i hate myself because

сокджин любил работать лишь по одной причине. возможность не находиться дома. правда, это не спасало его от всей усталости и стресса, которую вызывали две работы, ночная и дневная, каждая из которых связана с людьми. в целом, джин пришел к выводу, что можно и потерпеть. он с детства привык к трудностям, 12-ти часовая смена его не пугает абсолютно, не через такое переступали, как говорится. юнги опаздывал на работу, стабильность. ким узнал про юна пять лет назад, много воды утекло, да и оказывается так давно это было. джин стареет. но мин юнги хороший друг, человек слова и первый кому джин смог посвятить свои тайны. они кивают друг другу в знак приветствия и молчат. устали оба, брюнет грустно улыбается своим мыслям, которые снова возвращаются к чужой пачке сигарет, лежащей в правом кармане. непривычно, потому что повседневность меняется. странно, потому что изменения не всегда к лучшему, в его то случае тем более. юнги делает любую свою работу всегда медленно и кажется, что он вообще не живой. но джин то знает...правда много знает. пять лет назад, ему кажется было 16, а этому 15, не уверен, считать разучился, да и в чем смысл цифр. кажется, он должен взять заказ. вздыхает уставше, юн гонит его в местечко под барной стойкой, дабы не мозолил глаза. у сокджина на лице улыбка, а вместо спасибо поглаживания по спине. он знает, что мин понял. всегда понимает. у него еще с того дня, когда они впервые увидели друг друга в каком то круглосуточном магазинчике после школы, та самая способность. способность понимать. а у кима оказывается тоже способность - чувствовать, вот они и спелись. джин думает много, вспоминает все тихонько, как будто просматривает фильм. ему тревожно от того, как он вроде и остался прежним с того времени, да и вроде изменений куча. он все такой же педик, он все так же плачет, все так же боится и дрожит, ему все так же больно, и кажется, он слаб. а с другой стороны, у него внутри стержень, умение анализировать и жизнь все такая же, собачья. а может это и не стержень вовсе? он не знает, не уверен и вряд ли будет. он привык быть и тем, и всем одновременно, видимо сам запутался в своей личности. вздыхает громко, засыпает быстро. сокджину снится он, пачка сигарет и побитые костяшки. его душат или бьют? знает только то, что больно очень. да, точно, очень больно. просыпается, потому что умер. во сне умер, а тут живой. во всем виновато нарушение его повседневности. сука, голова трещит. ким не замечает, как проходит смена, в голове бардак, спина болит. хочется спать. они прощаются с юнги объятиями, сокджин на пару минут чувствует то, что и он, и мин живы, но лишь на пару минут. они обмениваются взглядами, где четко читается вопрос "все ли в порядке?". оба отвечают положительно, оба знают, что солгали. это часть быта, часть человеческой сущности - врать. брюнет снова бежит, до остановки, да зря бежит, все равно на свой автобус не успевает. на глаза наворачиваются слезы просто потому что, но дома ждут дела и ненависть. дома воняет алкоголем, дома душно и нет места. кажется, что это и не дом вовсе. мать спит на диване, от нее несет перегаром, это в нее уже въелось. его не удивляет. он прячет деньги в своем тайнике, в комнате, убирает дом, делает с младшими уроки. он раздражен, но не кричит. по списку уложить всех спать, желательно, по возможности, уснуть и самому. не получится. джин знает, проверять и не надо. спят. он вслушивается в тишину, наслаждается. по телу дрожь, он дышит прерывисто. в руках крутит ту самую пачку сигарет, без желания закурить, но с диким желанием держать ее в руках. странно, он напрягается. убеждается в том, что изменения не к лучшему, тревога вытягивает силы, он снова спит. сон спасает. сон затягивает, потому что последние два дня прошли, как в тумане, сокджин, как будто и не просыпался вовсе. его комната плавится от температуры, а он плавится от мыслей в голове. ким курит. он не любитель покурить, но эта пачка сигарет сводила с ума, но после первой затяжки понял, что проблема не в пачке. он привык не понимать, но тревожность сдавливала его сердце и ему хотелось взорваться. взорваться на что то мелкое, незаметное, как пыль, которая летала в комнатах их дома из за отсутствия уборки. точно, уборка. в пачке оставалась семь сигарет, в семь вечера третьего загнанного дня, звонит юнги. джин согласился на предложение, но не знал правда ли он хочет. ночные компании он любил и яростно ненавидил одновременно. после них пахнешь чем то липким и глаза слипаются. но это способ посмотреть на других людей, забыться в разговорах и перестать бояться о том, что сердце вот-вот остановится. позитивного мало, но у них тут другие реалии. блять, время бежит, сокджин должен успеть на маршрутку. такие, как они в клубах не гуляют, денег нет, да их и не было никогда. поэтому сокджин идет по узким улочкам района, который освещается яркими вывесками каких то сомнительных магазинов. тут людей много, шумно и пахнет дешевым пластиком. продают дешманское барахло, сомнительные напитки и вонючую рыбу. базар. джин приравнивает это к бедности. а саму бедность к своей жизни. это одинаково, это синонимы. выходит на какой то дворик с яркими фонарями. удивляется больше именно тому факту, что фонари работают. непривычно? да, аж смешно. компания собирается вокруг одной скамейки, их личной. сокджин узнает макушку юнги и на лице появляется улыбка, в его кармане все еще пачка сигарет и он проклянает себя за эту же мысль в следующую секунду. потому что узнает черты, узнает взгляд, который снова направлен на него, снова опускает. ким намджун. блять, у брюнета ломается голова. он не смотрит в ответ, отводит взгляд к юну, отвлекается. рука в кармане мнет и так помятую пачку, на душе неспокойно, ощущения странное, как будто вот-вот что то будет. на удивление, все спокойно. если то, что происходит можно назвать спокойным. тут другие развлечения. валяются какие то карточки, самокрутки и все вокруг вялые. тут таким заниматься нестрашно, район "их", свобода? сокджин сомневается можно ли это так назвать. у него и у самого внутри пару глотков чего то крепкого, настроения хватает только на это, а то руки и так болят*. ему весело, ким пару раз смеется, улыбается частенько и болтает много. на намджуна поглядывает часто, это само как то получается, он с себя вину скидывает. народ тихо уменьшается, растворяется. джин стоит у скамейки, не замечает, как остаются только они. он и этот. намджун. если честно, то сокджин пялится. если еще честнее, то это не он первый начал. -прекрати, фрик, - его голос отвлекает от всего, вылавливает из собственных мыслей. у намджуна на лице раздражение и взгляд мутный. пугающе, - глаза твои чмошные, - джун двумя пальцами указывает на глаза кима, - не нравятся, их слишком много. -даже мои глаза не угодили, что ж такое?, - джин хмыкает, понимает, что блондин под чем то, да и в глазах зрачков не отличишь. не чувствует проблемы в своих словах совсем, а вроде бы и надо, реакция то у собеседника не веселая, да и сам сокджин не рад. у намджуна внутри медленно закипает, он прикусывает губу. -заткни рот себе чем то, тишины хочется, - джун злой, по нему сразу видно. а сокджин спокойный, хотя в голове мигают сигналы "остановись", но за эти дни инстинкта самосохранения у него не появилось, поэтому и отмахивается от всех этих сигналов. -чего ж ты грубой такой? говорил же, что в долгу не останешься, - на губах у джина ухмылка, видимо, это остатки алкоголя так на мимику влияют. а зря влияют. намджун закипает моментально, а сокджин не успевает. вообще не успевает, потому что в секунду, чужая высокая фигура появляется прям напротив него (удивляется тому, что подмечает то, что джун выше, чем он сам, но не подмечает, что лучше бы куда то убежать). понимает, что он глупый, когда чужой кулак очень ярко и ощутимо прилетает в челюсть, потом куда то в ребро, потом кажется еще куда то, но сокджин точно не знает, не различает, понимает только то, что он на земле лежит и ему больно. драться ким никогда не умел, хотя с такой уличной жизнью давно пора было научиться. но поезд его ушел, поэтому сейчас он чувствует, как по подбородку скатывается кровь из разбитой губы и кое-как садится на голую землю, облокачиваясь спиной о край скамейки. боль ощутимая очень, синяки будут точно и ему кажется, что он задыхается чуточку. ким намджуна, видимо, сразу же привело в трезвость размякшее тело "противника" и тот чуть качает головой, смотря на это горе-комедию. но ему несмешно. жалости он не чувствует и совесть его мучать не будет, просто как то неприятно что ли, кошки на душе скребут, когда он на это лицо смотрит. красивое лицо, намджун любит оценивать. на таком лице и кровь, и слезы смотрятся хорошо, поэтому тот даже смотрит на него больше, как на собственную картину, чем на человека. эти глаза и губы, лицо в целом не раздражает, а привлекает даже как то, поэтому их хочется стереть, придавить. джун улыбается криво. а улыбка сокджина не лучше. блондин садится на корточки перед ним, вытирает красную полоску крови с подбородка и смотрит внимательно. у джина на лице и улыбка, и слезы, он хихикает, с ума вроде сходит. под светом уличных фонарей парень видит намджуна отчетливее, ярче, играет в гляделки. замечает линии татуировок, скрывающихся под тканью одежды, замечает многочисленный пирсинг, неестественный белый цвет волос и, ох, ебать, ямочки, и, о боже, пухлые губы. этот ебалай как будто выпал из малорейтинговой, но хорошей гейской порнухи. от этой мысли сокджин смеется, тихо, удивляет этим смехом джуна. -ты странный, - блондин говорит хрипло и медленно, как будто рассказывает секрет. щупает карманы сокджина, как знал, что там лежит пачка. та пачка. берет две сигареты, оставшиеся кладет уже в свой. одну себе, вторую брюнету. протягивает аккуратно, дабы тот обхватил ее своими "блять вот это они ебейшие" губами и поджигает, помогая сделать первую затяжку, пока сокджин сам не обхватывает никотиновую палочку меж пальцев. -если я странный, то ты тогда какой?, - вопрос риторический, ответа нет. они снова играют в гляделки, но кто выигрывает непонятно. -въебал бы тебе еще раз, вот честно. больно рот часто открываешь, следи за ним, а то не все такие добрые, как я, -джин ответить на это не успевает, затыкают сразу же, -тебя как зовут то? -ким сокджин, -намджун хмыкает почему то, улыбается сомнительно с этими ямочками, напрягает сильно, если честно. -ясно, ким сокджин-ши, -приставка ши режет уши, потому что воспитания у джуна явно мало, -пошли пройдемся, составлю тебе компанию, а то мало ли. обещал же, что в долгу не останусь. это было не приглашение, выбора у сокджина очевидно нет. пройдутся. киму это не нравится. у кима в сердце тревога, но не от блондина. от чего не знает, потом поймет. если поймет.

<center>

<center>

</center></center>