На коленях

Нишан и Бочоль сидели на заднем сидении автомобиля господина Пака. Девочка уже была готова погрузиться в сон, потому время от времени её глаза медленно прикрывались, а затем снова распахивались. Насыщенная вечерняя прогулка, сытный ужин в уже давно приглянувшемся паре кафе, море впечатлений после будничного дня забрали у малышки все силы. В салоне было тихо, уютно, темно. Проезжающие мимо машины, стоящие вдоль дороги фонари и сияющие разными цветами вывески на зданиях бросали отсветы на сидящих внутри автомобиля. Девушке нравилось, что как только она смотрела в зеркало заднего вида, отражение мужчины почти сразу переводило глаза на неё в ответ. От подобного сердце Нишан заходилось в учащённом темпе, а от солнечного сплетения по всему телу медленно расползалось приятное тепло. За окном показался многоэтажный дом, в котором до сих пор жила Нишан. — Уверена, что хочешь остаться здесь? — спросил господин Пак, паркуя авто на свободное место. Девушка не любила отказывать Чимину, поэтому каждый раз чувствовала себя странно, оставаясь при своём. Она вздохнула и провела ладонью по волосам дочери. — Я… Пока что буду ночевать в другой квартире только вместе с тобой. Дождавшись ответа, господин Пак отстегнул ремень безопасности и вышел на улицу, собираясь помочь Нишан покинуть салон. Он открыл дверцу и забрал сонного ребёнка. Бочоль тут же обвила руками мужскую шею и опустила голову, собираясь подремать ещё немного. — Ты же знаешь, что можешь и дальше платить за свою квартиру? Я не собираюсь лишать тебя безопасного острова, — проговорил господин Пак, не спеша направляясь ко входу. — Возможно, ты всё ещё думаешь, что я могу быть опасным и не надёжным. Можешь спрятаться тут от меня в любой момент. Нишан открыла перед ним дверь, и мужчина внёс Бочоль внутрь. Девушка чуть наклонила голову и мягко улыбнулась в ответ на улыбку Чимина. — Так и буду делать, — ответила она полу шутливо, следуя за мужчиной к лифтовому холлу. Внутри лифта Нишан принялась тихонько уговаривать Бочоль немного потерпеть. Девочке следовало обязательно помыться и почистить зубы перед тем, как уснуть. С тех пор, как в их жизни появился Пак Чимин, привычный распорядок дня сбился, из-за чего девочка часто засыпала в салоне автомобиля до возвращения домой. — Я могу остаться ещё ненадолго, — сказал мужчина, ставя Бочоль на пол перед дверью в квартиру. Нишан открыла её и толкнула ладонью, заводя дочь внутрь. — Тебе нужна помощь? Девушка выпрямилась и повернулась к господину Паку лицом, замедляясь и явно собираясь попрощаться. Она подошла к нему и провела пальцами по пиджаку в районе груди, поджимая губы. Нишан очень любила это время суток проводить рядом с Чимином. Когда на землю опускалась ночь, даже воздух казался другим, всё вокруг полностью меняло ощущения девушки, время замедлялось, мысли притуплялись, и тогда Нишан могла в избытке насладиться свиданием с господином Паком. Но сегодня не видела смысла его задерживать. Она хотела быть хорошей матерью и уделить должное внимание Бочоль, а желание успеть побыть наедине с мужчиной не даст ей подобной возможности. — Я справлюсь, спасибо, — поблагодарила девушка. Господин Пак погладил её руку в районе, где находился браслет, подаренный им же, и легонько поцеловал туда же. — Сладких снов, малышка, — пожелал он Бочоль, пытающейся справиться со своей обувью и наконец-то снять её. — Спокойной ночи, — одарив Чимина улыбкой, ответила девочка. Она привыкла, что мужчина редко когда оставался с ними, потому его уход был чем-то само собой разумеющимся. Господин Пак коснулся ладонью маленькой детской макушки, после чего приблизился к Нишан. Поцелуй их был лёгким и тихим, чтобы ребёнок не проявил интерес ко взрослым в эту минуту. Девушка сжала руку Чимина, безмолвно прощаясь с ним и выражая свою тоску по нему с помощью одного лишь взгляда. Уголки губ мужчины дёрнулись в мягкой улыбке, и господин Пак ушёл. Приложив пальцы к губам, Нишан силилась остаться на месте, но, внезапно будто испугавшись, ступила вперёд. Она выглянула в коридор и успела уловить последние шаги Чимина перед тем, как он завернул за угол, направляясь к лифту. Лёгкая дрожь потревожила плечи и спину девушки — последствие наблюдения за походкой директора Пака и его вида со спины. Там было всё: и восхищение, и недосягаемость, и страх… Закрыв дверь, Нишан вошла в ванную, где маленькая Бочоль уже более уверенно справлялась со снятием собственной одежды. Мама похвалила её и быстро обмыла в душевой, боясь, что сонливость дочери отойдёт на задний план. Одев её в чистую удобную пижаму, Нишан уложила Бочоль в кровать и поцеловала. Под бочок сразу же уместился плюшевый барашек. Девочка сжала его руками, сладко улыбнулась и зажмурилась. Нишан ещё немного посидела рядом на полу, поглаживая голову дочери, после чего тихо поднялась, принимаясь избавляться от рабочей одежды. Девушка сама по себе была достаточно тихой и не суетливой, потому в комнате царил покой. Мягкий свет ночников действовал успокаивающе на уставший за день организм Нишан. Рецепторы ещё ощущали запах господина Пака, а кожа — лёгкое колебание воздуха от его движения, когда он уходил. Бочоль очень быстро уснула, и Нишан, взяв из шкафа летнюю короткую ночнушку, отправилась принять быстрый расслабляющий душ. Казалось бы, распорядок её дня не уменьшился и даже наоборот прибавил несколько дополнительных пунктов, однако Нишан ощущала себя намного спокойнее, чем раньше. Присутствие господина Пака позволяло ей немного расслабиться и положиться на него. Понимание, что мужчина был главным начальством в месте, где она работала, значительно снизил страх потери своей должности и страх остаться без дочери. Однако, вопреки зародившемуся доверию, коэффициент недоверия всё ещё оставался, ведь реалии, семейное положение и социальный статус не были пустыми словами в их жизнях. Вытеревшись насухо полотенцем, Нишан надела подготовленную ночнушку и вернулась в комнату. Хотелось скорее лечь в кровать и укрыться одеялом, но девушка приблизилась к телефону, лежащему на узком столе. Иногда Господин Пак писал ей что-то на ночь, а иногда даже звонил, однако в этот раз от него не было никаких уведомлений. Нишан поджала губы и отложила гаджет обратно, смотря на пополняющийся значок зарядки устройства. Она вытащила деревянную палочку из волос, сразу ощутив приятную лёгкость у их основания, запустила в пряди пальцы и помассировала голову, прикрыв глаза. Музыка входящего звонка заставила Нишан вздрогнуть и скорее ответить. Уже произнося первую фразу, девушка сумела полностью осознать, что это звонила её подруга… — Доброй ночи, Нишан, — голос девушки с каждым новым звонком был всё грустнее, ведь и сами звонки становились всё более редкими. Дружба постепенно испарялась из-за расстояния и невозможности проводить время вместе. У Йесун появилось много новых знакомств, и теперь она проводила свободное от работы время в компании своих друзей. Однако воспоминания о Нишан всё ещё теплились внутри неё, оттого девушка ощущала чувство потери и вины. Это ведь Йесун познакомила подругу с парнем, ставшим её мужем в будущем, ставшим её первой любовью и наказанием. — Доброй ночи, — тепло ответила Нишан, тем не менее чувствуя внезапно участившиеся сердцебиение и беспокойство, так как всё то, что она оставила в прошлой жизни, так сильно напоминало о бывшем супруге. — Прости, что так поздно… Я не надолго, по делу, — пояснила Йесун. — Как твои дела? — игнорируя сконфуженный тон подруги и её объяснения, спросила Нишан. — Эм-м… Всё хорошо. А вы… как? Ты справляешься? — осторожно поинтересовалась девушка в ответ, потому что прекрасно знала о сложностях, с которыми её подруге пришлось столкнуться. Возможно, она смогла бы подставить своё плечо, однако находилась далеко от Нишан. — Пока справляюсь, всё хорошо, — проговорила она, зная, что не должна говорить о господине Паке с кем бы то ни было, включая и давнюю подругу. В телефоне повисла недолгая тишина, и Йесун наконец сказала: — Кажется, у вас и правда всё хорошо, — голос девушки стал более уверенным. — Я-я… Вот, что я хотела сказать… М-м, ты же знаешь, что его освободили?.. В разговоре снова возникла пауза. Нишан прекрасно знала, о ком говорила подруга, но будто хотела всё отрицать. В солнечном сплетении образовался тугой комок — словно гематома после сильного удара. — Он? — переспросила Нишан, чувствуя, как сердечная пульсация медленно распространялась, заполняя своими отголосками вены на шее, глотку и наконец ушные раковины. — Чонгук, — как можно быстрее и глуше произнесла Йесун, понимая, что даже это имя могло ранить подругу своим звучанием. Конечно, Нишан всё знала. Она была одной из первых, кого следовало уведомить о выходе на свободу того человека, который угрожал ей до заключения. — Ты его видела, да? — не своим голосом спросила Нишан. — Он только что был у меня… недавно ушёл. — Зачем приходил? — пытаясь сдержать дрожь в голосе, спросила Нишан. Внутри образовалось стойкое ощущение, будто это не Чимин покинул её квартиру совсем недавно, а совершенно другой мужчина. Девушку передёрнуло, будто она чудом избежала встречи с ним. — Сказал, что просто зашёл в гости, но ты же понимаешь… — Йесун многозначительно замолчала. Она была единственной подругой Нишан, которую одобрял Чонгук, остальным людям пришлось попросту исчезнуть из её жизни, чтобы не создавать лишних проблем молодой паре. Девушка молчала, ожидая продолжения, ведь оказалась не в силах озвучить предположения. — Он рассказал… рассказал, что всё осознал, когда посмотрел на себя со стороны. Смог увидеть, что натворил… и что много работал над самоконтролем. Слова звучали блёкло, будто Йесун не хотела убеждать Нишан во всём озвученном её устами. Обе подруги понимали, что Чонгук пришёл к тому, кто точно сможет передать все эти слова Нишан. Он хорошо её знал, потому принялся снова и очень умело давить на девушку, даже не понимая примерно, насколько далеко она была от него. — И ты… ему веришь? — сглотнув, спросила Нишан. — Я… я не знаю, что ответить. Прости, я перенервничала… — Йесун немного помолчала, после чего добавила: — Ты же знаешь, каким милым он может быть. Либо хорошо притворялся, либо действительно… всё это правда. Нишан покивала самой себе, прикладывая ладонь к груди и направляясь к детской кроватке, чувствуя, как слёзы стремительно наворачивались на глаза. — Спасибо, Йесун. — Он спрашивал про тебя, — напряжённо выдала подруга, будто не желала говорить это до последнего. — Спрашивал, не знаю ли я, куда ты уехала. — В конце голос девушки напряжённо скомкался, ведь рассказы Нишан о том, каким Чонгук мог быть в злости и нетерпении, давали определённый эффект. Она тоже его побаивалась. — И что ты ему сказала? — Что не знаю, где ты, — на выдохе ответила Йесун с нотками какого-то облегчения. Нишан тоже выдохнула и даже усмехнулась, чувствуя, как слёзы как раз в этот момент потекли по щекам. — Это хорошо. — Он мне не поверил, но не стал настаивать на правде. Сказал, что сам найдёт. — Подруга сглотнула и ненадолго замолчала, чувствуя едва слышное шмыганье на том конце. — Нишан, ты же знаешь, что это нереально? Не переживай, хорошо? — Да, — сдавленным от слёз голосом произнесла девушка. — Спасибо, Йесун. Это невозможно, да… — Ты никому не говорила и не оставила следов, — добавила подруга. — Да. — Но если вдруг он сможет… Обратись в полицию, ему ведь запрещено к тебе приближаться. — Да… — И его арестуют. — Мгм, — положительно промычала Нишан. — Ты снова из-за него плачешь… — сочувствующе сказала Йесун и вздохнула. — Не бойся, он ничего не сделает, ни тебе, ни Бочоль. Всё будет хорошо. — Знаю, Йесун… Я плачу, потому что я просто плакса. Ты же знаешь. Сейчас успокоюсь. — Не хотела тебя расстраивать, но я должна была позвонить и рассказать. — Не вини себя, ты лучшая подруга, Йесун. Спасибо, что позвонила! Нишан заметно успокоилась, однако всё ещё продолжала периодически всхлипывать. — Ну… тогда, пожалуй, я пойду готовиться ко сну. — Да, — шепнула Нишан. — Я тоже собиралась ложиться. Спокойной ночи… — Спокойной… Су отключила звонок, отошла от кровати Бочоль и поставила телефон на зарядку. Ещё несколько долгих минут она просто смотрела на гаджет, обняв себя руками и поглаживая пальцами плечи. Расслабленность и сонливость исчезли. Разговор оставил после себя чувство затаённой паники и тревожности. Мурашки пробежались по коже над позвонками, а параноидальные мысли поспешно стали роиться в девичьей голове. За дверью послышался шум и шаги, и Нишан поймала себя на опасении, что это мог быть тот, о ком она только что разговаривала с Йесун. Заставив себя глубоко вздохнуть, девушка приблизилась к двери и взглянула в глазок. Пьяный сосед, создававший шум, стоял у входа в квартиру Нишан. Он тыкал пальцем на кнопки и что-то ворчал себе под нос. Девушка облизала губы и нажала на динамик, говоря: — Господин, ваша квартира находится немного дальше. Мужчина округлил рот и выпрямился настолько, насколько это было возможно в таком состоянии. Через несколько секунд он громко и понимающе угукнул и поплёлся дальше по коридору. Нишан прикрыла глаза и, развернувшись, опёрлась о дверь спиной. Она мысленно искала спасения от параноидальных мыслей. Как девушка могла обезопасить себя? Дойдя до кровати, Нишан пожалела, что не согласилась переехать в другую квартиру. Бывший муж точно не смог бы её найти там, ведь территория вокруг да и вход в здание охранялись, а её имя не значилось в списках владельцев или арендаторов. Девушка очнулась спустя минут сорок, погрузившись в свои мысли. Она просидела всё это время на краю кровати, уставившись на противоположное окно. — Чёрт… — прошептала она, глянув на часы. Проведя ладонью по лицу, Нишан легла на подушку и укрылась летним покрывалом. Браслет приятно холодил кожу на запястье, напоминая о директоре Паке, однако самое затемнённое место в квартире, у двери, наводило на Нишан лёгкий ужас. Она достоверно знала, что там находилась вешалка для верхних вещей, но воображение рисовало фигуру смуглого парня в чёрной одежде, вальяжно опиравшегося задом о стену. Его жёсткая красота до сих пор заставляла Нишан задерживать дыхание, именно потому она не сохранила ни единого снимка Чонгука, пытаясь стереть вместе с ними из памяти и чёрные чернила его едкого взгляда.