между ними должна будет пройти брачная ночь. Но ведь это совершенно необязательно же, она должна сама этого захотеть и для начала податься на его чувства. — А что если она сбежит? — Думаешь что она может это сделать? — спросил он в ответ своего друга. — Наслышан что девушки могут так поступать, впрочем парни тоже! — Юнсу, ни такая! Она позлится на меня, но успокоится и примет то что она станет моей женой. Ей придется принять это так как клан получает еще выше статус, они не гонятся, но для меня важно чтобы она чувствовала то насколько важна для меня. Решение действительно будет правильным, если Юнсу прибудет во дворец ночью тайно то никто не заметит её кроме придворных дам, и служанок. Уже покои для Юнсу, были готовы когда она прибудет то будет там и увидит свой церемонный ханбок, представил то как она будет выглядеть в нем. Во дворце станет немного ярче с появлением Юнсу, она принесет спокойствие ему здесь и он не будет чувствовать себя одиноким здесь во дворце. Она ведь поняла прекрасно его слова и не стала даже спорить с ним, видимо осознала что дороги назад у неё нет совершенно. Позже читая книгу он размышлял над тем что делать ему, Юнсу, прибудет во дворец и не захочет определенно видится с ним. Но ведь ей придется пройти с ним к трону и принять титул свой, сбежать она уж точно не сможет, ему тогда придется приставить к ней охрану чтобы они не позволили сбежать ей. Хотя она вряд-тли поступит так, все же она понимала что так будет глупо, но охрана рядом с ней будет все равно, все же нет желания чтобы она пострадала, когда министры, а так же чиновники прознают о его выборе то определенно буду делать все чтобы навредить ей. Некоторые кланы будут испытывать злость и гнев что он женился не на их дочерях, что не поступил как отец чтобы удержаться на троне и ведь тогда когда он сел на трон ему пришлось набрать наложниц, и жен чтобы удержаться на своём месте, так как отец он не будет поступать совершенно. Увидится сейчас с ней даже не стоит, вряд-тли вообще выйдет это совершенно, она сейчас на него злится. Она знает о его чувствах, возможно понимает что он испытывает к ней, и когда она станет законной супругой, то сможет принять чувства рано или поздно. — Кажется ты знаешь того парня который рядом с Юнсу всегда! Кто он? Твой друг? — Мы знаем друг друга самого детства, его клан прекрасно знает клан Юнсу, даже ходили раньше разговоры Юнсу и Сунджине чтобы. — но Гон не договорил умолк. — Чтобы что? — спросил он и посмотрел на Гона. — Говори живо! — уже злился Со. — Поженить их! — Вот оно что, поженить хотели их! Что же случилось такое? — Не знаю, они отложили этот разговор! А теперь вот она уж точно не станет его женой потому что будет твоей женой. — Какое отношение было к этому разговору у Юнсу? — Она считала что сама вправе выбирать себе мужа, уважает Сунджина но он для неё лишь как друг и супруга в нем она не видела. Так что зря ты так выходишь из себя! Уж никуда от тебя твоя драгоценная Юнсу не денится совершенно! — А он похоже любит её, но она не замечает его чувств совершенно! — Они с детства вместе, почему же не испыты… — он умолк резко. — Он знает что теперь станет моей женой? — Дело в том что клан Хван, скрывает это! Сам же не хочешь чтобы до начало вашей церемонии об этом знали, а они к тому же хотят для дочери безопасную жизнь. — Со мной рядом будет безопасно! Хотя он понимал что во дворце будет опасно ей жить, но она нужна ему действительно и он не собирался просто так сдаваться. Он император Корё, и способен защитить самого важного и дорого ему человека, а Юнсу, много чего для него значила и просто так он не планировал сдаваться. Может быть сейчас она его не полюбит сразу же, но он знал что её любовь он сможет заполучить и добиться. Она даже не представляет то насколько он её любит, и насколько желает быть с ней и что она не сможет избегать их семейного счастья. Ей было сложно принять тот факт что она невеста его, даже говорила что не выйдет за него, но другого выхода у неё нет, она должна быть с ним, ей придется принять данный факт и принять свою будущую жизнь. Юнсу, полюбит его рано или поздно, пускай сейчас будет сложно принять действительно любовь. Раньше он не желал трон совершенно, не желал принимать свою участь, но пришлось он понимал что другие принцы занять трон не смогут, они и удержаться на смогут на троне совершенно. А он все же был сильным и мог сидеть на троне, и управлять страной, на устах появилась улыбка вспоминая выражения лица любимой когда он сказал ей что она принадлежит ему. Было ясно что у него хотели определенно желали забрать возлюбленную, ему хотелось очень, оставалось чтобы она быстрее прибыла во дворец и они могли наконец — то быть вместе и он смог заполучить любовь. Прошла всего неделя с тех пор, как сестра Со разрешилась от бремени, но, даже вопреки обычаям и советам лекарей, Хичжон не пожелала томиться в покое, едва окрепнув, она поспешила к брату. Новость о завершении отбора невест долетела до её покоев быстрее, чем официальные указы, и Хичжон, обладающая редким даром выведывать сокрытое, уже знала имя избранницы и в покоях Со царил уют, который казался обманчивым в стенах холодного дворца. Служанки принесли чай и те самые сладости, которые Хичжон любила с детства, но она даже не прикоснулась к угощению, скрестив руки на груди, она замерла, вперив в брата тяжелый, сверлящий взгляд. Со старался держать свои планы в строжайшей тайне, он знал: жизнь во дворце — это танец на лезвии меча, и любая огласка раньше срока могла погубить не только его замыслы, но и саму невесту, он ни с кем не делился чувствами, оберегая свой секрет, словно единственную искру в темноте. Но Хичжон, от неё невозможно было скрыть что-либо она видела людей насквозь. Опустив чашку с чаем, Со не выдержал этого безмолвного давления. — К чему этот гневный взгляд, Хичжон? — спросил он, стараясь говорить спокойно. — Ты смотришь на меня так, будто я совершил государственную измену. Хичжон не дрогнула, её серьезность граничила с суровостью. — Поверить не могу мой брат, чей ледяной расчет всегда был легендой, действительно полюбил? Скажи, мне это не снится? Со хмыкнул, он знал, что сестру боится весь дворец из-за её проницательности и острого языка, но он также знал, что за этой броней скрывается сердце, преданное семье. Она не оставит его в покое, пока не вытрясет всю правд и заметив, как смягчились черты его лица при упоминании о чувствах, Хичжон тяжело вздохнула. В её голосе зазвучала тревога, смешанная с властностью: — Она хорошая? Можно ли ей доверить твою жизнь? Скажи мне прямо: достойна ли она трона? Из какого она клана? Сможет ли она подарить тебе наследника и выстоять против интриг? А что наложницы? Кого ты возьмешь в дом, чтобы уравновесить силы? — Слишком много вопросов для той, кто еще не оправилась после родов, — попытался уклониться Со. — Отвечай на них! — властно оборвала его сестра, подавшись вперед. — Тебе полагается отдыхать в тишине, — мягко упрекнул он её. — Что ты здесь делаешь, пренебрегая своим здоровьем? — Переживаю за брата! — воскликнула Хичжон, и в её глазах блеснул огонь. — Мне важно, чтобы рядом с тобой была женщина, способная удержать корону вместе с тобой. Та, кто станет твоей опорой, а не обузой, когда ты будешь править Корё! Со посмотрел ей прямо в глаза. — Ей можно доверять, поверь мне. Ты забыла? Наш отец безгранично доверял клану Хван. Он еще тогда, много лет назад, желал моего брака с Юнсу. Ты ведь помнишь её, она бывала во дворце еще ребенком. — Люди меняются, когда взрослеют, Со, — холодно заметила Хичжон. — Власть портит даже самые чистые души. Что, если клан Хван просто использует её, чтобы взобраться на вершину и управлять страной через тебя? — Ты ошибаешься, — на губах Со появилась горькая, но нежная усмешка. — Она — единственная, кто вовсе не стремится к этому браку. Её хотели выдать за сына инспектора, и она была бы этому только рада, лишь бы не идти во дворец. — Похоже, тебя это даже забавляет, — прищурилась сестра. — Хичжон, я благодарен тебе за заботу, правда. Но Юнсу… она особенная. Она не из тех, кто жаждет власти. В ней есть то, чего нет ни в ком другом в этом змеином гнезде. Хичжон долго молчала, изучая его лицо, и наконец медленно произнесла: — Учти, брат. Если она начнет манипулировать тобой, если её амбиции поставят твою жизнь под удар… не говори потом, что я не предупреждала. Я лишь хочу, чтобы ты остался жив. — Благодарю за предостережение, — искренне ответил Со, накрывая её руку своей. — Но я знаю, что делаю. И я знаю, кого выбрал! — Ладно! — она вздохнула и добавила. — Это твоя воля брат, ты решаешь как хочешь! Но ты помнить должен, то что люди из разных кланов могут навредить ей! — Все будет в порядке, она всегда будет под моей защитой и никто никогда не причинить ей вред! Он осознавал что должен понимать прекрасно то что министры и чиновники будут своего пытаться добиться и возможно ради того чтобы утешить их самолюбие он наберет все же наложниц, но всегда найдутся способы убрать с дороги наглый и самоуверенных наложниц и их семьи, как-никак единственным наследником престола будет именно сын от Юнсу, как законной императрицы государства и законной его супруги и никто не посмеет сказать и слова об это а если уж такое случится то он уничтожить их в ту же секунду, потому что для него важным было сделать любовь свою счастливой. Он понимал что сестра переживала, даже матушка поначалу волновалась но она потом уже была спокойна убедившись вновь что семья Хван, хорошая и клану можно доверять. Со, предпочитал лишь Юнсу, и она нравилась ему еще больше, пускай Хичжон, ей не доверяла а Гон, считал что опасно вступать в брак с Юнсу, учитывая того из какого она клана. Однако он доверял Юнсу, потому что знает прекрасно то что та никогда его не предаст, и не будет пытаться стать плохой. Недавно уже было выбрана дата и месяц его церемонии свадьбы с Юнсу, они станут уже скоро совершенно супругами, у неё был церемонный ханбок есть, и украшения тоже. И оставалось лишь чтобы она прибыла во дворец наконец-то и они могли поговорить уже. В дом Хван, он отправлял подарки чтобы Юнсу, как-то смогла все же простить его и почувствовала его заботу и любовь. Она должна понимать что в своих словах он был очень серьёзно и не планирует сдаваться совершенно. Юнсу, не приходила во дворец, и когда он покидал дворец чтобы увидится с ней она испарялась моментально как только видела его. — Что ж, раз ты решил её своей императрицей сделать то знай что кланы многие будут из-за этого возмущаться. А так же будут требовать взять их дочерей в наложницы и проводить с ними ночи как положено, заиметь вторую императрицу ты готов стерпеть подобное? У нашего отца было две императрицы моя мать и твоя мать! Готов ли ты к подобному? — Если я все это сделаю то оставляю их без внуков, потому что детей я лишь с одной буду делать! — Тогда у тебя будут проблемы! — Я волк по жизни и меня проблемы не помешают! Именно её я и спас тогда и не дал ей упасть. — Значит та девушку которую ты искал и есть она? Со кивнул и сделал пару глотков чая, он не говорил ничего особого ей о Юнсу и о том как они встретились. — Похоже она глубоко проникла в твоё сердце! — Очень ты даже не представляешь насколько! — Просто будь осторожен, дворец меняет людей поверь! — Я не позволю стать ей другой, она всегда будет рядом со мной, всегда будет той какой я её знаю. Он знал что она другой совершенно никогда не станет, трон никогда её не изменит, он не позволит стать ей другой. Он сделает все чтобы она будет рядом с ним, счастливая и правила вместе с ним страной. Все было практически уже готово оставалось чтобы невесту его привели сюда во дворец как предложил Гон, так будет безопаснее и к тому же потом она станет его супругой и получит законный титул. Позже ему придется действительно заняться тем чтобы выбрать себе наложниц, а вот со второй императрицей он не знает что придется делать. В его жизни должна быть лишь одна любимая императрица и никого больше рядом недолжно быть. Нужно действовать наверняка быстрее, чтобы она была уже во дворце и смогла с ним быть уже рядом. Ему придется естественно постепенно и медленно добиваться её, и ей давать понимать что с ним рядом ей действительно будет хорошо рядом. Не нравилось что рядом с Юнсу, был тот парнишка, сын инспектора и то что семьи даже когда-то хотели породнится. Это лишь больше раздражает, пускай в последствии клан отказался выдавать свою дочь за него, но ведь парнишка явно был разочарован. Хичжон резко поставила чашку, так и не отхлебнув ни глотка, она выглядела бледной после недавних родов, но в её глазах горел всё тот же неугасимый огонь проницательности, который так пугал придворных. — Ты думаешь, я пришла сюда из-за пустых сплетен? — её голос был тихим, но тяжелым. — Со, ты выбрал Юнсу, и я знаю, что её отец, наш канцлер, — самый верный человек в Корё и особенно его клан был предан Тхэджону, он предан тебе, за их спиной стоят такие защитники из Чжоу, что ни один мятежник не посмеет пикнуть. Но именно эта сила — твоя главная проблема. Со нахмурился, глядя на сестру. Она всегда видела на два хода вперед. — Хваны не хотели этого брака, — продолжала Хичжон, скрестив руки. — Они пытались сосватать её за сына инспектора, лишь бы избавить дочь от короны. Но раз уж она здесь, ты понимаешь, что произойдет завтра? Министры в Совете уже ведь в ужасе от могущества клана Хван. Они не допустят, чтобы дочь канцлера и военная мощь Чжоу полностью завладели твоим вниманием. Со подошел к столу и пододвинул к ней тарелку с любимыми сладостями, пытаясь смягчить её тон, но Хичжон лишь отмахнулась. — Они потребуют ведь наложниц, Со, и едва закончатся свадебные торжества, чиновники принесут тебе списки девиц из других кланов, чтобы «уравновесить» влияние Юнсу, ты готов к тому, что твой дворец превратится в поле битвы, где Юнсу — чистая душа, не мечтавшая о троне — станет главной мишенью? — Она сильнее, чем ты думаешь, — глухо ответил Со. — И клан канцлера — это не те люди, которые позволят себя запугать. — Сила клана — это одно, а яд в чашке или шепот за спиной — другое! — отрезала сестра. — Ты говоришь, она особенная. Но во дворце «особенные» долго не живут, если у них нет когтей. Ты уверен, что её доброта не станет её смертным приговором, когда в твои покои войдут те, кого пришлют министры? Она внимательно посмотрела на брата, ища в его лице хоть тень сомнения. — Я ценю верность Хванов и их мечи из Чжоу, — закончила Хичжон чуть мягче. — Но ты должен быть готов и если ты не защитишь её от давления Совета и не решишь вопрос с гаремом сейчас, ты просто запер её в золотой клетке, окруженной волками. Не говори потом, что я, твоя сестра, не предупреждала тебя, пока восстанавливалась после родов. Со молчал ведь он знал, то что слова Хичжон — это правда, которую он даже сам боялся произнести вслух но отступать он не собирался. Прошла неделя уже и весь дворец замер в торжественном ожидании — до дня, когда Юнсу официально станет супругой Со, оставались считанные дни. Его матушка, вдовствующая императрица, теперь окончательно убедилась в правильности этого союза и если в самом начале у неё и были крохотные тени сомнения, то теперь они развеялись без следа. Она прекрасно помнила волю покойного супруга: Тхэджо подчеркивал, что клан Хван должен войти в их семью, став её нерушимой опорой. Юнсу же окончательно покорила сердце императрицы своей искренностью — во дворце, где каждый носил маску, её чистота была подобна глотку свежей воды. Со знал, что всё готово, покои убраны, и указы подписаны, клан канцлера подтвердил верность, но его сердце было не на месте и он понимал: Юнсу не полюбит его по приказу. Но он был готов набраться терпения. Он будет идти к ней шаг за шагом, пока не увидит в её глазах ту самую взаимность, о которой мечтал, однако все его ожидание стало невыносимым. Сменив императорское платье на одежду простого горожанина, Со отправился к дому канцлера, Юнсу словно исчезла. Никто не видел её на прогулках, она не посещала лавки и сады. Неужели она заперлась внутри из-за него? Или семья решила оградить её от лишних глаз перед вступлением во дворец? — Может, выслать Намгуна и разузнать, в доме она или нет? — спросил его Чон Хён, внимательно следя за реакцией принца. — Вышли, хотя я уверен — она там, — хмуро ответил Со. — Видимо, она просто не желает сталкиваться со мной до свадьбы. Или готовится к жизни, которой никогда не хотела. Не думаю, что она меня боится, хотя после того, что я ей наговорил… — И что же ты ей сказал тогда? — Чтобы она была готова сказал, особенно то что она будет моей и ей никогда не избежать моих чувств. Я хотел, чтобы она сразу поняла: она принадлежит мне, и я её не отпущу. Спутник негромко рассмеялся: — Неудивительно, что она не выходит! Ты напугал её своими признаниями и она наверняка решила, что ты малость чокнутый, раз так напролом идешь. — Зато она знает о моих намерениях, — отрезал Со. — Я не собираюсь играть с ней в прятки. — Тебе говорили, что у тебя повадки волка? — с иронией спросил Чон Хён. — Ты ведешь себя так, будто она — твоя волчица, которую ты уже загнал в угол. В этот момент тяжелые ворота поместья Хван приоткрылись. и уже на пороге показалась служанка Юнсу. Увидев всадников, она на мгновение замерла, её глаза расширились от узнавания, и она тут же юркнула обратно, поспешно задвинув засов. Спустя минуту ворота открылись снова, на этот раз вышла матушка Юнсу, быстро спрыгнул с лошади, поправляя свой капюшон. Женщина смотрела на него спокойно и немного строго, но, судя по всему, в этом простом обличье она не узнала будущего зятя и императора. К лучшему это или к худшему? Со совершенно даже не знал ему хотелось простого человеческого понимания. Скоро их кланы объединятся, они станут одной семьей, и ему было важно, чтобы между ними не было страха или вражды. Он всматривался в очертания дома, пытаясь понять: почему Юнсу заперлась? Неужели его слова о том, что она «принадлежит лишь ему», действительно так сильно её ранили или испугали? Однако она все же узнала его, хотя он желал быть сейчас обычным человеком. — Ваше Величество… — матушка Юнсу склонилась в глубоком поклоне. — Что вы, госпожа! — Со поспешно сделал шаг вперед и на его губах играла непривычно теплая улыбка. — Сейчас перед вами не император, а просто Со. — Простите, но я не могу иначе обращаться к вам, — она покачала главой, не поднимая глаз. — Моя дочь скоро станет вашей женой, это огромная честь и ответственность для нашего рода. — И всё же, сейчас на мне нет ни императорских одежд, ни короны перед вами — обычный человек, жених вашей дочери. Я прошу вас, не нужно этих формальностей, по крайней мере, пока на мне это платье, — он сделал небольшую паузу, переводя взгляд на закрытые двери поместья. — И насчет вашей дочери… Скажите честно, что-то случилось? В последнее время она совершенно не покидает дом. Матушка Юнсу тяжело вздохнула, и в её глазах промелькнула материнская тревога. — Наша Юнсу, она и вправду в последнее время ведет себя странно и известие о браке перевернуло её мир. Она ведь привыкла к спокойной жизни в тени своего клана, а теперь всё изменилось. Юнсу целыми днями читает книги и отказывается выходить, сколько бы мы ни просили её глотнуть свежего воздуха. Со нахмурился это значит, его догадка подтвердилась: его ведь слова о «принадлежности» и неизбежности чувств тяжелым грузом легли на её плечи. Он хотел, чтобы она знала правду, но, кажется, его прямота стала для неё клеткой еще до того, как закрылись ворота дворца. Внезапно вечернюю тишину прорезали тонкие, прозрачные звуки цитры, и мелодия была печальной, но невероятно искусной — струны словно плакали и пели одновременно, рассказывая о чем-то сокровенном. Со замер, и на его лице невольно расплылась улыбка и сердце подсказало ответ мгновенно, но он всё же решил уточнить: — Это играет Юнсу? — Да, — ответила женщина, прислушиваясь к музыке и добавила. — Юнсу, всегда берется за инструмент, когда на душе неспокойно. — На отборе она упоминала, что превосходно владеет цитрой и каягымом, — подметил Со, вслушиваясь в каждый перебор. — Но я никогда раньше не слышал, как она играет. В этой музыке он чувствовал её настоящую — ту Юнсу, которая скрывалась за маской покорности или холодного безразличия. Она не просто перебирала струны, она вела с ним безмолвный разговор, даже не зная, что он стоит у её порога. Со стоял, боясь шелохнуться, понимая, что эта мелодия — самое искреннее, что он получал от неё за всё время. Мечи Чжоу могли защитить трон, но только эти звуки могли проложить путь к её сердцу. Со прикрыл глаза, впитывая каждый звук и в каждом переборе струн он слышал её душу — мятежную, ускользающую, но невероятно чистую, он представлял, как она будет играть для него во дворце, когда за окнами будет шуметь дождь или падать снег. Этот брак не был просто политической сделкой; он верил, что они станут по-настоящему счастливы. Выбор Юнсу был единственно верным выбери он дочь из кланов Шин, Ким или Чон, он бы навеки погряз в их жадных притязаниях и интригах, навлекая беду на трон. С Хванами всё было иначе: их сила была честной, а их поддержка — нерушимой, матушка Юнсу следом пригласила его войти и когда он оказался в доме, звуки цитры затихли. Спустя мгновение в комнату вошла сама Юнсу — она пришла выпить чаю, совершенно даже не ожидая увидеть «простого горожанина» в своем доме их взгляды встретились девушка замерла, и в воздухе повисло такое густое напряжение, что казалось, его можно коснуться рукой. Когда они остались наедине, тишина стала почти невыносимой и Со смотрел на неё долго и пристально, ловя каждое мимолетное движение её ресниц она явно избегала его всё это время — сбежала тогда, после его признания, и теперь пряталась за стенами дома. Со ждал, что она заговорит первой, но Юнсу упорно молчала, опустив взгляд на свои руки, ему стало даже немного обидно: он жаждал услышать её голос, вступить в спор или увидеть улыбку, но она словно выстроила между ними невидимую стену. — Ты избегаешь меня? — Со решил первым нарушить это молчание, подавшись чуть вперед. — Видимо, я прав. Юнсу медленно подняла на него глаза и в её взгляде смешались смятение и некая скрытая гордость. — Зачем мне тебя избегать? — ответила она вопросом на вопрос, стараясь придать голосу твердость. Она выглядела такой хрупкой и милой в домашнем наряде, но Со чувствовал — внутри неё идет борьба. — После моих тогдашних слов… Разве я не прав? — он внимательно следил за её лицом. Юнсу смотрела на него, не отрываясь хуже всего для Со, было ведь осознать, то что она действительно его боится и боится его напора, его волчьей хватки, его статуса. Но так ли это на самом деле? Она слишком хорошо умела скрывать свои истинные чувства под маской спокойствия, которой её научили в благородном клане Хван. — Юнсу, — он понизил голос, и в нём зазвучали непривычно мягкие нотки. — Неужели ты боишься меня? Она не отвела своего взгляда медленно потянулась к столику, взяла изящную фарфоровую пиалу и сделала небольшой глоток чая. Её движения были безупречно плавными. Лишь когда она поставила пиалу обратно, последовал спокойный, почти бесстрастный ответ: — Ошибаешься. В этом коротком слове Со услышал вызов и она не боялась его как тирана, она боялась тех чувств, которые он пытался ей навязать. Ему предстояло долгое и трудное путешествие к её сердцу, но сейчас, глядя в её серьезные глаза, он еще сильнее убедился: она — та самая, и он не отступит. Но она так говорила спокойным тоном но по глазам то он понимал прекрасно что он прав был в своих словах. Юнсу, смотрит на неё однако заметно было то что она нервничала и явно не желала чтобы он был здесь. Помнил ведь какой она была раньше и какой осталась даже именно сейчас, она переживала и даже нервничала что он находится здесь. Они разговаривали и вели беседу как было тогда, Юнсу, смотрела на него внимательно и изучала его взглядом своим. Между ними было что-то общее, понимал то что та явно даже на него зла и разгневано из-за того что скрыл тот факт кем он является. Юнсу, на него смотрит молча, ничего не говоря больше, он пытался понять о чем она думает и желал услышать то что она думает. Она смотрела долго внимательно на него, она была такой милой когда злилась, и сердилась, но видимо долго молча Юнсу, видимо уже не захотела и заявила спокойно: — Почему ты врал мне? — Потому что ты бы не смогла меня принять, разве смогла бы тогда смотреть в глаза мне как делала это в день нашей встречи? — Смогла бы! — ответила она на его вопрос. — Сомневаюсь Юсну, ты уж точно перестала бы меня воспринимать как раньше! — он на неё смотрел более серьезным взглядом. — Я тогда бы уж точно не был бы для тебя Со, забыла? Глядя на мою одежду ты еще спрашивала меня я магистрат или чиновник! Если бы я был кто-то из них, ты бы вела бы себя так же со мной или как? — он смотрит на неё внимательно. — Почему именно я? — Юнсу, дорогая моя невеста, я ведь сказал тебе тогда скажу и сейчас: Запомни теперь с этого момента ты принадлежишь мне! — Трон и дворец уничтожает всех! — Я стал императором но не изменился же! — Говоришь сейчас а потом все изменится! — заявила она спокойно глядя ему в глаза. — Обещаю что я не стану другим человеком, и не стоит пытаться заглядывать в будущее! Даже не позволю тебе стать другой, мы будем вдвоем править страной и никогда не разлучимся. Определённо внутри себя Юнсу, не доверяла ему и относилась с подозрением даже как — то, несмотря на то что он правил страной а не магистрат и даже не инспектор. Смотря на неё он умилялся с того что та была милой, он не сомневался что поступил разумно когда сказал ей что она нравится ему и не зря признался в любви ей. — Я хочу именно тебя сделать своей законной единственной императрицей! — Единственной? — А ты как думала? — он улыбнулся ей. — Совершенно скоро будет наша церемония! — Почему ты выбрал меня? — Потому что я полюбил тебя Юнсу, и еще потому что у наших отцов была когда-то даже договоренность что мы поженимся. И еще потому что твой клан не рвется к власти и не желает заполучить его через тебя, и я доверяю тебе. — Между нашими отцами была договоренность почему я не знаю об этом? — Видимо твой отец так решил! Но наши с тобой отношения будут счастливы, ты меня обязательно полюбишь я верю в этом и смогу добиться твоих чувств. Они смотрели друг на друга, было видно прекрасно то что она явно была поражена тому что он сказал ей что любит её. Уже представил то как на ней будет красиво смотрется тот церемонный ханбок, как они будут идти к трону вместе, как затем ночью они вместе у него в покоях останутся. Как он снимает красную вуаль, они выпьют вина вместе, он это больше всего на свете хотел. Он влюбленно на неё смотрел, любовался её красотой, она была такой милой, когда так сильно пыталась казаться сердитой. — Ты играла так превосходно на цитре! — Тебе понравилось? — Конечно понравилось, ведь это было прекрасно! Даже был огорчон что ты тогда еще на отборе не сыграла на цитре. — Многие девушки там это делали, я хотела чем-то отличится от них и показть другую свою сторону! — Сыграешь ли ты когда-нибудь для меня? — Хочешь чтобы я сыграла дял тебя? — удивленно спросила она его в ответ. — Разве тебе это интересно будет? — Порой я устаю от королевских дел, мне нужно отвлекаться от проблем и дел. Услышав твою игру понял что это идеально что может помочь мне немного чувствовать себя хотя бы немного легче. — Тебе сейчас сыграть на цитре? — Не сейчас а когда прибудешь во дворец, хочу изредка хотя бы слышать твою игру. — Ты ведь еще поешь верно? — Откуда знаешь об этом? Узнавал обо мне все? — Потому что знаю тебя давно, мы часто в детстве виделись но ты даже об этом совсем не помнишь! Ты ведь часто во дворце была! — Почему-то я даже не помню что виделась с тобой! — Я видел тебя но ты редко замечала меня естественно не смогла запомнить что видела меня. — Прости… — Не извиняйся Юнсу, тебе нельзя никогда не стоит извинятся! Это было ведь давно же, и теперь мы оба взрослые люди. — он одарил её улыбкой. — Так что все хорошо! — Если бы я не пришла что было бы? — Хочешь узнать получила бы одна из тех девушек что там были на отборе мое согласие на то чтобы быть императрицей моей? Поверь мне Юнсу, никто бы не получил желаемый статус, он же был твоим Юнсу! Она смотрела на него удивленно и в тоже время не понимающим взглядом, было хорошо заметно что она не ожидала такой ответ услышать от него. А ведь он действительно же говорил правду, он хотел чтобы она понимала что он серьезен в своих намерениях и не собирается так просто сдаваться. Их путь к счастью только начинается, он докажет ей что он для неё будет тем кого она сможет полюбить, с кем будет счастлива и кому может доверять всегда. Ей предстоит лишь стать императрицей, а потом медленно и постепенно он будет любовь Юнсу, заполучать. — Слышал когда-то хотели устроить твой брак еще с сыном магистрата верно? — Откуда ты об этом знаешь? — Юнсу, я император Корё, и знаю все прекрасно! — он посмотрел на неё внимательно и улыбнулся. — Знаю много чего но хочу чтобы ты не боялась позже меня из-за этого! — Стоит ли мне остерегаться тебя? — Боишься меня уже? — Я буду твоей женой и императрицей, мне стоит будет остерегаться тебя! — Обижаешь! — он наиграно обижено посмотрел на неё. — Юнсу, я между прочим хороший и тебе вреда не приченю а вот тем кто посмеет причинить тебе вред я очень хорошо им покажу какого злить волка. — Значит можно тебе доверять? — Еще как можешь! Наконец-то она все же смотрела на него уже не с подозрением, и похоже смог все же ей дать понять что она может доверять ему и с ним ей будет хорошо действительно и она в будущем будет такой же любимой как сейчас. Во дворце он не доверяет никому совершенно, его мать говорил что рядом собой нужно держать верных людей, но даже верные могут предать и стоит держать их всех в узде и следить за тем чтобы все было по его правилам. — Тебе все равно придется набрать наложниц себе и иметь еще двух жен! — Уже заранее ревнуешь меня? — Ревную? С чего ты решил? Зачем мне тебя ревновать? — Потому что мы скоро женимся, я сделаю тебя своей императрицей единственной! Она определенно ревновала его попросту не желала принять это, впрочем он и сам был не желал принимать сначала чувство ревности а потом понял все прекрасно. Она его ревновала и это ему нравилось, потому что не один он ревновал тоже и смотря на Юнсу, он любовался ею насколько же она была красивой даже когда ревновала к нему. Он не хотел чтобы между ними была ссора и ругать, он планировал делать все чтобы та любила его сильно и была счастлива с ним. — Скоро ты прибудешь во дворец! — Уже скоро? — У нас ведь уже совершенно скоро будет церемония естественно, ты прибудешь для этого во дворец. — И я буду жить отдельно от тебя? — спросила она в ответ его. — Юнсу, у императрицы всегда есть свой отдельный дворец! Но если что мы можем мои покои делить вместе, даже удобно будет если ты будешь со мной. После своих слов он заметил как щеки Юнсу, покрылись румянцем и Со, понял что смог её смутить. Она была такой милой когда смущалась, прошлый раз было тоже самое, что естественно его совершенно не удивило. Он с любовью смотрел на неё, быть может она толком еще не понимает но он любит её и не желает чтобы та боялась его. Ему хотелось то чтобы она по скорее полюбила его в ответ и приняла его чувства, ведь она даже совершенно не замечала то что между ними есть красная нить, она крепок связывает их судьбу. Возможно ей было сложно как-то принять то что она станет императрицей Корё, но ведь ей придется это понять. Юнсу, была красивой и не только снаружи но и внутри, она была настоящей что ему очень нравилось и из-за этого было приятно. Потому что она была настоящей, искренней и это давало ему силу и желание править страной с той кому можно будет доверить все. Покинув хакон Юнсу, он постарался как можно скорее вернутся во дворец, ведь же ждали дела во дворце и нужно было решать их по скорее. Он хотел чтобы по скорее Юнсу, оказалась во дворце и была рядом с ним, но ждать это время мучительно. Во дворце он пробрался в покои свои и переоделся, теперь он вновь правитель Корё, и его вновь будут вокруг боятся. В ближайшее время Юнсу, прибудет во дворец, тайно но это даже будет правильным, так никто не сможет напасть на неё, хотя могут разузнать недовольные кланы и кого-то отправить чтобы её убили а значит будет необходимо и своих людей отправить чтобы её охраняли и оберегали до самого дворца. Перед тем как заняться бумагами важными, он решил посетить мать, ему нужен был еще совет один от неё. — Вновь был за пределами дворца? — Матушка я хотел увидится с Юнсу, мне было важно поговорить с ней! — Поговорил? — Поговорили, и я хочу чтобы уже завтра была здесь, потому что ждать не могу уже больше! — Что ж, это можно устроить, я думаю клан канцлера на подобное согласится! Дата вашей церемонии уже выбрана а значит можно спокойно сделать так чтобы она была здесь. — Тогда завтра же вышлю своих людей чтобы они поздно ночью забрали её! Он был намерен это сделать, чтобы можно было наконец-то видеть свою возлюбленную рядом собой. Ему хотелось чтобы она была с ним рядом, чтобы увидеть Юнсу, была уже здесь. Так будет намного лучше и для него будет намного спокойнее что та будет здесь с ним во дворце. Таким образом будет проще подготовится к церемонии, покои её уже готовы и украшены, каждый день будут цветы меняться вазах, всегда будут украшения у неё. Она будет купаться в заботе и любви с его стороны, а он сделает все чтобы она была счастлива с ним рядом и никогда не чувствовала одинокой во дворце. — Юнсу, тебе сильно в душу запала! Она к тому же хорошая девушка и из неё выйдет лучшая императрица. — Она тот человек с которым я могу открыто вести себя, кому могу показать настоящего! — Клан Юнсу, достаточно уважающий в Корё, сам клан существует уже много лет! То что она войдет во дворец как твоя невеста и пройдет с тобой к трону, мало кому может ведь понравится. Но. — она сделала паузу и улыбнулась. — Я буду спокойна что править Корё, будет та которой я доверяю тебя и страну. Однако мне невестку придется научить во дворце выживать и учится избавляться от врагов! Нравится тебе это или же нет, но я хочу чтобы Юнсу, научилась выживать во дворце! Думая об это Со, ощутил неприятное чувство, он и забыл о том что могут появится те кто захотят убрать из трона и дворца Юнсу, ведь это вполне происходить может. Не особо то и хотелось чтобы Жениться на девушке из сильного клана стоило, таким образом он удержит свою власть и сможет стать в тоже время сильным еще больше и счастливым рядом с той кого он любит. Он любил еще больше её и желал быть с ней рядом, он понимал что после того как они поженятся он будет оберегать её еще сильнее и покажет всем что не стоит ему дорогу переходить ни только как императору, но как и мужчине любящему свою супругу. Когда-то Со и представить не мог, что на его плечи ляжет тяжкое бремя власти, но судьба не оставила ему выбора и теперь же, будучи правителем, он твердо знал одно: на троне рядом с ним будет только Юнсу. Она не просто нравилась ему — он чувствовал к ней ту необъяснимую тягу, которая связывает людей крепче любых указов, и для него было жизненно важно, чтобы именно она стала его единственной, родной императрицей. Со с горечью вспоминал свои обещания не брать наложниц, он не хотел этого, всем сердцем желая сохранить верность той, что покорила его «волчью» натуру. Но политические бури Корё были беспощадны, и он понимал: Совет еще попьет его крови, требуя новых браков для «равновесия» и он подошел к стене, где висел портрет Юнсу, написанный лучшим мастером по его личному приказу. Глядя на знакомые черты, Со невольно улыбнулся, ему хотелось, чтобы она уже была здесь, во дворце, чтобы он мог каждый день держать её за руку, влюбленно разглядывать её лицо и знать, что она под защитой. Обладать супругой из такого могущественного и верного клана, как Хван, было великим даром, он не собирался его терять. Чтобы подтвердить серьезность своих намерений, Со приказал отправить в дом канцлера караван с роскошными дарами и уже готовил паланкин, чтобы забрать невесту во дворец как можно скорее. Тишину покоев нарушил голос верного слуги: — Ваше Величество! Со даже не обернулся, его взгляд всё еще был прикован к портрету. — Есть новости по поводу Юнсу? — Появились сведения, Ваше Величество… Кое-кто готовит покушение на госпожу Юнсу. Со резко развернулся, и его лицо мгновенно превратилось в ледяную маску и гнев, чистый и беспощадный, вспыхнул в его глазах. — Кто именно? — прорычал он, и воздух в комнате словно похолодел. — Кто осмелился посягнуть на жизнь моей драгоценной невесты? Имена! — Мы ведем расследование, ваше величество и пытаемся выйти на след заказчиков. — Как только найдете тех, кто к этому причастен, — тащите их в самую темную камеру! — отрезал Со. — Я лично вырву им языки за одну мысль о её смерти. — Будет сделано, ваше величество! Когда слуга скрылся, Со сжал кулаки так, что даже побелели костяшки он знал, что путь к счастью в этом дворце устлан шипами, но не ожидал, что враги проявят себя так быстро. Он выбрал любовь, а не политические выгоды, которые ему навязывали другие кланы, и теперь за этот выбор предстояло платить кровью «Они думают, что могут забрать её у меня?» — подумал он, глядя на паланкин, готовящийся во дворе. — «Глупцы», Со понимал: времени больше нет. Медлить — значит подставить Юнсу под удар. Нужно немедленно перевезти её во дворец. Да, здесь тоже опасно, здесь стены имеют уши, а в тени прячутся змеи, но здесь он сможет лично контролировать каждый её вздох. Он прикажет выставить круглосуточную охрану, лучшую в Корё. Пока он жив, никто не посмеет коснуться его единственной императрицы. Теперь это была не просто свадьба — это была война за их общее будущее. Со не мог найти себе места каждая минута промедления теперь казалась преступлением и он мерил шагами кабинет, и звук его шагов гулким эхом отдавался от высоких сводов. Если враги решили действовать сейчас, когда Юнсу еще находится за пределами дворцовых стен, значит, они рассчитывают на её уязвимость. — Намгун! — выкрикнул он, и преданный телохранитель мгновенно вырос в дверях. — Отменяй торжественный выезд паланкина на завтра. Мы заберем её сегодня. Сейчас же. — Но, Со, протокол… Клан Хван может быть не готов к такому спешному отъезду госпожи, — осторожно заметил Намгун. — К черту протокол! — Со вскинул руку, обрывая его. — Те, кто желает её смерти, не будут ждать, пока мы закончим церемонии. Возьми тридцать лучших всадников. Мы отправимся немедленно. Она должна быть под моей защитой до рассвета. Он снова взглянул на портрет Юнсу, в её нарисованных глазах видел тот покой, который так отчаянно хотел сохранить. Он пообещал ей жизнь без наложниц, пообещал быть её опорой, и теперь его первое испытание как мужа и правителя — доказать, что его слово крепче стали. Вскоре двор поместья клана Хван огласился топотом копыт, Со не стал дожидаться, пока слуги объявят о его визите. Он вошел в дом стремительно, его плащ развевался, а лицо было суровым, как перед решающей битвой и канцлер Хван встретил его в главном зале, его лицо выражало крайнее удивление, смешанное с тревогой. — Ваше Величество? Столь поздний час… — Времени на церемонии нет, канцлер, — перебил его Со и продолжил. — У меня есть достоверные сведения о готовящемся покушении. Ваша дочь в опасности и я забираю её во дворец немедленно. В этот момент в дверях показалась Юнсу, на ней было простое нежно-голубое платье, а волосы перехвачены лишь одной заколкой. Услышав слова о покушении, она побледнела, но не издала ни звука, лишь крепче сжала пальцы на рукавах. Со подошел слишком близко к ней и весь его гнев на врагов на мгновение утих, когда он увидел её испуг, он осторожно взял её за руки — её ладони были холодными как лед. — Не бойся, — тихо, но твердо произнес он, глядя ей прямо в глаза. — Я здесь. Больше никто не посмеет даже помыслить о том, чтобы причинить тебе боль. Ты едешь со мной. Юнсу посмотрела на отца, затем снова на Со, она видела в его взгляде не просто волю правителя, а яростное желание защитить её любой ценой. — Я… мне нужно собрать вещи? — едва слышно спросила она. — Нет, — отрезал Со и добавил. — Во дворец привезут всё, что тебе нужно, завтра сейчас важна только ты, пошли. Он не отпускал её руки, пока они шли к выходу, Со чувствовал, как Юнсу, дрожит, и это заставляло его сердце сжиматься от боли и ярости одновременно. Следом он усадил её в закрытый, укрепленный паланкин, окруженный стеной верных всадников когда процессия тронулась в сторону дворца под покровом ночи, Со ехал верхом рядом Он знал, что этот переезд — лишь начало и те, кто замышлял убийство, не остановятся. Но теперь, когда она будет за стенами его крепости, под надзором охраны из Чжоу и его личным контролем, врагам придется сначала перешагнуть через его труп. — Начинается новая глава, Юнсу, — прошептал он в ночной воздух. — И я клянусь, она будет написана не кровью, а нашей победой над всеми, кто встанет у нас на пути. Когда паланкин уже пересек массивные ворота дворца, Со наконец позволил себе сделать первый глубокий вдох. Здесь, в сердце его владений, камни стен и эхо шагов стражи казались надежнее, чем в открытом городе. Он лично проводил Юнсу до её новых покоев — самых роскошных и, что более важно, самых защищенных в восточном крыле.Внутри пахло сандалом и свежим шелком. Юнсу стояла посреди комнаты, оглядывая высокие потолки и искусную резьбу, которая теперь должна была стать её миром. Она казалась еще более хрупкой в этом огромном пространстве.— Ты в безопасности, — негромко произнес Со, подходя к ней. — Я выставил двойной кордон стражи. Намгун лично проверил каждого воина. Ни одна душа не войдет сюда без моего ведома.Юнсу медленно обернулась. Страх в её глазах сменился странным, щемящим осознанием — её прежняя жизнь в доме канцлера закончилась навсегда.— Ты привез меня сюда посреди ночи, Со, — её голос слегка дрожал. — Разве это не признак того, что дворец — самое опасное место в Корё? Те, кто хочет моей смерти… они ведь здесь, среди министров, среди тех, кто улыбается тебе на советах? Со не стал лгать. Он подошел ближе, накрыв её ладонь своей. — Да. Они здесь. Но здесь и я. Раньше они могли нанести удар в тени твоего семейного дома, надеясь на эффект неожиданности. Теперь им придется встретиться со мной лицом к лицу.Он на мгновение замолчал, вглядываясь в её черты. — Я знаю, ты не хотела этой жизни. Ты не искала короны. Но теперь ты — моя драгоценность, Юнсу. И я клянусь: те, кто осмелился планировать твое убийство, уже начали обратный отсчет своей жизни. Завтра же на рассвете я начну зачистку в Совете. Никто из тех, кто сомневается в твоем праве быть императрицей, не останется безнаказанным.Юнсу внимательно посмотрела на него. В его словах была пугающая сила, но за этой силой она чувствовала нечто иное — отчаянную, почти болезненную преданность.— Ты обещал, что я буду единственной, — тихо напомнила она. — Но эти люди… они ведь пытаются убить меня не потому, что я плохая. А потому, что я стою на пути их дочерей и их власти. Если ты уничтожишь их сейчас, не станет ли это началом еще большей войны? — Пусть будет война, — жестко отрезал Со. — Если миром в Корё нужно платить твоей жизнью, мне такой мир не нужен. Я не стану брать наложниц, чтобы задобрить убийц. Я вырву корень зла, а не буду подрезать сорняки.Он нежно коснулся её щеки тыльной стороной ладони. — Отдыхай, завтра будет тяжелый день ведь нам нам предстоит объявить о дате свадьбы официально, чтобы ни у кого не осталось сомнений: ты — будущая мать этой империи. Когда он уже был у дверей, Юнсу вдруг окликнула его: — Со! Он обернулся. — Спасибо… за то, что приехал сам и на его губах промелькнула та самая редкая улыбка, которую видела только она. — Я всегда буду приходить за тобой, Юнсу, где бы ты ни была и какая бы опасность тебе ни грозила. Выйдя в коридор, Со мгновенно преобразился лицо его снова стало каменным. — Намгун! — позвал он тень, возникшую из ниши. — Да, Ваше Величество. — К утру мне нужны списки всех, кто контактировал с кланами Ким и Чон за последнюю неделю. И подготовьте пыточную. Мы не будем ждать, пока они нападут снова. Мы нанесем удар первыми. Дворец погрузился в тревожную тишину перед бурей, которая должна была разразиться на рассвете, он не планировал оставлять все так легко. Уж слишком сильно они задели его чувства, они желали забрать жизнь у его любимой, будущей императрицы Корё, это значит они перешли дорогу волк а он не прощает подобное никогда совершенно. То что так было ему сильно дорого он будет оберегать и защищать трепетно и сильно и не позволит никому забрать это счастье.

***

Юнсу теперь официально пребывала в статусе невесты пути назад не было: любой протест мог обернуться катастрофой для её семьи и верного клана Хван и она ведь понимала, что обязана принять этот жребий. Совсем скоро она станет наследной принцессой, а после уже пышной церемонии — императрицей Корё, полноправной правительницей с Со, и мысли о будущем, о необходимости подарить стране наследников, заставляли её сердце сжиматься от неведомого ранее трепета и легкого страха перед неизвестностью. Но чего она точно не ожидала, так это появления его глубокой ночью и его приказ был краток: доставить лично её во дворец немедленно, раньше назначенного срока. Не став спорить, она покорно села в паланкин, и мерный шаг носильщиков в ночной тишине окончательно примирил её с неизбежным дворец встретил её торжественным безмолвием слуги, низко кланяясь, проводили её внутрь. Юнсу с любопытством и тревогой разглядывала интерьеры: было заметно, что всё вокруг украшали с особой тщательностью именно к её прибытию. Каждый шелк, каждый светильник кричал о том, как сильно её здесь ждали. — Я так рад что ты здесь теперь со мной рядом! Она вздрогнула от неожиданности, а затем обернулась, перед ней стоял он, на нем было величественное императорское одеяние, которое делало его фигуру еще более властной. На его губах играла мягкая улыбка. Вокруг не было ни души — он позаботился же о том, чтобы их первая встреча в этих стенах прошла наедине. Когда он подошел ближе, Юнсу почувствовала, как её сердце предательски забилось быстрее она не могла понять причину этой странной реакции — то ли это был страх, то ли нечто иное, чему она еще не знала названия. — Я лично приказал подготовить всё к твоему появлению, — тихо произнес он, не сводя с неё влюбленного взгляда. — Наверное, ты поражена тем, что пришлось прибыть сюда под покровом ночи? — Это было полной неожиданностью, — ответила Юнсу, стараясь сохранить все своё самообладание. — Я не поняла, почему было решено так спешить. — Во дворце тебе будет гораздо лучше, — Со сделал шаг еще ближе. — Здесь ты быстрее привыкнешь к мысли, что скоро станешь императрицей. Разве ты не рада этому? Юнсу опустила глаза. — По крайней мере, я надеялась провести последние дни с семьей, пока не придет назначенный срок. — Ты расстроена? Злишься на меня? — в его голосе послышалось беспокойство. — Ты — Император, и это твоё решение, — она ответила ровно, хотя в душе бушевал вихрь сомнений. — Я не вправе оспаривать твои приказы или в чем-то отказывать тебе.Со нежно взял её за руку, и это прикосновение обожгло её. — Но ты — моя будущая императрица! В этом дворце ты будешь иметь право голоса наравне со мной. Ты — моя любовь и моё единственное счастье. Не думай о себе как о заложнице долга. — А если спустя время любовь пройдет? — Юнсу подняла на него пытливый взгляд. — Рано или поздно власть меняет людей. Ты можешь стать совершенно другим, холодным и чужим. Со, усмехнулся и покачал головой, в его глазах вспыхнул огонь такой силы, что Юнсу на мгновение затаила дыхание. — Ошибаешься, Юнсу, моя любовь к тебе не подвластна времени и она пронесется сквозь столетия. Я верю, что даже если мир изменится до неузнаваемости, мы снова встретимся и снова узнаем друг друга. — Ты так уверен в этом? — прошептала она, пораженная его убежденностью. — Я уверен, что нам самой судьбой было предначертано встретиться, — поднял руку свою и осторожно коснулся её щеки. — И я сделаю всё, чтобы во все времена после нас помнили как тех, кто смог защитить свою любовь вопреки всему миру. Она молча, глядя на него и его такие искренние глаза, и впервые за такое долгое время ей захотелось поверить, что этот дворец станет для неё не золотой клеткой, а домом, где её действительно любят. Со говорил с такой обезоруживающей серьезностью, что у Юнсу перехватывало дыхание. Для всего остального мира он был Кванджоном — грозным монархом, чье имя заставляло чиновников бледнеть от страха. Но здесь, наедине с ней, он оставался просто Со. Его спокойствие было почти сверхъестественным, словно он уже давно всё решил и никакие бури не могли поколебать его волю. — Но тебе всё равно придется взять вторую императрицу, если нашим первым ребенком будет девочка! — тихо, с затаенной тревогой произнесла Юнсу. — Совет не позволит оставить трон без наследника мужского пола. Со взглянул на неё, и в его глазах блеснул огонь истинного реформатора. — Великая правительница Сондок из государства Силла была дочерью императора. У него не было сыновей, только две дочери, и именно Сондок он посадил на трон, — твердо ответил он. — Что мешает нам в будущем сделать то же самое? Никто не вправе отменить это, если такова будет моя воля. Поверь мне, вместе мы способны изменить законы Корё. — Другие будут против и они скажут, что на трон могут садиться только принцы! — Против Сондок тоже были многие, — парировал Со с едва заметной усмешкой. — А она доказала всему миру, на что способна женщина я не собираюсь отдавать свою судьбу и судьбу нашего ребенка в руки тех, кто живет старыми догмами. Юнсу внимательно посмотрела на него, ощущая, как страх постепенно отступает перед его уверенностью. — Похоже, разговоры о тебе — чистая правда. — И какие же? — он улыбнулся, и эта улыбка была лишена всякой угрозы. — О том, что я кровожадный волк, не знающий пощады? — О том, что ты невероятно сильный правитель, и люди боятся идти против тебя. — Пусть боятся, — Со взял её за руку, и от этого нежного прикосновения по телу Юнсу пробежали мурашки. — Для меня важнее всего то, что ты сейчас рядом и скоро станешь моей женой. Слуги принесли ужин и, повинуясь безмолвному жесту императора, мгновенно исчезли, оставив их в уединении. Тишина покоев располагала к честности; обоим было необходимо это время, чтобы поговорить по душам и окончательно принять неизбежность их союза. — Твой свадебный ханбок уже сшит, — сообщил Со, пододвигая к ней блюда и добавил. — Мы поженимся в самое ближайшее время. — Уже так скоро? — Юнсу замерла с палочками в руке. — Удивлена? Отбор закончился совсем недавно, но я не вижу смысла ждать. Я хотел, чтобы ты была здесь, со мной. И поверь, за этими стенами тебе действительно будет безопаснее, чем в доме отца. — Мне всегда говорили, что дворец — самое опасное место на земле, — возразила она, глядя в его глубокие глаза. — Со мной ты в безопасности, — отрезал он. — Но ты можешь и не заметить, если мне причинят вред твои будущие наложницы или к примеру вторая императрица, которую потребует Совет и поверь женское коварство порой незаметно для мужчин. Со подался вперед, и его взгляд стал стальным. — Тогда я уничтожу их всех, моя дорогая Юнсу, поверь я уничтожу всех до единой, кто посмеет хотя бы косо взглянуть в твою сторону. — Всех? — прошептала она, пораженная его решимостью. — Думаешь, я не смогу? Ты — моя единственная императрица и ты будешь принадлежать мне всегда, и я не допущу, чтобы кто-то встал между нами. Он выглядел таким искренне счастливым в этот момент, что Юнсу с трудом удавалось скрывать волнение, бушующее в груди. Она видела в нем человека, готового ради неё переписать историю. — Знаю, что ты на это способен, — тихо ответила она.— Откуда такая уверенность? — Я вижу это и вижу в твоих глазах. Юнсу взяла фарфоровую пиалу и сделала глоток ароматного чая, Со продолжал улыбаться ей, и в этой улыбке не было ни капли притворства. Уже скоро наступит день их совместной истории — мгновение, два сердца, вопреки всем дворцовым интригам, вековым традициям, наконец-то начали биться в унисон. Теперь она знала: за этой «волчьей» хваткой скрывается сердце, готовое подарить ей целый мир. — Тогда доверься мне хорошо? Я хочу чтобы моя будущая жена и моя любовь доверяла мне! — Хорошо я буду доверять тебе обещаю! — Обещаешь? — спросил Со. — Обещаю мой будущий прекрасный супруг, но обещаешь ли ты быть со мной честным и доверять мне всегда? — Конечно! — он улыбнулся. — Я чувствую что тебе можно доверять, с первых наших с тобой встреч я это понял! Хотелось верить и доверять ему, ведь он действительно же внушал доверие и ему можно было верить. Он действительно же любил её и это заметно было, она была благодарна ему, потому что с ним была счастлива по — настоящему теперь рядом. Она смирилась с тем что выйдет замуж за него, и даже больше она не чувствовала больше страха или даже беспокойства что может быт что — то. Со, смог убедить её об обратном, однако ей все же стоит действительно быть очень осторожной в будущем во дворце, везде будет ведь опасно ожидать. А значит она должна научиться быть очень осторожной и всегда быть на чеку, потому что многие захотят заполучить её место императрицы и бросить её с трона. — Твои покои были обустроены так чтобы тебе было спокойнее на душе и легче! — Я знала что у императрицы должен быть свой дворец, но не думала что император захочет чтобы он был обустроен по — моему вкусу! Откуда ты узнал обо всем? — Когда мужчина любит то он будет узнавать все что нравится той кого он любит всем своим сердцем! — Значит ты любишь меня правда? — А разве ты не веришь мне? Я влюбился в тебя с первого взгляда как только увидел в первые! И я тебе говорил об это прошлый раз! — Говорил но что если я не могу поверить в твои слова? — Тогда я буду ежедневно доказывать тебе свои чувства и что я не вру тебе! — серьезно говорил Со. — Обещаю что ты сможешь поверить в мои чувства! — Хорошо я поверю тебе на слово дорогой мой жених! Она одарила его улыбкой, и увидела спокойствие в его глазах, он был действительно очень счастлив этому. Ей не было страшно на душе из-за этого, ведь он был рядом и с ним было все хорошо рядом. Ей даже доказывать не нужно было, она видела все тепло с и любовь с его стороны, он был заботливым и таким хорошим человеком. Она смотрела на Со, и видела спокойствие в глазах его. Он разглядывал девушку внимательно, и она чувствовала тепло и нежность все-таки с его стороны. И еще здесь ей нравилось действительно, и еще у неё здесь тоже были свои покои, и смотря на все что здесь была она улыбнулась, он подготовился очень хорошо к её прибытию сюда, она как-никак ведь будущая императрица здесь. Кто же знал что она сможет пройти отбор, и еще сможет стать первой и единственной женой его величества, для неё это было неожиданностью совершенно, но она уже смогла даже с этим свыкнутся. Потому что другого пути у неё совершенно не было и она принимала все как и есть, и ей нравилось здесь быть и понимать тот факт что она будет все же для Корё, императрицей, с такой мыслью пришлось свыкнутся и принять все как и есть. С одной стороны, Юнсу находила странное утешение в мысли, что вся её дальнейшая уже теперь жизнь пройдет под защитой человека, чья любовь была столь же непоколебимой, сколь и пугающей. Со знал заранее, что именно она займет место по правую руку от него; он вписал её имя в списки кандидаток еще до начала отбора, превратив государственную церемонию в личную охоту за той, кто была ему предначертана. Она трезво смотрела на вещи: у каждого императора были наложницы, и традиции Корё веками диктовали свои правила. Однако Юнсу не была беззащитной жертвой и мало кто знал, что дочь канцлера, помимо цитры и книг, виртуозно владеет мечом и кинжалом — отец с детства учил её, что в гнилом опасном мире женщина должна уметь постоять за себя сама, не дожидаясь помощи стражи. Сидя у окна и вышивая сложные узоры на шелке, вспоминала их первую встречу. Возможно, сама судьба вела их друг к другу сквозь интриги кланов. Юнсу старалась не заглядывать в далекое будущее, решив принимать каждый день таким, какой он есть. Гуляя по дворцовому саду, где каждый лепесток казался на своем месте, она размышляла о предстоящей церемонии, дата и время были утверждены жрецами, и пути назад не было. Больше всего её тяготила обязанность, которая ложилась на плечи императрицы — отбор наложниц для супруга. Ей претила сама мысль об этом, но она знала: это цена мира в государстве, впрочем, взглянув на свою вышивку, она невольно улыбнулась, на ткани оживал дракон, парящий над лепестками цветов под полной луной. Это был её первый подарок для Со и он осыпал её вниманием и драгоценностями, и ей хотелось ответить ему чем-то, созданным её собственными руками. Этот жест был символом её доверия, которое медленно, но верно прорастало в душе, Со окружил её двойным кольцом охраны — его люди не спускали с неё глаз ни на минуту. Свободное время Юнсу делила между будущим супругом и вдовствующей императрицей Ю, матушка Со не скрывала своей радости: она видела в Юнсу идеальную невестку и категорически не желала видеть на троне никого другого. Оказалось, что план Со был продуман до мелочей с самого начала, императрица-мать была его главной союзницей. Юнсу обживала свой новый дом — свой собственный дворец, она прекрасно знала, что многим чиновникам и завистливым кланам не понравится её исключительное положение. Обещание Со сделать её «единственной» звучало как вызов всей системе, и Юнсу понимала: враги сделают всё, чтобы навредить ей. Но теперь, чувствуя за спиной мощь клана Хван, поддержку вдовствующей императрицы и яростную любовь самого Со, она была готова встретить любую бурю с высоко поднятой головой. Быть кронпринцессой как оказалось ни так уж и сложно, но в тоже время она все-таки себя чувствовала странно, стать правительницей государства Корё, было чем-то новым для неё, ведь она жила такой спокойно жизнью и представить не могла что после встречи с Со, все может обернутся и стать таким. Как сказала матушка, что шаманка предсказала будущее, она выбрала дату церемонии и это уже скоро случится. Она смотрела на картину которую подарил ей Со, увидела там цветы персика, и горы, разглядывая картину она улыбнулась. Он говорил что знает все о ней знает, разглядывая его она почувствовала тепло в душе, Со, несмотря на занятность всегда находил возможность побыть рядом с ней. А сейчас она часто пьет чай в беседке или в резиденции вдовствующей императрицей, они мило всегда разговаривали, и еще Ён Хва, принцесса которая иногда появлялась во дворце, но они подружились и та говорила что ей стоит доверять. Во дворце поначалу было немного страшно, а потом она смогла свыкнутся потому что так уклад. Таковы правила и она могла бы выйти либо за сына магистрата, либо за сына же чиновника или министра но она станет супругой правителя государства Корё, и странно но её тянуло к Со, и поделать с этим она ничего не могла совершенно. Со, был для всех очень холодным, пугающим человеком, он поступал так как хотел, делал то что считал нужным. Однако к ней его отношения было совершенно другим, он был заботливым и еще любящим человеком это особенно она чувствовала.

***

Для него то что Юнсу, была во дворце уже, было спокойнее ведь теперь он мог немного хотя бы себя почувствовать что та в безопасности. Однако это не означало что он был должен расслабится, во дворце плетут всегда интриги и делают все чтобы избавится от будущей императрицы или же уже сидящей на троне императрицы. Но он ведь волк, и нашел свою волчицу которую тщательно защищает и оберегает от всего самого плохого. Он смог добиться того что та стала его невестой, она теперь кронпринцесса, а в ближайшее время станет уже супругой и у неё будет статус единственной императрицы и супруги. Думая о ней он чувствовал счастливым, потому что теперь Юнсу, во дворце, у неё свой дворец и покои. — Ваше величество! — Не говори со мной так, мы помолвлены и скоро ты будешь моей супругой! — заявил он и улыбнулся. — Хочу чтобы моя невеста говорила со мной неформально! Разве ты забыла о чем мы говорили в прошлый раз? — Помню прекрасно! — ответила она и улыбнулась ему. — Знаешь мне не привычно оттого что мы помолвлены и что ты правитель государства. Он поступил разумно когда решил чтобы та ночью прибыла во дворец, и не прогадал, ведь кланы Кан, Мин, и Шин планировали устроить засаду и убрать с дороги нежелательную девушку. Все государство уже знало что именно Юнсу, станет будущей императрицей, и он не ошибся когда предполагал и словно чувствовал что с Юнсу, может случится что-то с ней. — Тебе все в твоем дворце нравится? — Все очень спокойно и хорошо! — ответила она и улыбнулась. — Разве может что-то мне не нравится? — Возможно что-то у тебя там нет, скажи и мигом будет то что ты хочешь! — Есть все что нужно, не беспокойся Со! Он улыбнулся том как она успокаивала его, наклонив голову набок он разглядывал её, то насколько же она была милой и как улыбалась ему. Взяв ту за руку он поднес к губам и поцеловал нежно тыльную сторону руки. — Обещаю что все будет хорошо! Никто не посмеет причинить тебе вреда! Все действительно было так как он и хотел, она была с ним, здесь и самое важное она его станет скоро супругой. Он хотел быть с ней рядом всегда, он волк а она его волчица, она принадлежит ему. Их связывала красная нить судьбы, он чувствовал прекрасно это. Он ей старался показывать тепло и любовь со своей стороны что впрочем явно видно было очень хорошо. Он еще тогда когда встретил её осознал что именно она должна стать его супругой, если он кого-то из другого клана возьмет в жены, он не желал чтобы кто-то пытался их управлять при помощи своих дочерей. А клан Хван, был другими совершенно, и это было очень все же хорошо заметно, они были верным их клану и не решились бы никогда идти против них или же как-то воспользоваться тем что Юнсу, станет его женой и императрицей Корё, для них важным было то что та будет в надежных и крепких руках мужчины который любит их дочь. — Ты говоришь так словно кто-то мне действительно желает причинить вред! — Что угодно может случится с тобой! — ответил он и добавил. — Так что я обязан сделать все чтобы с тобой ничего не случилось. Он смотрел на девушку внимательно, она выглядела такой милой и прекрасной в ханбоке, и взяв ту за руку он поцеловал тыльную сторону руки. Он считает что поступает правильно вполне, ведь как-никак они скоро женятся и станут супругами. Ему нравилось то что между ними была тепло, и верил что между ними была любовь, разглядывая ту внимательно, и глядя на неё он чувствует себя счастливым. Несмотря на то что у отца было много наложниц, две императрицы, но у него будет лишь одна императрица и единственная к тому же. Разглядывая девушку внимательно, он ею любовался то насколько же она была красива и прекрасна в ханбоке, как ему рядом с ней было хорошо на душе. Ему нравилось знать тот факт что они вдвоем, что они скоро станут супругами и будут ведь очень счастливыми. Они смотрели друг на друга, она была такой счастливой, такой милой, и он видел её счастливой и желал чтобы она была такой всегда несмотря ни на что. Он все сделает чтобы она была счастливой всегда с ним рядом. Со медленно поднялся и подошел затем к окну, за которым раскинулся ночной Сондо, свет факелов на дворцовых стенах отражался в его глазах холодным блеском, но когда он обернулся к Юнсу, его взгляд вновь потеплел. — Я знаю, о чем ты думаешь, — тихо произнес он. — Ты думаешь о том, что власть — это бремя, которое разделит нас. Но я вижу это иначе. Для меня трон — это лишь инструмент, чтобы создать мир, в котором ты сможешь улыбаться, не оглядываясь на тени. Юнсу поставила пиалу, она чувствовала, как внутри нее что-то окончательно надломилось — та стена недоверия, которую она строила годами, рухнула под напором его искренности. — Ты действительно готов пойти против всех? — спросила Юнсу. — Против традиций предков, против воли министров, которые веками твердят о «равновесии» через гарем? — Традиции пишут люди, Юнсу, а я — тот, кто пишет законы этого времени, — Со подошел к ней почти вплотную. — Если бы я хотел просто править, я бы выбрал любую другую, но мне нужна не просто женщина на троне. Мне нужна ты. — он улыбнулся и добавил. — Та, кто знает меня настоящего, а не только Кванджона. Он протянул руку и коснулся пряди её волос. — Твой отец, канцлер Хван, всегда говорил, что честность — это самая опасная стратегия во дворце. Что ж, тогда я — самый опасный человек в Корё, потому что я честен с тобой. Юнсу поднялась, оказавшись совсем рядом с ним, теперь, когда они стояли лицом к лицу, она видела каждую черточку его лица, каждую искру в его глазах. Она поняла, что ее жизнь в доме канцлера была лишь подготовкой к этому моменту, все уроки владения кинжалом, всё изучение летописей — всё это было нужно, чтобы она могла стоять здесь, не склоняя головы. — Тогда и я буду честна, — прошептала она. — Я боялась этого брака, немного боялась тебя. Но сейчас… я боюсь только одного: что ты переоцениваешь свои силы в борьбе с этим змеиным гнездом. Со негромко рассмеялся, и этот звук был полон такой уверенности, что Юнсу невольно улыбнулась в ответ. — Волков не пугают змеи, Юнсу! — он усмехнулся. — У волков свой способ уничтожать их! Он взял ее лицо в свои ладони. — Уже совсем скоро начнется церемония, тебя облачат в золото и шелк, тебя признают матерью нации. Но помни: в этом огромном дворце, среди тысяч людей, ты всегда можешь доверится мне, и ты всегда будешь моей единственной любовью и моим счастьем. Он запечатлел на ее лбу долгий, почти священный поцелуй, совсем скоро в Корё наступит новая эпоха сего единственной императрицы, чей союз был скреплен не только политикой, но и той самой «красной нитью», в которую Со верил всем сердцем. Юнсу, чувствуя тепло его рук, наконец поняла: она больше не боится и она дома.