Там, где ты умрёшь

Утро выдалось холодным, хмурым и, совсем, не дружелюбным. Тяжëлые тучи сгустились над городом, собираясь вылить на него всю воду, которую накопили по пути. Три градуса тепла, по ощущениям - минус пять... — Диман, выходи! — Коля уже минут десять стоял возле дома друга и ждал его. Обычно, они выходят в одно и то же время, но сегодня Дима задерживался. — Я замëрз, блин! Подъездная дверь хлопнула, парень виновато улыбнулся. — Извини, Колян, что-то живот с утра болит... Из толчка не вылазию... — Сожрал что-то? — хмыкнул друг. — Вроде нет... — Дима вздохнул и поморщился. — Я угля активированного пять таблеток сейчас зажевал, может пройдёт... — Должно помочь, — кивнул Коля. — Уголь – это хорошая вещь! Мне всегда помогает. Домашку делал? — Ну-у-у.... Почти... делал.... — увидев непонимающий взгляд друга, хохотнул. — Да с ГДЗ списал и всё. Я не понимаю в этом году математику... Конкретно, алгебру... А этот Семëн постоянно контрольной угрожает. А мне не нужны двойки. — А что у нас вообще сегодня? — Коля зевнул и поëжился от холодного ветра. — У меня расписания нет. Даже не знаю сколько сегодня уроков... — А хрен его знает, — пожал плечами Дима. — Я наугад учебники взял. Самые основные. Лень было у кого-то ещё спрашивать... — М... — Коля, дрожа от холода, сильнее натятул на голову шапку и спрятал руки в карманы. Погода, и правда, была мерзкая и противная. Типичная осень во всех её проявлениях. Не хватает только заморозков, но и они вот-вот нагрянут... Подходя к зданию школы, они увидели две полицейские машины, скорую, нескольких учителей и директрису. — А чë за фигня? — хмыкнул Коля и посмотрел на друга. — Чë тут с утра случилось? — Я чë, справочная? — хмыкнул друг и пожал плечами. — Не у меня спрашивай. Я, как бы, тоже только что с тобой пришëл. Парни подошли ближе. Фëдор, взволнованно и заикаясь, что-то объяснял, размашисто жестикулируя и показывая куда-то в сторону сада, а один из сотрудников полиции всё это записывал в блокнот. — Понимаете, я ничего ночью не слышал. Спал. И собака моя тоже, хотя слух у неё отменный. А утром, как обычно, я пошëл её выгуливать... А там он лежит в куче листьев... — Кто, он? — снова спросил Коля у Димы. — Он... — Дима кивнул на носилки, которые несли два санитара. — Он умер? — Думаю, да... Лицо закрыто... — Так, мальчики, — обратился к ним молодой сотрудник. — В школу идите, здесь вам не цирк. — А что с этим? — Дима показал на носилки с телом неизвестного, которго уже собирались грузить в машину. Полицейский хмыкнул, глядя на парней прищуренным взглядом. — Как только мы узнаем, сразу же вам расскажем... — Серьёзно? — Нет! В школу валите, мешаете работать... Парни снова покосились на закрытое с головой тело, потом на полицейского и, вздохнув, зашли в здание. Внутри, в холле, тоже собралась толпа зевак. В основном, старшеклассников, и все пялились в окно, обсуждая происходящее. — А кто умер-то? — громко спросил Дима. — Какой-то мужик, вроде бы... Но это не точно. — А мне показалось, что это парень молодой... — Не совсем понятно, — пожал плечами Саша. — Но точно не девка... — Убили что ли? — прищурил глаза Коля. — Да фиг знает... Менты ничего не говорят. Шушукаются между собой и что-то записывают и фоткают... В холле появился физрук. — А ну все по классам разбежались! — рявкнул он громко. — Через пять минут звонок. Кто опаздает ко мне на урок, будет бегать сто кругов по залу! Ученики, недовольно ворча, начали расходиться. Дима подошёл к доске с расписанием. — Русский язык сейчас... Потом будет матеша, химия, история и физика... — Пять уроков. Неплохо, — отозвался Коля, вешая куртку на крючок. — Как я выгляжу? — парень поправил волосы и улыбнулся. Дима закатил глаза и вздохнул. — Жених, бля, пошли уже... Они засмеялись и неспеша направились по коридору первого этажа, а физрук подошёл к окну, пристально наблюдая за происходящим. Кабинет русского языка и литературы находится в самом конце рядом со спортзалом. Ольга Владимировна по кличке Фарагонда, которую ей дали дети, строгая и властная женщина семидесяти лет. На её уроках всегда была тишина среди учеников, и лишь её громкий голос, даже сквозь дверь, разносился по всему первому этажу. А уж если она кого-то начинала отчитывать, то это знали все от первого до третьего этажей. Проработав в школе около пятьдесят лет, она знала почти всех родителей учеников, так как сама их и обучала. И при каждом удобном случае припоминала все их грехи, сравнивая с детьми и отмечая, что яблоко от яблони... Впрочем, бывают и исключения. — Сегодня вы будете писать сочинение, — объявила она, как только прозвенел звонок. — Тема: " Нравственный выбор между добром и злом". — Чë за детский сад? — пробубнил себе под нос Кирилл. Женщина скорчила недовольную гримасу. — Плетнёв, ты, смотрю, очень взрослый стал... Вот и напиши мне свою точку зрения со стороны взрослого человека. А я почитаю и оценю твои познания... Тетради открываем и не теряем время! — повысила она голос. — Один урок у вас на всë. Стас покосился на Кирилла и Илью, они ещё не подходили к нему сегодня, но парень был уверен, ещё не вечер. Он открыл тетрадь и задумался... А что писать? Как объяснить то, что ты чувствуешь и что творится у тебя внутри? С точки зрения того же детского сада, всë просто, есть плохие люди и есть хорошие. Есть плохие поступки.... Вспомнив вчерашний день, он с трудом подавил наворачивающиеся на глаза слëзы. Да, это явное зло... И не просто зло, а преступление, которое остаëтся безнаказанным. А где в современном мире добро, сказать сложно. Мир настолько прогнил, что в добрые поступки и намерения уже никто не верит. В каждом добром действии ждëшь какого-то подвоха... Зато зло прогрессирует в геометрической прогрессии, обволакивая и поглощая всё вокруг... Стас вздохнул и просто начал писать то, что думает. Плевать, что Фарагонда о нëм подумает. Ему необходимо выплеснуть весь негатив, хотя бы, на бумагу. Хуже уже не будет. Хуже, если только смерть, но тогда, ему уже будет всё равно. Как тому мужику, найденному утром в саду собакой Фëдора. Кто знает, может и он скоро будет там лежать... Он снова посмотрел на Кирилла. Встретившись с ним взглядом, Стаса бросило в холодный пот. Тот ухмыльнулся и подмигнул ему. Не к добру это, решил парень... Урок пролетел быстро и незаметно. Учительница молча наблюдала за детьми, периодически что-то записывая в своëм блокноте. Как только прозвенел звонок, она собрала тетради, не дав многим дописать сочинение, хотя бы, до точки в предложении. — Свободны, — мрачным голосом сказала она и уселась на свой мягкий стул, который специально принесла из дома. Школьная мебель её не устраивала. Весь её кабинет похож на комнату из какого-нибудь старинного особняка, но никак не на школьный класс. Проводя большую часть времени именно в своëм кабинете, а не дома, она превратила его в комфортное для себя пространство. Она тоже много чего повидала за свою длинную жизнь, но и на тот свет тоже ещё не собирается, как и на пенсию... # # # — Ты что в сочинении написал? — спросил Коля у друга, когда парни направлялись в кабинет математики на третий этаж. — Что первое в голову пришло, то и написал, — пожал плечами парень. Мимо них быстрым шагом прошёл тот же самый полицейский с озабоченным лицом. Тот, который помоложе... — Эй-эй-эй! — крикнул ему вслед Дима. — Товарищ полицейский, что-то вы к нам зачастили. Так что там с мужиком? Мужчина остановился на лестнице и внимательно посмотрел на парней. — Вы знаете Михаила Горохова? — спросил он. Парни удивились. — Миху? Конечно знаем. Он из параллельного класса. А что? Он что-то натворил? — Он пропал вчера вечером. Слышали что-нибудь подозрительное вчера вечером в районе одиннадцати часов? — полицейский достал блокнот. Парни переглянулись и отрицательно покачали головами. — Нет, я уроки в это время делал, — сказал Дима. — Да и погода была плохая. — Я тоже в это время не выхожу на улицу, — кивнул Коля. — А это не он был в саду сегодня утром? Полицейский убрал блокнот. — Нет, это был другой человек... — он вздохнул. — Скоро сами всë узнаете... Так значит, вы ничего про него не слышали? — Нет... — У него были конфликты с кем-нибудь? — Нет... — О'кей, если что вспомните, дайте знать, — сказал полицейский и продолжил свой путь по лестнице вниз. — Миха пропал? — парни медленно пошли дальше вверх. — Но куда? — Бля, как-то стрëмно на душе стало... — проворчал Коля. — У нас город маленький, здесь некуда пропасть. — Может он решил сбежать из дома? — предположил Дима. — С мамашей поругался и где-нибудь отсиживается... — Точно, — согласился парень. — Других предположений нет. Найдëтся... В кабинете математики Семëн Игнатьевич сидел нога на ногу, внимательно разглядывая входящих. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего. — Здасти, — поздоровались парни и прошли на своë место. Учитель кивнул и еле заметно улыбнулся. Обстоятельства, которые складывались в данное время, были ему на руку. Наконец-то, он может заняться своим любимым делом. Он, как паук, расставил повсюду свои липкие сети и теперь только ждал свою долгожданную добычу. Маленькие и глупые мухи были обречены. Им не спастись из цепких лап учителя по математике. Он заставит их полюбить свой урок, заставит выучить все правила и формулы. Он чувствовал своë превосходство и абсолютную власть. — Итак, дети мои... — начал он. — Мы не ваши дети, — огрызнулся Илья. — Карпов! — громко рявкнул учитель. — Тебе слово не давали! Не смей перебивать меня! Парень нахмурился. Семëн Игнатьевич никогда раньше на них не кричал. Наоборот, он всегда казался им мягким и безобидным человеком. Но сегодня что-то изменилось в его взгляде. Как будто хищника выпустили на свободу... — Я продолжу, — уже более спокойно сказал он. — Во-первых, я должен сообщить вам, что физики сегодня не будет, но... — он сделал паузу, оглядел всех присутствующих. — Это не значит, что нужно радоваться. Кто-то пойдёт домой раньше, да. А кто-то... — он понизил голос. — Останется на дополнительный урок... — Это незаконно, — возразил Кирилл. — Нет учителя, нет урока. Какие ещё дополнительные? Где Пëтр Иванович? Заболел? Мужчина скрестил руки на груди. — Ты что-то знаешь? — он пристально посмотрел на Кирилла. — Учителя нет. Да. И физики в ближайшее время у вас не будет... С позволения директора эти часы я могу потратить на дополнительные занятия с неуспевающими учениками... — А во-вторых что? — хмыкнул Илья. Семëн Игнатьевич сел на стул, немного помолчал. — Ладно, вы всë равно это узнаете... Мужчина найденный сегодня утром в саду, это Пëтр Иванович... — А что с ним случилось? — в классе началось шушуканье и тихий бубнëж. — Пока ничего не ясно, — математик снова встал. — Как только установят причину смерти, нам скажут.... — он вздохнул. — Так, мы теряем время, открывайте тетради, число, классная работа... Кстати, господин Щеглов, ты сегодня остаëшься на дополнительный урок. — А почему я? — возмутился парень. Кто-то начал хихикать, показывая на него пальцем и называя лошарой. — Потому что я так решил, — строго сказал учитель. — С начала учебного года прошло всего ничего, а ты уже двоек нахватался... — Вы несправедливо мне занижаете оценки! — Женя нахмурился и покраснел. — Хочешь сказать, я плохо делаю свою работу? — Семëн Игнатьевич подошёл ближе к парте парня и посмотрел ему в испуганные глаза. Как же он любит эти милые мордашки... — Без вопросов, Щеглов, чтобы на пятом уроке был здесь в кабинете... Остальных предупреждаю, я запомнил всех, кто сейчас злорадствовал. Вы на очереди... # # # — Нет, пожалуйста, не надо... — на очередной перемене Илья, крепко держа Стаса за руку, тащил его по коридору в направлении к мужскому туалету. Парень скулил и пытался вырваться из крепкого захвата. — Сейчас не завалишь хлебало, я тебе уебу, — прошипел Илья. Кирилл шëл сзади. — Давайте по тише, — сказал он, оглядываясь по сторонам. — Внимание привлекаете... Дойдя до туалета, парни запихнули Стаса в кабинку и заперли дверь. Кирилл остался снаружи, караулить. — Снимай штаны! — скомандовал Илья, расстëгивая ширинку на своих брюках. — Нет, пожалуйста, — слëзы покатились по щекам Стаса. — Я не могу сегодня после вчерашнего... Мне очень больно до сих пор... — Похуй мне! — возмутился Илья, начав стаскивать с парня брюки. — Не надо, пожалуйста... — Стас начал громко реветь. Илья не выдержал и ударил парня по лицу. — Что ты орëшь, сучка! Я тебя всë равно выебу! Запомни, ты теперь наш. Хочешь ты этого или нет, но тебе придëтся подставлять свой зад! — он схватил Стаса за лицо сжав его щëки. — Сопротивляться бесполезно, ты только делаешь себе хуже... — Но я правда сегодня не могу, — всхлипнул парень. Поняв, что он крепко попал в лапы этих придурков, он решил сдаться. Пока. Пока не придумает выход. — Вы же не хотите проблем? Если я буду избит или все узнают, что вы меня изнасиловали, вас посадят... — Ты нам угрожаешь, тварь? — Илья прижал парня к стене, схватив его за шею. — Знаешь, что бывает с теми, кто пытается сопротивляться? — Нет, нет.... Я не угрожаю... Я просто говорю, что если я не смогу сидеть или стоять, у учителей возникнут вопросы... Мне нужна передышка.... Если бабушка заметит, что со мной что-то не так, она потащит меня к врачу... Поймите это... Я обещаю, я буду делать всё, что хотите, только не бейте меня... Илья пристально посмотрел на парня, обдумывая ситуацию. Как бы ему это не было противно, но Стас прав. — У меня уже стоит, — прошипел он. — Соси тогда, — он снял штаны и показал на свой большой член. — Давай, на колени, грязная шлюха... Рот шире открывай... — Я опять второй... — послышался недовольный голос Кирилла из-за двери. — Перемена скоро кончится. Можно как-то побыстрее, блядь, там? Илья силой заставил Стаса встать на колени и сунул свой член ему в рот, схватив парня за волосы. — Лучше соси... — выдохнул Илья, прикрывая глаза. Стас старался, изо всех сил, подавив в себе брезгливость, он облизывал и обсасывал горячую головку члена. Илья толкался ему в рот, удовлетворëнно мыча... На мгновение член стал очень твëрдым, выплëскивая в рот парня горячую жидкость. Стаса чуть не вывернуло от этого. Он отстранился, тяжело дыша, закрыв рукой рот. — Глотай, — приказал Илья, всë ещё держа его за волосы. — Не вздумай выплюнуть... Парень проглотил сперму, поморщился, а Илья хмыкнув, пошлëпал его по щеке. — Хорошая сучка, послушная... — открыв дверь кабинки, он вышел из неё. — Давай, твоя очередь... — Ты влез без очереди, — проворчал Кирилл снимая штаны. — Я же говорил, что буду первым... — Да не ворчи, в следующий раз будешь первым, — хохотнул Илья.