Красотка, юморист, а также ведьма

Звонок пробирался сквозь разум и сон. Стоило поменять рингтон, ведь этот уже слишком поднадоел. Мужчина хотел отмахнуться, потом перезвонит, а сейчас сон прерывать не хотелось. Но тот, кто на другом конце трубки, был крайне настойчив, ведь останавливаться не собирался. В голову стали лезть мысли и воспоминания о вчерашнем дне. Аэропорт. Такси. Отель. Элли его встретила и рассказала о пропаже… Эдди тут же подскочил на месте и стал разыскивать телефон, что не переставал звонить. Как он мог так бессовестно заснуть, когда его дочь в опасности? Сейчас он копошился не хуже назойливой мухи. Благодаря его грациозности, проснулась с таким же эффектом и Элли. Устали все, но как говорится, накрыло по-разному. Женщина не была так удивлена ни звонку, ни воспоминаниями о вчерашнем дне. Поэтому наблюдала за беготней мужа с явным скептицизмом и поднятой бровью. Эдди всё-таки удосужился найти свой телефон в кармане куртки, что оставил около входной двери. Вчера не было времени прибрать вещи, поэтому на утро искать их было довольно затруднительно. На экране телефона высветилась надпись, которую он хотел увидеть, но никак не ожидал. Крупным шрифтом по середине экрана: «АДДАМСЫ». Выглядит пугающе, но так он обозначил, что это городской телефон. У них не было мобильных смартфонов, лишь старые изогнутые трубки в стиле пятидесятых. — Да, я вас слушаю? — нетерпеливо проговорил Эдди. Он даже не поздоровался. Возможно, раньше счёл бы это знаком неприличия, но сейчас было немного всё равно на этикет. — Здравствуйте! — на том конце послышался неуверенный голос Гомеса Аддамса, главы семьи, — Вы просили звонить, если мы что-то узнаем. Он мямлил, будто неуверен, стоит ли сообщать о новой находке или информации. Когда состоялся их разговор, мужчина не был уверен, не врёт ли другой. Но также был крайне обеспокоен, что не знает о местоположении дочери. Сейчас же, когда они договорились обо всём, стоило созваниваться и рассказывать, как продвигается их дело. Но всё же было неловко и странно. Аддамсы никогда не нуждались в помощи и всегда были сами по себе. А сейчас им помогают по собственной инициативе. — Да, да, да, — начал тараторить Эдди, — Вы что-то узнали или хотели расспросить как дела у нас? — Скорее первый вариант, — Гомес снова замялся, да так, что Ричардс еле себя сдерживал, чтобы не сказать ему говорить быстрее. В данной ситуации ему точно не хватало терпения, — К нам, так неожиданно, заявился гость, а может и нет. Мужчина забормотал, не в силах сконцентрироваться, чтобы выдать точную информацию. — Послушайте, не важно, гость или ваш знакомый. Главное, что произошло, вкратце, но содержательно. — Хорошо… Следующие слова были как гром среди ясного неба. А вот и второй человек, похоже лично знающий безликого.

«Несколько часов назад»

Обычное утро. Над их домом проливной дождь, приносящий с собой хмурые облака. Пасмурная погода всегда внушала какое-то странное настроение. Оно было таким же грустным, но в то же время приносящее удовольствие. Мортиша сидела за креслом с большой чёрной спинкой. Листала какой-то журнал, что привезли обычные люди под их дверь, опасаясь, что застанут хозяев. Ничего интересного в этой книжонке не было. На удивление, ей не спалось и в груди разрасталась какая-то тревога. Женщина довольно сильно беспокоилась за дочь, что было также удивительно. Совсем недавно от них уехал Эдди Ричардс. Милый мужчина, который был на несколько лет её старше. Его она запомнила еще со школы. Он был крепок и всегда доброжелательно относился к людям. Наверное, именно это в нём и отталкивало. За годы, что прошли с тех пор, он ни капли не изменился. Спина его стала шире, явно был сильнее, а с добротой к людям прибавилась интеллигенция. Он словно выбрался из девятнадцатого века. Ему бы очень подошли фраки того времени. Он осторожно говорил с ними, понимая, что несмотря на все садистские наклонности, они будут волноваться за свою дочь. За это Мортиша была ему благодарна. Эдди не давил и спокойно отвечал на вопросы, что из раза в раз повторялись. Гомес изволновался, что также был она него не похоже. Они и подумать не могли, что Уэнсдей может угрожать опасность, когда она только миновала её. Стоило быть осторожней, но ведь они доверяли водителю. Они доверяли Ларчу. Тот всегда был молчалив и спокоен. Он бы ни за что не отдал Уэнсдей просто так. Несмотря на то, что Ричардс настаивал на виновности Ларча, оба Аддамса сразу отказались разговаривать на эту тему. Сейчас же она даже не знала, что и думать. Уэнсдей пропала, как и Ларч. Стоило им только понять, что тот уже давно её был с дочерью, как тревога стала разрастаться по всей семье. Каждый из них беспокоился и побаивался. Но всё равно никто не хотел верить в предательство верного слуги. Он бы никогда так не сделал. Мортиша повторяла себе это вновь и вновь. Пытается ли она себя убедить в этом? Вероятно, да. Во всяком случае, ей бы хотелось знать хотя бы его местоположение, но никакой информации не было. Гомес убеждал, что не стоит так просто спускать всё на Ларча. И Мортиша это понимала и знала. Стоило ей сознаться, что как только пытается себя успокоить, так сразу же начинает его во всём винить. Также она надеялась, что это не принесёт разлад в их семью и совсем скоро всё решиться, хотя бы найденной Уэнсдей. Женщина услышала, как кто-то опускается по лестнице. Стоило догадаться, что это всего лишь её любимый и верный муж. Она даже не стала поворачиваться, за такое время привыкла и начала различать, кто как ходит. — Cara mia, — послышался голос мужа, что ласково называл её, — неужели ты действительно проснулась в столь ранний час? — Так и не смогла заснуть, — женщина горько улыбнулась и закрыла журнал, отложив тот на столик. — Не стоит так волноваться, — постарался он как-то разбавить атмосферу. Он подсел в кресло рядом с ней и взял за руку, — Между нами говоря, я доверяю Ричардсу. Уверен, особенно, если это коснётся его дочери, то он их найдёт. — Да, — аккуратно кивнула женщина и отвела взгляд. Ей тяжело об этом думать. Внезапно, раздался громкий стук в дверь, а вместе с ним и послышался оглушающий раскат грома. Женщина немного дёрнулась от неожиданности, а вот её муж спокойно наблюдал за сверкающей молнией в окне. — Que rida, я открою, — он не спеша поднялся с кресла и подошёл к входной двери. Ему было вовсе не страшно, он просто открыл дверь, не задумываясь ни о чём. Но то восклицание и имя Мортиша вовсе не ожидала. Вспомнишь лучик — вот и солнце. — Ларч?! — Гомес был удивлён. Нет, он был в полном шоке. Только недавно оба супруга вспоминали о своём верном друге, как он появился прямо перед ними, — Что ты тут делаешь? — Сэр, прошу прощения, что так рано, но это срочно, — высокий, внушающий страх мужчина, сейчас ссутулился, словно нашкодивший ребёнок. Он был действительно напуган. — Конечно проходи, — проговорила Мортиша, подзывая Ларча к себе. Он прошёл в гостиную и неловко замялся. Ему тяжело говорить и думать в такие моменты. Сейчас он старался сформулировать в мыслях ответы, но вот пытливые взгляды обеспокоенных Аддамсов напрягали. — Когда я вёз Уэнсдей к вам, во мне что-то словно поменялось. Я перестал нервничать и будто бы стал увереннее. А потом, хоть убейте, не помню, что и как произошло. Помню отрывками, будто бы я повёл не туда и машина съехала с трассы. А потом понёс Уэнсдей, но не помню куда. Мужчина всё время держался за голову, боясь гнева Аддамсов. Он не думал о физической расправы, но всё-таки страшился реакции. — Хочешь сказать, именно ты её увёл? — Гомес, казалось, был разгневан. — Да, — только и смог вымолвить он. Гомес покачал головой, пока Мортиша пыталась осмыслить весь этот рассказ. Её глаза пусто смотрели в никуда, словно мимо журнального столика. — Думаю, стоит позвонить Ричардсу, — Гомес взял дело в свои руки и подошёл к круглому столику, где стоял старый, но красивый телефон. Он начал выбирать нужные цифры на колёсике, зажимая трубку между щекой и плечом. Гудки шли слишком долго, но позже он дозвонился. И рассказал.

***

Стоило догадаться, что несмотря на то, что эта информация для них подходит и точно как-то поможет, для каждого была своя нервотрёпка. Всех снова накрыла массовая истерия. Никто из них не был готов к тому, что они встретиться с настолько сильным противником. — Лучше б в тюрьму на год присела, — бормотала себе под нос Алтын. Она скрепила руки на коленках и немного шаталась из стороны в стороны. — Хватит вести себя, как будто в психушке находишься, — огрызался Адам. Он, в отличие от остальных, старался помогать другим приходить в себя. А пессимистичные мысли девушки очень сильно мешали для осуществления данной задачи. — Оставь её. Она же даже никак не относится ко всему этому, а всё равно подвержена опасности, — Ксавье пытался подобрать аргументы, чтобы отвести Адама от Алтын. Он проникся какой-то симпатией к девушке. Конечно, скорее как к подруге Коралины, но факт остаётся фактом. — Самой надо было думать, когда с нами отправлялись, — отвечал вампир, хоть и понимал, что он немного перегибает палку и на самом деле Ксавье прав. Но он никак не мог перестать отталкивать девушку от себя. Словно хотелось ему показать, что ей здесь не рады. Чтобы она ушла подальше и не возвращалась в суровый мир людей со своими особенностями. Хотелось огородить, чтобы не портила себе жизнь, связываясь с ними. Адам мыслил реалистично. Они — опасны и общество их презирает. Надо на многое пойти, чтобы пробиться сквозь пелену отвращения и перейти на сторону «нормальных» людей. От подобных мыслей ему становилось тошно и противно, но это так. Ему не нравилось рассматривать себя, как низшего человека, что родился и уже не пригодился. С его вспыльчивостью обращаться к подобным мыслям было опасно и очень небезопасно. Алекс пыталась повторять за братом, только вот она, живя почти весь год с Коралиной, прониклась к ней настолько, что стала относиться ко всем, добрее? Ей не приходилось испытывать негатив к той же самой Алтын. По последней сразу было видно, что, поехав с ними, она преследует свою определённую цель. И вампирша её вовсе не винила. Даже наоборот, поощряла такую продуманность действий, если она, конечно, была. Но вслух естественно, ничего не говорила. Сейчас её также пробивала лёгкая дрожь, но она держалась. Многие факты стали слишком быстро раскрываться, что не очень-то радовало. С одной стороны, это хорошо, с другой, всё близится к концу. И не факт, что к хорошему. К счастью для многих, Эдди Ричардс решил взять снова всё в свои руки и с горем пополам собрал всех вместе. Он рассадил каждого так, чтобы не возникло ссоры между двух сидящих рядом. — Думаю, стоит обсудить принятую нами информацию. Хоть я и не представляю как это делать, — несмотря на утро, Эдди выглядел максимально уставшим. Мешки под глазами увеличились, отбрасывая тень. Да и сам взгляд был потрепанным. В комнате повисло молчание. Никто не мог сказать ничего, они просто не способны были сейчас разговаривать и рассуждать. Но всё-таки каждый осознавал, что это необходимо для них же. Кент слегка скатился со стула и прикрыл глаза. Это точно не то, что ему бы хотелось сейчас чувствовать, видеть и осознавать. — Стоит, чтобы их подчинённого привезли к нам и мы бы расспросили его, — выдвинул свою версию Адам. Алекс закивала в знак одобрения и взглянула на старшего из них. — Это естественно. Аддамсы уже предложили данную идею и Гомес везёт его сюда. Правда, я не представляю как мы будем его расспрашивать, — мужчина глубоко вздохнул, раскрывая последнюю ниточки информации. — Неужели он вообще ничего не помнит? — расстроенно спросила Элли. Она с щенячьими глазками смотрела на мужа и не желала верить в происходящее. — Только отрывки, но они не могут нам помочь. — А по отрывкам не помнит место, куда отнёс Уэнсдей? — не оставляла надежды Элли. Эдди лишь поджал губы и повертел головой в знак отрицания. Какое удручающее состояние, понимать, что они беспомощны. Никто больше не мог предложить ни идейки для раскрытия тайны. Внезапно со стороны Адама послышался смешок, хотя всё это время он внимательно рассматривал пол, не отрывая взгляда. — Стоило ожидать, что с Коралиной что-то случиться, — начал Адам, — Может стоило поставить маячок на неё? Авось нашли бы что-то, — дальше последовало пару смешков, но они скорее были истерическими. Жаль не все восприняли это как попытку разбавить атмосферу. — Тебе смешно?! — воскликнул Ксавье. Его довольно сильно задело такое отношение к его девушке. В голове крутились мысли, как Адам может так относиться к своей подруге. Вампир лишь невозмутимо взглянул на мага. Довольно интересное противостояние. Все внимательно за ними наблюдали, осознавая, что напряжение в комнате стало ещё больше. Алтын мысленно поставила ставку на Ксавье, что победу одержит он. Но вот сознание твердили ей, что Адам более опытнее в подобных конфликтах. А вредность говорила, что вампир и минуты не протянет. — Я не собираюсь забиваться в угол и дрожать от страха. Мне что, запрещено смеяться? — в ответ возмутился Адам. Возможно, шутка была не столь удачна, но замечание Ксавье его взорвало окончательно. Как будто он ребёнок, которому наконец-то дали повод повредничать. — В такой ситуации нельзя. Не тот момент ты выбрал для смеха, — настоял на своём Ксавье. Началась разгораться довольно большая ссора. Оба считали, что не прав другой и требовали извинений. При этом, они понимали, что момент для ссоры не подходящий. Но для них так будто дали зелёный сигнал выпустить все те скопление эмоции, что таились в них всё это время. Обида и злость, на то, что это происходит именно с ними и их родными. Совсем скоро они начали чуть ли не на крик переходить. После этого окружающие поняли, что стоит прекращать данный балаган. Алекс ухватилась за брата и крепкой хваткой развернула его на себя, заставляя перестать смотреть на личико Ксавье и наконец остыть. Она пару раз похлопала его по щекам, шипя, что не подходящее место и время он выбрал для ссоры. Алтын же, осознавая, что Ксавье остывать не собирается, ухватилась за его руку мёртвой хваткой и повела в другой номер. Почему-то она сразу могла распознавать эмоции этого юноши. Как будто у него буквально все на лице написано. Его не трудно понять. Девушка отвела парня к окну, преждевременно открывая его. Воспоминания стали лезть в голову. А ведь совсем недавно она стояла рядом с Адамом тут и они общались, пытаясь не впиться в глотки друг друга. К удивлению, этот момент остался для неё тёплым и в какой-то степени интимным. Мало с кем она вот так сидела и рассказывала о себе. Хоть он и заставил её это сделать, показывая, что ей не отвертеться. Ксавье стоял с плотно сжатыми челюстями и пытался отдышаться. Вдохи были тяжёлыми и резкими — он всё ещё был зол. — Просто омерзительно, — сказал он, выдыхая. Казалось, это единственное, что он сейчас может сказать. Парень не был готов на разговор, а тем более спокойный. — Да ладно, не так уж и страшно, — тихо проговорила Алтын. Она спиной ощущала этот гневный взгляд юноши. — Что значит, не страшно?! — То и значит. Они простояли так ещё несколько минут. Ксавье старался успокоиться, а Алтын просто ждала. Она слегка прикрыла глаза, позволяя ветру теребить её волосы. Чёрные локоны разлетались по лицу, немного остужая. Жаль, пыл Ксавье они не могли также остудить. А было бы славно. — Почему ты так спокойна? — Торп бесстыдно разрушил тишину. — Было время чтобы понервничать, а оно уже прошло, — девушка говорила тихо, не открывая глаз. Это одновременно и возмущало, и успокаивало Ксавье. — То есть, повод уже не актуален? — Ксавье хотел дожать девушку, услышать то, чего он хотел. — Глупый вопрос, — она не поддалась на провокацию, — Не стоит так беспокоиться, потому что Коралина сможет вывернуться из любой жопы. Уж поверь. Я, как её бывшая подруга и по совместительству та, которая втягивала её в эту жопу, знаю, что она очень умная. Хоть этого и не показывает. Изворотливая. Заговорит этого врага до смерти, но не позволит, чтобы случилось наоборот. Молчание повисло лишь на минуту. Ксавье фильтровал информацию, сказанную Алтын и размышлял какой вопрос ему задать. Но девушка не дала ему вставить свои слова и продолжала. — Я понимаю, что слова Адама прозвучали слишком грубо, но поверь, он хотел лишь разбавить обстановку, никак не задеть тебя, — она мельком взглянула на парня, наблюдая за его реакцией. А он лишь расплылся в улыбке. — Не ожидал от тебя таких речей. По словам Коралины ты довольно часто дерзишь и не говоришь серьёзно. Лишь шутишь, — девушка лишь усмехнулась на такие слова. — А ты чо думал. Я тут поднимаю командный дух и всё такое, — она закатила глаза, улыбаясь, и взмахнула рукой. Ксавье посмеялся на такое заявление. Наконец-таки он расслабился и перестал так волноваться. Хотя нет, он продолжал, но уже не так истерично. Парень улыбался, смотря на дворик, что расположился прямо под окнами. А ведь он не подозревает, что они видели здесь Коралину в последний раз. Собственно, это ему знать ни к чему. Они ещё немного поговорили ни о чём, но разговор был довольно приятным. За ними пролетело большое количество времени. На улицах города стали появляться люди, что означало, что день начался. Никто из них и не догадывался, какая опасность могла поджидать каждого. Хотя, люди, которые живут рядом со школой для одарённых детей, в принципе, считались чуть ли не сумасшедшими. Помнится, они их недолюбливали и даже желали победить с помощью физической силы. Ксавье рассказал очередную шутку, наверное, чтобы позабавить себя, но Алтын улыбнулась, показывая, что было не настолько плохо. Парень задержал взгляд на дереве, что трепетало из-за лёгкого ветра. Улыбка на его лице стала чуть широко, но это было не слишком заметно. — Слушай, — начал он. Тон его Алтын не понравился, но девушка решила тактично промолчать, — А чего ты так Адама защищаешь? По рассказам, вы к друг другу не очень хорошо относитесь. Алтын опешила от таких слов и даже не успела собраться, чтобы ответить нормально. — Чего это защищаю? — нахмурилась она. — Ну оправдываешь его, — поиграл бровями Ксавье. И оба знали, к чему он клонит, но Алтын не подавала виду. Хотя, ей хотелось слегка вспылить, но она решила выразить это в немного шутливой форме. — Я чо, на Беллу Свон похожа? — по тону было ясно, что лучше не отвечать. Девушка развернулась, показывая, что разговор окончен, и начала идти к входной двери. — Ну разве что напоминаешь, — проговорил Ксавье ей вслед, за что цепкий взгляд чёрных глаз его чуть ли не сжёг.