昏睡

      Всё заканчивается и это закончится, он надеется. А надежда — самая мощная сила, да? Нет.       Диппер приходит в себя постепенно, на это требуются не месяцы — годы. Ни врачи, ни психологи не могут сказать, чем это вызвано. Но он знает. Знает, что, где-то там, его возможно ждут. Ждут, и знают, что не дождутся. Так устроен мир, так устроено всё. Диппер так не хочет. Не хочет становиться перед сложным выбором. Сестра — Мэйбл, родная, или он.       Когда он проснулся от комы, его приветствуют. Сестра, родители; спустя месяц, даже несколько людей с работы. Но ему всё равно на них всех. Дипперу нужен только он. Но Диппер нужен Мэйбл. Её нельзя бросать, она не выдержит. Диппер, наверное, тоже. Он каждый день смотрит на чёрный, переливающийся на свету, рог.             Смотрит и не понимает, что с ним сделать. Он бы не оставил его просто так, это был посыл к чему-то. На память? Бред. Билл не такой, он бы не стал. Но зачем тогда? Диппер не спит ночами, не может сосредоточиться, не может понять.       Потом он свыкается с мыслью, что он ничего не может сделать. Что Билл — это та загадка, которую ему не суждено разгадать. Но всё приходит с годами. Он перерывает все материалы, все данные, где мог бы что-то узнать. Прогоняет ненужные мысли — мысли о том, что он спятил, что не было этого всего, что это был бред и сон. К реальности, уже как четвертый год, всегда возвращает чёрный рог. Диппер, носит его на шее, кладёт под подушку, прячет под замка́ми.       Пока однажды его не осеняет. Единственное место, где он смог бы сделать хоть что-то, смог бы воплотить свою задумку в жизнь — это город. Город, который неизвестен никому, кроме его жильцов. Город, которого нет на карте. Город, который когда-то стал переломным моментом. Город, в который так не хотелось возвращаться, но всегда так тянуло. В этот же день он покупает билет в один конец. В Гравити Фолз.

***

      По приезду, он не встречает — или не узнает — ни одного человека, которого когда-то знал. Он в принципе практически никого не встречает. Большая часть населения уехала тогда же, когда уехали и они с Мэйбл. После «конца света» тут стало слишком сложно оставаться, даже самым сильным.       Диппер замечает лишь несколько немногочисленных человек. Пожилой мужчина, женщина с ребенком. Подросток. Никого из них он ни разу не встречал, ни женщину, ни деда. Это те, кто приехали лишь несколько лет назад, после того как город резко опустел. Это те, кто, видит бог, ещё пожалеют об этом. «Хижина чудес» стоит всё на том же месте. Но точно такая же пустая, как и всё вокруг. Диппер не знает, где Зус, не знает, где Мелоди. Но он точно уверен, что не хочет знать.       Лаборатория находится всё за тем же автоматом. Диппер только сейчас начинает задумываться, что это не так-то и надёжно.        Но он здесь не за тем, чтобы думать об удобствах. Диппер, на самом деле, понятия не имеет, что творит. В результате он убьёт либо его, либо себя, он уверен. Но это не мешает.

***

      У него, на самом деле, есть не так много времени на задумку. Диппер торчит тут уже третий месяц и, лишь изредка выходит в магазин, распугивая местных подростков. Забавно. Он ведь и сам когда-то таким был. Что же случилось? Какой смысл этой идеи? Билл явно не скажет ему «спасибо». Форд бы не гордился. Мэйбл... Мэйбл не хотела, чтобы он уезжал. Она не глупая, она понимает, что причина есть. Причина есть всегда. Она даже не обижена на то, что он не рассказывает. Она боится — боится за него. От этого на душе́ паршиво.       Диппер часто смотрит на зиму за окном и думает. Думает, что ему это всё что-то напоминает. Вся эта одержимость одним существом. Думает, но никак не может вспомнить. В процессе, переливает в уже имеющуюся смесь кровь деревянных эльфов. Смешное название для смешных существ, ростом с ладошку. Вот только оказалось, что плоть у них действительно деревянная. Диппер задумывается об этом. Он ведь не убивал никого, нет. Эльф спал, ничего не чувствовал, всё хорошо. Да и, разве цель не оправдывает средства?

***

      Диппер методично крошит последний, самый нужный, самый ценный ингредиент. Рог переливается и распадается на куски. В той старой книге, найденной у Форда в подвале, перечеркнутой и расписанной карандашом, написано, что последнее, что осталось от человека — самая мощная часть в воскрешении. Билл не человек, но, ведь может им стать? Он ведь был перед ним в облике человека тогда, что сейчас изменится?       Но Билла это не обрадует. Он не накинется с благодарностями. Он не останется с ним Он не захочет остаться с ним. Так, какой тогда смысл? Не слишком ли всё это... Эгоистично?