Фейерверк

      Их встреча была неожиданной и спонтанной. Это был какой-то молодежный музыкальный фестиваль под открытым небом, на который Сукуна забрел совершенно случайно, пытаясь развеять вечернюю скуку. Его запланированная встреча сорвалась, потому что Гето Сугуру засранец, выбравший свидание со своим парнем, нежели дружеские посиделки в баре. Рёмен бы его не винил, не будь он знаком с этим разрушителем чужих планов, серьезно, у Сугуру явно отсутствует любой вкус в парнях, потому, что кто выберет двухметровую занозу в заднице с мозгом пятилетнего ребенка? Правильно, Гето Сугуру.       Поэтому прямо сейчас Сукуна ходил среди палаток с едой и огней фонарей и лампочек гирлянд, которые окружили группки школьников в пестрой одежде, наполняя воздух феромонами смешавшиеся с въедливым ароматом парфюма и некрепкого алкоголя. Весь этот дух свободы, сочетавшийся с музыкой, немного действовал на нервы. Рёмен уже решил пройти мимо всей этой суеты и вернуться в тихую гавань вечерних улиц, но толпа у импровизированной сцены привлекла его внимание и ноги сами собой понесли его туда, прямиком на торжественные звуки барабанов и воодушевленные крики.       На улице уже смеркалось и на деревьях вокруг сверкали маленькие лампочки, но едва ли Сукуна смог оценить эстетическую составляющую по достоинству. Он без особого труда пробрался сквозь толпу людей, прямиком к основному действию, задаваясь вопросом, зачем он это делает, но ритмичный звук барабанов вызывал трепет, чувство торжественности и желание прямо сейчас начать делать то, что откладывал на долгое время.       От открывшегося вида у Сукуны на секунду перехватило дух: перед ним был ансамбль из около дюжины человек, одетых в одной черно-красной цветовой гамме, синхронно обивая ритм по барабанам, сосредоточенно смотря прямо перед собой. Их лица были украшены гримом, а глаза горели огнем. Такая организованность впечатляла даже человека, которого вообще было сложно удивить.       Поборов первоначальное удивление, взгляд Сукуны скользнул по каждому из членов, группы, действующие, как один организм, вызывая потоки мощной энергетики, заводящей толпу. Ритм был просто невероятный, каждая клеточка тела отзывалась на него и вторила звуку. Это было похоже не выступление музыкантов, а на эдакое шоу со своей собственной программой. Играющие создавали вокруг себя свою ауру и погружали в нее слушателей, окутывая их биением своих сердец. Рёмен не был специалистом в тонкостях подобного вида искусства, но как зритель вполне мог это оценить, пожалуй, это смогло развеять его скуку даже лучше, чем он планировал изначально. Гето может и дальше веселится со своим мистером «Я лучше всех».       Взгляд невольно упал на одного из участников, которого Сукуна изначально не заметил и замер. Парень перед ним без преувеличения выглядел великолепно в этом своем темном безрукавном хаори. Красные вставки гармонично контрастировали с тоном его блестящей кожи. Парень так и излучал энергию, смотря пылающим темным взглядом прямо перед собой и что-то бормоча себе по нос, сдерживая рвущуюся наружу улыбку. Он взъерошенный, повязка на лбу не позволяла упасть челке прямо на глаза, на щеках ровные узоры, его обнаженная рука взметалась вверх и четко отпускалась на барабан, синхронно с остальными. Парень едва ли не подпрыгивал на месте, наслаждаясь всем процессом.       Сукуна шумно выдохнул, продолжая изучать парнишку пристальным взглядом. Все в нем привлекало в нем внимание, словно магнитом тянуло. Движение, выражение лица — никогда раньше подобного отзыва на другого человека он не чувствовал. На чужих мощных руках яркими розовыми красками нарисованы полосы и узоры, а кожа блестела от пота в свете этих треклятых лампочек. Интересно, какая она на вкус?       Рёмен удивленно нахмурился от этой внезапной мысли, она его тут же отрезвила, выводя из гипноза, в который его погрузил завораживающий ритм барабанного боя. Рука парня опустилась на барабан, а сердце Сукуны отозвалось на звук. Кровь шумела в ушах, а дыхание с трудом вырывалось из груди. Странная и болезненная реакция на простое музыкальное шоу, хоть и с каким-то горячим красавчиком.       И оно не исчезло даже когда все закончилось и толпа взревела, осыпая выступивших аплодисментами. Ансамбль отвечали улыбками и махали руками в ответ, купаясь в чужом одобрении. Причина его аритмии выпрямился и тяжело дышал, его грудная клетка ходила вверх вниз, Сукуна с трудом подавил желание не смотреть на него, как конченый извращенец. К сожалению, это у него не вышло. Позорище. Сценический образ открывал вид на напряженную шею, острые ключицы и часть оголенной груди. Он стянул со лба повязку вниз, давая ей повиснуть на своей шее, и зачесал короткие влажные волосы назад, обнажая высокий лоб. Весь его вид сиял, воздух вокруг него будто дрожал от выпущенной наружу энергии. Сукуна жадно впитывал каждое его движение, словно смотрел самое развратное визуальное порно. Маловероятно, что они встретятся еще хоть раз в этой жизни, так что зачем отказывать себе в удовольствии просмотра.       Неожиданно их взгляды встретились и Сукуну будто током ударило, сердце сжалось в груди на мгновение, а после сразу же пустилось вскачь, болезненно ударяясь о ребра. Темный взгляд карих глаз с большими зрачками будоражил что-то внутри, заставляя вытянуться во весь рост, будто с ним поделились адреналином, который испытал парень перед зрителями пару секунд назад. Парень не выглядел утомленным, скорее заведенным, он был явно готов продолжить в том же духе еще несколько часов. На его лице появилась улыбка широкая и искренняя, он приподнялся на носочках и взмахнул широкой ладонью, блеснув рядом цветных браслетов из бусин и нитей. Он был весь такой яркий и темпераментным, что напоминал сияющий фейерверк. Приятно смотреть. Весь его сосредоточенный вид уступил радушному выражению лица.       «Красивый» — пронеслось в голове Сукуны, когда этот незнакомый парень улыбался ему, красуясь ямочками на щеках. Это было даже круче чем его игра на барабане. Парень смотрел на него тоже изучающе и внимательно, будто тоже старался запомнить его образ на долгое время. К парню подбежала девушка — по виду одна из участниц — и предложила ему полотенце. Волшебный момент их зрительного контакта развеялся, как дымка после фейерверка. Как и он сам все это оказалось недолговечным, но приятным. Рёмен усмехнулся под нос, отрывая взгляд о парня, вытирающего лицо. Что ж, пожалуй, это не была бездарной потерей времени.       Выйти из толпы оказалось сложнее, чем попасть в нее. Внутри бурлила горячая кровь, носящаяся по его телу раскаленной лавой, а в голове все еще слышался ритм, а перед глазами парня с блестящими глазами, получавшего кайф от того, что делает. На таких людей было приятно смотреть и взаимодействовать — они заряжают всех вокруг своей энергетикой, будто они маленькая электростанция. Сукуна чувствовал себя сытым и самую капельку пьяным, а ведь он даже не пил.

***

      — Сукуна, — знакомый голос вырвал его из раздумий неприятным раздражающим звуком. — Эй, Сукуна. Рёмен поморщился от того, как Сугуру потянул все гласные в его имени в самой слащавой и мерзкой манере. Он одарил парня перед ним тяжелым взглядом исподлобья, переставая дырявить взглядом свою пинту с пивом.       — Ты что все еще злишься на меня? — Гето игриво вскинул брови и надул губы. Сукуну очень подмывало ударить его прямо сейчас. С музыкального фестиваля прошла уже неделя, а он никак не мог выкинуть того парня, объятого музыкой тайко (да, Сукуна прогуглил все что только мог про то выступление и ему не стыдно), он плыл по миру будто в тумане, оглядываясь по сторонам будто желая увидеть чужую розовую макушку в толпе. И вот снова выходные и Гето вытащил его в бар, в качестве извинение за то, что продинамил его в прошлый раз, обещая заплатить за выпивку.       — Да кому ты сдался, — раздраженно фыркнул Сукуна, делая большой глоток и морщась от вкуса. — Опять попытался выебнуться и заказал какую-то дорогую хрень для богатеев?       — Пей, что дают, — развалившись на стуле, осадил Сугуру, откидывая темные волосы за спину. — Это бесплатно, так что грешно жаловаться.       Это имело смысл, Сукуна снова посмотрел на свой бокал, видя в нем свое искаженное отражение, и пожал плечами, ставя на ровную поверхность стола.       — Итак, ты забрел на молодежный фестиваль, — услужливо напомнил Гето, когда их молчание затянулось. Сукуна ожег его взглядом, не желая больше откровенничать с жалким волосатым предателем, выбравший хуй, нежели друга.       — Свидание было классным, если ты хочешь спросить, как я провел время, — точно зная, о чем думает Рёмен, поделился Сугуру, плутовски улыбаясь, щуря темные глаза. И Боже, Сукуна ненавидел его так сильно. — Мы сходили в ресторан, а потом поехали к нему в квартиру и-       — Ничего не хочу слышать! — рявкнул Сукуна, обрывая его на полуслове, слыша в ответ только заливистый хохот. Брюнет закинул голову назад, энергично ударяя ладонь по столу, смеясь так громко и заразительно, что Рёмен не смог не ухмыльнуться и не пнуть его под столом. — Кретин.       — Так, что ты там увидел, что ты сейчас выглядишь, как наркоман, который словил самый крутой кайф, но теперь хочешь еще, но не знаешь, где это найти.       Сукуна медленно отпил из своего бокала, желая растянуть время, чтобы не отвечать на провокационный вопрос. Он, блять, даже в глаза этому хитрому лису сейчас посмотреть не мог, а тот словно чувствовал насколько он близок к правде, продолжал испытывающе дырявить его взглядом. Уродец патлатый.       — Я увидел, как играют на барабанах, — нехотя продолжил Сукуна, барабаня пальцами по влажному и холодному стеклу бокала. Вкус пива оседал на языке, благополучно его развязывая, выдавая тайны его владельца без его желания.       — Ого, — наигранно удивленно восхитился Гето, приложив руку ко рту. — Впервые что ли увидел? Вау. Ну такое бывает на музыкальных фестивалях, как и куча перевозбужденной молодежи, алкоголя и…музыки. Ну, в любом случае, с почином тебя. — В его тоне так и слышалась надменность с нотками веселья.       — Завались.       — Прости - прости, — замахал руками парень, стараясь скрыть улыбку. — Прошу тебя, продолжай. Мне безумно хочется узнать продолжение истории.       Сукуна показал ему средний палец, коря себя и злоебучую судьбу за то, что именно этот человек является его другом, а так же занозой в его заднице. К счастью, только в метафорическом смысле этого слова. В прочем, как бы сильно Гето его не раздражал, он все равно рассказал ему все, вплоть до искрящего молниями зрительного контакта, длившегося всего лишь пару секунд, а Сукуна успел завестись, как подросток в пубертатный период. К конце истории Гето уже не выглядел, как язвительная сволочь и Рёмен был даже горд собой. И самую малость уязвлен.       — Ого, — выдавил он, наконец, когда тишина рисковала стать неудобной и неловкой для них обоих. — Ты словил краш на барабанщика? Чел, это опасный тип парней: барабанщики, баристы.       — Двухметровые альбиносы — учителя, — ехидно дополнил Сукуна, вскидывая брови на осуждающий взгляд. — И нет, я не ловил ни на кого краш. Что вообще за слово? Тебе что пятнадцать лет?       — У Сатору набрался, — невозмутимо пожал плечами Сугуру, болтая остатками пива. — Он работает с детьми и много чего знает. И умеет.       — Даже знать не хочу, — скривившись от омерзения, отозвался Сукуна, прогоняя из головы несчастные образы, призванные двусмысленными фразочками Гето. Ему намного более приятно было думать о чужих плечах и предплечьях в ярких узорах рисунка, чем о сексе своего друга с его парнем.       — А судя по твоим рассказам, тебе бы не помешал совет в однополых отношениях, — невинно поделился брюнет, беря с пивной тарелки кружочек кальмара и отправляя его в рот. Он определенно, получал кайф от всей ситуации и не стеснялся его демонстрировать. У Сукуны начинала болеть голова от него.       — Хорошо, возможно он меня заинтересовал, а ты будешь помогать мне его искать.       — А его и не надо искать, — усмехнулся Гето, вытирая руки о салфетку, как чертов эстет. — Мне кажется, я знаю, о каком ансамбле идет речь. Тебе так повезло, что я твой друг, дорогуша.       Сукуна весь превратился во внимание, игнорируя проклятущее «дорогуша» в чужой речи. Возможно, Гето раздражает его чуть меньше, чем он думал, но вслух он этого не скажет, даже под угрозой пыток.       — Выкладывай.       — Что заявишься туда, как сталкер и продолжишь буравить его взглядом? Как некультурно, Сукуна.       — Тебя это ебать не должно. Выполняй этот свой дружеский долг, иначе я расскажу твоему Годжо, как ты праздновал прошлое Рождество и покажу ему фотки.       — Во-первых, ты не посмеешь, — весь расслабленный вид Гето мгновенно пропал, он весь подобрался, опасно прищурился, глядя на товарища через стол. — И, во-вторых, ты впервые назвал его по имени, а не «мистер богатая задница» или « вешалка» или…       — Достаточно, — оборвал его Рёмен, ощущая нетерпение. — Дай мне чертов адрес.       — Да ты, правда, вкрашился, — Сугуру ухмыльнулся, доставая телефон. Сукуна показал ему фак, тот ему ответил, не отрывая взгляда от экрана.

***

      Адрес, вытащенный из Гето с помощью серии унизительных процедур, о которых он будет жалеть до конца дней своих, привел его к зданию, напоминающее спортивный зал школы. Сукуна недоверчиво сверился с информацией и изучающее обошел одноэтажное здание вокруг, оценивая его снаружи. Разве столь невзрачное место может быть эпицентром музыкального инфаркта Рёмена? Он подошел к входу, прислушиваясь: приглушенный бой барабана, вызвал мурашки вдоль его позвоночника, а волосы на затылке встали. Воспоминание приятной волной пронеслись по всему его телу.       Втянув глубже теплый вечерний воздух, он резко открыл дверь и ритмичные, будоражащие кровь звуки едва не сбили его с ног. Вновь, тоже чувство, словно он попал на какое-то таинство.       Играющие были полностью сосредоточены на репетиции, сейчас не было единого стиля одежды ни броского грима, но это ни капли не уничтожило ощущения того, будто все это один слаженный организм, выбивающий торжественный ритм, будто одно огромное сердце. Его вторжение заметила лишь девушка, снимающая весь процесс на камеру, она подняла указательный палец, прося безмолвно подождать минуту и позже она к ему подойдет.       Сукуна кивнул ей и невольно начал искать глазами свой источник бессонных ночей. Парень нашелся быстро, он сосредоточенно нахмурил светлые брови и высунул язык от напряжения. На руках у него были все те же многочисленные браслеты, сочетающиеся теперь с неброским ожерельем из мелких бусин на его крепкой шее. Он обхватывал палочки ладонями, вскидывая ее синхронно со всеми, обрывая ритм на мгновение, а после вновь заводя бешеный и чёткий темп, наполняя помещение барабанной дробью.       Мгновение и одна из палочек у барабанщиков вылетела вверх, эффектно крутясь в воздухе, это выглядело бы невероятно, если бы парень, не рассчитавший силу, не поймал свою палочку лбом под звонкий звук дерева, ударяющего по черепу.       — Проклятье, — вырвалось у него, и он схватился за ушибленное место.       Темп сбился и резко остановился, кто-то где-то захихикал.       — Это уже третий раз, Юджи! — возмутилась девушка с камерой, тоже стараясь не смеяться.       — Это так сложно! — простонал парень, стекая на пол позади своего барабана, опираясь на него. — Я выдохся! Требую паузу, Кугисаки! Мы с ним устали и не можем столько работать.       Сукуна следил за ним с интересом, облокачиваясь на стену, сложив руки на груди, сердце глухо стучало в его груди подобно ритму барабана. «Юджи» — Рёмен мысленно покатал на языке чужое имя, довольно жмурясь. Парню оно подходило и ему нравилось.       — Пять минут, — барабанщик полностью лег на пол и поднял руку вверх с раскрытой пятерней пальцев. Бусины его браслетов красиво переливались на свету.       — Перерыв пять минут, — удовлетворила прошение девушка и вновь сосредоточила внимание на Сукуне. — Здравствуйте! — ее грозное лицо приобрело доброжелательное выражение. — Хотите записаться на занятие? Мы скоро закончим нашу репетицию.       Сукуна не успел ей ответить, когда Юджи выглянул из-за тайко и сосредоточил на нем свое внимание. Взгляд был удивленный и даже не верящий, он вскинул брови, а на лице расцвела странная шальная улыбка. Некая Кугисаки посмотрела сначала на одного, потом на другого и скривилась, отворачиваясь, теряя всякий интерес к незваному гостю.       — Пять минут, Юджи, — повторила она парню, который уже вскочил на ноги, тоном, будто видит уже подобное дерьмо не впервые. — Ребят, кому воды?       С разных сторон послышались согласные звуки, но Рёмен уже не обращал внимания на это, полностью сосредоточившись на чужих движениях, направленных к нему. Юджи шел к нему пружинистым шагом, из-за невыпущенной энергии, нервно потирая ладони о ткань удлиненных шорт, и то и дело кусал губы, скрывая улыбку.       Ага, он вкрашился в барабанщика. С охрененным телом. Сукуна оглядел его с ног до головы, представляя под этим слоем одежды накаченную и подтянутую фигуру. Как только он подошел ближе, Рёмен тяжело выдохнул, потому что вблизи он выглядел даже лучше, чем за барабаном. На лице россыпь бледных веснушек, золотисто-карие глаза и взъерошенные розовые волосы. На нем была простая свободная желтая футболка, на шее ожерелье, бусины, которых ударялись друг о друга, создавая характерный звук. Капля пота, стекавшая по линии шеи за ворот футболки, приковала взгляд Сукуны намертво.       — Ты тот парень с фестиваля, — начал он вместо приветствия, смотря прямо ему в глаза, переступая с ноги на ногу.       — Как и ты, — наклонил голову Сукуна, ощущая прилив удовлетворения.       — Мы можем…- парень повернулся через плечо, посылая остальным недовольный взгляд. — Выйти?       — Без проблем, — кивнул Сукуна, выходя из помещения, чувствуя на себе дюжину чужих взглядов. Как это он не обратил на них внимания до этого? Следом он слышал торопливые шаги и чьи-то подбадривающие слова.       — Извини их, — Юджи потер пылающее лицо ладонями и зачесал волосы назад. — Просто… возможно я говорил о тебе слишком часто на этой неделе?       — Возможно? — ухмылку Сукуна даже не пытался сдержать. Оказывается, не он один зациклился на незнакомом парне, которого увидел на фестивале впервые в жизни. Ему подарили очередную обворожительную улыбку, посылающую электрические импульсы по всему телу. Внутри него приятно потянуло.       — Я точно говорил слишком много, — сдался парень, разводя руки, признавая поражение. — Итадори Юджи, — он стремительно протянул ему руку, заметно нервничая.       — Рёмен Сукуна, — Сукуна сжал чужую теплую мозолистую руку, ощущая крепкое рукопожатие — сильный парень. Браслеты на руке звякнули. В его образе было так много мелких деталей, цепляющих взгляд, но Сукуна не успевал рассмотреть каждую из них в отдельности.       — Сукуна, — задумчиво повторил Юджи, прикрывая глаза и улыбаясь. Что-то в том, как парень произнёс его имя, заставило пересохнуть во рту и Сукуна шумно сглотнул, чувствуя предвкушение. Воздух вокруг них странно наэлектризовывался с каждой секундой. Вот-вот и все взорвется. — Тебе нравится музыка?       — Просто развеивал скуку, — честно признался Сукуна, все еще не разрывая их рукопожатие. Ощущение чужой руки в своей ладони было на удивление приятно. — Мой тупой друг кинул меня и ушел на свидание. А потом он нашел мне адрес этого места, так что он прощен.       — Ого, ты искал встречу с нашим ансамблем?       — С тобой, — поправил Рёмен без тени стеснения. — Ты зацепил мое внимание, поэтому я здесь.       Юджи казалось, был ошарашен и беззвучно открывал и закрывал рот, щеки его пылали, задней мыслью Сукуна подумал, не поторопил ли он события. Эта мысль вылетела из головы также быстро, как и Итадори прижал его к стене здания, прильнув к нему всем своим крепким телом, опаляя лицо своим горячим дыханием. И вау, обычно Сукуна был против того, чтобы кто-то, вне зависимости от пола или намерения, прижимал его к стене подобным образом, полностью завладевая положением, но прямо сейчас он был абсолютно не против. Вся кровь отлила от его лица, а во рту пересохло, внутри сладко потянуло от предвкушения. Чужие глаза пылали огнем. Рёмен облизнул губы, чувствуя, как ведет от возбуждения, он подложил руки на крепкие бока Юджи и медленно повел вверх, задирая ткань футболки. Парень шумно выдохнул, полностью выпрямляясь, как струна. Сукуна уже открыл рот, чтобы узнать, что они будут делать дальше, когда горячие губы накрыли его в требовательном поцелуе. Сукуна тяжело выдохнул, плавясь от ощущений нереальности происходящего. Он стоит прижатый к стене парнем, которого он знает меньше десяти минут и целуется с ним на людном месте, и его все устраивает. Голова шла кругом, а перед глазами искры фейерверка.       Юджи отстранился, так же быстро, загнанно дыша. Он неуверенно посмотрел на него, что совсем не вязалась с тем, как он настойчиво его поцеловал и как крепко прижимался, полностью контролируя ситуацию. Ладони прошлись по груди, Сукуна ощутил прикосновение сквозь одежду. Ему очень хотелось от нее избавиться прямо сейчас.       — Я заканчиваю через полчаса, — произнес он с характерной хрипотцой в голосе, облизнув губы и отстраняясь на шаг, упираясь руками в грудь.       — Отлично, — ухмыльнулся Сукуна, продолжая ощущать чужой вкус на языке. Отдавало мятной жвачкой. — Я подожду тебя.       Юджи кивнул ему, покрутив на руке один из своих браслетов, и покосился на дверь в здание.       — Хочешь послушать, как мы репетируем? Развеем твою скуку? — последнее слово он сказал странным тоном. Кажется, Сукуна задел его своим ранним выражением. — На тебя будут пялиться, правда, я пойму, если ты откажешь.       — Если меня будет ждать еще один такой поцелуй, то без проблем.       — О, — губы сложились в идеальный круг, а щеки залил румянец, что веснушек стало практически не видно. Сукуна посчитал это очаровательно. Возможно, у них ничего не выгорит и это будет так же быстротечно, как огни фейерверка в небе, но это точно будет так же ярко и запомнится надолго.