Красотка, юморист, а также ведьма

— Ну афигеть! И что это значит?! — уже полчаса возмущалась Коралина в гостиной комнате. Никто из них не ожидал получить такое сообщение, тем более на телефон самой младшей из семьи. Элли устало потирала глаза, преждевременно закрыв их. Ей тоже не нравилась вся эта ситуация, но что поделать. Иногда она поглядывала на мужа, который сидел с нечитаемым выражением лица. Естественно, женщина понимала, что тот обеспокоен дальнейшей судьбой их дочери, но именно она была против того, чтобы умалчивать правду от Коры. — Мы не можем просто не говорить об этом. Она тоже является частью тайны, — возмущению не было предела. Какого чёрта он думает, что может решать за обеих? — Поверь, в этой школе ей будет безопаснее, чем дома, и спокойнее без этой информации. Её только загипнотизировали эти сирены. Кто знает, может наши слова вновь всё испортят, — Эдди действительно верил в свои слова и надеялся, что жена поймёт. И она поняла, но не приняла. Видя, как дочь метается в переживаниях и не знает что делать, Элли лишь поджимала губы, но молчала. — Кора, успокойся, мы что-нибудь придумаем, — женщина старалась придать уверенности своим словам, но дрожащий голос выдавал с потрохами. — Слушайте, когда мою… подругу похитили и пишут мне слова, что это из-за меня, как-то не хочется успокаиваться! — Коралина запнулась на слове «подруга», ведь не была уверена в их достоверности. На эти слова она услышала лишь усталый вздох отца. Он настрого запретил ей говорить об этом сообщении друзьям и Ксавье. Честно говоря, у Коралины пробегали муражки, когда она слышала о своём парне. Ощущение, что она с ним недостаточно честна, совсем ей не нравилось и вгоняло в краску. Постоянно пробегали мысли, что она абсолютный ноль в отношениях. Эдди лишь старался не вписывать во всю эту историю ещё и дорогих Коралине людей. Ведь вероятность того, что на них нападут увеличивалась лишь от их знания о происходящем. Он сам найдёт информацию, он же в этом спец. Что-то подсказывало, что во всем этом замешана та самая внучка бабы Марфы. Но она будто призрак, который просто играется со всеми и уничтожает всю информацию, поддтверждающую о его существовании. — Почему мне кажется, что вы от меня что-то скрываете? — в реальность его вернул голос Коры, которая недовольно поставила руки на бока и сверепо смотрела на родителей. Элли странно поглядывала то на Эдди, то на Кору, пытаясь понять, как ей действовать. Как же странно и запутанно. Она ведь сама недавно думала, что в их семье катастрофически не хватает честности, а сейчас они просто врут. «Не врём, а скрываем», — вспомнились слова мужа. Да что ты говоришь. «Это для её же блага и её друзей», — с этим не поспоришь. С одной стороны, меньше знаешь — крепче спишь. А с другой, она должна быть готова к неприятностям. — Кора, единственное, о чём я тебя прошу, это не говорить ни о чём друзьям. Ты просто подвергнешь их опасности! — возмутился Эдди. — Предупреждён — значит, вооружён! — Кора тоже не собиралась сдаваться. Её обманывают или же что-то скрывают. В этом она была уверена и крайне возмущена халатности родителей. А те лишь нервно сидели, не зная что делать. Беспомощность убивала всех троих. Эдди старался прокрутить в памяти тот диалог с бабой Марфой. Та явно задыхалась не по-своей воле. Ей словно кто-то управлял и не позволял раскрывать главную тайну. Но почему тогда этот кто-то не вмешивался, когда старуха рассказывала о проклятьи. Ничего не понятно, слишком запутанно и странно. Это заставляло раздражаться, так, что Эдди просто не контактировать свой тон. — Кора, не смей ничего искать! Просто проведи каникулы как нормальный подросток! — повышенный голос не предвещал ничего хорошего. — Чтобы провести каникулы как нормальный подросток, нужно было родиться нормальным ребёнком! — воскликнула она и, не слушая ничего, пошла на второй этаж дома в свою комнату. Элли нервно выдохнула, приложила ладони к лицу, закрывая его, и сложилась пополам. Всё вело к ссоре, но они не смогли её предотвратить. Эдди также накрыл глаза ладонью и расстроенно сел на диван. Как же всё сложно. В этот момент Коралина заперлась в комнате и со злостью упала на кровать. В руки тут же полетел телефон и она, не хотя подчиняться воле родителей, открыла переписку с Алекс. Пальцы сами попадали по клавишам и она абсолютно не осознавала, что печатала. Алекс, привет! Ты не представляешь, что мне написали. Какой-то ублюдок своровал Уэнсдей и написал об этом мне! Родители от меня точно что-то скрывают. Ведь… Ну зачем писать такое мне? Бред, просто бред… Она вглядывалась в сообщение и перечитывала по нескольку раз. Тревога отображались в глазах, а ресницы нервно порхали. Одно мгновение и все написанное стёрлось. Телефон был выключен и Кора перевернулась на спину. Прикрывая глаза, она раздражённо выдохнула. Не могла. Вот так просто написать об этом было тяжело. Она ужасно волнуется и хочет просто вернуться на год назад, где девушка не знала о Неверморе, Уэнсдей, Ксавье… Нет, ну о чём она думает. Она же его любит? А любит ли? «Ахринеть, столько бегать за ним, а потом так думать», — Мерзкий голосок снова проснулся. — Ну ёпт, опять ты, — устало протянула она. Девушка свернулась клубочком на кровати и погрязла в тревожных мыслях. Она и не заметила как заснула, застыв в неудобной позе. Ей что-то снилось, такое страшное: крики, кровь, чьи-то искаженные лица. Ей очень страшно.

***

Проснулась она где-то на следующий день. Солнце светило ей прямо в глаза, заставляя щурится. Кора даже птичек услышала, весело поющих о чём-то. Но это единственное, что радовало этим утром. Тело затекло из-за неудобной позы. Болела спина и шея. На щеке явно остался след от подушки, а глаза припухшие. Да она прямо красотка, ничего не скажешь. Горло болело непонятно от чего. Ей так хреново было только после дневного сна. Просто ненавидела эти ощущения. Избавится от них никак нельзя и это, честно говоря, знатно бесило. Она нехотя поднялась с кровати и поняла, что ещё и голова болит. Находясь в растянутой майке и шортах, девушка не беспокоилась, что может застать кого-то в расплох. Честно говоря, после той ссоры ей было всё равно на мнение родителей, даже не хотелось их видеть. Вышла в коридор, придерживаясь за стены, чтобы не упасть. Всё бы отдала, только не чувствовать все свои затёкшие конечности. Как будто вернулась на год назад, как и хотела, и снова чувствует физическую боль. Теперь она понимает фразу: «Бойся своих желаний». Она еле переставляла ноги, как будто вчера выпила слишком много алкоголя, чтобы проснуться бодрой. Каждый шаг воспринимался как иголки в стопы. Пару раз она чуть не упала, тихо матернувшись под нос. Она в слепую искала выключатель в ванной, поэтому когда свет всё же зажёгся, то девушка начала недовольно щурится. Прелестное начало дня. Умывшись, она попыталась выдавить зубную пасту на щётку, но та решила закончится. Она выбросила ту в мусорное ведро, и опустилась на корточки. Под раковиной было много барахла, а нужна была новая паста. Ей очень повезёт, если уж и её не окажется. Но нашла она там кое-что поинтересней. Её старая краска для волос. Точнее нет, осветлитель для волос. Взяв в руки тяжёлую пачку, Кора настольгически осмотрела её. Странное чувство нахлынуло на неё и девушка решительно поставила освежитель на раковину. — Зубная паста на полке ниже, — раздался мелодичный голос. Её мать непонятно сколько времени наблюдала за ней и похоже заметила ту искру в глазах, которая промелькнула при виде краски, — Надеюсь, ты не хочешь покраситься. По крайней мере, самостоятельно. — А что ещё остаётся? — грубо ответила девушка, даже не поблагодарив за пасту. Быстро схватив тюбик, она выдавала немного на щётку и стала беспощадно чистить зубы до боли в дёснах. Появление матери только отрицательно повлияло на её настроение. Не хотелось никого видеть в такое отвратительное утро. — Если хочешь, могу помочь, — любезно предложила Элли. Самое обидное, что в её голосе была слышна нежность и действительно желание помочь, — Я проходила курсы парикмахера. Знаю некоторые техники. — Обойдусь, — надулась девушка, — Чего ты вообще решила поинтересоваться моей жизнью и моими желаниями? — хотелось нагрубить всем и вся, выслушать ответные обвинения, а потом недовольно запереться в своей комнате и включить какой-нибудь дешёвый сериал. — Просто хочу помочь, — поджала губы Элли. Она понимала злость дочери и никак не хотела её обвинять. Это разозлило Коралину ещё больше, ведь она уже надеялась выслушивать оскорбления. — Да оставь ты меня в покое, — проговорив, Ричардс вышла из ванной, оставив мать одну. В комнате она всё же заперлась, громко хлопнул дверью, но вот сериал не включила. Настроения не было. Нужно побыстрее успокоится, пока она не разнесла всё к чертям. С такими мыслями девушка присела на пол лицом к окну. Обычная поза для медитации, только руки она положила на колени, ведь держать пальцы к верху было тяжело. Поразмяв шею, она прикрыла глаза. С каких пор она успокаивается с помощью медитации. Могла написать друзьям или Ксавье… Вот уже который раз его имя всплывает в памяти, чтож за напасть-то такая. Он писал ей каждый день, а она каждый раз отвечала сухо, безэмоционально. Просит не звонить, ведь она «не в настроении». Девушка чувствует себя невероятной эгоисткой, но, к своему неудовольствию, соглашается с родителями. Лучше ничего ему не говорить. Вся эта ситуация на неё слишком давит. Кора абсолютно не понимает, что происходит, а тайны родителей вовсе запутывают окончательно. Подняв голову к потолку, она сглотнула ком обиды, пытаясь остановить рвущиеся слёзы. Не сейчас, не сегодня. «Внутренний покой», — повторяла она себе слова из мультфильма «Кунг-фу Панда». Сидела ни о чём не думая, что даже удивительно. Каждый вдох-выдох происходил тяжело и громко. В носу неприятно щекотало от такого сильного потока воздуха. Она не знает сколько так просидела, на часы не смотрела, а на улице погода была такая же солнечная. Девушка очнулась, когда лучи солнца перестали светить ей прямо в лицо. А нет, это всего лишь тучка. Взяв телефон, высветилось несколько сообщений от Ксавье. Не став смотреть их, она отбросила смартфон обратно на кровать. Выходя из комнаты, не заметила ничего подозрительного. Так и до параноика недалеко. Девушка прошла весь первый этаж, зашла во все комнаты, никого не было. В этом доме такой родной запах, она и забыла вовсе, какого это. Бродить одной по солнечному и светлому дому. Именно дому, а не месту жительства. Запах чистоты возвращал в детство, когда отец радостно играл с ней в прятки, поддаваясь, а мама неловко стояла у стола и наблюдала. Явно чувствовала себя не в своей тарелке, но вся эта картина заставляла счастливо улыбаться и забывать о переживаниях. Радоваться каждому появлению родных людей и думать лишь о счастливом будущем. Наверное, только сейчас Кора успокоилась, облакачиваясь о огорождение лестницы. Глаза закрыла и просто наслаждалась. Руки приятно ощущали древесину и узоры на ней. А вот Ксавье такое навряд ли почувствует. Коралина открыла глаза и слегка поджала губы. Нет, ну так не возможно. Нельзя же быть такой сухой. Она безмолвно развернулась и пошла обратно в комнату. Ловко подобрав телефон с постели, девушка зашла в чат с Ксавье.

«Нет, ну представляешь, мой отец действительно забыл о том, что я уже дома.» «А потом, я вышел, в тот момент, когда он разговаривал обо мне же!» «У него такое смешное лицо было Замешательство и возмущение одновременно.» «Смеялся я потом долго.»

«Ахахаахах, да уж, ситуация и правда забавная» «Но я бы на твоём месте обиделась бы» Не успела она отложить телефон, как тут же пришло новое сообщение. Девушка лишь смущённо улыбнулась.

«А зачем мне обижаться? Я уже как-то привык. Лучше расскажи, как у тебя дела?»

Девушка слегка вздохнула и похлопала глазами. Так мило с его стороны, не привлекать внимание к её сухости и просто спрашивать, как у неё дела. Она было захотела написать о родителях и их странном поведении, но быстро осеклась. «Да вроде бы неплохо. У меня сейчас просто сумасшедшая идея, но говорить не буду. Скажем так, это станет сюрпризом»

«Буду ждать!»

Общение прервалось также как и началось, из-за этого в груди завязался неприятный узел. У неё просто не было мыслей, что можно написать дальше. Поэтому, она решила не испытывать судьбу и найти ту, кто поможет осуществить ей эту «сумасшедшую идею». Выйдя в коридор, она сразу же наткнулась на мать. Элли удивлённо взглянула на неё и криво улыбнулась. Та немного превосходила Коралину в росте, поэтому последняя слегка нахмурилась из-за дурных ассоциаций. К примеру, в детстве они ссорились и девочке постоянно нужно было запрокидывать голову, чтобы хоть как-то устрашающе выглядеть. — Да уж, — поморщилась Коралина своим мыслям, но тут же перешла к делу, — Помнишь, ты предлагала мне свою помощь? — начала она из далека. Элли казалось впала в ступор и вспоминала, что же такое наговорила утром. Младшая уже хотела было плюнуть на эту затею, но мать тут же вспомнила. — Ах да, точно. Тебя покрасить? — глаза Элли заискрились, словно это действительно было их примирением. — Да, помоги… Пожалуйста, — последнее слово она произнесла с трудом и ради приличия. Вот что она не привыкла делать, так это вежливо отвечать матери. Через полчаса Элли приготовила всё нужное и приступила к выполнению задачи. Куча листов фальги было оторвано. Смотря на них, Коралина думала, что лучше было сама покрасилась, а не тратила столько материала для ровного тона. Ещё не известно, ровно ли выйдет, ведь её мать не профессионал, а всего лишь самоучка, прошедший несколько курсов. Ричардс-младшая недовольно ёрзала на стуле и никак не могла принять удобное положение. Уже не терпелось встать и заняться чем-нибудь более интересным. Телефон она оставила в комнате, так что даже пообщаться ни с кем не могла. Вот сейчас у неё появилось желание общаться с друзьями, а смартфона для этого нет. Ну что ж такое-то? — Так, у тебя появился парень? — неловко начала беседу Элли, вычёсывая что-то в волосах дочери. По неуверенному голосу стало понятно, что женщине просто хотелось разговорить её. — Что угодно, только не эта тема, — вздохнула девушка. — Хорошо, — согласилась Элли, — Как дела в школе? — Да Господи, — не выдержала Коралина, — можно поговорить о чём-то кроме этого года? — в голову стали приходить картинки со старых школ и катастроф, которые устраивала сама девушка, — Нет, у нас нет тем для разговора. Значит, делаем всё молча. Ей было до боли обидно, что чтобы привлечь внимание матери, надо было довести почти до смерти нескольких людей и попасть в не менее опасную ситуацию для себя. А из-за этого она так заинтересовалась? Может, у неё другая выгода и что тогда? А ничего. Мысли бегали от одной к другой и Коралине хотелось биться головой об стену. Поток несвязных мыслей путал и пугал её. Желание свернуться калачиком и забиться в какой-нибудь уголок также завладевали. Кора и не знает сколько времени прошло, пока думала, но в реальность вернул голос матери, которая с досадой заметила, что она закончила. Засекли время на полчаса и младшая рванула в свою комнату, даже не посмотрев на шевелюру из фальги в зеркале. Нужно занять чем-то руки и перестать думать о всякой жути. «Ну ты даёшь. Скоро начнёшь думать, что мать хочет прирезать тебя, пока ты спишь», — ехидно заметил голос в голове. Мерзость, мерзость. Откуда он только взялся? — Ма, у нас есть обезбол? — крикнула девушка, чтобы её услышали в другой комнате. — Да, у тебя что-то болит? — незамедлительно ответила женщина. — Чуть-чуть голова! — снова крикнула. «От меня так просто не избавишься», — зло прошептал голос. Стоп, что? У неё что, шиза началась? Она-то думала, что это голос совести, которой у неё не было до случившегося в прошлой школе. Чтож, ещё один повод для рассуждения и волнения, но это она отложит на потом и всё же выпит обезбол. Время прошло слишком быстро, что девушка даже не успела ничего сделать, то ли из-за медлительности, то ли из-за обезбола, который мог подействовать совсем по-другому. — Кора, пора смывать красоту, — зашла к ней в комнату мать. Она будто вовсе и не злилась из-за грубости дочери, а возможно, даже была расстроена. Девушку задел кусочек вины, но только кусочек. Через пару секунд она уже бежала в ванную, чтобы с неё сняли всё это «чудо». Не говоря ни слова, она наклонилась над раковиной, а Элли начала бережно снимать фальгу. Не было расстроенных и удивлённых вздохов — первый признак, что волосы на месте. Раньше девушка была посмелее, ведь красила волосы во все цвета радуги и ни разу не пожалела, что где-то что-то выпало или сожглось. Сейчас она как-то переживала за результат, поэтому, собственно, и попросила мать помочь. Нежные руки коснулись её волос и подставили под тёплую воду. Аккуратные массирующие движения успокаивали. А ведь именно покоя ей так не хватало всё это время. — Тебе помочь высушить волосы? — осторожно спросила Элли. — Если тебе не сложно, — смущение взялось из ниоткуда. А фен уже был включён и руки, что так успокивали снова зарылись в её мокрые волосы. Девушка приглушённо вздохнула и прикрыла глаза. Почему-то шум фена действовал убаюкивающе и она невольно подумала о сне. Мысли снова забегали по голове, только они были незначительны и абсолютно бессмысленны. Такие несвязные и иногда странные. Обычно похожие мельтешат перед сном. А сейчас девушка готова была провалиться в него прямо на стуле, но худые руки не позволили этого сделать. Пальцы слегка обхватили её плечо и потрясли. — Кора, — нежно позвала Элли. Почему-то слова уже не казались наигранными, а даже приятными. Девушка быстро отбросила такую мысль и уставилась в зеркало. — Ого… — только и смогла вымолвить она. В зеркале девушка была с блондинистыми волосами. Не как у матери, у той были почти пепельные. А вот у Коралины волосы слегка желтоватые, вьющиеся. Но тон ровный и не пятнами, как мог бы быть. Цвет шёл почти от корней, сохраняя плавный переход с её естественным оттенком волос. Почему-то они так шли к загорелой коже и веснушкам. Внешность странная штука, но девушка и не подозревала, что настолько. В прихожей хлопнула дверь и Кора поняла, что вернулся отец. Она слегка испуганно взглянула на мать, но тут же стала рассматривать салфетки лежащие на раковине. Неужели она боится показаться отцу на глаза? Да что за бред. Она, не говоря ни слова, тут же вскочила со стула и побежала в низ. Она даже не поблагодарила мать за помощь и ушла. — Па, смотри! — лучшая оборона — нападение. Вроде так говорят. Мужчина тут же взглянул на девушку и застыл. Вот этого он уж точно не ожидал увидеть. Глаза моментально посмотрели на женщину за её спиной и слегка улыбнулся. Кора и не понимала, почему он смотрит то на неё, то на мать, будто сравнивая. О нет. Вот этого она точно не хотела. — Вы похожи, — проговорил Эдди, слегка улыбаясь. Девушка спиной ощущала, как мать тепло улыбнулась на такую фразу и выжидающе смотрела на неё, ожидая реакция. — Ага, супер, — сухо сказала Коралина. Губы слегка поджались и она потупила взгляд в пол. Теперь дома вовсе не хотелось оставаться, а ведь умиротворение только пришло к ней. Девушка искала глазами то, что могло помочь ей сбежать из дома, не волнуя родителей. Какой-нибудь безобидный предлог. И она нашла его. Её старый скейт, слегка потёртый и побитый. Кора невольно вспомнила, как свалилась с него, а потом раздражённо швырнула в кусты. От ветки осталась заметная царапина и сейчас она была ярко видна. — Я бы хотела прогуляться, — сказала Коралина и схватила предмет воспоминаний. Её никто не останавливал, ведь родители даже не успели сообразить, а она уже была на улице. Скейт тут же покатился по ровной дороге и девушка ловко запрыгнула на него. Как же давно она не каталась на нём! Свежий воздух приятно обдувал лицо и уже жёлтые кудри. Её бесформенная футболка также развивалась. Лёгкие штаны также разносились и обтягивали ноги. Необычная и хорошая скорость! Из головы выветрились все переживания и проблемы. Сейчас она была свободна и чувствовала себя просто прекрасно. Теперь солнце не казалось таким навязчивым и раздражающим, а птицы не безголосые. Прекрасная атмосфера. Спасибо родителям, что они живут в тёплой части Америки. В отличие от Энид, которая судя по всему сейчас сидела под проливным дождём и ужасно скучала. Надо будет ей как-то позвонить и похвастаться. Видео скинуть в конце-концов. В реальность вернул её свист. Наглый, громкий и слишком узнаваемый. Коралина остановилась и нервно вздохнула, боясь поворачиваться на звук. Почему именно сейчас, когда всё наладилось? Что она вообще здесь делает? Разве она не уехала в колледж или куда она там поступила? — Ай, ты батюшки! — наглый голос вернул в реальность. Девушка всё ещё стояла в ступоре. Ей так не было страшно даже с тем чуваком, который хотел поубивать всех одарённых. Надев маску безразличия, Коралина всё-таки повернулась и раздражённо вздохнула. Да, это была действительно она, стояла наглая и радостная. Ричардс сейчас выдавало только то, как она нервно кусает губы, стараясь привести сердцебиение в норму. Этого человека она уж точно не хотела видеть. Почему все проблемы приходят одновременно и вместе? Кому она дорогу перешла? В метрах десяти от неё стояла девушка. Повыше Коралины, но более худого телосложения. Тёмные, почти чёрные волосы едва доставали до плеч. Они прямые, не похожие не на чьи другие. Глаза такие же как и волосы. Коралина сравнила бы их с ночью, будь она средневековым романтиком. Девушка азиатского происхождения, черты лица у неё аккуратные без лишнего. Если бы Коралина не знала её, точно сказала бы, что внешность умилительная. Но сейчас язык не поворачивался произнести такие слова. — И я рада тебя видеть, — пробормотала Ричардс себе под нос. Глаза рассматривали асфальт, боясь подняться чуть повыше. — Малышка Кора вернулась домой после заточения в школе для ненормальных. Прими мои поздравления. Да ещё волосы покрасила, ну просто красота! — судя по голосу, девушка приближалась и совсем скоро будет стоять рядом. — Такая дозволенность называть меня есть только у родителей и то, сокращение имени, — лепетала Ричардс раздражённо. Она даже не обратила внимания как восхищённо произнесла старая знакомая комплимент её волосам. — А раньше ты была не против. Глазки-то как светились, когда я так говорила, — словно хищница говорила она, растягивая слова. Находилась уже вблизи, на расстоянии полуметра. — Алтын, уйди! И без тебя проблем много! — не выдержала Коралина такого напора. Её знакомая только одним видом показывала своё превосходство, что очень сильно давило на нервы. — Тебя так же легко сломать, как и раньше, — брезгливо сморщила моську знакомая. «…Как и раньше» — эхом раздавались слова в голове. Коралина слегка сморщилась и расстроенно поджала губы. Старые раны никак не хотели заживать, а та, которая их зашивала, сейчас наоборот проводила ножом, не жалея. Девушка словно вернулась на несколько лет назад, в свои четырнадцать. Уже давно не радовало присутствие других людей, ведь с ней никто не хотел общаться. Все сторонились и обходили, либо же задирали, не боясь расправы. Тогда школа встречала радостными лучами, приглашая всех, но для Коралины был просто ад. Ей не хотелось вовсе никуда идти, а говорить об этом тем более. Родители в тот момент смахивали всё на депрессивный период, который есть у всех подростков. Очередной день, с очередными уроками, которые будут пролетать скучно и неинтересно. Девочка не хотела заходить в школу задолго до урока, поэтому сидела во дворе на лавочке. Даже что-то рисовала в отдельной тетради, но до произведения искусства было далековато. Внезапно она почувствовала какое-то копошение рядом с собой и подняла слегка испуганный взгляд. И не зря. Рядом с ней образовалась девушка постарше её. Сразу видно — старшеклассница. Почему-то их Коралина отличала довольно легко. — Мелочь, где тут у вас кабинет директора или администрация? Хер знает, как у вас тут чо устроено, — английский был не в идеале. Акцент был грубый и непонятный для младшей. Девушка перед ней азиатской внешности, но понять, откуда она было сложно, — Ты чо зависла? — перед её лицом помахали рукой и с напускным удивлением уставились. — Администрация прямо у входа, — испуганно пролепетала Коралина, слегка боясь, что появился ещё один человек, которому она не понравится. — Спасибо, будем знакомы, — старшая протянула руку, — Алтын, — девушка не поняла, что она произнесла и немного подзависла, услышав незнакомое слово. — Чего? — тихо, боясь, что это оскорбит новую знакомую. — Меня Алтын зовут, дурында, — перед лицом вновь возникла рука. — А… — запоздало, но младшая всё же пожала руку, — Меня Коралина зовут. Новая знакомая кивнула и ушла туда, куда ей указала девочка. А Коралина удивлённо посмотрела перед собой, а затем смущённо улыбнулась. Может, у неё появится друг? Этот друг снова появился из неоткуда, испугав девочку ещё больше. На этот раз многие из школы были в столовой, как и Ричардс. Коралина похлопала глазами, но немного расслабилась, ожидая, что с ней начнут говорить первой. — Молодец, малая, не соврала про администрацию школы, — Алтын довольно попивала из трубочки сок в картонной упаковке. — А зачем мне врать? — Да я сама не понимаю. Вот для некоторых, это — развлечение. Головы им бы поотрывать, — старшеклассница громко выдохнула и поставила сок на стол, — А ты чо, правда телекинезом обладаешь? — чёрные глаза уставились на неё с интересом, прищурившись. — Типо того, — Коралина, казалось, немного поникла. Но тут же нашла другую тему разговора, — Лучше о себе расскажи. — А чо рассказывать-то? Ну мне семнадцать. Я из Казахстана, родители какого-то хера решили мигрировать. Полное имя Алиева Алтын. Первое фамилия если чо, — пояснила девушка, будто объясняет умалишённому. А Коралина кивнула, соглашаясь с её словами. Девушки говорили до конца перемены, а глаза младшей, казалось, светиться начали. С тех пор они стали чаще общаться. У Алтын был слишком грубый характер, чтобы другие спокойно с ней общались. Возможно, можно сказать, что она изгой. Но сама девушка так не считала. Многие вовсе не понимали, почему у этих двоих так хорошо сложилось общение. Алтын словно игралась с Коралиной, по крайней мере, так выглядело со стороны. А ей было просто весело. Наверное именно таких людей называют бунтари. Коралине хотелось учиться у неё шутками. Несколько иностранных матов выучила она благодаря Алтын. У них завязывалась хорошая дружба, а родители только рады были. Никого ничего не напрягало, только вот старшая успела выпустить из школы. Поступила она в какой-то колледж. Не сказать, что ей было там интересно, но, хоть чем-то могла себя занять. А вот Коралина восприняла это расставание более болезненно. Она стала невысыпаться и начала ещё больше раздражаться, чем раньше. И вот она вновь видит Алтын перед собой. Вся та же наглая ухмылка и те же искры в глазах, которые сейчас раздражали. Заставляли закусывать губу до крови от обиды и несправедливости. — Да ты сама меня бросила, ничего не сказав! — воскликнула Кора, как обиженный ребёнок. Хотя, если так подумать, она им и являлась. — Я сказала, что уезжаю, — парировала Алиева, ничуть не оскорбившись на слова бывшей подруги. — За десять минут до отъезда! — Ричардс даже топнула ногой, что только позабавило Алтын. — Ну что ты как маленькая! — теперь голос был раздражённым и Кора слегка отступила назад. Будто её отчитывают, как ребёнка, — Боюсь представить, что было бы, если бы у тебя была сестра-близнец. Ну или брат. Я б, невыдержала, честное слово! Младшая замерла на месте, удивлённо смотря на собеседицу. Это она вообще к чему? Но вопрос отступил на второй план. Кому она может обо всём рассказать, не боясь, что бедному подростку придёт расправа? Те, кто уже давно не являются подростками, но точно ей помогут. Хоть она и раньше о них думала, только сейчас поняла. До этого момента не хотелось никого грузить своими проблемами, но вот им точно будет весело разбираться а этой ситуации. По крайней мере, Адаму, точно. А отец придраться не сможет. Они не подростки, сами могут отвечать за свои действия. — Точно, близнецы! — девушка воскликнула вслух, не регулируя громкость сказанного. — Ничего себе, каких друзей ты завела, — Алтын приподняла бровь, будто сама не верила в сказанное, — Хоть симпотные? — На эту реплику Кора расплылась в улыбке. — Очень. Ну об этом попозже.