Товарищ вожатый

      Юра сидел за столом, бесцельно перелистывая нотную тетрадь. Прошло почти два года с тех пор, когда он был в «Ласточке». Конев поступил в консерваторию, получал стипендию и был на хорошем счету. Здесь никто не считал его хулиганом, и вообще, кажется, Юра подавал большие надежды. Близились экзамены и отчётный концерт, но в последнее время это мало его заботило. Парень ещё несколько раз пролистал тетрадь, задерживаясь взглядом на названиях произведений и карандашных пометках, а потом отложил её и открыл ящик стола. В нём аккуратной стопкой были сложены не раз перечитанные им письма. Смотря на конверты, он какое-то время не решался достать их, как будто боялся чего-то. Затем бережно вытащил верхнее письмо, аккуратно развернул лист и начал читать.       Прощаясь, они с Володей договорились, что будут писать друг другу. Поначалу так и было. В письмах этих не было ничего необычного, каждый рассказывал о том, что его волновало, что происходило в жизни. Юра трепетно описывал каждую мелочь, тщательно обдумывал письма, чтобы Володе было интересно читать, чтобы ему хотелось перечитывать их, как хотелось ему самому. Юрин взгляд скользил по бумаге, которая была у него в руках. «Юрочка, каждый раз вспоминаю твою «Колыбельную», жду случая услышать её снова. Володя», — прочитал юноша и отложил листок. На протяжении трёх месяцев он не получил ни единого письма.       Через открытое окно в комнату ворвался по-весеннему тёплый ветер, было слышно, как начал просыпаться город. Юра откинулся на спинку стула и уставился в потолок. Тысячу раз он уже перечитал все эти тексты, пытаясь найти хоть намёк на то, что могло послужить такому резкому разрыву их связи. В голове возникло множество реальных и совершенно фантастических причин, по которым Володя мог перестать писать. Неизвестность пугала. Юра злился и боялся одновременно, он был совершенно растерян. «Вот бы хоть на день вернуть «Ласточку», Зарницу, концерт и страшилки в пятом отряде», — писал ему как-то Володя.       -Вот бы хоть на день вернуть…- чуть слышно произнёс Юра, вставая.       ***       Большая аудитория была заполнена студентами, пахло лакированным деревом и пылью. Несмотря на ранний час, солнце уже вовсю било сквозь мутные стёкла. Юра, сидя у окна, подставил лицо пока ещё не обжигающим лучам и прикрыл глаза. Он как мог старался сосредоточиться на голосе преподавателя. Дама почтенного возраста неподвижно стояла за кафедрой и вещала об истории зарубежной музыки. Юра открыл глаза и попытался всмотреться в её безэмоциональное лицо, чтобы хоть на время отвлечься от назойливых мыслей. «Как можно так равнодушно говорить о Шуберте?» — пронеслось у него в голове.       Потеряв интерес к лекции и отложив тетрадь, он задумался о чём-то своём. К реальности Юру вернул незнакомый голос, раздавшийся в аудитории. Он поднял голову и увидел, что дама почтенного возраста отошла в сторону, уступив место молодой девушке в красном галстуке.       -Товарищи студенты, доброе утро. Прошу прощения за то, что пришлось прервать увлекательную лекцию, — кто-то в аудитории на этих словах тихо хихикнул, — но вопрос не терпит отлагательства.       Юра лениво водил ручкой по тетрадным полям. Девушка начала рассказывать, как важно для комсомольца стать не только хорошим студентом, но также хорошим гражданином. Конев закатил глаза и стал рассматривать людей в аудитории.       -Есть множество сфер и направлений, где вы сможете проявить себя, — уверяли с кафедры, а в это время Конев изучал рисунок на Серёжиной рубашке.       -Вы можете вступить в отряд и стать … — доносилось из зала. Юра оторвал от тетрадного листа кусочек, скомкал его и кинул прямо на парту Серёги, который сидел перед ним. Тот слегка повернул голову, и Конев поднёс к губам два пальца, изображая, как затягивается сигаретой. Его одногруппник одобрительно кивнул и отвернулся, после занятия они должны были встретиться за корпусом и покурить.       -Каждый комсомолец обязан приносить пользу обществу…- разносило эхо. Юра вспомнил данное Володе обещание больше не курить и расстроился. Он его не сдержал. Но и Володя не сдержал своего.       -В этом году впервые мы предлагаем нашим студентам попробовать себя в качестве вожатых. Например, «Ласточка» приглашает активных молодых людей, чтобы…- дальше голос девушки куда-то провалился.        Юра вдруг встрепенулся. Он спросил у сидящих рядом, правильно ли всё расслышал, потом спросил ещё раз и за это получил замечание от дамы почтенного возраста. Но Юре было уже всё равно. Он кое-как дождался конца занятия и пулей вылетел из аудитории, вертя в кармане приготовленную сигарету.       -Её лекциями пытать можно, — довольный своим остроумием произнёс Серёга, затягиваясь сигаретой. Это был невысокий смуглый парень, с которым они как-то сразу нашли общий язык. Серёжа неплохо играл, но если подумать, то Конев почти ничего не знал о нём. Встречаясь в коридорах и на занятиях, они просто всегда жали друг другу руки, шутили, говорили о чём-то. Нередко курили за корпусом, как это было и сегодня.       -А что думаешь про общественно полезных комсомольцев?       -Да что тут думать, это они сейчас так красиво говорят. А на деле сплошная принудиловка и обязаловка. Нет, чтоб дать время отдохнуть, набраться сил, опять гонят куда-то. Всё об обществе думаем, а когда будет время думать о себе? Жить для себя? — возмущался Серёга.       -Жить для себя…- повторил Юра.       -Вот и я говорю! — подхватил парень, думая, что товарищ с ним согласен, но мысли Юры в этот момент на самом деле были далеко.       «А что, если вернуться туда? Вдруг он писал ещё кому-то? Может, Ирина что-то знает? А вдруг…» — проносилось у него в голове. Юра уже думал о том, чтобы летом поехать к Володе, ведь у него был адрес. Но вдруг тот не хочет его видеть? А если он всё-таки решил стать «правильным, таким как все, обычным», как когда-то сам Володя говорил? Но тогда почему не написал прямо? Все эти мысли путались в голове, наскакивая одна на другую.       -Ну, что думаешь про стройотряд? — раздалось у Юры под ухом. Он выбросил бычок и поднял глаза на Серёгу.       -Не, я, пожалуй, вожатым, — сам того не ожидая, выпалил Конев.       -Чего-о? — смуглое лицо Серёги вытянулось от удивления, — с малышнёй в песочнице возиться? Или…молоденьким девчонкам глазки строить? — улыбнулся парень.       -Угу, — после короткой паузы Конев добавил, — пошли, а то опоздаем, — и, не дождавшись ответа, отправился обратно в корпус.