Red

Don't you give up on me You're everything I need This is how it feels when you take your life back This is how it feels when you fight back No, not gonna die tonight We're gonna stand and fight forever Don't close your eyes No, not gonna die tonight We're gonna fight for us together No, we're not gonna die tonight Skillet — «Not Gonna Die»

Эндрю

      Прошло более двух дней.       Прошло больше двух дней с тех пор, как у них забрали Нила, и Эндрю чувствовал, что сходит с ума.       В течение последних 48 часов он, его семья, ФБР и Хэтфорды делали всё возможное, чтобы найти кролика и благополучно доставить его домой. Они использовали все доступные ресурсы, дабы отыскать Нила — работали с информаторами из разных слоёв общества, просмотрели несколько часов записей с камер наблюдения и отправили агентов в разные места на его поиски. Все чего-то ждали, подсказки, где рыжий, куда его унесли монстры.       Но ничего не было. Он бесследно исчез, и даже члены британской мафии ничего не смогли узнать о его местонахождении.       Вот почему Эндрю с каждой секундой волновался всё больше и больше. Он был напуган так сильно, что не мог даже спать и едва мог есть и думать. В голове творился полный беспорядок, страх и тревога смешивались в мозгу и сводили его с ума, заставляя чувствовать себя душевнобольным. Всё, на чём он мог сосредоточиться, был Нил — Миньярд мог здраво мыслить только на счёт попыток найти Джостена, на размышлениях, в порядке ли он или нет.       Его сердце болело за своего кролика, и ему было физически плохо от того, что он был вдали от того. Каждое мгновение, проведённое без рыжего, превращалось в ад, каждая минута этой разлуки приносила ему огромное количество боли. Эндрю нуждался в вампире рядом и планировал никогда больше не выпускать его из виду — он хотел остаться рядом с ним навсегда, чтобы защитить его.       Он ненавидел то, как опустошённо чувствовал себя без Нила, как сильно ему было больно, как всё казалось неправильным. Было почти страшно, так быстро рыжеволосый проник в сердце Эндрю, так быстро он стал самым важным человеком в его жизни. Он был центром его вселенной, солнцем, луной и звездами. Был для него всем, и было ясно как день, что блондин больше не может жить без вампира, не может представить себе будущее, в котором они не были бы вместе.       Потому что Эндрю любил Нила.       Да, он наконец смог признаться себе в том, что действительно чувствовал. Его эмоции были слишком сильны, чтобы пытаться их скрывать — прошли те дни, когда он мог притворяться, что ему всё равно, что он ничего не хочет, ничего не чувствует. Эндрю принял это и больше не боялся.       Он любил Нила, и ему нужно было вернуть кролика.       Так что Миньярд всё больше и больше разочаровывался, всё больше раздражался с каждой минутой, которую они тратили на поиски рыжего без прорыва. Сердце наполняли отчаяние и гнев, бешеная энергия распространялась по его телу и превращала парня в бомбу замедленного действия, но уже близкую к взрыву. Он был резок и раздражителен, легко терял хладнокровие, вёл себя совсем не так, как раньше. Маска спокойствия и собранности спала, и его необузданное «я» раскрылось — эмоции, бурлившие под его кожей, теперь вышли на поверхность и показали миру другую, более честную сторону Эндрю, ту, которая заботилась, желала и чувствовала.       Но было тяжело, больше не притворяться. Это означало быть честным с самим собой, позволять себе испытывать различные эмоции, что раньше он себе не разрешал. Это означало причинять себе ещё большую боль.       И всё это значило лишь то, что Эндрю злился на себя, ведь позволил им украсть своего кролика — он чувствовал, что должен был сделать больше, должен был бороться сильнее.       Но времени на сожаления не было — нужно было сосредоточиться на важных вещах.       Он был полон решимости найти Нила как можно скорее и даже не хотел думать о невозможности это сделать.       Потому что Эндрю собирался вернуть Нила домой, даже если это было последнее, что он бы сделал.

***

      — Мы нашли их!       Эндрю вскочил со своего места и побежал к комнате, в которой поселилось ФБР.       Он чувствовал пульсацию крови в ушах, сердце билось быстро и сильно, казалось, что оно вот-вот выпрыгнет из груди. Хоть он и знал, что ещё слишком рано, но не мог не почувствовать лёгкое облегчение — они были на шаг ближе к тому, чтобы вернуть Нила, чтобы Миньярд вновь смог его обнять. Осознание этого заставило только ускориться, а едва добежав до комнаты, он чуть не врезался во что-то.       — Нашли. Мы знаем, где они, — повторил Браунинг, когда блондин встал перед ним.       Через несколько секунд в дверях появились Ваймак и Рене, выглядевшие одинаково взволновано.       — Где он? — спросил мужчина голосом, полным настойчивости, тем самым выдав, насколько сильно он заботится об этом маленьком болтливом рыжеволосом.       Агент ФБР повернулся к компьютеру и показал им место на экране — небольшой ветхий дом в Балтиморе, который должен был быть заброшен, но, по-видимому, именно там Натан решил устроить своё логово.       Эндрю несколько секунд смотрел на фотографию, запоминая адрес и все важные детали, а затем посмотрел агенту в глаза.       — Тогда почему мы всё ещё здесь? Пошли, — недовольно сказал новорождённый вампир.       Он уже начал надевать куртку и двинулся к двери, но Ваймак и Браунинг последовали за ним вплотную.       — Миньярд, помедленнее. Мы не можем начать действовать без дополнительной информации, нам нужно дождаться подкрепления, — заявил агент ФБР, и ему повезло, что у Эндрю было очень много самоконтроля, потому что иначе тот был бы уже мёртв. Поскольку парень не собирался ничего и никого ждать, ему нужно было добраться до Нила сейчас. Каждая секунда была важна, нельзя терять время.       — Вы можете подождать, но я не собираюсь, и не думайте меня остановить, — процедил он сквозь зубы. Миньярд уже трясся от нетерпения, готовый бить и убить любого, кто обидит его кролика.       — Поверьте мне, — ответил Браунинг. — Я тоже хочу вернуть Нила домой как можно скорее, но…       — Не надо, — прервал его речь Стюарт, который только что появился в дверях. — Эндрю прав. Нил был с этими монстрами достаточно долго, нам нужно вернуть его сейчас же.       Браунинг, похоже, не был доволен их решением, но больше спорить не стал. Он вернулся в свою комнату, вероятно, чтобы всё обдумать, пока остальные начали готовиться.       Эндрю посмотрел на Ваймака и Рене.       — Вы идёте? — спросил он их, на что бывший агент только поднял бровь.       — Конечно, я пойду с тобой и не отпущу одного, — фыркнул старик. Девушка лишь согласно кивнула.       — Я пошёл за своими людьми, вы, ребята, готовьтесь, и мы немедленно начнём, — скомандовал Стюарт, и они тронулись.       Через десять минут все уже были в машинах, направлявшихся в Балтимор.       Во время поездки они быстро составили план. Войти, убить всех, кто окажется у них на пути, забрать Нила и убраться оттуда к чёрту. Просто и эффективно. Не было смысла придумывать ещё что-то, каждый знал, что будет делать, какова его цель.       Атмосфера в машине была напряжённой, поездка продолжалась в тишине. Все чувствовали тревогу и страх, не зная, что их ждёт. Чем ближе они приближались к месту назначения, тем больше нервничали, а нервные привычки давали о себе знать.       Стюарт так крепко вцепился в руль, что костяшки пальцев побелели, а губы образовали тонкую линию. Рене молча молилась, глаза её были закрыты, в руке крестик. Лицо Ваймака было глубоко нахмурено, а его глаза горели огнём и решимостью.       А Эндрю?       Он смотрел в окно, представляя себе все жестокие способы, которыми мог бы убить Натана. Он создавал самые безумные, самые ужасные сценарии у себя в голове, одни жёстче других. Разрежет ли он его на куски, начиная с члена Мясника? Подожжёт ли он его? Бросит в кислоту? Пронзит его тело копьём?       Так много вариантов, так мало времени.       Конечно, Эндрю знал, что, скорее всего, у него не будет возможности причинить Натану столько боли, сколько он хотел, но было приятно представлять себе такие вещи. Это позволяло ему каким-то образом высидеть долгую поездку, не потеряв при этом рассудка.       Когда они прибыли в Балтимор, Миньярд уже не мог ни на чём сосредоточиться. Он был напряжён и зол, он хотел Нила сейчас.       К счастью, они быстро добрались до дома и вскоре стали собираться, готовя свои ружья и ножи к бою.       — Ладно, пора, — сказал Стюарт, оглядывая их с непроницаемым выражением лица. — Не забывайте план, делайте, что должны, и не дайте себя убить. Удачи.       И они вошли.       С самого начала бой был непростым.       Подопечные Натана представляли собой смесь людей и вампиров, явно обученных обращению с оружием. Их было много, слишком много.       Но у команды Эндрю было то, чего не было у соперников — было за что, за кого бороться. В их действиях чувствовалось отчаяние, которое могло исходить только от того, что у них отняли нечто ценное. Люди Мясника не знали этого чувства, они были здесь из-за денег, они здесь не для того, чтобы попытаться вернуть своего любимого. И именно поэтому они проиграют.       Вскоре Эндрю и Ваймак пробились к двери в подвал. Блондин первым спустился по лестнице, крепко сжимая ножи в руках, тело напряглось.       Он слышал, как Натан разговаривает с Нилом, и вздохнул с облегчением.       Джостен был жив.       Он свернул за угол и, как только представилась возможность, рванул к Мяснику, вонзив ножи в спину ублюдка и потянув их вниз. Натан взревел от гнева и обернулся, слепо рубя своим клинком. Нож вонзился в руку Эндрю, но он не обратил на это внимания, без колебаний напав снова. На этот раз он вонзил своё оружие в бедро Мясника, злобно вывернув его. Мужчина застонал от боли и взмахнул рукой с невероятной скоростью, ударив блондина по голове так сильно, что у него на секунду потемнело в глазах. Эндрю поднялся, как только упал, не теряя ни секунды, готовый снова драться.       Они начали кружить вокруг друг друга, не сводя глаз с противника.       Краем глаза Эндрю увидел, как Ваймак освобождает Нила. Его кролик выглядел не очень хорошо — тело представляло собой кровавое месиво: куски плоти свисали и отслаивались, кожа была усеяна рваными ранами и ожогами, которые ещё не зажили из-за недоедания и истощения. Футболка была пропитана красным, подчёркивая только пепельный цвет его кожи и фиолетовые синяки под глазами. Он выглядел слабым и мучавшимся от боли, от чего сердце Эндрю обливалось кровью.       Ему было слишком больно смотреть на Нила в таком состоянии, поэтому ему пришлось отвести взгляд, если он не хотел сейчас сломаться. Миньярд снова сосредоточился на Мяснике, его гнев зашкаливал, жгучая ярость наполняла тело. Он собирался заставить его заплатить за то, что тот сделал, собирался убедиться, что никто никогда больше не прикоснется к его кролику.       — Итак, я полагаю, что ты тот маленький бойфренд Младшего. Я думал, Лола сказала, что убила тебя, похоже она не выполнила свою работу должным образом? — спросил Натан, глядя на Эндрю безумными глазами. — Но не волнуйся, я это исправлю — скоро ты умрёшь вместе со своим возлюбленным.       На другом конце комнаты Джостен издал в ответ нечеловеческое рычание, взгляд его был диким, готовым разорвать отца на куски.       — Не знаю, заметил ли ты, — сказал Эндрю, стараясь сохранять спокойствие, не позволяя эмоциям заставить сделать какую-нибудь глупость. — Но вы в меньшинстве. Мы вас не боимся.       Мясник рассмеялся.       — Думаешь, что сможешь победить меня? Ты понятия не имеешь, на что я способен, — сказал он и, не колеблясь ни секунды, прыгнул на Эндрю с тесаком в руке.       В то же время в дверях появилась Лола, держащая пистолет и направляющая его на блондина, готовая выстрелить. Однако она не успела ничего сделать, потому что секунду спустя Нил был уже на ней, впиваясь зубами в её горло, кровь капала по его подбородку.       Эндрю каким-то образом смог остановить несколько ударов, которые шли ему навстречу, пока не сдаваясь, но это было нелегко. Натан был неумолим, дрался грязно и делал свои движения труднопредсказуемыми. Он продвигался вперед, непрерывно махая ножом, от чего на теле блондина оставались кровавые полосы. Молодой вампир был вынужден сосредоточиться на защите, не имея возможности атаковать. Его тело болело, порезы жгли, в голове всё ещё стучало.       Почувствовав слабость другого, Мясник смог взять верх и швырнул Эндрю к стене, заставив тело Миньярда погрузиться в бетон. Блондин безвольно соскользнул вниз, чувствуя, как его кости трещат и измельчаются друг о друга. Он отчаянно пытался взять под контроль свои дрожащие конечности, наблюдая, как Натан приближается к нему с маниакальной улыбкой на лице.       Внезапно нож полетел к Мяснику, ударив его прямо в грудь, лезвие глубоко вонзилось в плоть.       — Да пошёл ты, — процедил Нил, грозно глядя на отца с убийственным выражением лица.       И тут Эндрю увидел лазейку.       Воспользовавшись моментом отвлечения, он бросился на Натана, толкнув того на торчащую из стены арматуру. Рот мужчины открылся от шока, он явно не ожидал, что его таким образом обездвижат. Мясник начал бороться, чтобы освободиться, так что юный вампир быстро потянулся к брошенному им клинку, готовый покончить с ним раз и навсегда.       Но Нил добрался быстрее.       С ревом он двинулся к Мяснику и одним быстрым движением отрубил отцу голову топором, который взял из коллекции Натана.       Они смотрели, как голова откатывается, а из перерезанных вен струится кровь.       На несколько долгих секунд в подвале стало жутко тихо, все замерли на месте. Затем Эндрю, Нил и Ваймак переглянулись с молчаливым вопросом, написанным на их лицах.       Неужели всё закончилось?       Теперь они в безопасности?       Нил, казалось, первым вырвался из ступора и двинулся, пересекая комнату быстрыми шагами, с широко раскрытыми и заплаканными глазами. Получив короткое «да», он бросился к Эндрю, изо всех сил обняв его, устроив голову на изгибе шеи возлюбленного.       — Дрю… Ты жив, — прошептал он, его голос был полон недоверия. Джостен прижался к другому так близко, как только мог, ища утешения в прикосновении их тел.       — Конечно. Мне нужно было остаться, я должен был убедиться, что ты в безопасности, — мягко ответил блондин и быстро, нежно поцеловал своего кролика в лоб.       Нил растаял в его объятиях, с его губ сорвался громкий вздох облегчения. Он отчаянно держался за Эндрю, крепко вцепившись руками в спину блондина, словно боялся, что тот исчезнет в любую секунду. Рыжий тихонько всхлипывал, слёзы текли по его лицу и омывали плечо новорождённого. Эндрю заметил, что Нил дрожит, поэтому снял куртку и завернул того в неё, надеясь остановить это. Его кролик выглядел так, будто был близок к потере сознания, вероятно, от боли и шока, его дыхание оставалось прерывистым, а зубы стучали. Блондин гладил чужую спину руками, шепча на ухо сладкие глупости, пытаясь успокоить его, заставить почувствовать себя в безопасности. Он прижал свои уши к груди рыжеволосого, прислушиваясь к тихому звуку сердцебиения.       С помощью Ваймака они подняли Нила наверх, желая забрать его из этого проклятого подвала как можно быстрее, чтобы ему стало легче дышать. Они усадили Джостена на лужайке перед домом, Эндрю остановился у него за спиной, чтобы появилась возможность обнять рыжеволосого и ещё немного согреть его.       Миньярд почти не мог поверить, что они сделали это, что они вернули его. Глядя на своего кролика, сердце блондина наполнялось любовью и нежностью, душа пела от счастья. Нил был здесь, и он был жив, был в безопасности. Он выглядел немного потрёпанным, но дышал, и это было всем, что имело значение. Они снова были вместе, теперь всё будет хорошо.       Конечно, потребуется некоторое время, чтобы по-настоящему оправиться от событий последних дней, но они поправятся и вернутся сильнее, чем когда-либо. Эндрю никогда больше не позволит никому причинить боль Нилу, пока он жив, он будет защищать его.       Блондин огляделся, чтобы проверить свою команду, убедиться, что всё в порядке.       Ваймак целый, только щеголяет с разбитой губой и, возможно, несколькими неприятными синяками в разных местах. Стюарт также выглядел относительно невредимым, а на рубашке Рене было немного крови, но когда он посмотрел на неё, она подняла большой палец вверх, так что с ней, должно быть, тоже всё было хорошо.       Собственные травмы Эндрю уже зажили, так что всё, о чём ему оставалось беспокоиться, это Нил, который после нескольких дней голодания и постоянных пыток заживал не так быстро, как должен был. Только знание того, что, вероятно, всё, что ему нужно, это немного крови, приносило хоть какое-то спокойствие.       Вскоре улица заполнилась потоком чёрных машин, и первое место заняло ФБР.       Из одной из них вышла высокая фигура и бросилась на Нила.       — Ты глупый, глупый идиот, — воскликнул Жан. — Я так волновался, ты не представляешь. Чёрт возьми, никогда больше так не делай.       Он крепко обнял упомянутого идиота, теперь они оба всхлипывали и бормотали по-французски. Эндрю всё ещё держал Нила, так что теперь рыжеволосый был зажат между двумя людьми, которые любили его больше всего. Блондин был рад, что у его кролика так много заботящихся о нём друзей, потому что он это заслужил.       Миньярд наблюдал, как два Ворона обнимаются с лёгкой улыбкой на губах. Ему нравилась нежность между ними, ведь до парня так же доходило тепло, исходящее от них.       Момент был прерван Браунингом, который подошёл к ним и многозначительно откашлялся.       Эндрю бросил на него сердитый взгляд, но агент, похоже, не обратил на это ни малейшего внимания.       — Нил. Я так рад, что ты в порядке, — начал он. — Извини, что побеспокоил вас, но нам нужно, чтобы ты прошел с нами, чтобы дать официальное заявление.       Эндрю крепче обнял рыжеволосого, не желая отпускать его в ближайшее время. Рука Нила нашла его ладонь, и сильно сжала её, успокаивая прикосновением. Джостен повернулся к блондину, глядя на него с чистой любовью и нежностью.       — Ты поедешь со мной? — поинтересовался он.       — Мне придётся ехать, — согласился Эндрю. — Я не верю, что они вернут тебя.       И так они поехали.       Вместе.