Собранная по кусочкам судьба

      Юнги проснулся за полтора часа до начала занятий. Он встал с кровати и заправил ее. Сходил в душ и умылся. После оделся, и собрав рюкзак, вышел на улицу. По дороге в университет Юнги зашёл в магазин. Он решил купить Чимину самый банальный набор— шоколадка, маршмэллоу, любимое клубничное молоко Чимина. Юнги часто видел, как омега покупает и пьёт его. И сделал вывод, что Чимину оно очень нравится.              Придя в университет, до звонка оставалось 10 минут. Юнги прошёл в свою аудиторию. Альфу насторожило то, что Чимина ещё нет в университете.              — Странно, обычно он минут за двадцать приходит, — сказал про себя Юнги.              Прозвенел звонок, а Чимин так и не пришёл. Юнги стал очень переживать. Он пошёл отдать тест и заодно спросить номер омеги.              Мин узнал телефон Чимина у учителя и то, что омега плохо себя чувствует, поэтому его не будет несколько дней. Мин не на шутку стал нервничать. Он понимал, что скорее всего Пак не пришел из-за него.              Мин решил не тянуть и сразу набрать номер, но спустя большое количество гудков ему так и не ответили. Альфа не знал, что ему делать, куда бежать, он очень переживал и винил себя. В таком состоянии на паре сидеть он бы не смог, поэтому Юнги вышел из университета, сел на лавочку и продолжил набирать Чимина.              Чимин проснулся буквально за минут тридцать до звонка Юнги. Омега почувствовал, что ему стало в несколько раз хуже. У него кончилась вода, а он очень хотел пить. Пак решил спуститься и купить воды. Он взял вещи и вышел в подъезд. Сил хватило только дойти до лифта, как он упал и потерял сознание. Звонка Юнги он так и не услышал.              Чимина обнаружила девушка, которая жила на последнем этаже. Она же вызвала скорую помощь. Чимина унесли на носилках в машину и сразу же повезли его в больницу. По дороге доктор скорой помощи услышал звонок. На дисплее телефона высветился номер с надписью «Мой мир». Чимин так подписал Юнги. Омега знал, что Мин сам ему никогда не позвонит. Поэтому не переживал что, кто-нибудь увидит надпись.              Доктор решил ответить на звонок, тем более звонили уже не первый раз и доктор понимал, что и не последний.              — Алло, Чимин, ты где? — стал спрашивать Юнги.              — Здравствуйте, — спокойным тоном отвечает доктор.— Это не Чимин, — решил уточнить. А у Юнги сердце замерло. —Омеге стало плохо. У него температура почти сорок, обезвоживание и он потерял сознание. Я врач. Мы его везём в клинику Чаом. Кем вы приходитесь омеге?              — Здравствуйте. Я?... Я, я его альфа, — первое, что приходит на ум, говорит Юнги.              — Вы бы не могли подъехать в больницу, омеге нужна реанимация.              — Сейчас приеду, — это все, на что хватило Юнги. Он вешает трубку и срывается на бег в больницу. Он понял, что это все из-за него, альфа ненавидит себя за это.              «Только бы с ним было все хорошо, только бы он поправился, пожалуйста, держись малыш», — думает про себя альфа, когда уже подбегает к больнице.              Чимина к тому времени, как прибежал Мин уже привезли. Его данные внесли в базу, так как при нём были документы. Мин забегает в и подлетает к регистратуре.              — З-здравствуете, к вам омегу сейчас должны были привезти, лет девятнадцати, невысокого роста, — начал тараторить Мин. — Где он? В каком он состоянии?              — Здравствуйте, успокойтесь, пожалуйста, скажите как его зовут? К нам пациентов без документов не привозили, — уточнила медсестра.              — Пак, Пак Чимин.              — Да, его привезли минут двадцать назад, — посмотрела медсестра в журнале регистрации. — Он в тяжёлом состоянии, находится в третьей реанимации.              — Где эта реанимация? — спросил грубо Юнги.              — Вам туда нельзя, — твердо сказала медсестра.              — ГДЕ ЭТА РЕАНИМАЦИЯ?! — закричал уже Мин.              — Второй этаж, налево по коридору, — ответила медсестра.              Мин сразу же побежал к реанимации. Он больше не мог ждать, ему срочно надо было увидеть Чимина. Его раздирало чувство вины. Юнги винил во всем себя и только себя, он не знал, что у Чимина умер папа. Мин не знал, что у него проблемы с матерью. Не знал, что с ним вытворяет отчим. Альфа знал только то, что отношения с одногруппниками у Пака не заладились.              Прибежав к реанимации, Юнги залетает туда и видит на кровати бледного Чимина, к которому подключают всякие проводки.              — Сюда нельзя посторонним, выйдите, — выгоняет доктор, находящийся в реанимации.              — Нет, я его парень, я никуда отсюда не уйду. Я буду здесь пока он не поправится, — начал уже кричать Мин.              — Не кричите, — пытается успокоить доктор. — Здесь нельзя находится в таком виде и тем более нельзя кричать тут, — спокойно сказал доктор.              — Хорошо, — уже спокойно ответил Юнги. — Извините. Скажите что нужно, что надо надеть? Я все надену, кричать не буду, выполню все что скажете, обещаю... но только, пожалуйста, не выгоняйте. Я очень переживаю за Чимина. Пожалуйста.              — Ладно, — сдался доктор. — Но если будете кричать, я вызову охрану и больше вас сюда не пустят. Ясно?              — Да.              — Госпожа О, — обратился доктор к медсестре, которая находилась с ним в реанимации. — Принесите, пожалуйста все, что нужно. А вы молодой человек подождите пожалуйста за дверью.              — Хорошо, — и медсестра вышла за всем необходимым. Вернулась она через пару минут с халатом, бахилами, маской и медицинской шапочкой и отдала все это Юнги.              — Наденьте все это и не снимайте. Если куда-то будете выходить, все снимайте за пределами реанимации и выкидывайте. Потом, если будете опять заходить, попросите ещё один комплект. Если меня не будет скажите, что доктор Хан До Бом разрешил. Надевайте все за пределами реанимации. На пол в халате не садится, в реанимацию еду не приносить. Как доктор Хан сказал не кричать, на приборах ничего не трогать, не поправлять капельницы. Лучше вообще ничего не трогать. Туда-сюда не ходить, реанимация не проходной двор, никого кроме Вас чтобы здесь не было. Если получите хоть одно замечание, больше вас не впустим. Мы и так пошли вам навстречу. Вообще запрещено кого-либо пускать, даже родственников, — прочитала лекцию медсестра.              — Хорошо, я все понял, спасибо большое, — говорит Юнги, параллельно одевая маску.              — Пройдем-те, — медсестра вместе с Юнги зашли в реанимацию, где доктор записывал что-то.              — Вам медсестра все объяснила? — спросил доктор Хан у Юнги.              — Да, спасибо большое, что пошли навстречу.              — Главное не подведите нас, — твердым тоном сказал доктор.              — Конечно. Скажите пожалуйста, что с Чимином, почему он без сознания? Как скоро он придет в себя? Я очень переживаю за него, — у Юнги бешено стучит сердце, он вот так давно не волновался.              — С Чимином не все так утешительно. Когда придут анализы, тогда мы поставим точный диагноз и назначим курс лечения. Сейчас мы пытаемся сбить температуру. У него сильное истощение организма, на фоне стресса видимо и голода. А так же в его организм попала инфекция. Так же у него очень высокое давление. На фоне инфекции и истощения он потерял сознание и впал в кому, — подвел итог доктор Хан. — Сейчас омега находится на ИВЛ.              А каждое слово, Юнги, приносило душевную боль, он уверен, что это все сейчас из-за него. Если бы он остановился, если бы хотя бы подумал хоть на минуту, этого всего не было. Но он сделал то, что сделал и теперь обязан все исправить. Он готов оплатить любое лекарство, любые счета. Он будет рядом с омегой, не уйдет за пределы больницы пока Чимин не придет в себя. Мин готов на стуле спать или вон на лавочке в коридоре. Но он не уйдёт.              — Сколько может продлиться кома в его состоянии? — поинтересовался Юнги.              — Понимаете, много зависит от самого Чимина, если он будет бороться, он может из комы выйти и в течении недели. Но если нет, кома может быть на много дольше. Но если кома продлится больше четырех недель, то чем больше он будет в коме, тем меньше будет шансов, что он из неё выйдет, — доктор решил быть честен с Юнги.              А Чимин не хочет бороться. Ему до сих пор больно морально, хоть он и в коме. Он не понимает этого, но помнит все что с ним происходило. Поэтому ему нет смысла бороться. Он не знает, что рядом стоит Юнги, который жалеет о случившемся. Который жалеет, что не признался в своих чувствах, который очень переживает за состояние омеги.              — А я могу как-нибудь помочь? Может что-то нужно купить, перенести или ещё что-нибудь, — интересуется Мин.              — Нет, покупать ничего не надо, у нас все есть. Но нужно позвонить родителям Чимина и сообщить, что их сын в коме, — записывая показатели Чимина, попросил доктор. — Но, если вы не хотите, я сам могу их набрать.              — Нет, нет. Я позвоню им, все расскажу. Ещё что-нибудь надо? — Юнги, сейчас очень хочется помочь Паку.              — Вы можете с ним разговаривать, рассказывать о хороших моментах. Чтобы вывести его из комы. Можете держать за руку, гладить. Он должен почувствовать, что он вам нужен. Но не повышайте голос, не делайте резких необдуманных действий. Давайте ему отдыхать тоже, — уточнил доктор. — Я через час к вам зайду, придут анализы, и я вам расскажу дальнейшие действия и поставлю диагноз.              — Хорошо, я понял вас. Буду ждать, — Юнги, после ухода доктора и медсестры сел на край кровати и стал гладить руку Чимина, погружаясь в свои мысли.              — Надо позвонить родителям Чимина, — вспомнил Юнги, и взял телефон Чимина, который лежал на тумбе рядом с кроватью. Он поднёс палец Пака к сканеру отпечатка и разблокировал телефон. Мин зашёл в недавние звонки и наткнулся на свой номер, который был очень мило подписан. Юнги рефлекторно улыбнулся и стал искать нужный номер. Он сразу нашел контакт «Мать», нажал на кнопку позвонить и поднёс телефон к уху.              — Алло? — грубоватым голосом ответили Мину.              — Здравствуйте, меня зовут Юнги, я одногруппник Чимина, о-он...— замолчал альфа, он не знал как сказать и стал подбирать слова.— Он попал в больницу Чаом, Чимин сейчас находится в коме. Скоро должны прийти анализы и тогда скажут точную причину его состояния и назначат лечение.              — А от меня чего ты хочешь, деньги на лечение нужны? — как-то грубо ответила Су Бин.              — Ни-ничего, — Юнги никак не ожидал такой реакции. На секунду он подумал, что он не туда попал, но посмотрев на экран, убедился, что набрал тот номер. — Вы мама Чимина же?              — Да.              — Вы не хотите приехать, проведать его, увидеть? — альфу очень настораживает такая реакция. Неужели матери все равно на Чимина...              — Не знаю, если время будет может заеду. Это все? — решила закончить разговор мать Чимина.              — А папа Чимина, он не приедет? — Мин не успокаивается, его напрягает такая реакция.              — Его нет, он умер несколько лет назад.              — Извините. Вам позвонить, когда придут анализы Чимина? — не сдаётся Юнги.              — Не стоит, надо будет сама позвоню, — и Су Бин отключилась. Сказать, что Юнги был в шоке – ничего не сказать. Такого безразличия он никогда не встречал. Такое ощущение было, что он не матери сообщил что её сын в коме, а прохожему человеку. Кажется, до Юнги начало доходить почему он порой приходил в университет такой разбитый.              А это Юнги ещё про отчима ничего не знает.              — Маленький мой, как ты терпел такое безразличие, — поинтересовался Юнги, гладя Чимина по голове. Мин уверен, что Чимин и жил в плохих психологических условиях. — Я обещаю тебе, как только ты выйдешь из комы и восстановишься, я заберу тебя к себе домой. У тебя будет отдельная комната, я куплю тебе все что нужно, выполню любое твое пожелание. Солнышко, я клянусь тебе, что пальцем тебя не трону. Никогда не буду кричать на тебя или ругаться. Только прощу не отталкивай меня.              Через полтора часа пришёл доктор с анализами.              — Пришли анализы, — начал доктор Хан. — При исследовании спинномозговой жидкости при цитологическом исследовании выявилось большое количество лейкоцитов и бактерий. Что говорит о бактериальном поражении мозга. Диагнозом является менингит. Мы проведём массивную антибактериальную терапию. Так как мы сразу же на ранней стадии определили болезнь, шансов на полное и скорейшее выздоровление в разы больше.              — А из-за чего он заболел?              — Иммунитет у омеги ослаблен, он плохо питается. Возможно, были стрессы. И на фоне всего этого в организм попал энтеровирус, — объяснил доктор, и стал записывать курс лечения.              — А как скоро он поправится?              — Пока точно сказать не могу, Чимину пока надо выйти из комы, после ему нужно будет вновь сдать анализы и тогда я точно Вам скажу, — закончив свою мысль, доктор Хан начал убирать капельницу у Чимина. — Скоро подойдёт медсестра и поставит новую капельницу и сделает укол.              — Хорошо, я понял.              — Вы домой не собираетесь уходить? — решил спросить доктор.              — Нет, можно я останусь и ночевать тут, пожалуйста, — Юнги не просит, Юнги умоляет.              — Хорошо, — сдается доктор, он не может ему почему-то отказать, всем отказывал, ни у кого не шёл на поводу, а тут прям предчувствие, что нельзя отказывать.              — Спасибо большое вам, — Юнги поклонился доктору.              — Только дайте омеге отдохнуть от разговоров. И сами отдохните, когда омега проснется вы ему сильные нужны, — доктор тоже поклонился и вышел.              Юнги опять сел на край кровати и стал смотреть на Чимина. В голове у альфы было много мыслей. Но он решил начать с извинения.              — Малыш, прости меня, пожалуйста, прости за то, что не рассказывал о своих чувствах. Прости, что не замечал твои. Прости, что думал о том, что скажут другие. Прости, что тогда не остановился, когда ты просил. Пожалуйста, прости. Мне очень плохо без тебя, пожалуйста поправляйся скорее, я не хочу больше без тебя, — Мин наклонился и поцеловал лобик Чимина.              А Чимин, к сожалению, этого не слышал. Ему было больно во всех смыслах. Он больше жить не хотел, но в момент поцелуя ему на секунду, на одну маленькую секунду стало лучше. Но Пак не придал этому значение.