Gezellig

Гуща людей, оглушительно громкая, ритмичная музыка и разноцветные прожекторы, ослепляющие глаза — в ночном клубе всегда так. Какая-то уже вдрызг пьяная девушка с огромной грудью лезет целоваться с таким же вдрызг пьяным парнем с ужасной прической. Насколько же это отчаявшиеся одиночки? У диджея отвратительный вкус. Заезжанные песни режут слух. Но Кэйе отнюдь не до этого. Сейчас его внимание заточено на его возлюбленном, под длинным меховым пальто которого надета уж слишком откровенная одежда. Особенно для мужчины. Как только музыка стала приглушенной, а приятные оттенки фиолетового успокоили уставшие глаза, Альберих облегченно выдохнул: как хорошо, когда тебе доступна VIP-комната. Самое интересное же ожидало впереди, когда возлюбленные уединились. Кэйа не любил обычный секс. Он казался ему скучным, а удовлетворение получить не выходило. В их отношениях с Дилюком обычный секс являлся чем-то удивительным. Каждый раз интим проходил по-разному. Конечно, если бы Рагнвиндр попросил сделать перерыв в DS, то Альберих не посмел бы отказать тому. Однако сейчас каждый из них вжился в свою роль, и пока заветное слово не будет произнесено, ни один, ни второй не остановятся. Сильная кисть в черной перчатке потащила за собой. — Ты думаешь, это лучший вариант для такого? — усомнился Люк, рассматривая комнату в фиолетовых тонах с приглушенным светом настенных ламп, добавляющих интима обстановке. — Ладно, я бы еще понял, но зачем перед этим ты мне приказал надеть уж слишком открытое белье? Мы могли просто потрахаться дома. — Ты выглядишь восхитительно, мой маленький щеночек, — признался то ли любимому, то ли самому себе синеволосый. Хитрый взгляд Кэйи скользнул по телу любимого, останавливаясь на невинных алых глазах. Его рука змеиным движением стянула пальто. Одежда полетела на пол. Рассматривая каждое кружево и наслаждаясь видом, внизу живота затягивался узел возбуждения. — Я считаю, что нам нужно было разнообразить либидо. — Кай ухмыльнулся, продумывая предстоящие непристойности. — Скажу лишь одно: ты должен все сделать руками передо мной. Раздевайся. С этого момента я буду только смотреть. — и присел на кресло напротив кровати. — Чертов извращуга, — пробубнил под нос Дилюк, тихо цыкнув. Реакция красноволосого лишь подливала масло в огонь. Кэйе это неописуемо нравилось. Альберих указал на прикроватное сиденье, куда должен был встать его «щеночек». Он сложил руки в замок, расставив вальяжно ноги. Дилюк не заставил себя ждать. Из верхней одежды было всего ничего - одна меховая шуба почти во весь рост, скрывающее сильно выделяющиеся рельефы. Красные кружева на белоснежном теле смотрелись восхитительно, снабжая глаза необходимым количеством серотонина. Эстетичное слегка подкаченное тело с малозаметными кубиками, точно подходящее под стандарты красоты Кая, было обвито порнушным бельем. Красноволосому и без лишних слов было ясно, что движения правильны. Далее он встал в обожаему позу своего возлюбленного, чуть опуская кружевные трусики. Искусные тонкие пальцы раздвинули пухлые половинки, давая взору мило сжимающуюся дырочку. Проделав это, будто на рефлексе, Дилюк очаровательно смутился. Рагнвиндр приступил к выполнению приказа, и это абсолютное повиновение заставляло Кая дрожать от удовлетворения. Первый был тем еще мазохистом: любил, когда удовольствие оттягивают как можно дольше, телесные наказания возбуждали его не меньше. Над вторым же властвовал садизм: мужчина обожал выбивать из возлюбленного громкие стоны наравне с мольбами, обожал удерживать Дилюка на грани, не позволяя получить такую желанную разрядку.  На кровати лежало несколько лубрикантов и смазка, которая очень нужна была в этот наколенный момент. Дилюк воспользовался вязкой жидкостью, вылив некоторое количество. Почувствовав приятное холодное чувство, что медленно стекало вниз по бедру, красноволосый легонько дернулся. Рагнвиндр поднял голову, дабы посмотреть на Кэйю. Внезапно в голову пришла идея, и Альбериху она пришлась по вкусу. Он поднялся с кровати и взял из угла большое зеркало, стоявшее там на все случаи жизни. Пригодилось. Синеволосый прошествовал мимо растягивающего себя магната и поставил предмет напротив лица того. Чтобы все было видно. — Господин, зачем это зеркало? — раздраженно смутился Люк, убирая пальцы, однако в ответ получил холодным шепотом: «Продолжай». По телу пробежали мурашки после сказанного слова, что так заело в голове. — Ты ведь не хочешь ослушаться меня, своего папочку? — ехидно ухмыльнулся Альберих. Фигурные пальцы проникли в горячее нутро. Он выгнул спину ещё больше, ставновясь похожим на элегантную кошечку. С губ красноволосого сорвался первый сдержанный стон, а вместе с тем в брюках стало безумно тесно. Однако Кэйа имел удивительную выдержку в такие моменты, его лицо не выдавало и эмоции. Лишь внутри царили хаос и буря эмоций. От движений двух пальцев, заходящих полностью, раздавались пошлые чвоки по всей комнате, которые не менее смущали своего милого обладателя. Наконец найдя заветную точку, Рагнвиндр стал неловко толкаться в это место. За стоном последовали извинения и просьба. Дилюк намеренно посмотрел глаза в глаза, будто пытаясь найти какую-то определенную эмоцию. — Аха, пальцев мало, Кай... — шептал он, видя довольное выражение лица и заостренный взгляд на одном - милой дырочке, издающей неприличные разгоряченные звуки, дурманящие слух. — Я искренне извиняюсь. Пожалуйста, трахни меня. — вставший член одиноко подрагивал. «Щеночек» ожидал ответа от своего папочки... В выигрышной позиции, как обычно, остался Альберих. — Еще не время, сладкий. Мужчина встал на колени рядом с возлюбленным напротив лица того и потянулся к чужим губам, утягивая в сладкий, наполненный любовью и страстью поцелуй, пока рука шарила в ящике стола, отыскивая что-то. Синеволосый мужчина наконец отстранился, давая Рагнвиндру путь к отступлению. Второй судорожно глотал воздух. У Кэйи же выдалась возможность глянуть в ящик и в конечном итоге найти нужный предмет. В руках оказался нежно-розового цвета пульт небольших размеров и то, что Альберих искал — вибратор. Он переместился ближе к ногам Дилюка. Мужчина, немного помедлив, припал ртом к чужой промежности, проталкивая в горячее растянутое нутро язык, который так плотно обхватили стеночки. Проникал не так глубоко, как хотелось бы, но все равно приносил неописуемый экстаз. Это можно было понять по звукам, ласкающих слух со стороны красноволосого. Только вот это вскоре подошло к концу, и на смену языка пришло вибрирующее устройство с коротким шнурочком. Протолкнув его еще выключенным, Кэйа взял в руку пульт и отрегулировал скорость, поставив сначала на низкую. Затем пятерней обхватил стоящий колом половой орган Дилюка и провёл большим пальцем по головке, собирая естественную смазку. — Ты возбудился от собственных пальцев? Желаешь, чтобы я тебя трахнул настолько сильно, чтоб ты забыл свое имя, а твои мысли были заполнены лишь о моем члене? Какой ты извращенец, щеночек, — по комнате разнесся громкий шлепок, а на ягодице Рагнвиндра остался яркий след от ладони. — Нужно преподать тебе урок, как думаешь? Сдавленное скуление становилось все больше, когда нещадящая игрушка для взрослых попадала по простате. Дилюк извивался, прогибаясь в спине. Выступили слезы возбуждения, а в глазах читалось сильное желание почувствовать большой член, который будет выбивать стоны вожделения с каждым толчком смуглых бедер. Ягодицы горели после каждого удара мозолистой тяжелой кисти, оставлявшей багровый оттенок на коже. Губы были сильно закусаны, веки чуть опущены, руки блудили по белой постели с уже скомкаными простынями в надежде за что-то зацепиться. Тело Рагнвиндера лежало на бедрах, окутанных черной материей, на ощупь напоминающей латекс. После каждого соприкосновения руки к заднице оно неистово дергалось, а изо рта вырывались сладкие полукрики, наполненные сильным желанием. После небольшого наказания последовала награда - легкие чмоки мягких губ Кэйи по чувствительной спине, на которые Люк одобрительно отвечал, мурлыкая и ерзая членом о чужую поверхность брюк, с которого, не стесняясь, капал предэякулят. — Оттрахай меня, чтоб мои мысли были заполнены только тобой и твоим членом. Сильно и не жалея мое тело. Растерзай его своими мощными руками, умоляю. Я хочу твой член, — на тяжелом выдохе лепетал красноволосый, слезая и становясь на колени в позу собачки перед своим господином. Заметив грозный взгляд, Люк поменял тон, — Моя распутная мокрая дырка хочет Ваш горячий член. Пальцев дико не хватает, пожалуйста! Я очень хочу, чтобы Вы глубоко вошли в меня, а Ваш язык бродил по моему телу и, в конце концов, остановился в моем рту, жадно целуя. Для Вас я всего лишь щенок... — почти незаметно вилял задницей Дилюк, чувствуя сильную вибрацию внутри себя. Открыв губы, изо рта полилась волна протяжных стонов и дыхания, положительно влияющие на реакцию господина. «Что же ты делаешь со мной...» — пронеслось в голове, пока пальцы сжали ткань брюк, которая и без этого выглядела жутко помято. Мольба Рагнвиндра пришлась по вкусу как Альбериху, так и члену, благодаря чему в паху начало зудеть, и стало настолько тесно, что в глазах заиграли искры. Бледные руки стали шарить по накачанным ногам, слегка поглаживая. Чуть приблизившись к паховой области, опухшие губы прильнули к вставшему органу, что таился под мешающей одеждой. Мокрой язык начал оглажить выступающую ширинку, намачивая слюной ткань. Первый не сумел сдержать стона, и тот сорвался с уст, а мужчина прикрыл глаза, закусывая губу. — Бля-ять, Люк... — на выдохе произнес он, вцепившись в алые кудри и заставляя их обладателя уткнуться носом в паховую область. Тяжелое дыхание и первого, и второго разносилось по комнате, пока Кэйа дрожащими руками самостоятельно расстегивал ширинку. Как только член наконец был на свободе, Рагнвиндр нарочно обдал его горячим воздухом, от чего Альберих рвано выдохнул, напрягаясь еще больше. — Прошу, дайте его... — ласково шепчет Люк, обволакивая теплым воздухом слух господина. Дилюк был на коленях перед синеволосым мужчиной, чьи глаза были направлены исключительно сверху вниз, пронзающим взглядом оглядывая порозовевшее лицо у ног. Из уст Кэйи послышалось тихое «продолжай», после чего юноша не стал медлить. — Ох, уже такой бодрый. Член хозяина такой большой, — собрав тройку пальцев в кольцо, Люк поместил их под мокрой головкой, с которой медленно начал стекать предэякулят. Смазка пачкала пальцы своей вязкой консистенцией. Рагнвиндр слизал ее, чуть размазав по припухшим губам. Далее он начал двигать рукой вверх-вниз. Проведя языком от середины члена, языком остановился на дергающих яйцах. Сперва легонько облизал, далее взял одно из мягкой пары в рот, причмокивая и оттягивая. Эти приятные махинации высвободили томный стон изо рта Кэйи. — Вам мало моих пальцев? — хмыкнул он, передвигая большой палец к уретре белстящей чувствительной головки, — Вы желаете ощутить мой горячий ротик? — Тихая усмешка. Люк быстро лизнул напоследок половинку, перейдя повыше. — Приступим. — Парень переместил левую руку на подтянутое бедро Кая. Рагнвиндр взял в рот мокрую головку, настырно подразнивая гиперчувствительную уздечку. Слабые места своего любимого были давно известны. Гортанные стоны Альбериха служили наградой за проделанные ласки. Сосание члена способствовало выделению громких пошлых чвоков вязкой слюны, что нервно выливалась каплями изо рта, проделывая мокрые дорожки за собой вниз. Давление головки на горло рождало возбуждающие слезинки у глаз Люка. Красноволосый тщательно вылизывал орган наполовину. Через минуту он почувствовал у себя на голове грубую руку, что нежно поглаживала макушку, вбираясь в мягкие пушистые локоны. Чужие пальцы не больно вцепились в волосы, давя к основанию ствола. Дилюк начал постепенно задыхаться, но поддаваться этому настырному напору. Вскоре ему удалось заглотить полностью, носом соприкасаясь с лобковыми синими волосами и издавая краткое «гм». Кэйа кончил в рот и отпустил волосы, разравнивая зажатую пальмочку алых прядей. Люк слегка отстранился, перед этим чмокнув розовую головку бывалого стояка. — Я хороший мальчик? — улыбнулся довольно Рагнвиндр, облизывая губы. В ответ ему последовало тихое, но такое чувственное «умница». — Послушный щеночек хочет оседлать Вас. Я приму член полностью и безотказно, активно двигая задницей, — Люк поднял чуть смущенный взгляд. Взору Кэйи открылась милая картина: белоснежное личико было окутано розовой пеленой от щек до самых кончиков ушей, а глаза были на мокром месте.  Чертовски мило. — Черт... Говоришь, хочешь оседлать меня? Что ж, твой щедрый господин позволит сделать тебе это. Однако сначала... — Кай прервал фразу. Мужчина прижал к себе жаркое тело как можно ближе. Люк уложился подбородком на смуглую кожу плеча. Мозолистые руки стали вызывать будоражащее чувство по всему телу, от чьих прикосновений были приятные мурашки по всему телу. Нежные фаланги пальц даровали телу необычайное наслаждение, от чего хотелось бесконтрольно мурчать синеволосому. Почувствовав внезапное ощущение у дырочки, Дилюк резко простонал тому на ухо и вцепился руками в плечи Кэйи. После этого такой раздражающий вибратор был изъят из теплого нутра. — Ты такой молодец у меня, — шептал тихо Кэйа на ухо любимому. — Знаешь, как сильно я тебя люблю, мой сладкий? Ты самый послушный щеночек из всех, кто у меня был. Альберих прекрасно знал, что Дилюку очень нравится похвала, и потому старался принести как можно больше самого наилучшего всеми способами. У первого до Рагнвиндра действительно было несколько секс-партнеров, но ни с одним из них он не заходил так далеко. Отношения держались максимум неделю. С Люком же они были вместе уже больше года. Любовь в сердце теплилась с каждым днем все больше и сильнее, так что мужчина старался проявлять ее в любом виде: был то подарок, времяпрепровождение вместе или же сексуальное удовольствие. Однако во время интима Рагнвиндр имел право сказать стоп-слово, если синеволосый заходил слишком далеко. — Щеночек, ты ведь помнишь наше стоп-слово, верно? За вопросом последовал нежный поцелуй в покрасневшее ушко. Кай прикусил мочку уха, а руки бегло исследовали чужое тело, останавливаясь на чувствительных местах и стимулируя их. — Я люблю Вас. Очень люблю, Вы бы знали, — тараторя, искренне признавался Дилюк, вжимаясь в подтяную грудь. — Помню, «Латте с ванилью», но, думаю, оно не понадобится. — губы растянулись в довольной улыбке. Голубоволосый мужчина ласково терзал чувствительную мочку уха. Нежности вызывали тихие стоны. — Я уже на пределе. Мое тело настолько горит, — мило пробубнил себе под нос Люк, когда хозяин отстранился, размещаясь на подушках у изголовья пышной кровати. Одна из его ног была закинута на другую, а протянутая рука зазывала за собой Рагнвиндера. Тело было ватным, ноги почти обессиленны. Подползая на четвереньках, Кэйа притянул красноволосого к себе и стал шептать похвалу, которую Люк безусловно заслужил. Мягкие губы смуглого мужчины стали выцеловывать белоснежное лицо, даруя экстаз. Дилюк обвил руками чужую шею, прижимаясь еще больше. Это удовольствие невозможно было описать словами. Чувства брали верх. Точка кипения перевалила за предел. Ласки раздавались приятной теплой волной по всему телу Люка, а внизу скулило возбуждение. За этим пришло приятное чувство оргазма. — Простите меня, господин, — опуская взгляд, смущенно шептал Дилюк. Ему было неимоверно стыдно, будто девственнику в свой первый раз. Кэйю порядком бесило. Он прижал к себе Рагнвиндера за подбородок, вовлекая языки в разгоряченный и влажный танец. — Ты так быстро кончил? Разве я тебе разрешал это делать? Вижу, ты не усвоил урок, — надменным тоном произнес синеволосый, остановив и практически оттолкнув от себя возлюбленного. — Ты плохой мальчик, а плохих мальчиков надо наказывать. Ты не заслуживаешь награды. Оргазм с обильным выплеском спермы не остался безнаказанным. Дилюк глубоко хватал кислород открытым ртом в то время, пока его хозяин отчитывал за непослушание. Юношу махом оттолкнули и опрокинули на кровать, оставляя в одиночестве. Кэйа добрался до прикроватной тумбочки и выхватил оттуда большой, как бы это не иронично звучало, синий дилдо с сильно выраженной фантазийной формы. Игрушка была под стать члену его дорогого и уважаемого возлюбленного, дарившего ласку, любовь и разделяющего извращённые вкусы. Затем мужчина вернулся к лежащему на кровати Дилюку и положил рядом вещицу. — Ты будешь трахать сам себя и рассказывать мне, как ты хочешь, чтобы я тебя выебал, — прошептал он на ухо любимому, обдавая шею горячим дыханием. — А, и еще кое-что, — Альберих усмехнулся, сжимая чужую ягодиц, в ответ получая протяжное мычание. — Ты не кончишь, пока я не разрешу. А если ты нарушишь приказ, то я выведу тебя нагим в клуб и буду смотреть, как тебя трахает каждый третий посетитель. Ты ведь хочешь этого, да? Грязный щенок, — пальцы сдавили снова стоящий колом член, истекающий предэякулятом. Конечно, эти слова были сказаны лишь для создания страха. Сам бы мужчина никогда не поступил так со своим чудом. Однако нужно было дать второму понять, что господин здесь один, и он им не является. — Хозяин, прошу извинить меня, — скулил Рагнвиндр, чувствуя сильную пятреню у себя на мягкой половинке, что до белых пятен сжимала ее. — Я сделаю это, — громкий скулеж заменился тихим шепотом после угроз господина. И Дилюк повинуется этим грязным утехам, которые предстоят ему сейчас. — Чего ты ждешь? Я непонятно выразился? Или ты уже разлюбил своего господина и предпочел вместо него прочих мужчин? Я слушаю тебя. — Кэйа сел на кресло в своей излюбленной доминантой манере. Даже в такой момент этот черт выглядел так сексуально и величественно. Весь его вид и тяжелая аура вокруг только лишь показывали, насколько этот человек может быть серьёзен и страшнен. Дилюк взял в руки фаллоимитатор, неловкими движениями пальцев размазывая капельки влаги с ладони по силикону. Смазки неимоверно не хватало, потому, взяв тюбик, жидкость завораживающим течением обвивала фаллос. — Господин, Вы для меня единственный. Я ваша сучка, личная шлюха, которая целиком для пользования господином Кэйей. Только Вы можете полностью брать контроль надо мной. — заигрывающим тоном шептал Люк, подползая к краю кровати. Он лег на спину, расставляя пухлые ножки в стороны и открывая взору милую сжимающуюся дырочку, которая пару минут назад полностью принимала член «его» хозяина и только «его» обладателя, кто может воспользоваться Люком и любить своего щеночка до потери пульса. — Мне жаль, — протянул юноша в плаксивом тоне, водя склизкой головкой игрушки по своим яйцам. Давление силиконового члена способствовало движению милых яичек. Это чувство возбуждало Дилюка. Красноволосый всем видом показывал свой разгоряченный настрой. — Ха, пожалуйста, войдите в меня. Я больше не могу терпеть. Моя попка так скучает по вашему большому члену. Моя жажда слишком огромна, —  постанывал Рагнвиндр, поднеся член к мокрому анусу, — мх, ваша головка вошла в меня... Это только самое начало. Вы чувствуете, как мои стеночки плотно сжимаются? — игриво вилял задницей парень, приподнимая бедра. — Хочу, чтобы господин вошел во всю длину и резко трахнул меня, попадая по моей сладкой точке. Вы будете получать мои блядские стоны во всей красе. Я больше не буду сдерживаться. Ваше тело пробуждает во мне голодную самку в период течки или же, — протяжно хмыкнул, — извращенца? — был задан риторический вопрос с уст красноволосого. В этот момент у него был ехидный прищур. Он облизал два пальца, характерно их обсасывая, чтобы звуки донеслись до Кэйи, который наблюдал за этим бесстыдным рукоблудием. Вернув кисть к ягодницам, этими же пальцами в форме буквы «V» Люк развел дырку, из которой вытекала природная жидкость. — Мф, это ощущение наполненности слишком будоражит мое тело. Хочу Вашу сперму глубоко во мне. После процесса засуньте в меня пробку, дабы ничего не вылилось, — хихикнул Дилюк, проталкивая резиновый член все глубже. Войдя наполовину, элегантные пальцы остановились. Люк сжался, вытаскивая из себя без помощи рук дилдо, с развратно смешным звуком упавшим у ягодиц. Парень простонал, закусывая губу. Его ноги были смокнуты и подняты в воздухе. Возвращая игрушку на место, а именно во влажное горячее нутно, темп был налажен. Это были резкие толчки во всю длину широкого фаллоса. Хлюпающие звуки и постыдные стоны щенка заполнили комнату. — Ха, глубже. Я Ваша вещь для траха, шлюшка. Пользуйтесь мной, когда только захотите. Мое тело во власти господина, — скулил Рагнвиндр, закрывая глаза. Член одиноко дрыгался. Парню очень хотелось до него дотронуться, однако лишь одно касание — и все полетит коту под хвост. Вид был поистине чудесен. Стройные молочные ножки раздвинуты, большой фалоимитатор синего цвета вгоняли в растянутый анус изящные пальцы, а чужие несдержанные стоны разносились по всей комнате, лаская слух. Внезапно рука нашарила на тумбочке кожаный ошейник с прикрепленным на него поводком. Прикинув в уме образ Дилюка с этой принадлежностью, Кэйа едва не кончил, сдерживая тяжелый вздох. Нужно заняться этим. Ладонь звонко опустилась на ягодицу Рагнвиндра, принуждая того выгнуть спину до хруста и остановиться. — Тш, мой сладкий, — нежные поглаживания после шлепка успокаивали покрасневшую кожу, даруя приятные ощущения. — Я нашел здесь кое-что, думаю, тебе понравится, — после Альберих притянул к себе возлюбленного и застегнул на его шее ошейник. — Знаешь, я всегда мечтал о собаке, — протянул мужчина, перебирая мягкие алые пряди, — но я понял, что верный пес всегда был передо мной, просто кое-чего не хватало, — он потянул на себя поводок, заставляя «щенка» приподняться на локтях. — После каждой фразы ты будешь издавать звуки, которые привычны собакам. Также ты будешь вилять задницей, будто у тебя есть хвост. Я надеюсь, ты понял, что от тебя требуют. Обещаю, если ты сделаешь все правильно, то получишь в награду мой член. А теперь... Синеволосый резким движением вынул посторонний предмет из уже хорошо растянутой дырочки и ввел два пальца, попадая в точности по простате. Продолжая двигать пальцами, Кэйа наклонился к члену Дилюка и взял его в рот, облизав языком головку. Медленно посасывая, Альберих насаживался толчками, с каждым разом заглатывая все глубже и глубже, пока наконец не уткнулся носом в чужой лобок. Однако он сразу же отстранился и перестал толкаться пальцами, не позволяя Люку получить такой желанный оргазм. Разочарованный стон сверху и скулеж. Усмешка. — Все же нужно добавить кое-что еще. А затем на член опустилось кольцо, полностью пережимая его. — Ты не кончишь, пока я тебе не позволю. Движения внутри возобновились, а поводок вновь натянулся, благодаря чему Рагнвиндр вжался в тело возлюбленного. Это дало второму возможность шептать сладкие слова вместе с комплиментами на ухо первому. — Хороший мальчик, — пошлая ухмылка возобновилась на лице Кэйи, когда в ответ ему прозвучал протяжный скулеж его щеночка. — А сейчас я преподам тебе урок за непослушание. — тихая усмешка. Отстранившись, мужчина взял плетку с наконечником-сердечком из того же комода и вернулся обратно. Кэйа приказал лечь на его колени и перевернуться задницей вверх. Ему взору открылись две милые красные половинки, будто они сами смущались. Проведя рукой по правой стороне нежным воздушным касанием подушечек пальцев, был произведен характерный шлепок, а за ним снизу болезненный стон. — Она так мило двигается, хах. После каждого шлепка ты должен будешь благодарить меня, а также их считать, понял? — молвил он, надавливая на чужие губы и проникая двумя пальцами в горячий рот. В ответ ему последовал кивок. — Умница. Если укусишь мои пальцы — награду не получишь. После этого раздался шлепок по всей комнате, который остался за пределами фиолетовых стен. В противном случае, их громких игр не было бы слышно из-за ужасно громкой музыки в клубе. — Один. Благод-дарю, гав! — протараторил Дилюк, ощущая по всему телу колкое чувство. Шлепок был для начала не очень сильным, подготавливающим. Щенок уже пытался заглушить боль, прикусив губы, однако вспомнил недавние слова и закрыл рот, прикасаясь мокрыми губами к пальцам, не трогая зубами. После этого последовало еще три шлепка, которые почти не отличались силой удара. Лишь горячее чувство теплилось по всему телу. Развратные стоны раздавались по всей комнате, и они были слышны лишь им двоим, словно симфония милых звуков предназначась только для них. — П-пять. Спасибо, гав! — невольно дрогнул голос Люка. Удар был куда звучен и сильнее, чем остальные. Задница неимоверно болела, обретая пуще красный цвет. — Умница, Люкушка. Осталось совсем немного, — хмыкнул он, продолжая их вечернюю игру. Еще два шлепка прошли успешно, но уже больнее. Они заставили громко кричать песика После седьмого шлепка сила была установлена. С каждым разом Дилюк выгибался в спине до хруста, не забывая поблагодарить, и вилял задом по приказу хозяина. Задница нещадно горела, потому что плетка попадала по одному и тому же месту. — Десять, гав! — выпалил громко Люк, пытаясь возобновить дыхание. Кэйа довольно смотрел за своим творением, ласково поглаживая покрасневшую поверхность. В ответ тело ему мелко подрагивало. — Я и не сомневался в твоих возможностях, Люки, — шептал ровным тоном Альберих, пробираясь пальцами вверх по спине и нежно поглаживая бледную кожу. — На сегодня ты заслужил. Отлично постарался, щеночек. На самом деле ты достоин целой вселенной, — напоследок прошептал Кай и чмокнул в мочку. Безмолвно поняв настрой возлюбленного, юноша судорожно поднялся. Дилюк потерся мокрым анусом о вставший член. Подразнивания довели Кэйю до того, что он протяжно хмыкнул и положил пятерни сверху пухлых бедер, надавливая. — Хочу Ваш член, — хитро ухмыльнулся Люк, насаживаясь на влажную от природной смазки головку органа. Изо рта выскочил пошлый стон. Начав медленно двигаться на небольшую длину, мозолистые руки грубым движением усадили возбужденного юношу во весь размер члена, проникшего глубоко. Дилюк не смог сдержать громкий стон, наполненный небольшой болью. Тело бесконтрольно двигалось само по себе. Разгоряченные шлепки ягодиц о бедра распространялись по всей комнате. Белые кисти были сжаты в любовный крепкий замок. Сдерживаться больше не было сил. Давление на простату было неимоверно сильным, и аловолосый обильно кончил, продолжая двигаться и постанывать. Вскоре их окутал приятный оргазм. — Моя мечта быть наполненным совершилась, — хихикнул Дилюк, прижимаясь спиной к груди господина. — Люблю тебя, Кэйа. На красной макушке красовалась смуглая рука, что со всей любовью поглаживала голову и перебирала красные пряди.