Эрл Грей

Гаара, стоявший на своем месте, как обычно выпивал кружку чая перед работой в своем излюбленном кафе. И оно должно было изменится до неузнаваемости. Вообще, это здание было совсем небольшим, на нём и так сильно экономили во время постройки, да прослужило своим хозяевам то уже долгое время. Десять лет. Но даже так оно выглядело неплохо и вполне привлекательно, по крайней мере, внутри. Ранее оно было красивым и снаружи, но с рвущимися всегда только вперёд годами потрепалось, да и за несколько лет уже все успели узнать о том, как чудесно это заведение. Так что остальным не было дела до его внешней обложки. Конечно, внутри это была чистая вкусовщина, но Гааре явно пришелся про душе классический стиль. Он не любит чего-то нового, но из-за Орочимару всё же это что-то добавил. Стены в помещении были какого-то пепельно-коричневого оттенка, но не пугающе бледными. Заведение было полно людьми, гул их разговоров всегда приятно успокаивал, вместе с тем волшебным запахом кухни, который давал понять его гостям, что проведённое здесь время они не сочтут зря потраченным. В самом деле, Гаара уже пробовал составлять свой дизайн, свой узор на тарелках, кружках, но всё это выглядело глупо где-то внутри него, и потому он выставил этот сервиз, как ничего не значащий экспонат. Полки, на них книги, вазы с растениями, названия которых были Сасори неизвестны — всё это было жалкой попыткой Собакуно уйти в оригинальность. Но тревожность за друга в те минуты не могла оставить его и позволить спокойно вернуться к работе. Люстру он тоже старался украсить пару лет назад. Сейчас она выглядела весьма старо, так как после первой покупки ни разу не менялась. Но вы не подумайте — Гаара всегда соблюдает чистоту в зале, и даже на той на люстре не было грязи. Тогда вся ситуация с Эрл Греем смогла относительно устаканиться, вновь пришло вдохновение на попытку создать что-то своё, и она, по его мнению, закончилась безуспешно. Тогда проходил один из главных фестивалей в честь «Чая» в этом городе, и наивный парнишка захотел украсить всё. Развесил красные ленточки из непонятного материала, явно не из ткани. Раздобыл у Орочимару голубые свечи, смог освещением сделать ощущение фиолетового огня. Но увы… В тот день совсем никто не пришел. Сейчас же от этих украшений совсем не осталось следов, а официант даже не вспоминает о том происшествии. К слову, оно чем-то отличалось от всего остального чайного мира. Вероятно, тем, что в какой-то степени походило на какое-то человеческое заведение в потустороннем мире. Оно было спокойным и совсем не сочеталось с окружающей его улицей. Из-под ловких пальцев Шукаку и ножа в его руках вылетали заготовки. Раннее утро давало о себе знать, даже сквозь табличку «Закрыто». Однако же, был наглец, сумевший войти. Ну, что делать. Парень вышел с крошечного помещения кухни в зал. На его лице застыло мнимое удивление, но он, кажется, был ещё и немного рад, хотя по его поднятым вверх бровям это трудно сказать. Он уж точно не ожидал, что Акасуна вернётся вместе с Графом, который столь продолжительное время находился в ужасно подавленном состоянии. — Доброе утро, дружище.— протянул руку Сасори и чуть сдержанно улыбнулся. Эрл Грей же, стоя рядом, тоже улыбался, также сдержанно как и его возлюбленный, ведь он Граф. Собакуно в свою очередь прижал тонкую руку и улыбнулся во все зубы, что было ему несвойственно. Но с появлением Сасори в его жизни, это явно стало чем-то обычным и привычным, так как они, кажется, стали неразлучными друзьями. — Действительно, очень доброе. И Вам, Господин Орочимару. — переведя взгляд на брюнета, работник сомкнул губы в уже более сдержанной улыбке. Но он все также был рад видеть приятеля здоровым. — Да, Гаара. Готовишься к приходу особ? — Очень тщательно, но мне б не помешала помощь своего коллеги, который, между прочим, отсутствовал целый день, да ещё и опаздал. — косой и слегка насмешливый бирюзовый взгляд пересел на алые волосы друга, который чуть слышно смеялся. Всё же из него было трудно вытянуть смех. — Чудесно, твой коллега полностью свободен для тебя сегодня, а я, пожалуй, займусь перепроверкой ваших чертежей, о которых мне рассказывал Сасори. Позволишь взглянуть? Я бы хотел помочь вам с реализацией этой идеи, и даже материально. — Орочимару, Вы серьезно?! Конечно, сейчас я всё принесу, только вот я не помню, где лежат проекты Акасуны.- глаза упали в пол, но неловкую тишину довольно быстро прервал Скорпион. — Они в тумбе или под матрасом. Я оставил их там, чтобы не испачкались. — Понял, секунду! — Гаара в спешке ушел, а вот Скорпион залез за стойку и скинул верхнюю одежду, надев поверх красивый кофейный фартук. И вот прошло уже пол дня, оба друга трудились. Эрл Грей, расположившись за дальним столом, сидел с пером в руке, зубами чуть покусывая его кончик. Весь его столик был занят бумагами и чертежами, которые он исправлял, делал очередные пометки поверх тех, что уже были, исправлял размеры и вписывал окончательные. Ладонь слегка подрагивала: слишком много он думал. Одновременно в голове крутились мысли о работе и о помощи. Всё труднее было поддерживать имидж. Тем более, Орочимару долгое время отлынивал от работы из-за тяжёлого состояния, так что теперь делает намного больше, дабы закрыть так называемые «долги». Подняв змеиные глаза на пару друзей, наткнулся на светлую улыбку Сасори, что вызвала у саннина взаимную, хоть у Акасуны та была адресована и не ему. Такая приятная мелочь, а думать стало в разы проще. Но чтобы окончательно прийти в себя, змей поднялся и встал в общую очередь: нужно было освежить мозг любимым чаем. Очередь двигалась медленно, и совсем не из-за того, что ребята готовили не торопясь, а из-за объема заказов. Здесь было слишком вкусно, чтобы не сделать огромный заказ для всей семьи. Спустя время очередь наконец настигла Орочимару, и, к сожалению, его встретила довольная мордашка Гаары. — Мой друг, будь добр, мне как обычно — кружку черного чая. — Собакуно коротко кивнул и отошёл. Заказ принесли за столик довольно быстро, и это всё ещё был Гаара, который, мило улыбаясь, строил это личико всем посетителям, хоть вне работы почти не улыбался. Орочимару продолжил думать над всеми деталями, перебирая листы. Пока его продолжал окружать мягкий гул голосов из каждого уголка заведения. — Ну конечно же! —гениальная мысль вдруг посетила эту темную голову, и тот склонился над чертежами. Слой чернил быстро закрыл старые надписи, а новые появились снизу. Там, рядом, возникали корректировки в самом рисунке. Граф смог понять, что мозолило его глаза так долго — то были зеркала в некоторых местах, которые строго настрого запрещены в стране Чая. Видимо, за эту часть интерьера отвечал Сасори, что не совсем знает о здешних законах. Но брюнет не стал полностью убирать эти зеркала, ведь они хорошо дополняли общую картину. Поэтому он нарисовал на всех стеклах трещины. Да, он решил, что они будут разбиты. Все превращены в осколки, и черт, как же это сочеталось с эмблемой будущего ресторана —разбитая белая кружка с черным чаем. Эти трещины что-то значили, но никто из этой троицы толком не знал, зачем они. Но вот зеркалам они были необходимы, как для внешней красоты, так и для того, чтобы ни одно существо не смогло пересечь границу и попасть в человеческую реальность. Дальше в глаза Графа попала лестница, ведущая к двум большим залам, большим и просторным. Залы такие были подобны тем, в которых проводили важные мероприятия с большим количеством гостей. Но вот только она была очень скучной. На лестницу сразу легли кофейные линии, которые в точности очерчивали каждый такой прямоугольник. На самой верхней и нижней вырисовалась одинаковые надписи на японском языке, обозначающие «Черный чай». Изначально Орочимару хотел написать тоже, но на корейском, только вот, взглянув на Гаару, он сразу приметил кандзи любви над его импровизированной бровью — это и стало точкой отправления. Рабочий день кончился, последних гостей Гаара тоже провожал с улыбкой, а потом, скрыв ее, со вздохом стал убирать всю кухоньку, пока Сасори работал в зале. — Сасори, любовь моя, подойди на секунду.—не отрывая взгляда от бумажек, пробубнил старший. Акасуна заинтересованно на него взглянул и подошёл ближе. — Чем могу быть полезным? Вам чаю? — Не совсем. Взгляни сюда, мне важно твое мнение.—тонкий палец лёг на незамысловатые узоры, нарисованные уже на другом, более чистом листе, его выделил Эрл для своих зарисовок.—Скажи, какой из этих узоров выглядит изысканнее? — Ох, я думаю, что второй. — Благодарю.— Змей вскинул глаза наверх, замечая растрёпанные волосы официанта— Ты сегодня здесь, или домой пойдем? Скорпион выпрямился и недолго подумал, а после дал окончательный ответ и скрылся на кухню. Все же, мальчишка решил сегодня отправится домой, помочь Графу донести все чертежи, да и если что, дать совет, обговорить что-то. Ну, и конечно, вновь насладиться присутствием друг друга в спальне. Брюнет поднялся и оглянул помещение. Пара свечек уже догорела, стало темнее, полумрак сжирал пространство, но никто не находил его некомфортным. Наоборот, сумрачный монстр тени был незапланированным гостем. За окном догорал алый закат, заходящее солнце прощалось с народом. Медленным шагом старший пробрался на кухню, где на удивление уже никого не было. — Господин, это некрасиво. — прозвучал до боли знакомый голос где-то позади. — Прошу прощения, и вправду, вышло неловко.— с усмешкой саннин развернулся к официантам. — Любовь моя, не поможешь мне собрать эти бумаги? Скрути их и сложи в тубус, он под столом. Я вынужден отойти. — Грей оставил мальчика без выбора, но он особо против то и не был. Вместе с Гаарой он быстро управился с поставленной ему задачей. В это время они мило болтали о чем-то, а когда змей вернулся, то Сасори вместе с ним направился к дому. Снег бархатной пеленой застилал все улицы, в этот день было особенно холодно, к тому же морозно. Шаг за шагом в молчании, приятной компании, что полнилась ещё и тихим шёпотом ветра. Большая дверь без проблем отворилась, тепло прихожей поприветствовало жильцов. Всё было тихо и быстро, Акасуна уже лежал в пижаме на постели, вдыхая запах странного постельного белья. Он и сам не понимал, почему ему нравится этот запах свежести. Эрл Грей стоял напротив витража и закрывал его шторами. Этот день закончился хорошо для всех, оставив на душе приятный осадок.