Красотка, юморист, а также ведьма

Она едва смогла разлепить глаза. Все тело болело, а голова будто бы готова была расколоться на части. Вокруг темно и пахнет сыростью. Мягко говоря, её состояние — дерьмовое. И понять это было не трудно. Казалось, что девушка просто не сможет подняться и сразу рассыпется на кусочки. Но даже если бы хотела, не смогла. Тело было прочно связано. Руки перекрещены и буквально в кондалах. С ногами тоже самое, только поставленны были параллельно. Уже радует. Со скрещенными она бы точно не смогла что-либо сделать. На горле металлический ошейник, что очень сильно и неприятно давил на все её бедные косточки. Слишком удручающее положение. Страх ещё не успел пробраться к ней, она даже не до конца понимала, что происходит. Конечно, не каждый день она в цепях намертво прикреплена к какой-то стенке, но всё-таки до мозга информация всё ещё не дошла. Мысли путались вокруг друг друга, не давая сконцентрироваться на чём-то одном. Хотелось биться в конвульсиях, стараясь освободиться от мерзких ощущениях. Металл неприятно холодил кожу. Поэтому, девушка незамедлительно начала дёргаться, пытаясь выбраться. По ушам стали бить громкие звуки ударяющегося о друг друга железа. Довольно неприятно из-за чего девушка поморщилась. Похоже, на горле ошейник был затянут слишком сильно, ведь после попыток выбраться, оно начинало саднить, как будто натёрло. — О, очнулась, — послышался сиплый и слишком тихий голосок. До жути знакомый и Коралина испуганно встрепенулась, тут же пожалев. Кондалы натирали конечности, доставляя неприятные ощущения. А при резких движениях угрожали отрезать всё связанное. Не слишком ли? Мистер похитиль, зачем так заморачиваться? — Уэнсдей? — Коралина, несмотря на сильную усталость, всё-таки задала вопрос. Голос хриплый, такой же неприятный, как и у собеседницы. Хотелось расспросить её обо всём, да даже обнять. Никогда бы не подумала, что подобная мысль может проскочить в голове. Бред. — Да, — только и смогла вымолвить Аддамс. Казалось, её силы были на исходе, что довольно удивительно. Уэнсдей всегда, в не зависимости от состояния, выбралась бы из любой жопы любых проблем. А сейчас тихий, не звучный голосок напугал Коралину, что уже обрадовалась найденной пропаже. Глаза только замигали огоньком надежды, как тут же потухли. Если Уэнсдей торчит здесь столько времени и ничего не смогла сделать, то Кора тем более бесполезна. — Уэнсдей, — повторно обратилась ведьма. Она только перестала переживать, как неожиданное похищение испортило все планы. Не такие каникулы она планировала провести. — Да, — в такт ей проговорила Уэнсдей. Видать, ей, при всех садистских наклонностях, тоже не нравится такой отпуск. Коралина не могла поверить, что чья-то радость может продлиться так мало. А тем более у неё. С одной стороны, она поговорила обо всём с Ксавье. С другой, теперь он всё знает и захочет помочь, тем более, как девушка отключилась. Чёрт, она ничего не помнит. Совсем недавно говорила с Ксавье, а потом, сознание будто отключилось. В голове словно появилась белая дымка, что затуманила разум и воспоминания. Внимание вновь сконцентрировалось на Уэнсдей, что кроме тихого «да» больше ничего и не промолвила. Стоило поговорить с ней, рассказать, что происходит, если повезёт, расспросить. — Ты видела, кто меня занёс? — Коралина резко спросила, но после стушевалась. Настолько громко её голос прозвучал в мёртвой тишине. — Нет, я была в отключке. Даже если бы увидела, списала бы на глюки, — Уэнсдей как будто совсем не желала говорить о чём-либо. Разговор оборвался, так и не начавшись. Тишина угнетала обеих, но никто из них не осмеливался что-то сказать. Разрушить эту гнетущую тишину, что окутывала и пугала до чёртиков. Сказать — означало начать и возможно навредить самим себе. Конечно, их слушают и за ними наблюдают. Стоило быть осторожными и тихими, но, казалось, это было невозможно. Им надо переступить, но в то же время быть осторожными и не ляпнуть чего-то, что могло бы врагу дать информацию. Не дать навредить тем, кто остался в отеле. Коралина бояздливо придвинулась немного, но цепи вместе с ошейником тут же неприятно охватили тонкие изгибы тела. Девушка, поняв, что это была плохая идея, вновь отодвинулась к стене, прижимаясь спиной к холодному камню. Как бы не застудить чего в таких условиях. Совсем их не берегут. Хотя, если так подумать, то этому нечто нужно, чтобы они умерли. Или умерли в определённый момент. — Как думаешь, кто это был? — Коралина вновь разрушила тишину, надеясь на ответ со стороны Уэнсдей. Но от неё послышался лишь тихий смех. Удивительно, до чего же довели бедную Аддамс. Кто-нибудь вообще слышал, как она смеётся?! Вот и Коралина подивилась и поёжилась. Она уже хотела было спросить, что вызвало столь бурную реакцию, но девушка сама заговорила. — Я назвала его Кукловодом, — хихикнула Уэнсдей. Коралина подхватила её веселье. Но смех скорее был истерическим, нежели чем-то большим. Да уж, не долго им осталось с ясным разумом. Как можно быть оптимистичным в такой ситуации?! Коралина, несмотря на довольно плохое расположение духа, широко улыбнулась и взглянула на потолок. Он был сырым и не внушал доверия. Будто вот-вот развалится и задавит обеих, не пощадя никого. Ей вспомнилось как они с ребятами обсуждали данного героя, ожидая, пока им оформят номера в гостинице. Много вариантов перебрали. А говоря шёпотом, становилось ещё загадочнее и таинственнее. Но сейчас, сидя на сыром полу вся в грязи (что к слову, было не очень приятно), прозвища казались ей абсурдными и смешными. Почему ей сейчас очень захотелось поделиться воспоминаниями. — Ха. Мы тоже долго обсуждали, как его назвать. Адам с Алекс предлагали «Безликий», а также «Хамелеон», — улыбка также присутствовала на лице. — Вот это у вас фантазия, — усмехнулась Уэнсдей, что откинула голову назад. Её поза уже не казалась напряжённой. Она была расслабленной, что ли? Но вот Коралина останавливаться не собиралась. — Ксавье прозвал его или же её карателем. За то что давно произошло у нас в семье. — Гениально, — она немного выдала паузу, а потом задала интересующий её вопрос, — что значит: «То, что давно произошло у нас в семье». Что интересного я пропустила? — Всего лишь то, что мой род проклят, — улыбка спала с лица и весёлой атмосферы больше не было, — Что именно из-за своих предков я испытывала жуткие боли во всём теле. — Ты испытывала боли? Я не знала, — ощущение, будто часть про проклятье она пропустила мимо ушей. Но Уэнсдей лишь оставила вопрос на потом. — Да ты как-то и не спрашивала, — отмахнулась Коралина. Ну только не вновь. Если она снова начнёт загоняться по-поводу и без, то стоит сразу же попросить, чтобы её прирезали, хоть здесь. — Да я как-то и мне думала, — парировала Уэнсдей. Ощущение, будто разговор снова сошёл на нет, но это только начало, — Значит, твой род проклят. — Боже, да. Я так много это рассказывала, что тошнить начинает. Если коротко, то мой предок убил суженного одной ведьмы, а его в ответ прокляли. Ещё приписали к ним какую-то Гуди. Девчонке тоже досталось. Уэнсдей будто холодной водой окатили. По коже пробежали муражки. Неужели ей страшно? Вовсе нет. Её интригует данный рассказ и хочется услышать продолжение. Но как будто, его нет. Поэтому, Уэнсдей решает вставить свои пять копеек. — У меня была предок по имени Гуди, — голос был еле слышным, но разрезал тишину как нож по бумаге. — Мало ли сколько их таких было, — отмахнулась Коралина. В последнее время, ей надоело искать смыслы и связанные меж собой вещи. Она просто устала от этого. — Не соглашусь. Весь учебный год мне мерещилась эта Гуди. А когда я сюда попала, она вновь явилась. Она сказала, что это её вина и она сожалеет. Хотя, нет. Последней фразы не было, но ты меня поняла. — Тогда это многое объясняет, — кивнула Коралина. Ей, скорее, не хотелось спорить, поэтому лучшим способом было просто-напросто согласиться. — Тем более, то что я сейчас сижу рядом с тобой, это подтверждает, — Уэнсдей поджала губы. — Это также может означать, что мы с тобой неудачницы, — попыталась пошутить Коралина. Уэнсдей тихо хихикнула и слегка кивнула. — Не без этого. Молчание вновь наступило, но не на долго. Где-то через минут пять, Уэнсдей проанализировала информацию, которую говорила Коралина до этого. Ей была непонятна одна вещь. — Почему Алекс и Адам с тобой? — еле вымолвила она. Казалось, силы покидают её слишком быстро. — Всмысле? — Коралина схмурила брови в непонимании. А потом её осенило таким простым выводом. Уэнсдей же не знает, что её искали. — Мы тебя искали. — Как вы узнали, что я пропала? — недоверчиво покосилась Аддамс. Доверие не совсем про неё. Кто знает, может это проделки Кукловода, что бессовестно играется с её разумом. — Похоже на допрос, — вздохнула та в ответ, но возражать не стала. Хоть слова давались с трудом, но всё-таки надо осилить себя, — Когда ты пропала, мне пришло сообщение, что тебя похитили. Не будем углубляться во всю историю, сил нет. Я заволновалась и, понимая, что единственные, кто могут мне помочь, это близнецы. За мной увязалась ещё бывшая подруга — Алтын. Как бы я не пожалела, что взяла её с собой. — Как-то глупо брать обычную девчонку, к тому, кто похитил меня, — вторила ей Уэнсдей, выделяя последнее слово. Ну да, её похитить сложно и довольно затруднительно из-за отсутствия инстинкта самосохранения. Коралина, казалось, обиделась на такой вывод. Уэнсдей показалось, что она даже немного выпятила губу, но сразу отмахнулась от совести, что взялась ниоткуда. — Она сама так захотела. Я же ей не мать, чтобы запрещать, — да, действительно обиделась. Голос был немного притуплен, как у расстроенного ребёнка. — Да я же не виню, — попыталась исправить ситуацию Уэнсдей. Она вновь подсуетилась, — И что было дальше? — Да ничего особенного. Мы поехали в Невермор, откуда ты пропала… — И что, всё? — Не стала бы перебивать, узнала бы, — Коралина прищурилась. Теперь она точная копия обиженного ребёнка, — В Неверморе мы нашли, Кента. — А он-то откуда там? — Что-то ты нетерпелива. — Ну извини, ты первый человек с которым я общаюсь примерно за недели две. — Извинения приняты, — Коралина растянулась в чеширской улыбке. А вот у Уэнсдей вновь вернулся тот самый взгляд «Только попробуй подойти и я тебе зубами гортань вырву». Как хорошо, что они связаны. Единственный плюс. — Кент был холодный, голодный, — Коралина ни с того, ни с чего почувствовала прилив сарказма. Но его быстро прервали. — Ближе к делу, Коралина! — похоже, Аддамс стала чересчур нетерпелива. — Если вдруг ты помнишь, когда нас провожали, там был Кент, — увидев одобрительный кивок от Уэнсдей, что минутку рылась в закромах своей памяти, девушка продолжила, — Так он сказал, что его там не было. И никого он не провожал. Мы вообще нашли его связанным в кладовке. Примерно также, — девушка для убедительности взмахнула связанными руками, что были перекрещены. — Значит, нас повязал один человек, — сделала свои выводы Уэнсдей. — Это не очень-то радует, — недовольно проворчала Коралина. Ей вообще не очень нравилась ситуация, где она связана и обездвижена. — Как раз наоборот. У нас один враг, — девушка немного размышляла, а затем быстро сменила тему, — попробуй выбраться с помощью телекинеза. Ты же ведьма, в конце концов. Коралина уже хотела было стукнуть себя по лбу, от того, насколько это было банально. Но цепи помешали ей осуществить задуманное и плечи заболели от резких движений. Девушка немного пошипела от неприятных ощущений, но решила сконцентрироваться. Она глубоко задышала, выравнявая дыхание. Даже глаза прикрыла, для большего ажиотажа. Вот она чувствует как по телу начинают распространяться ниточки магии. Удивительно, насколько это необычное чувство, которое каждый раз ощущается по-разному. Ниточки всё ближе подбираются от груди к рукам и кончикам пальцев. Ещё чуть-чуть и магия выберится наружу. Но слишком резко и неожиданно пришла головная боль, что словно забила тревогу и начала буквально стучать по голове. Коралина вскрикнула скорее от неожиданности, но после болезненно зашипела, говоря о своём недовольстве. — Коралина, что случилось?! — Аддамс, казалось, даже перепугалось такой смене настроения. — Знаешь, ощущение, будто что-то мешает магии выбраться из моего тела. Сразу же боль, очень сильная, — девушка говорила с предыханиями. Ей было тяжело говорить. — Чёрт. Конечно, стоило догадаться, что нам не позволят выбраться так просто. — Но также стоило попробовать. Молчание снова наступило, раздражая обоих. Это беспомощность убивала, чуть ли не буквально. Девушки абсолютно ничего не понимали, хоть и рассказали многое. Обе смотрели на потолок, но затем Коралина перевернула голову на Уэнсдей. Та же, почувствовав взгляд подруги по несчастью, обернулась на неё. Ричардс выдала то, о чём обе думали. — Единственное, что мы знаем, это то, что ничего не понимаем, — Коралина размякла и казалось, будто она вот-вот отключится. Уэнсдей ощутила те же эмоции, будто силы покидали её, не щадя. Обе заснули и подвал вновь погрузился в тишину.

***

В отеле творилось чёрти что. Алтын бегала с матами за кипятком, чтобы заварить чай, ведь в номере почему-то не было чайника. Чай необходим был для Элли, что психовала, дико волнуясь за свою дочь. Женщина была на грани истерики, опасаясь, что Коралина может быть мертва, либо же с ней делают нечто ужасное. Адам с Алекс в это время пытались её успокоить, помахивая всем чем можно, изображая веер. В это же время они подгоняли Алтын, что никак не могла достучаться до администрации. Видать, те поспать ушли, не ожидая посетителей. Кент же точно также присутствовал, но запуганно косился на всех. Они подняли на уши весь отель. Те же не могли понять, что произошло в столько поздний час. Узнав обо всём, Ксавье также выехал в маленький городок около Невермора. Он был крайне обеспокоен, но старался держаться. Удивительно, какой переполох смогла поднять Коралина, даже не присутствуя. Остальным страшно было представить, что будет, когда приедет Эдди. Сейчас он в самолёте, но скорее всего, через пару часов будет ещё одна истерика, только со стороны отца. Как будто на свадьбу попали, только здесь более трагично. Ожидания оказались верными. Сначала приехал Эдди, затем следом за ним появился Ксавье, о присутствии которого, было не всем известно. Эдди подивился, что у них прибавится ещё один компаньон, но потом с досадой обнаружил, что количество людей в их команде не изменилось. Тогда он готов был с голыми руками и затуманенными мыслями идти разыскивать Коралину, но, благо, Адам с Алтын его остановили. Оба под руку забрали отца подруги и отвели к Элли. Теперь они волновались вместе, но из-за гордости взяли всё свое самообладание и не стали нервничать сильно в присутствии друг друга. Бедные близнецы вместе с Алтын бегали вокруг и пытались контролировать ситуацию. Как бы потерянные родители не наделали чего плохого. Но вот Алтын, спустя какое-то время поняла, что можно немного обойти систему и прибилась к Ксавье, что отлично себя контролировал. — Не беспокойся, мы её найдём, — с дьявольской улыбкой говорила девушка, обхватив парня за руку и слегка её поглаживая. — Мне кажется тут успокоительное нужно тебе, а не мне, — пробормотал Ксавье, смотря на то, как Алтын машинально повторяет свои действия и смотрит пустыми глазами. — Боюсь, немного устала. Да и беспокоюсь за Коралину и её родителей, — призналась девушка, косясь на Эдди и Элли. — Понимаю, — Ксавье поджал губы. Ему было искренне жаль взрослых, к слову, которых он увидел впервые. Они были не такими, какими их описывала его девушка. В его голове взрослые выглядели чопорными и строгими, не волнующих, что происходит с их дочерью. Но сейчас они были другими. Не смотря на предыдущий рассказ Коралины о том, что произошло за последние дни, мнение о родителях не поменялось. Они заботливые и, вероятно, добрые. Видать, им действительно многое пришлось переосмыслить за последнее время. — Иди поспи, я посторожу, — сказал Ксавье. На удивление, он чувствовал себя достаточно бодро. У Алтын будто бы глазки заискрились. Видать, ей давно хотелось отдыха, но никак не выходило банально поспать. Сейчас никому не хотелось оставаться на едине, зная, что может произойти что угодно. Девчонку похитили средь бела дня хотя она стояла вечером под отелем. Каждый волновался и переживал, как бы на них не снизошла такая участь. В какой-то момент Ксавье остался на едине с родителями Коралины. Вспоминать данный момент ему было неловко. Они не знали о чём говорить, кроме как о их дочери. А то, как Коралина воспринимала тему отношений, ни Элли, ни Эдди не хотелось лезть во всю эту гущу. — Так, вы разговаривали по телефону и связь оборвалась? — тихо спросил Эдди, боясь сделать что-то не то. — Да, — скованно поджал губы Ксавье. Теперь он чувствовал себя ещё более не комфортно, нежели до этой фразы. — И Кора тебе рассказала, что происходило, — с таким же тоном спросила Элли. — Да, — Ксавье неловко поджал губы. Оба родителя вздохнули, но увидев взгляд парня, поспешили исправиться. — Мы не хотели, чтобы она рассказывала друзьям, ведь это может навредить, — пояснил Эдди и Ксавье немного расслабился. — Мы с ней пришли к выводу, или же она, — немного исправится парень, — Что тот, кому она нужна, необходима только Коралина. Я ещё думаю, что также необходима и Уэнсдей, ведь Гуди Аддамс именно её предок. Наступило молчание, прерываемое лёгким дыханием. Все трое обдумывать предыдущие слова юноши. — Так вот зачем нужна Уэнсдей. Значит, девочка может бы жива, — сделал вывод Эдди. — Но теперь, когда у него и Уэнсдей, и Кора, он может совершить задуманное, — удивлённо прошептала Элли. Лёгкая дрожь вновь прошлась по телу и не только её. — Тогда стоит найти, где их держат, — Ксавье постарался разбавить обстановку словами. Но голос стал хриплым, из-за чего реплика начала звучать жутко. — Ну это и так понятно, — пробормотал Эдди, на что Элли укоризненно взглянула на него. В комнате наступила тишина. Им всем стоит отдохнуть, но это также означало закрыть глаза на секунду, и Коры уже не будет в живых. Не стоило им бояться, стоило действовать. Жаль, что мозг плохо думает, когда устал. Но совсем скоро они начнут рыть всю необходимую информацию. Всё, что может им помочь, попадёт в их руки. Они найдут Коралину и Уэнсдей, во что бы то ни стало. Слишком большой стимул для каждого из них.