Есть сигарета?

Вечер в отделении проходит тихо. Илья с Женей сидят в кабинете заведующего приëмным отделением. В кабинет залетает лицо регистратуры — Изабелла Львовна. — Женя Пална, Илья Анатольевич. Как же хорошо, что вы здесь! — Белочка, ты такая напуганая. Что то случилось? Королëва подошла к девушке и взяла за руку. — случилось, Женя Пална, случилось. К нам везут девушку. На вид 16-17 лет. Побои, изнасилование, тяжëлое дыхание. С минуты на минуту должны подъехать. — хорошо, бежим. Внутри у Соколова всë перевернулось. Чувство тревожности нарастало с каждой минутой всë больше. «Такого ведь никогда не было"-про себя кричал разум Ильи. Но он врач-травматолог, Илья Анатольевич Соколов, которому надо идти и спасать жизни. Брюнет собирает все свои последние силы и направляется к регистратуре. В отделение на каталке местный фельдшер Василий завозит девушку. Сердце кричало ему что то, но он не слышал. В ушах появился звон. Женя среагировала быстрее, чем Илья. — так, Галя. На рентген, кровь на группу и в операционную. Туда же организуй УЗИ, времени катастрофически не хватает. Королëва подошла к парню и стала бить по щекам. — Илья, Илья! Приди в себя! Нам нужна твоя помощь! — Женя… Это моя дочь… — знаю, Илюш, знаю. Соберись уже наконец! В операционной нас ждут, пошли. — нет, Жень… Я не смогу, не смогу… Это моя дочь, я не смогу… — хорошо, иди в кабинет. Мы вызовем с другого отделения врача. — Жень… -да? — спаси еë… — я постараюсь. Женя ушла, а тревожность никуда не делась. А ведь подсказывало ему отцовское сердце, что неладное что то с дочерью. Он не слушал. Как добрался до кабинета, Илья не помнит. Внутри глушило чувство вины. «Но ведь мог, мог запереть на ключ входную дверь, чтобы она никуда не ушла! Она бы тот замок не взломала!» Но он этого не сделал. Посмотрел на часы, прошëл час операции. Устал сидеть, начал ходить по кругу своего кабинета. Не может больше слушать тишину, звонит Гиппократу. — Гиппократ Моисеевич, у нас тут… — знаю, Илюш. Оперируют? — да. — я могу чем то сейчас тебе помочь? Может, мне придти? — если вам не трудно. — буду через 5 минут. И ведь действительно он был у Ильи через 5 минут. Сидел и молчал. Но теперь тишина не так сильно давила на отца, ведь именно в этой тишине сейчас витала поддержка, которой так сильно не хватало Илье. Прошëл 2-й час операции. В голове мелькнула мысль: «всë очень сложно». «Хоть бы выкарабкалась"-молился Илья. «Ведь у меня больше кроме неë и Женьки нет роднее». " Господи, помоги ей». Пошëл 3-ий, а потом и 4-й час операции. Илья больше не мог сидеть на месте. Гиппократ уже давно ушëл к себе. Соколов пошëл на пост регистратуры. Там сидела Изабелла. — Илья Анатольевич, порадовать вас нечем. Операция идëт, новостей пока что нет. — ясно. — Илья Анатольевич, а можно вопрос? — задавайте. — а эта девушка вам близкий человек? — даже не представляете на сколько… — а можете тогда сказать еë данные? Просто документов у неë с собой не было. — записывай. Соколова Екатерина Ильинична, 17 лет. — подождите, она что, ваша… Ой, мамочки… — да. Евгения Павловна в данный момент оперирует мою дочь… Вы вызвали полицию? — да, конечно. Ой, Илья Анатольевич. Вы держитесь, ладно? Всë будет хорошо. Евгения Пална врач от Бога. Она поможет ей. Илья замер. Навстречу шли 2 девушки. Галина и Ольга. Соколов рванул к ним. — тише, тише, Илья. Успокойся. — жива?.. — жива, слава Богу. Всë хорошо, состояние средней тяжести, но стабильное. Определим еë сейчас в реанимационную палату, а завтра посмотрим по состоянию. — к ней можно? — Илья, она ещë под наркозом. — я знаю, просто посижу рядом. — хорошо, только не долго… — спасибо, Оля, спасибо! — Илья, стой! Но Илья уже не слышал, что кричала ему анастезиолог. Он бежал к реанимационной палате, не видя никого на своëм пути. Он влетел в палату и надел халат. Всë таки, правила никто не отменял. Подойдя к дочке, он увидел, что у неë кожа бледная. Синяки, ссадины, гематомы… И это только на лице… Страшно подумать, что есть ещë хуже на теле его девочки… — прости меня… Прости, это я виноват… Прости, если сможешь, прости… — если кто и виноват, то точно не ты. В палату бесшумно зашла Королëва. Да уставшая, но на лице играла едва заметная улыбка. — Женька, спасибо тебе огромное… Я… Я не знаю, чтобы я делал бы, если… — тшшш… Успокойся, всë позади… Да, ситуация страшная, но состояние стабильное. Иди поспи, Илюш. Я побуду с ней. — обещай мне, что если она очнëтся, то ты сразу же позовëшь меня… — хорошо, обещаю. А теперь иди отдыхай. Дочери ты нужен здоровый и выспавшийся. Илья зашëл в свой кабинет и лëг на диван, но долго не мог заснуть. Тем временем Женя сидела в реанимационной палате и контролировала состояние девушки.