Geek de haine

Лиза быстрым шагом проходит в свою комнату, пытаясь не попасться на глаза матери и не услышать встревоженное «что-то случилось?» Лиза: Это какой-то кошмар, я не могу так больше. Мы можем встретиться? Пишет в надежде увидеть на экране своего замотанного жизнью, за последние пять лет, самсунга, положительный ответ. Ника: Приходи на заброшку нашу, там все расскажешь. Направляется к шкафу, пытаясь найти там что-то, в чем не стыдно на улицу выйти. Достаёт темно-серую толстовку и джинсы, которые не моложе телефона. Со скоростью света, надев на себя все это, Андрющенко думает, как ей проскочить мимо матери в ванную. Нужно было срочно умыться, в таком виде брюнетка никуда бы не пошла. На цыпочках выходит из своей берлоги, пытаясь понять, где сейчас находится её мать по шороху, раздающемуся в соседней комнате. Понимает, что та её не заметит, если пробежать быстро. Уже в ванной Лиза понимает что лучше было бы сначала умыться, потом уже переодеваться, но здравый смысл навестил её лишь сейчас, да и судя по всему, после этого вновь ушёл в запой, раз девушка решила всё-таки выйти на улицу. Выбегает из квартиры, напоследок отдалённо слыша мамин крик. — Лиза…? Медленно выходит из подъезда, оглядываясь по сторонам, ищет глазами тех, кого видеть больше не хочет. Вроде никого нет, но где гарантия, что они не стоят сейчас за углом и не поджидают ее? Переступая через нарастающую с каждой секундой панику, выходит на улицу и с облегчением выдыхает, когда понимает что рядом точно никого нет. Уже более спокойно идёт к остановке. Добираться до заброшки, которая стала для неё и для Вероники, их личным местом постоянных встреч, было достаточно долго даже на маршрутке, пешком Андрющенко тем более туда бы не пошла. Здание находилось в конце города, раньше оно являлось школой, самой обычной, общеобразовательной, но в тысяча девятьсот девяносто девятом году, какие-то фанатики решили, что в людях, которые работают там, сидят демоны и сожгли их заживо прямо в середине учебного дня, сожгли вместе с детьми, что находились в тот момент на учёбе, не подозревая ничего, ожидая лишь конца занятий, чтобы пойти домой и наконец отдохнуть от учебного процесса. После того случая виновных нашли и посадили на пять лет. Как оказалось, двадцать семь человек окружили школу не давая людям, что пытались спастись, прыгая в окна, этого сделать. В живых осталось лишь четыре человека из трехста, пожарные приехали слишком поздно. Лизу бросало в дрожь каждый раз когда она слышала эту историю, её до безумия пугала цифра, которую назвал судья. «Пять лет? Серьёзно? Таким мразям либо пожизненное, либо на электрический стул, уебки» На маршрутке Лиза добралась до нужной остановки за двадцать пять минут, после этого ей оставалось пройти пешком, ещё минут семь. И она была бы на месте. По дороге брюнетка пытается набрать номер Ники, но связи в этой глуши нет, поэтому девушка остаётся в неведении, на месте ли Жукова, или всё ещё где-то едет. Андрющенко оборачивалась, казалось, каждые пару секунд, боялась что кто-то идёт за ней и страх был вполне обоснован, учитывая все события, поизошедшие с ней за последние два года.

14.09.2019

Андрющенко набирает знакомый номер, желая в этот момент лишь встретиться с подругой и рассказать ей то, что сегодня случилось, хотелось чтобы та узнала все одной из первых. — Ника? Ты не представляешь, что сейчас произошло, — Андрющенко глупо улыбалась, ловя недовольные взгляды прохожих, но на них ей было абсолютно все равно. То, что произошло сегодня, настолько сильно радовало девушку, что сдерживать свою улыбку из-за каких-то неизвестных ей людей, она не собиралась, — давай встретимся в кафе, которое напротив твоего дома? Ника понимала, что произошло что-то серьёзное и скорее всего очень хорошее, по голосу Лизы было ясно, что та счастлива. Жукова просто не могла, да и не хотела, отказывать ей во встрече. — Хорошо, давай минут через сорок, я просто голову только что помыла, мне нужно её высушить, плюс найти в чём идти. — Так я уже на месте, сейчас заходить в кафе собиралась. — Ясно всё с тобой, ничего нового! Подходи к подъезду, я тебе ключи с балкона кину, поднимешься ко мне, поговорим тут. — Хорошо, жду. Через пару минут Жукова действительно кинула Лизе ключи и Андрющенко зашла в подъезд, поднимаясь на тринадцатый этаж. Лифт был сломан, но брюнетку это особо не волновало, казалось, она со скоростью света поднималась вверх, ведь через две минуты уже была там и заходила в квартиру. — Даже не запыхалась, я в шоке с тебя, Лиз. Ты на крыльях что ли летела? — Типа того! Ты просто не представляешь, что я сегодня сделала, — брюнетка восторженно смотрела на подругу, ожидая её реакцию. — Конечно не представляю, навыками экстрасенса я не обладаю, к сожалению. — Я наконец-то закрыла кредит! Я так счастлива, ты не представляешь, — Ника взглянула на подругу, она действительно была в шоке от её слов. А Лиза лишь улыбалась. В этот момент она напоминала Жуковой маленького ребёнка. — Ты серьёзно? — Ника обняла подругу, — Блять, Лиз, ты молодец! Пиздец, я очень рада за тебя, — Жукова не могла подобрать правильных слов, чтобы доказать подруге как она за неё рада, но Лиза и так всё понимала. — Я не знаю, Ник, этот кредит конечно очень помог. В том положении, в котором я находилась, взять его было единственным выходом. Но последние три года я буквально работала на то, чтобы платить, это было до ужаса сложно, — Лиза вздохнула, вспоминая все, что происходило за последние несколько лет, — мы жили на зарплату мамы, знаешь как стыдно было, учитывая что мне двадцать три года и я сама могу себя прокормить. — Я не думаю что твоя мама так считает! Ты буквально сделала всё, чтобы поставить её на ноги, думаешь она стала бы обвинять тебя после этого в том, что ты у неё на шее сидишь? — Нет наверное, но какая разница в чём она меня обвиняет? Главное что я понимаю, в каком положении нахожусь и являясь здоровой, взрослой тётей блять, живу за счёт мамы, хотя могла бы найти ещё одну работу. Ника расхохоталась, услышав то, как назвала себя брюнетка. — Взрослая тетя, ты сделала слишком много для своей матери, в тот момент, когда она была в ужасном состоянии, я бы сказала, в состояние овоща. Тебе было всего пятнадцать лет, в тот момент она должна была тебя обеспечивать, а не наоборот, но обстоятельства сложились так, что тебе пришлось взять эту ответственность на себя, поэтому не думай что то, что она помогает тебе финансово, плохо. — Не знаю, не знаю. В любом случае, я безумно счастлива что сейчас буду работать только на себя, это слишком ахуенное чувство, — Лиза вновь улыбается Андрющенко продолжает свой путь к месту назначения, издалека она видит знакомый силуэт и тихонько выдыхает, при свидетелях с ней явно ничего не сделают. — Блять, солнце, что с тобой такое? — Ника подлетает к подруге, разглядывая ссадины на её лице, — они опять за старое взялись? — Они и не переставали, — Лиза прижимается к Жуковой, пытаясь найти в ней поддержку. Она её находит. Ника поглаживает подругу по голове, причём её касания были такими легкими, невесомыми, их будто и не было вовсе, по крайней мере Ника пыталась сделать всё, чтобы они казались такими. Старшая не хотела причинять брюнетке ещё большую боль, но Лиза четко ощущала эти прикосновения и не хотела чтобы они прекращались, сейчас ей как никогда нужна была поддержка. — Что случилось на этот раз? — Ника задавала этот вопрос настолько осторожно, насколько могла, при этом не выпуская Лизу из своих объятий. — Я шла от Вани, —Лиза всхлипнула, заставляя Нику сильнее прижать её к себе, — они выскочили из-за угла, это случилось настолько неожиданно, что я даже не попыталась убежать, — Ника не хотела говорить, что у неё и так не получилось бы, не избили бы они её в этот раз, сделали бы это в другой, — они вновь начали говорить мне про то, что я не плачу, что за такое можно в ебало получить и не только мне, Ник, они угрожали что сделают что-то с мамой, если я не заплачу, — Жукова сама была на грани, чтобы расплакаться вместе с Лизой, но из последних сил держала себя в руках. Нельзя было показывать подруге, что розоволосой тоже плохо, она в такие моменты должна была быть сильной, ради брюнетки, ради её комфорта. Осознание того, что Лизе наверняка досталось от Ивана, заставляло Нику переживать. Так ещё и коллекторы.

17.10.2019

Лиза собирается на встречу с Мишель, с которой они не виделись уже около пяти месяцев. Блондинка ещё пару лет назад смогла поступить в какой-то Московский универ, а Андрющенко так и осталась в своём Новосибирске, не хотела оставлять мать одну, даже не смотря на то, что с той уже всё в порядке. Сборы прервал звук, оповещающий о том, что Лизе кто-то звонил. Даже не взглянув на экран, девушка ответила. — Здравствуйте, меня зовут Анна, я звоню вам по поводу вашего кредита. Вы должны были заплатить пятнадцатого числа этого месяца. — Вы наверное ошиблись, я полностью закрыла кредит месяц назад, — Лиза хотела бросить трубку, но девушка продолжала стоять на своём. — Кредит не закрыт, иначе мы бы не беспокоили вас. — Это какая-то глупая ошибка, я уверена. Проверьте сами, я полностью освободилась от этого кредита. — Девушка, я ещё раз повторяю, кредит не закрыт, — Анна говорила спокойно, но Лиза не стала слушать дальше и просто бросила трубку. Она слышала о том, что такое иногда случается, и людям, которые когда-то брали кредит в том или ином банке, звонят по ошибке, поэтому особого внимания этой ситуации не уделяла, просто продолжила собираться на встречу с подругой. Через час нужно было уже выходить. Андрющенко планировала встретить Гаджиеву в аэропорту, поэтому нужно было выехать пораньше. «Мам, я скоро Мишель поеду встречать, а потом мы скорее всего пойдём к ней, если что не теряй», — пишет записку, как когда-то в детстве. Мать спит, а будить её не хочется, поэтому бумажка с предупреждением — самый идеальный вариант. Вызывает такси и сразу же выходит на улицу, через пару минут подъезжает водитель. — Блять, Лизка, я уже соскучилась по тебе, — Мишель, не переставала улыбаться, сидя за столом и обсуждая с подругой события, произошедшие с ней за время пребывания в Москве. Родители блондинки должны были вернуться ближе к ночи, поэтому у девушек была уйма времени на то, чтобы просто посидеть вдвоём, как раньше. —Пять месяцев, это кошмар какой-то, мы раньше неделю друг без друга продержаться не могли, а тут пять месяцев. — А что насчёт тебя? — Мишель смотрела на подругу. — Ну, моя жизнь не настолько весёлая как твоя, уж поверь. Ничего необычного вроде не происходило, — в этот момент на телефон пришло какое-то сообщение, — извини, — брюнетка достаёт телефон из кармана. Первая мысль была, что смс от мамы, но на экране высвечивается неизвестный номер. ? : Через десять минут жду тебя в подъезде. — Кто там? — Мишель внимательно смотрит на подругу, которая заметно переживает. — Может, номером ошиблись? — потом в голову закралась другая мысль, — А если это Ваня? Просто с чужого номера пишет, или свой сменил. Брюнетка решила всёже выйти, если ошиблись номером, значит попросту никого там не будет, а если Иван, значит придётся вновь терпеть все те унижения. Если это всё-таки Ваня, он бы наверняка разозлился, останься Андрющенко у Мишель. — Незнакомый номер, — врать блондинке было бессмысленно, слишком хорошо она знает Лизу, лучше сразу сказать правду. — Что пишут? — Что нужно встретиться через десять минут — Ты пойдёшь? — Ну, а вдруг это Ваня? — Тогда тебе тем более не стоит идти, — Гаджиева засунула в рот очередную шоколадную конфету, ожидая хоть какой-то ответ от подруги. — Я не могу не пойти, нельзя же так, с любимым человеком, — Мишель лишь закатила глаза на эту фразу, — быстренько спущусь, потом вернусь обратно. — Я с тобой пойду, одну тебя с ним не оставлю! — Мишель, он мой парень, ты же понимаешь, что это глупо? — Судя по возрасту, он скорее твой батя. Ну а что, они похожи, два мерзких алкаша, думающих лишь о том, как удовлетворить свои потребности. Извини конечно, но это правда. — Ты же не будешь постоянно следом за мной ходить, лишь бы он ничего со мной не сделал? Так какой смысл делать это сейчас? — Нет конечно, просто однажды наконец вобью в твою тугую голову, что он явно не тот, кто тебе нужен. Да и ты не любишь его, просто признай это. — Думаешь, бегала бы я к нему, по первому зову, если бы не любила? — Ну, это можно объяснить страхом, зависимостью, нежеланием обидеть человека. Но явно не любовью, Лиз! Девушка понимала, что Мишель права, но признавать этого не хотела. Она ведь любит его! Да? Лучше врать самой себе, чем признать, что Андрющенко встречается с человеком, которого не любит. — Ладно, хорошо, пойдём вместе, — брюнетка сдалась, понимая, что Гаджиева в любом случае не отстанет, лучше сразу согласиться. Уже спускаясь вниз, Лиза споткнулась об ступеньку, пока думала о том, какая реакция будет у Ивана, когда он увидит, что она не одна. Почемуто девушка была уверена, что написал ей именно ее молодой человек. Если бы не Мишель, которая вовремя подхватила брюнетку, та бы покатилась вниз по лестнице. — Блять, ты давай аккуратнее будь, — Мишель определённо переживала за подругу, она прекрасно понимала её волнение. То, что делал с ней её мужлан, нельзя было никак оправдать, это было ужасно и где-то на подсознательном уровне брюнетка наверняка это осознавала, Гаджиева была уверена, что её подруга не настолько глупа, чтобы не понимать очевидных вещей. Лиза, промолчав, продолжала спускаться вниз, на этот раз смотря под ноги. Она уже понимала, что идёт прямиком в лапы хищника. Сердце с каждой новой ступенькой начинало биться чаще, девушка готова была расплакаться от накатившего чувства страха, она была уверена, что если бы не Гаджиева, спокойно идущая рядом, брюнетку бы в очередной раз изнасиловали. Но, какого же было её удивление, когда она увидела перед собой двух мужчин. Казалось, они были удивлены не меньше — Андрющенко Елизавета? — один из мужчин наконец выдавил из себя хоть что-то. — Да, это я, — Лиза заметно успокоилась, когда поняла, что это был не её парень, но переживания вновь вернулись, как только она услышала серьёзный голос мужчины и то, как официально он её назвал. —Мы пришли поговорить с вами, по поводу кредита, по каким причинам вы не платите? — брюнет продолжил разговор, пока стоявший рядом рыжий парень просто молча наблюдал. — В смысле? — брюнетка растерялась, какого чёрта это происходит? — по тем самым простым причинам, что я уже оплатила его, — Лиза перевела взгляд на второго мужчину, по глазам которого можно было понять, что тот чем-то недоволен. – А вот у нас другие сведения, — первый продолжал допытывать Андрющенко, — нам сказали, что вы просто отказываетесь платить. Лиза не знала что говорить, она прекрасно помнила как оплатила кредит. Тот вариант, что он всё ещё не погашен, был просто невозможным. — У нас есть справка о погашении кредита, —Гаджиева решила вмешаться в разговор, спасая Лизу уже не первый раз за этот день. В общем-то, если Вы не продолжите платить, мы будем разговаривать совершенно по другому, — было видно что рыжий, который до этого просто молчал, растерялся, он будто начал уходить от тех слов, что сказала Мишель. Брюнет напротив, явно знал что ответить Гаджиевой, но из-за напарника упустил эту возможность, по его глазам было видно что, мужчина злится. — Это угроза? — Мишель немного подвинула Лизу, себе за спину, пытаясь спрятать от мужиков, она чувствовала за неё ответственность, будто брюнетка её младшая сестра. Даже несмотря на то, что Андрющенко была старше. — Скорее предупреждение, — брюнет всё-таки не растерялся и ответил, после чего они попрощались и вышли из подъезда. Ника пыталась найти в косметичке тональный крем, иногда поглядывая на подругу, которая пыталась остановить поток слез. — Да блять, с утра же на месте был, какого черта? — Жукова заметно нервничала, нельзя было оставить Лизу в таком виде, не замазав все ссадины, хотя Ника не была уверена что тональник тут поможет. — Куда ты меня тащить собралась? — Андрющенко внимательно наблюдала за подругой, стирая слезы, которые как назло текли с новой силой. — Помнишь первый бар в котором я работала? — Вероника вопросительно взглянула на брюнетку, тем самым отвлекаясь от поисков. — Да вроде, я тогда ещё в школе училась. — Именно, в общем, Яна всё ещё работает там, она должна помочь тебе, у неё вроде как знакомый в полиции работает. — Ты всё ещё в полицию веришь? Мы уже не раз ходили, писали заявления, но помогать нам, заметь, не спешили. — Я же говорю, знакомый её там работает. Я не знаю Лиз, честно. Не знаю что делать, я искренне надеюсь что тебе помогут, хотя бы благодаря Венгерской, других вариантов у меня совершенно нет, — Жукова опустила глаза в пол, казалось она вот-вот и заплачет, но девушка продолжала держать себя в руках. Розоволосая направилась в ванную комнату, где обычно наносила себе макияж, надеясь что тональник находится именно там. Она не переставала думать о Лизе, страшно было даже представить, что коллекторы могут с ней сделать. Андрющенко ведь действительно не раз писала заявления на тех мразей, но всем, будто бы было всё равно. Ника даже не исключала варианта, что ментам платят, а они, на все те ужасы, что происходят с брюнеткой и другими пострадавшими, закрывают глаза. — Я нашла его, — делает как можно более спокойное лицо и выходит из ванной, — всё, не плакать! — Ника вытирает пальцами слезы брюнетки, — нет, ну так не пойдёт, пойдём, тебе умыться надо, — Лиза послушно поплелась следом за Жуковой. Девушки разобрались с ссадинами и синяками на лице Андрющенко лишь спустя полтора часа, они все ещё были заметны, но только если приглядеться, поэтому Веронику результат устраивал, а брюнетке, в целом, было всё равно. — Ты, получается, все эти годы с Яной общалась, — Лиза наконец успокоилась и с интересом посмотрела на Жукову. — Да нет, я бы не сказала что мы прям общаемся, так, списываемся иногда. Я знала что у неё неплохие знакомые есть, — под неплохими знакомыми Ника имела в виду полицейских, Лиза это понимала, — они не раз вытаскивали нас из обезьянника, когда мы буянили, — Жукова усмехнулась, вспоминая все те случаи, когда они с Венгерской, бухие, вытворяли всякую дичь, как их сажали на несколько суток, но в итоге выпускали раньше из-за знакомых Яны, — а чего вообще интересуешься? — Не знаю, просто интересно, одиннадцать лет уже прошло всё-таки. — А помнишь Макса, кстати? — Забудешь его! Конечно помню, — Лиза тоже усмехнулась. Розоволосая заметно радовалась тому, что подруга начинает приходить в себя после случившегося. — Мы же тогда так и не смогли его наебать, но, то были мы, — Ника ухмыльнулась, глядя в глаза подруге, а та с непониманием смотрела на неё. — В смысле? — Судьба его наебала, — ухмылка не спадала с лица Вероники, пока она рассказывала Лизе о том, что всё-таки произошло, — девушка его оказалась лесбиянкой, — Лиза скривилась. — Какая мерзость, мне его жалко даже сейчас. — Это да, но ты представь, она же мало того что лесбиянка, ещё и мастевая. — Какая? — Лижет всем подряд, так понятней? — Ника помотала головой в осуждающем жесте. — Ужас. Так, а как он узнал об этом? — Это ещё более интересная история. Они встречались то, всего около трех месяцев, как потом оказалось, она ради интереса с парнем замутить решила, типа, узнать хотела каково это. В общем, когда я ещё в том баре работала, он начал с той девкой встречаться, Рита звали, кажется. Я сразу поняла, что что-то с ней не так, она на меня ещё поглядывала бывает, мерзко даже от взгляда её становилось, — Ника достала из лежавшей рядом косметички, подводку, — надо тебя ещё накрасить немного, — брюнетка была не против, — ну короче, она один раз к нам пришла, как обычно, в тот день была смена Игната, помнишь его? — Да, блондин такой, у него ещё гетерохромия, да? — Именно! Мы с Яной в тот момент на улице были, курили как обычно. Смотрим, а она идёт. Мы понимали, что сегодня Макс отдыхает, поэтому причина её появления была не ясна. Ну, нам интересно, спрашиваем, чего она сюда заявилась в этот день, она ответила, мол, « С подругой, тут, встретиться надо», ну мы без задней мысли продолжили курить, а Рита в помещение зашла, мы же не думали, что она там далеко не с подружкой встречается, хотя в каком-то смысле так и было. Короче, к самому интересному переходим. Мы, значит, докурили минут через пять, заходим обратно. Яна идёт к барной стойке, а я в туалет. Туалет для посетителей был ближе, чем туалет для персонала, поэтому я туда пошла. И что ты, блять, думаешь? Вижу, стоят две бабы со спущенными штанами, а эта, стоит на коленях и отлизывает им по очереди, я чуть не блеванула, честное слово, до сих пор вспоминать противно. Лиза опять скривилась, она до сих пор не понимала, как люди могут любить представителей своего пола. А тем более хотеть. Подозрения насчёт Яны давно уже пропали, брюнетка думала что просто сама надумала себе то, что Венгерская влюблена в Нику, а потом сама же переживала по этому поводу. — Я когда Яне это рассказала, ты представить себе не можешь какое у неё лицо было, она аж побледнела вся, видимо слишком мерзко было. — Да тут любому мерзко бы стало, — Андрющенко встала со стула, направляясь к зеркалу, — зачем так ярко? Будто на трассу собралась, осталось надеть мини юбочку и топ на три размера меньше нужного. — Да брось ты, тебе идёт, — Ника отложила косметичку в сторону и начала переодеваться, а Лиза всё не могла отойти от её рассказа. «А если бы я лесбиянкой была? Фу, какой позор, даже думать об этом мерзко» Андрющенко постаралась выкинуть эти мысли из головы, но они оставлять её даже и не думали. «Лучше уж никого не любить и быть вечно одинокой, чем любить других девушек» Брюнетка сверлила взглядом свое отражение, продолжая рассматривать макияж. «С чего вдруг, девушки начинают любить других девушек?» — Мне вот интересно стало, почему люди влюбляются в других людей своего пола? — Ебнутые потому что, внимания может мало, или.. Да не знаю, на себе не испытывала и слава Богу, а ты их понять что ли хочешь? — Зачем мне их понимать? Мне вот кажется, что они либо больные на голову, либо настолько страшные, что парни на них внимания не обращают. — Да нет, Ритка вроде симпатичная была, так что второй вариант не работает. — Тогда я точно ничего не понимаю, слишком много таких, не могут же они все больными быть, — Лиза продолжала думать об этом, иногда переговариваясь с подругой

***

— Они, вроде, скоро должны подойти, — Яна разговаривала по телефону с мужчиной, который любезно согласился помочь в деле с Елизаветой, — Пётр Алексеевич, это действительно очень важно. — Да, я понимаю. У нас на самом деле было подобное дело, пару лет назад, какую-то девчонку коллекторы преследовали на протяжении семи лет, в итоге она не выдержала, повесилась. — Кошмар, так а вы что, так и не смогли помочь? — Мы узнали об этой ситуации от её матери, которая написала заяву на этот банк. — Не поняла. — Настя, ну, та самая девушка, написала предсмертную записку, рассказав там всё, что происходило с ней на протяжении тех пяти лет. Мать об этом даже не знала, хотя всё это происходило у неё под носом, себя винила потом, сейчас не знаю что с ней, мы как дело закрыли, так её больше и не видели, — Пётр замолчал. Яна хотела что-то ответить, но не знала что. По словам Вероники, с Лизой происходило почти то же самое, мать её и в кошмарах не видела дочь, преследуемую кредиторами, даже не догадывалась, а если бы Лиза сдалась и не обратилась за помощью, так же наложила на себя руки. Это был бы кошмар, определённо. Венгерская переживала о том, как бы отреагировала Ника. За прошедшие одиннадцать лет, она так и не смогла избавиться от своих чувств к ней, как бы не пыталась. — Ну, я надеюсь Лизе ты сможешь помочь? — Думаю да, с тем делом мы разобрались достаточно быстро, надеюсь с этим будет так-же легко. — Надеюсь, — Венгерская быстро попрощалась, сказав что направит Лизу к нему и бросила трубку, сразу же набирая Нику. —Ян, мы минут через десять будем на месте, давай не по телефону. — Да, я просто спросить хотела, когда.. —девушке не дали договорить, звонок был завершён. — Лиз, ты не переживай так, я уверена что знакомый Яны тебе обязательно поможет! И давай на некоторое время ты переедешь ко мне, скажешь матери что решила попробовать пожить отдельно, так ведь явно будет безопаснее. — Это полный бред, они и так угрожают что-то сделать с мамой, если я перееду, они точно эту идею в жизнь воплотят! — Я не думаю, что они станут так рисковать, они просто запугивают тебя, понимаешь? — Стали бы они меня пиздить, если просто хотели запугать? Я никуда переезжать не буду, всё, закрыли тему, — оставшуюся дорогу девушки действительно шли молча. Подходя к знакомому зданию, Елизавета немного улыбнулась. — Я тут лет девять не была, всё так изменилось. Зато внутри всё было точно таким же, как и раньше, Андрющенко это радовало, возможно с этим местом связаны не самые лучшие воспоминания, ведь когда она приходила сюда, жизнь у неё была мягко сказать, плохая, но все же оно заставляло Лизу улыбаться. — Так, ну в целом, я увидела тут почти всё, что ожидала увидеть, осталось найти Яну среди всей этой толпы и будет вообще чудесно, — Ника разглядывала людей, которых сегодня было намного больше, чем она привыкла видеть. Девушки пытались протиснуться сквозь толпу, прямиком к барной стойке, Венгерская в любом случае рано или поздно туда подойдёт, поэтому это был лучший вариант Ждать Сколопуху долго не пришлось, девушка стояла рядом с барной стойкой и разговаривала с барменом, увидев Лизу с Никой, она сразу же подошла к ним. — Привет, — Яна обняла девушек, — как ты? — смотрит на Андрющенко, явно переживает. — Живая, уже хорошо, — выдавливает из себя что-то, едва напоминающее улыбку, давая понять что всё в порядке, но девушка не успокаивается. — Точно всё хорошо? Ты выглядишь, — пару секунд Венгерская молчала, пытаясь подобрать правильные слова, — хуево, в общем. Лиза усмехнулась. — Если не нравится, претензии Нике предъявляй, она мне синяки замазывала. — Да, я не про это, — Андрющенко вопросительно смотрит на Венгерскую. Та всё-таки продолжает, — красила тебя тоже Ника, я правильно понимаю? — Я же говорю, да, а что такое? — У тебя стрелки разные, — сколопуха смотрит на Андрющенко, ожидая её реакцию, а та лишь смеяться начинает. — Ну, уж кривые стрелки я переживу, — Лиза подходит к барной стойке, усаживаясь на единственный свободный стул и ловит на себе взгляд бармена. Паренёк разглядывает её, будто пытаясь что-то понять. Андрющенко удивляется, когда он, точнее она, начинает говорить. — Лиза?