Пока солнце не ляжет спать

Утро наступило слишком рано. Элеонора, кажется, и не спала вовсе. Закрывала глаза, открывала все такая же усталая. Дни летели ещё быстрее: конспекты, тесты, эксперименты с магией. После уроков Элли корпела над домашними заданиями, которые ей наваливали в два раза больше из-за всех пропусков, затем еще целый час занимала перевязка больной руки. Могло быть гораздо быстрее, если бы этим не занималась Терра, которая после еще и трещала без умолку обо всем на свете. Элли добросовестно старалась слушать, но то и дело уходила в раздумья об учебе, что плавно перекатывались к Розалинде, сожженным и брате. День всегда оканчивался уборкой кухни и после, точно по расписанию, с кипяченной головой Элеонора засыпала, только коснувшись подушки. Попытки уйти с головой в учебу никогда бы не увенчались успехом, хотя Элли упорно пыталась забить мысли магифилософией и сделать то, что она умела делать лучше всего — учиться. Остальным очень скоро стала заметна плешь в душе феи. Элеонора сидела в комнате Винкс с Террой и Музой, выписывая все важные детали для совместного доклада. Точнее: фея сидела, пусто глядя в исписанный лист, и полностью погружалась в свои размышления. Ее интересовал Сильва. Пару дней назад Винкс ездили к нему под видом простого выезда в город. Элли не решилась ехать с ними, хотя поначалу была только рада этой идее. Пугал ее тот факт, что при встрече он определенно спросит: "где Фара?". Правильного ответа у племянницы не было, соврать она не сможет, а признаться, что директриса мертва уже не один месяц и Элеонора никому об этом не сказала — не могла. Чем больше шло времени, тем труднее было бы открыться. — Элли, ты в порядке? — Спросила Терра, положив ладонь на руку подруги. — Да, все нормально. — Она едва вздернула рукой, медленно убирая ее от феи земли. Терра, сощурившись, смотрела точно в цветные глаза. Пронзительно и неприятно, но Элли не сдавала позиции, глядя на нее так же в ответ. — Мы так никогда не закончим, если ты будешь считать звёзды. И у нас все ещё не хватает информации, — заметила Муза, стараясь не обращать внимание на неловкость, что повисла в воздухе. Элли только вальяжно отмахнулась, дескать разберётся, уже думая о том, чтобы написать брату. Она не была уверена, что кровавый маг что-то знает о феях, но сочла его достаточно умным для помощи. По комнате раздался глухой стук в дверь, что вывел Элеонору из мыслей окончательно. Глаза Музы загорелись и она мгновенно ожила, выпрямляя спину. Дверь чуть приоткрылась и в проёме показалась та, которую Элли совершенно не ожидала увидеть. Томика легко прошла, окинув вызывающим взглядом всех присутствующих. — Я думала, ты шутила, когда сказала, что вы делаете проект группой, — с серьезным лицом хмыкнула Франсис. — Ну... неважно. Конспекты, — она положила на стол пару тетрадей. Элли выглядела слишком удивлённой. Как будто сестер могла видеть и общаться с ними лишь она. Словно никто другой о них не знал и это были только ее подруги, только ее удостоили вниманием. На деле же слова о том, что они знают всю школу, оказались, до смущение Элеоноры, правдой. — Не хлопай варежкой, малая, — Томика щёлкнула соседке по носу. Та даже не успела среагировать, как Франсис покинула апартаменты, кинув в след что-то вроде «благодарность жду на карту». Номер карты второкурсницы никто не знал, хотя ей и не нужны были несчастные три доллара от Музы. — Она всегда такая? — Как-то напряжённо спросила Терра, в ее голосе проскальзывала ревность. — Да, — Утвердила Элеонора, — я слышала, что она послала нахуй Розалинду. Глаза подруг резко округлились, у феи земли от удивления аж приоткрылся рот. — Как ее не исключили?! — Воскликнула Харви. Элли положила ногу на ногу и откинулась на спину стула так, будто гордилась тем, что у нее есть такие друзья. — Я без понятия на самом деле, возможно, поэтому они наказаны вместе со мной. Терра хотела было что-то сказать, но ее неожиданно перебила Муза: — Родители. После Луны это главные спонсоры школы. Теперь уже и Элеонора сидела с открытым ртом. Она уже так давно живет с ними в одной комнате и, похоже, совершенно ничего не знает о своих соседках. Захотелось расспросить Музу о ее осведомленности и интересных подробностях, но не в этом месте, не в это время. — Ясно, избалованные дети, — решила Терра, на что Элли только закатила глаза. — Так, может уже начнём? Нам завтра сдавать работу. — Гудела Муза.

****

Сдача групповых работ затянулась на два урока. Но прошла как никогда успешно. Беатрикс защищалась первой со своими напарниками, что были бесполезнее листка бумаги в ее руках. Она высказывалась одна, но все получили наивысшие баллы. После прошло ещё немало учеников прежде, чем очередь дошла до группы Винкс. Если бы не конспекты Томики, то у них явно бы не дотягивало до нужного уровня, но благодаря ей они тоже получили хорошие баллы. Последним уроком была защита от темных искусств. Длинный, тяжёлый урок, да ещё и с директрисой. Минуты шли часами, Элли только и смотрела на время в надежде, что осталось ещё немного. Оставалось действительно мало, но после звонка Элеонора все еще топталась у стола Розалинды. Отдать бы побыстрее тесты, забрать новые и сбежать, но директриса явно никуда не торопилась, медленно перебирая каждый лист, а затем повернулась к Элли: — Зайди-ка ко мне в кабинет перед началом внеклассных занятий. — Хорошо, — хило ответила ей Элеонора. До них был ещё час — обеденный перерыв для всех студентов Алфеи. И Элли не стала исключением. Пройдя мимо стола со старшими соседками, она села почти напротив них, рядом с Музой и остальными Винкс. Последние что-то яро обсуждали, но девушка так и не подключилась к разговору, не чувствуя вкуса еды и глотая её просто для того, чтобы были силы. Бросив взгляд на часы — оставалось двадцать минут до конца перерыва, Элеонора осмотрелась. Без особой на то причины, но поймала себя на мысли, что выискивает чуть кудрявые волосы в толпе. Беатрикс нигде не было и фея повернулась к столу других своих соседок. Томика и Вивиан выглядели напряжёнными, кажется, рассуждая о чем-то и поглядывая на Винкс. О чем они говорили слышно не было, но пристальный взгляд Томики вбивал самые жуткие предположения. «Вдруг они готовятся рассказать всем...» — подумала Элли и по телу мгновенно пошла дрожь.

****

— Как же Сильве удалось сбежать? — в своей душащей спокойствием манере произнесла Розалинда, — вы, трое, были там, вы что-нибудь видели? Обращение шло к Андреасу, Ривену и Дейну, и отчасти Элли не понимала, что она там делает. Зачем директриса вызвала и ее, хотя в тот день буквально не выходила из ее поля зрения, специально конечно же. — Нет, мы не знаем, как ему удалось сбежать, кажется, ему кто-то помог, — Дейн старался говорить серьезно, хотя его голос все равно глуповато дрожал. Розалинда покосилась на Элеонору, которая без тени сомнения смотрела ей в глаза. Она прекрасно знала, как удалось сбежать Солу, ведь помогала в создании плана, но была уверена в том, что не раскроет эту тайну и не подставит своих близких. — Я тоже не знаю, я была в тот день в кабинете у вас целый день, — холодно ответила Элли, поглядывая на Беатрикс, что стояла за директрисой. — Что ж, если вы не хотите говорить, то мне придется узнать самой. Женщина подошла к первому стоящему Андреасу и ее глаза вспыхнули серо-голубым оттенком, а мужчина мгновенно сжался в адской боли, не в силах даже закричать. Только простанывал что-то, сильно стиснув зубы. Долго это не продолжалось, всего пара секунд, и Беатрикс не выдержала. Пытали ее отца, конечно же. Лицо Беатрикс отражало весь ее страх внутри. Не впервые, но изредка Элеонора могла понять по его выражению, что она чувствует. Запахло неладным, страх Беатрикс мгновенно сменился глубинной виной, когда она шагнула вперед: — Это Ривен, — вырвалось у нее, — он что-то знает, но не сказал мне. — Спасибо, Беатрикс, ты облегчила нам задачу, — Розалинда прекратила пытку Андреаса. Элеонора поперхнулась воздухом, но смогла сдержать кашель, поднимая взгляд к Ривену. Он будто постарел за секунды, взгляд наливался ужасом предательства и последующего наказания. Все в комнате понимали, что его ждет. И тогда, то ли черт ее дёрнул, то ли Элли вспомнила, как Ривен спас ее буквально от смерти в лесу, она, не раздумывая, вступилась за него. — Он ничего не знает, потому что я ему сказала лишь то, что он сбежал, а как и кто, он не имеет понятия. Ривен стал ещё более смущенным и не понимающим, что происходит, но промолчал. Он был напуган, как и все в этой комнате, исключая Элли, что выглядела уверенной и холодной. Живя в постоянном страхе и панике, Элеонора стала вдруг слишком спокойной при реальной опасности для себя. — Как интересно получается, ведь минуту назад ты абсолютно ничего не знала, — ухмыльнулась директриса, — видимо страх и правда помогает освежить память. — Пусть все уйдут и их это больше не коснется, а вы узнаете, как все было, — хмуро произнесла Элеонора. — Ты не в том положении, чтобы ставить условия, но так и быть, — Розалинда четко смотрела фее в глаза, будто уже готовилась убить ее. — Все свободны. Медленно парни стали уходить из кабинета, последней мешкалась Беатрикс. Она обернулась и виноватым взглядом посмотрела на свою соседку, что хотела казаться непоколебимой. — Ну так что? — Продолжила директриса. Элли обернулась на закрытую дверь и вернула взгляд на Розалинду. — Расскажите, что вы скрываете в восточном крыле, и я вам расскажу. Щелчок. Директриса не стала церемониться, сразу наступая. Голова зажглась огнем, Элли сопротивлялась, но от неожиданности с ее губ сорвался вскрик, что точно был слышен даже в коридоре. — Не забывай, что всем трюкам, которые ты знаешь, научила тебя Фара, взяв у меня. Боль так же резко отступила. Элли усмехнулась, хотя ее цветные глаза наполнились слезами от такого сильного напряжения и боли. Все-таки у нее были тузы в рукаве, о которых Розалинда еще не догадывалась, а Фара не учила. Магия крови может и не так сильна у феи, как огонь, но напугать сможет в два счета. — Ну так попробуйте, почему нет, — с натянутой улыбкой ответила Элли. Дважды повторять не надо было. Глаза директрисы загорелись ее тускло-голубым оттенком, а в голову Элеоноры снова словно вонзились миллиарды тонких раскалённых игл. На этот раз в кабинете стояла тишина. С малым грохотом Элли свалилась на пол и сжалась в попытках не пустить в свою голову директрису. Увы, чем сильнее она сопротивлялась, тем более успешно проходила процедура. Розалинда точно желала такого исхода, но Элеонора не расслаблялась, даже когда руки и ноги стало сводить от дикой боли, а сосуды сгорали огнем, будто лопаясь внутри и закипая. — Кто помог сбежать Сильве? — безэмоционально говорила Розалинда. Элли старалась не плакать, не кричать, но боль была настолько сильной, что слезы сами бежали по ещё щекам, капая на паркет. — Кто? — Повторила женщина и ее глаза вспыхнули ярче, а боль во всем теле феи стала ещё сильнее. Заскулив, Элеонора жалко выдавила из себя: — Никто. — Ты ещё не поняла, Элли, я с лёгкостью могу убить тебя, точно так же, как и твою тетю. — Директриса нахмурилась, но определенно наслаждалась этим моментом, — Кто помог сбежать Сильве? Из носа феи хлынула кровь от сильного напряжения, ее голова, казалось, вот-вот взорвется. Она постаралась подняться, получилось лишь поднять взгляд на убийцу. Элли улыбнулась, ощущая металлический вкус, что по ощущениям залил все лицо ниже носа. — Это была я, но вы никак не сможете это доказать. Резко все прекратилось. Розалинда отвернулась от феи, что перекатилась на спину и тяжело дышала. — Слишком просто, ты бы не справилась одна. Тебе помогли. Это были твои друзья? Винкс, или как они себя называют. — Идите к черту, Мисс. Директриса ухмыльнулась, поправляя свой пиджак. — Они. Спасибо, можешь быть свободна. Розалинда вышла из кабинета, оставляя лежащую фею одну. Элли закрыла лицо руками, понимая, что подставила своих друзей самым ужасным образом и теперь им конец. Еле-еле Элеонора смогла подняться, все тело ещё ужасно болело, а кровь из носа двумя дорожками стекала по лицу и капала на белую толстовку. Пора перестать ее надевать. Шатаясь и прихрамывая, она вышла из кабинета, натыкаясь на резко выросшую Беатрикс, кажется, она сидела у двери. — Что она с тобой сделала... Какого черты ты вступилась!? — Беатрикс схватила ее лицо и стала осматривать, — Думаешь, ты герой или что? К чему добровольное мученичество? — в голосе звучало возмущение, но Элли ее почти не слышала. — Отстань от меня, — хмуро ответила Элеонора, отбрасывая от себя руки соседки, и пошла дальше, не оглядываясь.

****

Пунктом назначения стала оранжерея Алфеи. Элли знала, что в это время там может быть только Терра или ее брат. Никого другого она видеть не хотела, хотя, на самом деле, даже и их. В голове не было ни единой мысли, только прознающая боль. Кровь всё ещё капала на белую ткань, пропитывая ее насквозь. Вытереть не было сил — руки до судорог онемели. Глядя в пол, Элеонора зашла в «больничное крыло школы». Ее встретил звонкий возглас Терры, что мгновенно подлетела к ней, осыпая триллионом вопросов. Элли прошла мимо, села на край кушетки и просто смотрела в пол. — Боже, Элли, скажи хоть что-нибудь, кто это сделал? Это Беатрикс? — Продолжала Терра, поднимая голову подруги за подбородок и осторожно вытирая кровь с лица обработанной тканью. Элли не сопротивлялась. Не было сил, каждое движение выходило новой волной онемения. — Позови Винкс, — хрипло ответила она. Терра только сильнее смутилась подобному желанию. Она волновалась, кажется, даже больше, чем сама пострадавшая. Терра поднялась с места и вместо выполнения поручения крепко обняла подругу, стараясь утешить скорее саму себя, ведь Элли попыталась отпрянуть и тут же пожалела об этом — спину пронзили тысячи игл. Через пару минут в оранжерее полным составом находились Винкс. К этому времени крови на лице уже не было, толстовка давно полетела в мусорку, — Терра помогла снять, — Элли сидела в футболке, все ещё глядя куда-то в сторону от всех. Боль понемногу отступала, словно ничего и не было. О «разговоре» с директрисой напоминали только лопнувшие сосуды в цветных глазах и гудящая голова. — Мы пришли как только смогли, Терра сказала, что ты умираешь. — Вместо приветствия произнесла Блум, — ты в порядке? Что случилось? — Розалинда знает, что мы помогли Сильве сбежать. Короткое предложение, которое вызвало сразу у всех немой шок и острый страх. — Что ещё она сказала? Нас посадят? Как это вообще произошло? — взволновалась Аиша. — Я не знаю, она проникла в мою голову. — соврала Элли. — В голову? Да ты пришла сюда, как будто тебя машина сбила! — Возмутилась Терра. — Такое бывает, когда пытаешь пробить мощный барьер, — заступилась Муза. — Нам нужен какой-то план или что-то типа того, побег, иначе нас всех посадят за соучастие, — продолжила Аиша, — что будем делать? В помещении повисла неловкая тишина. Никто не знал, что делать. Элли же просто легла на больничную кушетку, не в силах больше даже сидеть. — Покинем школу? — предложила Блум. — Не поможет, — отозвалась Стелла, — нам нужен какой-то ультиматум, узнать что-то, что может плохо сказаться на Розалинде и поставить ей условие, чтобы не выдавала. — Все знают, что она вертит какую-то дичь, — Муза села на край кушетки у ног феи огня, — только как доказать? Сильная головная боль мешала активно мыслить, но Элли все же смогла предложить возможный вариант: — В восточном крыле есть запертая дверь, она ходит туда по ночам, — до жути хриплым голосом произнесла Элеонора, — ставлю все на то, что именно там и не чисто. Девушки приободрились. — Пойдем сегодня? — Спросила Блум. — Сегодня слишком палевно, — отозвалась Элли, — нужно меньше людей. На праздниках будут три выходных, все ученики возвращаются третьим днём, а мы вторым, вот тогда и пойдем. Близился всеобщий праздник — День Матери. В Алфее его праздновали сразу тремя выходными, так как выпадал он на выходной день, и все студенты могли на подольше оказаться дома. — А сейчас нам что делать? Ждать, пока нас повяжут или что? — Тревожилась Терра. — Притворяться, что ничего не знаем, и молиться, чтобы мы были ещё нужны здесь.

****

Элли вернулась в свою комнату уже после отбоя. Жуткая усталость и отголоски дневной боли давали о себе знать, девушка просто легла на свою кровать, но уснуть была не в силах. Почти весь оставшийся день она проспала в комнате Винкс. Муза разрешила занять ее место, пока те шёпотом обсуждали последние события. Элеонора просто глядела в потолок темной комнаты, слабо освещаемую лишь телефоном Беатрикс в ее руках. — Прости, мне не стоило так грубо с тобой разговаривать. Элеонора чувствовала себя виноватой, не так сильно, как могла бы в любой другой день, но злость и обида заметно подтупились от физической боли. Хотя произнести в слух такие простые слова, тем более для своей соседки, было по-настоящему сложно. Предложение вышло тихим, хриплым, нескладным. После минутной тишины она решила, что ответа не последует, но Беатрикс отложила от себя телефон и посмотрела на свою возлюбленную каким-то новым грустным взглядом. — Это я должна извиниться, мне не стоило подставлять Ривена, но она пытала моего отца... — Я понимаю, — коротко ответила Элли, но после добавила, — если бы стоял выбор между Фарой и Ривеном, я бы тоже выбрала его, а не тетю. Комната вновь погрузилась в тишину, Элеонора подумала, что разговор окончен, переворачиваясь на бок. — Ты правда помогла сбежать Сильве? Элли чуть поднялась на локтях и устало посмотрела на соседку. — Нет, но я обо всем знала. Беатрикс тихо усмехнулась, хотя повода, казалось бы, не было, но после она тихо спросила: — Всех ведьм тянет в неприятности? — Нет, только ошибок природы. — Язвительно ответила Элеонора и оскалилась, тут же переворачиваясь на бок.

****

Чат: Интердевочка

Интердевочка - Ривен Интердевочка: 15:36 Выйди к северному входу Элли сидела на последней паре и бездумно глянула на часы. До конца двадцать минут. Это был следующий день после раскрытия перед Розалидной, и на утро все Винкс как штыки сидели на ее занятии, сев группой на последние ряды. Теперь уже не одна Элеонора боялась взора директрисы, но та в свою очередь вела себя так, будто ничего и не было, что только сильнее напрягало фей.

Чат: Интердевочка

Элли: 15:37

Ок, ща

Это было странно. Точнее в новинку. Сообщения Ривена всегда были дурацкими попытками подстебнуть ее. Да и номерами они обменялись только для того, чтобы списываться с вопросом, где на этот раз собирает всех покурить травку Беатрикс. Девушка подняла руку и отпросилась у преподавательницы магифилософии в уборную. Вышла вместе с вещами, но никого это не смутило. На крыльце школы уже стоял специалист, докуривая сигарету и глядя куда-то на горизонт. — Позвал покурить? — Спросила Элли, встав с ним рядом. По коже побежали мурашки, в пасмурный день не слишком тепло было находиться на улице в одном поло. — Ну типа, — только и ответил Ривен, кидая сигарету себе под ноги и небрежно наступая на нее. — Зачем ты заступилась? Тебя там не было. Элеонора вздохнула, почему-то она не ожидала того, что парень будет говорить о вчерашнем. — Это была благодарность, теперь мы квиты, — спокойно ответила она, смолчав пару секунд. Ривен повернулся к фее и заглянул в цветные глаза, желая, по-видимому, увидеть в них сожаления о своем решении, но Элли стойко выдержала взгляд. Она ни секунды не жалела о своем поступке. Ривен хоть и не был ее другом, но определено считался хорошим знакомым. — Спасибо, — ответил специалист без грамма сарказма. Он хотел сказать что-то ещё, но Элеонора заметила, как он неловко замешкался и вместо этого неуверенно протянул ей небольшой пакет, на который она сначала и не обратила внимание. — Это тебе. Элли приняла его и сразу заглянула внутрь, удивлённо поднимая взгляд на парня. — Я залил новую жижу, там ещё пару банок лежат, выбирал ягодные с холодком, Скай сказал ты любишь такое. — Объяснился Ривен. В пакете лежал его старенький, но хороший вейп и четыре банки жижи. Фея смущённо прищурилась, не зная, что ей ответить. — Это моя благодарность, — пояснил он. — Когда они закончатся, придется прикрывать тебя ещё раз? — Выпалила Элли и после усмехнулась, сводя неловкий разговор к шутке. Ривен закатил глаза, но тоже отпустил короткий смешок. — Акция будет работать до конца года, обращайся. Но вряд ли тебе этого не хватит. А теперь, — парень хлопнул Элеонору по плечу, — все, я погнал, иначе Андреас сдерет три шкуры вместо двух. Он махнул и быстрым шагом ушел, оставив Элли с пакетом на крыльце.