Фейерверк

      В комнате было по-прежнему жарко, практически не вздохнуть, то ли комната излишне прогрелась за ясный день, то ли виной были их разгоряченные тела, не успевшие остыть после секса — суть не важна. Юджи потянулся на кровати до приятной боли в расслабленных мышцах, уперев взгляд в светлый потолок. Краем уха он слышал, как быстро клацает клавиатура на чужом телефоне, набирая текст. Как он вообще может сейчас работать? Итадори покосился на электронный циферблат часов на тумбочке: почти полночь, бедные программисты, нет им ни сна, ни отдыха.       Парень вздохнул, прикрывая глаза, и с большой неохотой приподнялся на локтях, вперив взгляд в напряженную татуированную спину, хозяин которой сидел на краешке кровати. Ему было не видно лица Сукуны, но он четко представлял его сосредоточенное лицо: сведенные брови, немного прикушенная нижняя губа и бегающие по экрану телефона яркие алые глаза. По спине побежали приятные мурашки, и сладко потянуло внизу живота; Юджи плавно приподнялся, чтобы сократить расстояние между ними. Ладони легко легли на крепкие плечи, слегка сжимая, и он заглянул в экран телефона, поглотивший все внимание Сукуны. Текст в нем был Итадори абсолютно непонятен, и он перевел взгляд на лицо любовника.       — Чем занят? — Юджи прищурил глаза, сосредоточил внимание на тлеющей сигарете во рту Сукуны, хоть упоминал пару раз не курить в комнате, но Рёмен был так серьезен, что решил отложить этот разговор. Хотелось узнать, что отвлекло его; им не удалось, как следует поваляться на кровати, когда телефон парня начал разрываться, словно где-то пожар произошел. Возможно, так оно и было: на первом их свидании сосед Сукуны судорожно звонил, вопя, что их квартиру заливают сверху.       — Минусы работы на дому — иногда тебя дергают в самый неподходящий момент, — Рёмен по-прежнему был поглощен происходящим на экране телефона, активно набирая текст в сообщениях быстрыми и отточенными движениями пальцев.       Он ощущал, как к его спине прижимается горячее оголенное тело, что мало помогало сосредоточиться, но старался еще быть профессионалом своего дела. Ему, правда, хотелось меньше всего работать в такой атмосфере, когда теплое дыхание согревало ухо, а по телу бежали мурашки от одного только воспоминания о том, как началась и продолжалась их сегодняшняя встреча. Они не виделись с Юджи почти неделю, он взял выходной на сегодня, но вместо того чтобы заниматься приятными вещами с ним, он переписывается по работе. Как муж, пишущий жене, что задерживается, пока развлекается с любовницей.       — Один программист не может расшифровать код, поэтому я пытаюсь подробно объяснить все, чтобы меня больше не доставали, — Сукуна покосился на Юджи, смотря в озорные золотисто-карие глаза, которые смотрели с заинтересованностью, хотя он помнил, что Итадори понимает целое ничего в его работе, но его внимание приятно.       — Вот как, — протянул парень, вытаскивая сигарету из губ Сукуны и неторопливо затягиваясь, ощущая приятную горечь на языке. Он чувствовал внимательный взгляд, жадно пожирающий каждое его движение, и усмехнулся уголком губ, перед тем как выпустить дым через нос. — Какой ответственный, — он навалился на Рёмена сильнее, облизывая губы и запуская руку в лохматые волосы Сукуны, мягко массируя кожу головы.       — Неужели думал, что я полный бездельник? — раздался очередной сигнал с телефона, уведомляющий о сообщении и Сукуна отвлекся от созерцания парня рядом с ним, который слишком непристойно, по его мнению, курил его сигарету. Хотелось скорее избавиться от надоедливого собеседника. — Да что же ты такой тупой. Наймут малолеток без опыта       Юджи тихо хихикнул, видя негодование на чужом лице, и вновь затянулся сигаретой, игриво спускаясь пальцами вниз по задней части шеи, повторяя линии черных татуировок на ней. Он видел, как напрягается Сукуна и не мог не почувствовать наслаждение внутри. Как легко его вывести из состояния полной концентрации всего лишь парой прикосновений.       — Ты такой требовательный. Как же получить опыт, не работая? — Итадори поддался внутреннему импульсу и повел неторопливо носом по шее Сукуны, опаляя ее горячим дыханием. Рёмен шумно выдохнул и немного дернулся, бросая на парня укоризненные взгляды.       — Ему дали слишком высокую должность без подходящего опыта в этом, а мне приходится все разжевывать, — он прикрыл глаза, чувствуя, что сильное рельефное тело Юджи прижалось еще сильнее, оглаживая ладонями плечи и лениво спускаясь по груди, а его шею осыпали короткими поцелуями. Настойчивый пацан, умеет переключать внимание на себя. Не то, чтобы Сукуна сильно против такого, он отложил телефон в сторону, поворачиваясь к Юджи, встречаясь с его темным горящим взглядом. — Но вроде до него, наконец, дошло. И чем ты тут занимаешься?       Парень подарил ему игривую улыбку и протянул ему остаток сигареты, позволяя затянуться и выпустить в воздух густой дым. Юджи повел рукой по шее и плечу кончиком пальцев, прищурившись.       — Ты выглядел таким напряженным и привлекательным. Работа за экраном наверняка плохо влияет на твою спину, — наигранно учтиво произнес Итадори, вновь неторопливо перетекая за спину Сукуны, произнося слова проникновенным шепотом, прихватив мочку чужого уха. — Мне больно на это смотреть.       — Ты что подкатываешь ко мне? — Рёмен нервно втянул воздух, поддаваясь назад, вслед прикосновению Юджи, желая четче ощутить его горячие руки, разминающие плечи. Парень точно знал, какую точку нужно зажать, чтобы принести максимальное наслаждение затекшим мышцам. Его браслеты, когда задевали кожу его спины, приятно холодили и вызывали легкие мурашки. В нем заключено так много талантов, которые хотелось раскрывать один за другим, наслаждаясь каждым в должной мере. На его слова послышался тихий мягкий смех, приятно ласкавший ухо.       — Возможно, у меня получается? — Юджи отстранился, проводя широкими мозолистыми от барабанных палочек, руками по спине, повторяя узоры татуировок.       — Ты хорош. — Приятно слышать подобный комплимент.       Сукуна прикрыл глаза, расслабляясь, полностью отдаваясь ощущениями, передавая узды правления ситуацией Юджи, который ловко разминал его плечи, разгоняя кровь сильными движениями рук, практически обжигая своими прикосновениями. Дыхание стало глубже, а голова немного шла кругом. Кто бы мог подумать, что подобные простые манипуляции так сильно его заведут.       — Ты давно был на массаже? — голос у Юджи был бархатный, мягкий и малость самодовольный. От его глаз не скрылась реакция Сукуны и она его более чем удовлетворяла.       — Я похож на того, кто ходит на массаж? — Рёмен бросил взгляд через плечо и вскинул брови. — А ты почему настолько хорош в этом?       — Я окончил курсы, — он вновь запустил руку в волосы Сукуны и, поддаваясь вперед, чтобы коротко поцеловать в губы, немного запрокидывая его голову.       — А ты весьма многообразен Юджи, — справившись с удивлением, произнес Рёмен, чувствуя, как тянет внизу живота, и облизнул губы, смотря в глаза с огромными черными зрачками с едва заметной золотой окантовкой. — Каждый день узнаю тебя с новой стороны.       — Меня много что увлекает, — многозначительно ответил Юджи, проводя пальцами по кольцам на плечах партнера, слегка задевая короткими ноготками и поддаваясь вперед вновь переключая свое внимание на его шею.       — Надеюсь, ты не так же быстро теряешь интерес к своим увлечениям? — Сукуна усмехнулся, прикрывая глаза и отклоняя голову на бок обнажая шею для чужих губ, Юджи целовал уверенно, неторопливо, медленно распаляя, посылая по телу мурашки которые острее ощущались из-за расслабленной спины. Итадори обнял его со спины и положил руку на вздымающуюся грудь, нежно проведя по ней, пока вторая ладонь скользнула ниже по рельефному прессу. Он все делал неспешно, словно заигрывал, и ожидал, что именно из этого выйдет, насколько хватит выдержки Сукуны. Атмосфера в комнате заметно изменилась, от веселого настроя не осталось и следа, оставляя лишь желание в каждом из них.       Парень исследовал раз за разом чужую шею, осыпая ее засосами и укусами, ощущая губами сумасшедшее сердцебиение Сукуны, он горячо лизнул кожу, встречаясь с его темным взглядом. Алые глаза пылали, как раскаленные угли, заглядывая в самую душу. Рёмен хмыкнул. Юджи был уверенным, смотрел с молчаливым вызовом. Кто бы мог подумать, что этот миловидный парень, с которым его случайно свела судьба, окажется таким характерным. Ему думалось, что он такой только во время игры, но нет. Он всегда пышет энергией и отдается себя всего, чтобы не делал. Стоило ожидать, что Юджи просто так не будет уступать ни в чем Сукуне. Тот от него пьянел не хуже, чем от вина. Кровь бурлила от одного только взгляда, до покалывания в кончиках пальцев.       Ладонь Юджи ловко забралась под резинку боксеров, дразня короткими прикосновениями до темных пятен перед глазами. Испытывает терпение, ожидает ответного шага. Сукуна прищурился и резко развернулся, смахивая с себя морок, и повалил Итадори на лопатки, нависая над ним.       — Смотрю, у тебя не только язык ловкий, Юджи, — усмехнулся он, смотря в лицо напротив: короткие розовые волосы растрепались, а на лице растянулась широкая довольная усмешка, такая широкая, что на щеках образовались ямочки. Сукуна положил одну руку на лицо парня, приподнимая за подбородок, замечая краем глаза, как дернулся чужой кадык. Он неосознанно повторил движение. Кровь прилила к паху, вызывая почти болезненное ощущение.       — Руки у тебя тоже хоть куда, — голос уже казался чужим, Ремен повел большим пальцем по нижней губе, слегка нажимая на нее и следя за Юджи жадным взглядом.       Итадори усмехнулся, коротко лизнув подушечку пальца, не разрывая зрительного контакта. Он положил руку на чужое предплечье и плавно повел вверх и вниз кончиками пальцев.       — Кажется, я уже показывал, насколько я могу быть ловким, а ты все удивляешься? — Юджи говорил мягко с придыханием, растягивая гласные буквы.       Намек на их дневное рандеву на кухне, пробудил еще не успевшие забыться воспоминания. Обрывочные картинки вспыхивали перед глазами: вот он смотрит как Юджи делает дела по дому, потом он, стоящий перед ним на коленях, жар чужих губ и рта. Просто головокружительно, до искр перед глазами. Боксёры, которые он наспех надел, казались сейчас как никогда неуместными.       — Грязные разговорчики? — Сукуна наклонился к парню, так, что их губы практически соприкасались — чуть-чуть поддаться вперед и каждый из них получит то, к чему все шло с самого начала. Юджи потянулся вперед, желая заполучить поцелуй, но Рёмен увернулся, усмехаясь, и поцеловал парня в уголок губ, спускаясь к подбородку. Он практически повторял все тоже, что делал с ним Юджи, обводя губами шею, ощущая солоноватый вкус, дыхание Итадори сбилось, он запрокинул голову, называя, предоставляя больший простор для Сукуны.       Его губы прошлись по шее вниз, оставляя следы и обводя их языком. Сукуна наслаждался чужим тяжелым дыханием, вперемешку с тихим хихиканьем, оглаживая поднимающуюся и опадавшую грудь, слегка сжимая пальцами напряженный сосок. Он не был уверен, насколько долго хватит их терпения для прелюдии, так как вырвавший стон из губ Юджи выбил все мысли из головы.       — Я слышал твои стоны, значит, тебе понравилось, — хрипло отозвался он, хватая ртом воздух и нетерпеливо ерзая под Рёменом. В голосе его звучало не сломленное под ласками самодовольство.       — Это было горячо, — Сукуна облизнулся, вновь встречаясь с чужим взглядом, ощутив волну мурашек от вида Юджи. Он смотрел похотливо, почти пожирал глазами, сверкая глазами, но решимость Рёмена не пошатнулась от этого. — Не думал, что ты способен на такие вещи. Средь Бела дня. На кухне. Развратник.       — Каждый день новые открытия.       — Хоу. Чем же сможешь меня еще удивить юный барабанщик?       Юджи же, словно только этого вопроса и ждал, и плавно, по кошачьи, приподнялся на локтях, сокращая расстояния между ними, и смотрел с неприкрытым вызовом. Тон его голоса поднял температуру между ними до новой катастрофической высоты:       — Мне очень понравился твой голос, Сукуна.       Сукуна был не в силах разорвать с ним зрительный контакт, потонув в темных карих глазах. По спине пробежали предвкушающие мурашки, а внутри потяжелело. Горячий. Заводящий. Желанный. Выбивает почву из-под ног и заставляет забыть обо всех здравых мыслях. Рёмен хотел обладать этим парнем, он хотел, чтобы им обладали.       Юджи нежно провел пальцами по линиям ключиц Сукуны, заворожено смотря за своими движениями, гипнотизируя того. Вся воля катапультировала перед Итадори, он просто смотрел на него в ожидании, что он предпримет дальше.       — Ты бы знал, насколько сильно ты меня заводишь одним своим видом, — продолжал Итадори почти восхищенно, приподнимаясь, скользнув рукой по накаченной груди. — Голосом, поведением, взглядом, — он закусил губу, обводя пальцем вокруг соска, чувствуя на себе пристальный взгляд Сукуны. — Просто невероятно. Никого такого не было.       Ты откуда такой взялся вообще?       — Юджи-Юджи-Юджи, — совладав с голосом, произнес Рёмен, прищурив глаза. Его неслабо так вело от прикосновений, но он должен был владеть собой. — Ты что, хочешь трахнуть меня?       Парень перед ним вскинул брови, ни секунды не смущаясь такого провокационного вопроса.       — Почему хочу, я почти уверен, что сделаю это, Сукуна       — А силенок то хватит?       — Хочешь проверить? — Рёмен смотрел на него в ответ, понимая, что действительно это то, что он сейчас хотел. Никогда ответ на подобный вопрос был столь очевидным. Он облизнул губы, не спеша с ответом. — Если не хочешь, то настаивать не стану       — Не слишком ли ты нежен для того, кто хочет быть сверху? — Сукуна сам не понимал, почему говорил нечто подобное. Весь «нежный» образ заканчивался на светло-розовых волосах. Он видел заключенную в Юджи силу и энергию, она выражалась в его движениях, взглядах, действиях. То, как при Сукуне прикручивал дверцу шкафчика пару часов назад, и тот не мог отвести глаз от чужих накаченных и напряженных рук и плеч. На самом деле он более чем четко представлял Итадори над собой и в себе. Мысль была столь иррациональной и головокружительной, чтобы осознать ее сходу, поэтому пришлось потратить пару секунд.       — Ох, никто не приносил тебе удовольствия нежно? — Юджи наигранно сочувствующе улыбнулся, уже полностью садясь на кровати, вынуждая партнера немного отступить. — Когда все неторопливо, плавно. Чтобы каждое движение сладостная мука, — слова становились все заискивающими, проникновенными. Он ненавязчиво напирал на Сукуну, заигрывал каждым своим жестом. — Твой жёсткий и грубый стиль хорош, но позволь показать тебе нечто иное?       Между ними повисла тишина, наполненная их дыханием и стуком сердца. Рёмен старался переварить слова Юджи, мысли, как осиное гнездо, жужжащий и непонятные, во рту пересохло. Давненько он не испытывал чего-то подобного, как подросток, у которого с минуты на минуту будет самый первый секс. И то он так не волновался и не было такого всплеска гормонов. Он был заворожен Юджи. Жесты, слова — в нем скрывалась собственная сила и уверенность, готовая показать себя во всей красе. Он сглотнул ком в горле, чувствуя на себе выжидающий взгляд.       — А этому интересно, где учат?       Юджи озорно улыбнулся ему, неожиданно привлекательно краснея ушами. Сукуна даже вскинул брови от удивления, ожидая за этим какую-то историю.       — Как знать, — уклончиво произнес Итадори, отводя на мгновение взгляд. Румянец уже растекся по его щекам, окрашивая лицо в приятный глазу розовый цвет, поглощавший все его веснушки. Он снова посмотрел на Сукуну, собиравшийся что-то вновь сказать, и, предрекая любые разговоры, поддался вперед, впиваясь долгожданным поцелуем в чужие приоткрытые губы. Вокруг словно вся реальность разлетелась на миллиарды осколков.       Поцелуй был жаркий, тягучий и глубокий, не оставляющий времени для разгона. Они разделили на двоих тяжелое дыхание, опаляющее кожу. Воздух был вокруг наэлектризован до искр. Губы уже через пару секунд горели от пылкого поцелуя, полного страсти, но никто был пока не готов отстраниться от другого, попутно исследуя чужую фигуру руками, обжигая каждым прикосновением. Кожа к коже, лицо к лицу. Тихие и протяжные стоны, сцелованные губами, не давая им полностью наполнить пространство комнаты. Хотелось растянуть время этого единения, словно оторвись они, то волшебный миг рассеется.       Юджи отвечал на поцелуй с каплей нежности, стараясь смягчить страстный напор Сукуны, перед глазами мелькали пятна, он чувствовал, как чужая рука исследовала шею и зарывалась в волосы, оттягивая их в приятно болезненном жесте. В голове все плыло, и тело горело от возбуждения. Он положил руку на плечо Сукуны, легко повалив теперь уже его на лопатки не ощущая сопротивления от его стороны. Осознание этого кружило голову.       Блять.       Рёмен ухмыльнулся в поцелуй, приоткрыв глаза видя алеющие щеки напротив; его лицо опаяло горячее чужое дыхание, вынуждая жмуриться. Неяркий свет кидал на лицо парня причудливые тени, предоставляя простор для воображения. Юджи встретился с ним взглядом, проведя языком по нижней губе Сукуны, более чем красноречивый жест, руки по хозяйски скользил по его груди, ненавязчиво касаясь сосков. По позвоночнику словно пустили электрический ток.       Сукуна легко прикусил чужой язык, вырывая из парня тихий смешок. По правде, он готов тут лежать и целоваться до потери пульса, но тело требовало продолжения. Итадори был очень убедительным, Рёмен не видел ни одной причин для отказа ему. От одной только мысли о крепких руках Юджи, страстных губах и темном чувственном взгляде, он заводился как подросток. Чертовски жарко. Он прикусил губу Юджи, слыша проникновенный и тихий стон, который весьма громко раздался в комнате наполненной лишь тяжелым дыханием и трения кожи об кожу.       — Грубо, — тот облизнулся, приподнимаясь немного, видя в красных глазах искры нахальства, и сглотнул ком в горле.       — Учусь грязным приемам у тебя, — Сукуна вздернул подбородок, прикрывая глаза и растягивая губы в улыбке. Он все еще ощущал вкус Юджи на своих губах, это дурманило, приятно отзываясь в паху. Тот не дал ему привыкнуть, лишь хитро хмыкнул и, наклонившись ниже, оставил поцелуй на подбородке Сукуны, проводя губами вниз по шее, прихватывая кожу на ней зубами.       — Ты и до этого ими пользовался, — хмыкнул он, устраиваясь удобнее между чужими бедрами, положив на них горячие ладони, нежно проводя по ним, оглаживая каждую линию. Рёмен шумно выдохнул, чувствуя, как кровь прилила к лицу; не часто он оказывался в таком положении — к этому еще нужно привыкнуть. Юджи неторопливо, почти лениво осыпал поцелуями ключицы, ощущения были столь острыми, что Сукуна судорожно сжал простынь, запрокидывая голову назад. Итадори уделял внимание каждому сантиметру его тела, точно зная где нужно было потратить больше времени.       Кажется, он не шутил про неторопливый темп, заставляя Сукуну страдать от приятной истомы. Юджи накрыл губами сосок, мягко сминая его, положив параллельно одну из рук на второй, дразня прикосновением. Итадори ощущал, как напрягся Сукуна под ним и усмехнулся самодовольно, и медленно провел языком по чужой груди, оставляя влажный след, который холодило. Чужое дыхание стало тяжелее, а сердцебиение ускорилось, Юджи ощущал это.       Палец покружил вокруг ареолы, неспешно возбуждая, заставляя кожу вокруг гореть. Сверху послышалось сдавленное проклятье, а чужая ладонь вплелась в его волосы. Сукуна закрывая глаза сгибом локтя, сжимая розовые пряди не в силах совладать со своими чувствами. Слишком медленно. Трепетно. Чужие отточенные ласки, сводили его с ума, руша все устои, вынуждающие желать большего. Перед глазами вспыхивали и гасли яркие огни. Он приоткрыл пересохшие губы, ловя ими раскалённый воздух.       — Блять.       До его ушей донесся тихий смешок.       — Сочту за комплимент, — парень не спешил заканчивать свою сладостную пытку, продолжая спускаться с поцелуями ниже по знакомому телу, чувствуя, как напрягаются мышцы под его прикосновениями. Приятно осознавать, что он так воздействует на Сукуну, столь выгодное положение кружило голову. Юджи опалил дыханием пресс и оставил поцелуй рядом с засосом, поставленным днем, дрожа от желания, но держа себя в руках. Он прикусил кожу над пупком, цепляясь пальцами за край боксеров и медленно потянув, освобождая налившийся стоящий член, ловя краем уха протяжный удовлетворенный стон, который сильнее скрутил пружину внутри него. Именно этого ждал Итадори. Голос у Сукуны на грани удовольствия, как музыка для ушей, у Юджи руки дрожали от этого. Хотелось отбросить свои громкие слова, сказанные ранее и наброситься на Рёмена, желая вырвать еще больше подобных, ласкающих слух стонов.       Юджи обвел глазами фигуру перед собой, давясь собственным стоном, ощущая, как горит лицо. Сукуна смотрел на него с вызовом почти черными глазами, тяжело дыша и криво усмехаясь. На обычно бледном лице пятнами алел румянец, волосы прилипали к потному лбу, а между бровей пролегла складка. На шее и груди расцветал укусы и засосы такие четкие и возбуждающие, что перехватывало дыхание. Юджи провел языком по губам.       — Рассказать, как это делается? — не смотря на низкий голос, Рёмен звучал привычно насмешливо, он немного приподнялся, облокачиваясь на локоть и сгибая одну ногу в колене, заворожёно смотря на Юджи, приподняв его подбородок кончиком пальца. Кадык Итадори нервно дернулся.       Преодолев морок, вызванный гипнотическим взглядом Сукуны, Юджи одернулся и настойчиво сжал колено партнера, поддавшись вперед, прищурив глаза.       — Не стоит дразнить меня, — он протянул мягким голосом, обхватывая член Сукуны горячей рукой, видя, как уверенность в красных глазах сменяется, а выражение лица становится не таким высокомерным и насмешливым: брови надломились, а зубы прихватили нижнюю губу, не давая вырваться наружу стону удовольствия, но Юджи не спешил, он медленно провел рукой вниз и оставляя поцелуй на колене Рёмена, медленно спускаясь ниже по внутренней стороне бедра, туда, где четкими полосами виделись линии татуировок. Он повторил движение рукой, оставляя легкий укус на чувствительной коже, наслаждаясь стоном, заставляющий всю кровь прилить к низу живота. Чертов голос.       Он продолжил перемещаться ниже, оставляя после себя еще вереницу укусов и засосов, слыша на это сбивчивое дыхание и короткие стоны, чужая рука в волосах сжимала пряди еще сильнее, но Юджи едва ли замечал это. Итадори провел языком по черной полосе татуировки на бедре, сильнее сжимая его, вторую руку он переместил на низ живота Сукуны, не давая ему излишне дёргаться.       Рёмен загнанно дышал, запрокинув голову назад и всматриваясь в светлый потолок, остро ощущая, каждое прикосновение Юджи. Его ладони словно раскаленные прилегали к коже, еще чуть-чуть и останутся. Рука парня проскользнула под коленом и медленно повела вниз по бедру, приближаясь к ягодице. Сукуна глянул на него острым взглядом, встретившись с его хищным и ясным. По телу прокатилась приятная волна жара, оставляя после себя лихорадочную дрожь желания. Губы Юджи растянулись в усмешке, а глаза страстно блестели — зрелище, от которого очень сложно было отвести глаза. Он облизнул собственные губы.       Юджи жадно впитал этот жест и мягко, плавно поддался вперед, уверенно впиваясь в чужие губы мгновенно углубляя поцелуй распаляя его, делая жарче и настойчивее. Одна из рук болезненно впивалась в чужой бок, наверное, он оставит синяк, бегло подумалось ему, но стоило ему ощутить, как страстно отвечал ему Сукуна, зарывшись в его волосы, а пальцами второй провел в порыве чувств по лопатке, все мысли покинули голову Итадори в спешном порядке. Легкая боль, оставленная накрашенными ногтями Рёмена, окончательно сорвала тормоза. Юджи нехотя отстранился от партнера, слыша его явное недовольство, но вскоре вновь навис над ним с горящими глазами.       Сукуна вскинув брови и открывая, было рот, чтобы задать вопрос или отвесить очередной ехидный комментарий, но Юджи вновь накрыл его губы, увлекая в очередной тягучий сладостный поцелуй. Его рука аккуратно скользнула к ягодицам и мягко провела между ними. Рёмен грубо вцепился в плечо парня, прикусывая его губы, силясь совладать с собой, но все равно ощущал, как бьет тело мелкая дрожь от томительного ожидания. Все эти заигрывания порядком извели терпение до огня перед глазами, а Юджи по-прежнему не спешил. Он еще больший садист, чем Сукуна. Тот усмехнулся собственным мыслям и едва не подавился стоном, который потонул в их поцелуе. В ушах шумела кровь, заглушая все остальные звуки, оставляя только острые ощущения и горячий воздух между ними       Юджи уверено двигая рукой и проводя губами по чужому подбородку, спускаясь по напряженному горлу, которое вибрировала от горячащих кровь стонов. У него у самого шла голова кругом от этого, и он старался не слишком думать об открывшейся картине перед ним, иначе все закончится, куда быстрее. Он плавно добавил еще один палец, ловя краем уха едва слышное шипение.       — Сука, — едва различимо среди тяжелого дыхания вырвалось из Сукуны, он сильнее сжал короткие волосы, прижимая голову Юджи ближе к себе, он неосознанно водил ногтями по его крепкой влажной спине. Тот в ответ, вместо слов, шумно выдохнул на грани стона, с бешено колотящимся сердцем и с шумом крови в ушах.       Он на пробу двинул рукой, задевая чувствительный нерв внутри, получая в ответ ожидаемую реакцию. Сукуна дрогнул, будто бы его пронзило током, и запрокинул голову, широко раскрыв глаза. Юджи с наслаждением смотрел за ним, повторив движение плавнее и неторопливее, чувствуя собственную дрожь до боли и искр перед глазами. Каждый звук каждое прикосновение заводило его сильнее. Было чертовски жарко и воздуха не хватало им обоим.       — Так и будешь тянуть, пацан? — хрипло и напряжено поинтересовался Сукуна, смотря на него снизу вверху слезящимися глазами. — Смотри, продолжишь церемониться, и мы поменяемся местами.       Юджи не повелся на очевидную провокацию, лишь добавил второй палец, намеренно задевая простату, вызывая у Сукуны волну дрожи до потери концентрации. Он смотрел на него сверху вниз с вызовом, мол, готов ли теперь он попробовать поменяться с ним местами. Хочется ли ему отказываться от удовольствия. Итадори смотрел, как красиво выгибается Сукуна, вцепившись пальцами в простынь как приоткрываться его губы в стоне, который звенел в комнате слишком громкий, чтобы не заметить его. Кожа блестела, и Юджи подмывало провести дорожку своим языком, чтобы окончательно свести и сойти с ума. Он убрал руку, когда Сукуна начал уже двигаться навстречу прикосновению, бросая на Юджи горящие взгляды от которых его самого бросало в дрожь.       — Не замечал, что ты такой болтливый во время секса? — вопрос прозвучал рассеянно, будто желая оттянуть момент.       Сукуна хмыкнул, загнанно дыша, пытаясь успокоить яростный ритм сердца, и смотря на Юджи чёрными возбужденными глазами.       — Каждый день новые открытия. И, кажется, тебе нравился мой голос.       — Сорванный от стонов голос тебе идет, — Юджи наклонился, опалив шепотом ухо. Сукуна уверенным движением направил голову парня к себе, погружая их в очередной жадный поцелуй, растягивая удовольствие. Итадори блаженно прикрыл глаза, положив одну руку на бедро Рёмена, отводя его немного в сторону, встречаясь с его твердым взглядом. Ободок алого вокруг чёрного зрачка, как тлеющее пламя, пробирал до мурашек, выбивал из колеи. Почти хищный взгляд, полный непокорности. Юджи понимал, что пусть он сейчас сверху, но ход вещей мог поменяться. Это заводило сильнее, чем должно было.       Ему потребовалось вся выдержка, чтобы сделать первое плавное движение бёдрами, на секунду ему показалось, что он находился в звенящей тишине. Его окутал жар и из глотки вырвался протяжный стон. Он на мгновение замер пытаясь дышать короткими глотками, но успокоить сердцебиение было не так просто.       — Мы так и к ночи не закончим, — напускное раздражение было более чем очевидно. По лицу Сукуны было видно, насколько яркими были ощущения. Юджи красноречиво посмотрел на его пылающие скулы, вздымающуюся грудь и приоткрытые искусанные губы. Он не был уверен в своем голосе настолько же, насколько и его партнер, поэтому решил, что действия все скажут за него.       Чужие зрачки будто бы стали еще больше, окончательно поглощая радужку по мере движений Юджи. Больше язвить Сукуна не мог, лишь тихо постанывал в такт медленных толчков, он обвил пояс Итадори ногами, усиливая ощущения. Парень с каждым чужим стоном вырванных слишком удачного движения, медленного и чувственного, сам немного сходил с ума. Голова была пустая, а кровь бурлила, пружина внутри скручивалась все туже готовая выстрелить в любую секунду.       Сукуна с шумом выдохнул, прикрывая глаза царапнув спину Юджи; каждое его движение бедрами выбивало весь воздух из легких, он старался произнести хоть слово, но язык с трудом ворочался во рту:       — Блять…мнг- ты можешь… двигаться быстрее?       — Тебе нужно попросить лучше, — игриво, но с трудом пробормотал Юджи, двинувшись резче, попадая по простате, вырывая стон. Его волосы хаотично растрепались, мышцы затекли от перенапряжения, все плыло в голове. Сукуна подарил ему на это яростный взгляд.       — Я тебя после выебу так, что ходить не сможешь, — сквозь зубы прошипел он.       Юджи невинно хлопнул своими большими плутовскими глазами, выходя из него полностью и плавно входя назад. Неторопливо, с чувством, что перехватывало дыхание у обоих.       — Слишком громкие слова для того кто лежит на лопатках, — Итадори повторил размеренный толчок бедрами под смешение стонов двух голосов.       — Сука, — на выдохе протянул Сукуна, прикрыв глаза до искр перед ними. — Не испытывай меня, Итадори, — он выгнулся от вновь резкого толчка бёдер, в ушах стоял звонкий шлепок кожи об кожу. Хотелось освободиться от этого, охватившего все тело, напряжения, опускаясь в пучину удовольствия. Вдоль позвоночника, словно молнию пустили, и он сильнее впился пальцами в чужие плечи.       — Блять, ладно. Пожалуйста, — он сделал паузу, выпуская воздух из легких, произнося остаток предложения на грани шепота. — Ускорься или я тут сейчас сдохну.       Юджи тихо посмеялся, утыкаясь лбом в лоб Сукуны, опираясь одной рукой около его головы.       — О, такого я себе позволить не могу.       Сукуна недоверчиво хмыкнул, смотря на Юджи из-под прищуренных глаз, он уже порядком вымотался, но обдумать ничего не успел, ощущая, как ускорился Юджи, выбивая весь воздух вместе с мыслями, оставляя только острые ощущения. Парень входил все глубже, каждый раз попадая по нужной точке, не позволяя Рёмену больше комментировать процесс. В комнате кружились звуки частых стонов и пошлых шлепков влажной кожи. Они пробирали до костей и возбуждали, стимулируя ускориться. Итадори кусал губу, прикрыв глаза от наплыва чувств, сжимая бедро Сукуны, двинувшись резче и хватая ртом воздух от накатившей неожиданно эйфории. Все тело, словно резко скинуло с себя все напряжение, оставляя только приятное тянущее чувство и мурашки. Сердце гулко колотилось, а щеки пекло от жара. Перед глазами огни и приятные волны окатывали с ног до головы.       Сукуна шумно выдохнул, справляясь с оглушающим чувством оргазма, выбивший из него дух, превращая, словно его тело в желеподобное нечто. Все конечности стали ватными, не пошевелится, а в голове приятно пусто. Он приоткрыл глаза, чтобы посмотреть в лицо Юджи и усмехнулся, видя того в полном раздрае от оргазма. Щеки пылали, глаза блестели, волосы разметались в нелепом возбуждающем беспорядке.       — Надо отметить, — горло драло, что пришлось прокашляться. — Ты удивляешь все больше.       Юджи тяжело падая рядом, сыто потянулся, блаженно прикрывая глаза. Весь его вид притягивал взгляд, радуя глаз.       — Могу сказать тоже самое, — нежно и разморено протянул он, открыв один глаз. Сукуна повернулся к нему, подперев голову ладонь.       — Ты очень сексуальный, когда чего-то требуешь, — он провел пальцем по влажному торсу, вырисовывая замысловатые узоры. Ненавязчиво. Юджи лениво хихикнул, обнажая заметные клыки; а на щеках заиграли милые ямочки. Приятное чувство удовлетворения наполнило его до краев.       Парень потянул руку, с нанизанными на запястье браслетами, и аккуратным движением зачесал чужие волосы назад. Карие глаза смотрели из-под длинных ресниц с чувством, от которого защемило где-то в груди. Сукуна мягко поддался вперед, оставляя короткий поцелуй на чужих губах.       — Чуть позже и ты у меня будешь просить.       — О, с радость посмотрю, что ты сможешь мне предложить, — хитро протянул Юджи. — Но сначала я пойду в душ.       — Составить тебе компанию? — вопрос был с намеком на игривость, без ожидания получить положительный ответ.       — А ты уже можешь вставать? — Юджи легко соскользнул с кровати. У него вообще когда-нибудь заканчивается энергия? Сукуна фыркнул, кинув ему в спину подушку, вызывая у него только озорной смех.       — Засранец.