Geek de haine

— Когда вы в последний раз видели Каширину Татьяну? — следователь записывает всё, что пересказывает ему Кира. Пока Медведева руки в кулаки сжимает покрепче, чувствуя как они трясутся. Девушке кажется, что она стала свидетелем убийства. Это было почти правдой, ведь неизвестно, выживет тот мужчина или нет. Медведева пыталась успокоить себя мыслью, что всё обойдётся. Получалось откровенно плохо. — Сегодня днём, — мысли о том, что Каширина её найдёт и обязательно отомстит за это, так же отказывались выходить из головы, мучали ещё по дороге в отделение. — Конкретнее, — следователь продолжает допытывать. — Часа в два, вроде, может в половину третьего, — губу закусывает, глазами по комнате бегая, будто ожидая увидеть там что-то, что заставит успокоиться. — Итак, по вашим словам: сегодня между двумя и тремя часами дня, Вы встретились с Татьяной, для чего? — и девушка, вспомнив причину встречи, ещё больше паниковать начинает — Это важно? — единственное, что спрашивает, надеясь на отрицательный ответ — Важно, — сказал как отрезал. У Киры бардак в голове, она придумать старается такую ложь, в которую следователь без сомнений поверит, но пока варианты этой лжи настолько глупы, что ребёнок десятилетний повёлся бы с трудом. Сказать о наркотиках — подставить саму себя, поэтому Медведева выпаливает первое, что в голову приходит, не задумываясь о том, какую глупость она пытается до мужчины донести. — Дочь подруги маминой, нужно было забрать какие-то вещи, которые мать у них забыла, — на удивление следователь верит, а вот Медведева мысленно в лицо себе харкает за глупость такую. — Хорошо, спасибо вам за информацию. Вы должны будете проехать с нами на место преступления, — мужчина наконец отрывает глаза от бумаг, глядя прямо на Медведеву. — Конечно, — кивает, с мыслями собираясь. Каширина наверняка уже смылась оттуда. Единственное, возможно остались следы преступления. В конце концов, крови из этого чувака нехило вытекло. После их недолгого разговора, единственное, о чём могла думать Кира — еле дышащий человек, которому, по хорошему, стоило бы вызвать скорую. Изначально блондинка хотела просто уйти по тихому и забыть обо всём, что видела, как о ночном кошмаре. Но совесть, всё ещё не до конца свалившая в закат, не давала этого сделать . На том самом месте Тани действительно уже не было. Ровно так же, как и следов её пребывания там до этого.

2022

Разговор с Таней ни к чему хорошему не привёл, блондинка лишь разозлила Каширину своим резким появлением спустя такое долгое время. После той подставы неудивительным был такой исход. Кира лишь удивлялась, с чего вдруг мысли появились, что Каширина ей что-то продаст. Возможно, потому что Таня редко упускала возможность заработать. Медведева рассчитывала, что Танк и сейчас не откажется. С учётом того, что больше знакомых, у которых можно было бы купить запрещёнку — не было, Кира лишь вздохнула тяжко. В голову вдруг мысль приходит, что теперь она окончательно и бесповоротно потеряла Марину. Марина не была её любимым человеком, но она всё же сыграла не малую роль в жизни блондинки. Отчего-то сейчас Кира почувствовала пустоту внутри, будто лишилась чего-то важного, хотя прекрасно знала, что важную роль в её жизни Марина не занимала. Захотелось набрать уже бывшую девушку, сказать что передумала. Брюнетка всё равно бы согласилась забыть об этом случае. Кира знала и хотела воспользоваться таким отношением к себе. Хотела, ведь могла. Могла, но не стала. Медведева лишь очередной раз предпринимает попытку напроситься к Лизе. Набирает её номер, а не номер Марины. Ей предлагает встретиться, а не Марине. Она хочет обсудить всё, что не удалось обсудить в прошлый раз. Это единственный способ отвлечь себя от мыслей о бывшей, единственный способ поддержать близкого человека. Несмотря даже на то, что ей сказали уже, что увидеться сегодня не выйдет. Вопросов стало ещё больше, ответов по прежнему не находилось. Кира была достаточно навязчивым человеком и даже после фразы Лизы «не сегодня» она решила продолжить пытаться. Номер брюнетки в контактах ищет и наконец увидев заветное «Лизок», звонит. Слышит уже привычное «да?», с которого начинается каждый телефонный разговор с Елизаветой и в сторону парка идёт, в котором проведёт остаток дня, если Елизавета вновь откажет во встрече. — Не хочешь увидеться сегодня? — Медведева оглядывается, понимая что за ней кто-то идёт. В целом это не удивляет, район не настолько безлюдный, чтобы шугаться каждого шороха, но после разговора с Танком девушка спокойно себя чувствовать не могла. Сзади девочка шла, собаку выгуливая. Кира выдохнула, успокоившись, наконец сосредотачиваясь на разговоре с Лизой, но всё ещё краем глаза наблюдая за происходящим — Мы же уже говорили об этом сегодня, — Елизавета в это время в комнате своей сидела, читая какой-то детектив на «Литрес». — Я помню, просто хотела ещё раз попытаться, — Кира губы поджимает, раздумывая, что говорить дальше. — Так, ты всё ещё занята? Лиза тоже задумывается, понимая, что сейчас ей чья-то компания не навредила бы, хоть и представляла примерно, о чём будет говорить Медведева. — Хорошо, приходи. Номер квартиры я тебе смс-кой скину, — Лиза глаза на шкаф переводит, вставая с кровати и подходя к нему, желая достать оттуда толстовку, дабы скрыть художество на своих запястьях. Кира же улыбается, в сторону Лизиного дома шагая.

***

Ника чувств своих не понимает, смотрит на Валерию с некой опаской, будто она зверь хищный, что вот-вот набросится. Она не уверена в том, что поступила правильно, согласившись на свидание с брюнеткой. Мысли о том, что всё это неправильно, что так не должно быть, что она не такая, никак не хотели покидать её голову. Девушка всю свою жизнь бежала от себя. Для чего? Чтобы в итоге просто сдаться судьбе, наплевав на ту жизнь, к которой она привыкла. Хотелось встать и сбежать отсюда, было неприятно осознавать, что они находятся в людном месте, что их могут увидеть и всё понять. Понять, что Жукова неправильная. Именно поэтому розоволосая по сторонам постоянно смотрела, переживая, что кто-то наблюдает. Что кто-то, с легко читаемым омерзением на лице, обсуждает с друзьями мерзких лесбух, находящихся в паре метров от них. Не задумывалась даже о том, что люди и не догадываются о том, что девушки не просто подруги. Лера же понимала всё. Понимала, как сложно сейчас Нике. Понимала только потому, что сама всё это проходила. Сама когда-то с внутренней гомофобией боролась, пытаясь принять себя такой, какая она есть. Сама когда-то озиралась по сторонам, думая, что взгляды всех прохожих сосредоточены на ней. Ткаченко прекрасно понимала, что Нике трудно. — В кафе? — на Жукову смотрит, будто взглядом ответ выбить пытается. — Можно, — соглашается, но не осмеливается на знакомую взгляд перевести. В этот момент Лере сообщение приходит, которое она тут же читает. — Блять, — всё, что произносит, прежде чем на Нику взгляд виноватый перевести. — Мне сейчас уйти нужно будет, может перенесём свидание? Жукова же рада такому повороту событий. Она хочет пойти на это свидание, но не сейчас и не в такой обстановке. Её пугает то, что она хочет этого, но и отказаться она не в силах, слишком долго гасила сие чувства в себе. — Без проблем, — пытается улыбнуться, хоть и не выходит. — В следующий раз я позову тебя в более безлюдное место, — Лера же не пытается улыбаться через силу, всё выходит само собой. Розоволосая понимает, что скрыть панику не удалось, раз Ткаченко всё поняла. Девушка всё же пересиливает себя и подходит к Лере, обнимая и получая ответные объятия. Пытается через этот жест передать свои извинения. Ну или действительно просто захотела вновь прикоснуться к брюнетке. Надеется, что всё-таки первый вариант. Кивая на прощание, уходит, не замечая, как Лера в очередной раз улыбается.

***

Лиза на книге не может сосредоточиться, думая лишь о том, что сейчас ей нужно будет всё рассказать. Держать Киру в неведении уже невозможно, учитывая то, что блондинка и так многое узнала за последние пару дней. Хотя, Лиза хотела бы перенести этот разговор на другой день, а лучше месяц, или в целом забыть о нём. Третий раз один и тот же абзац перечитывает, пытаясь хоть что-то понять, но мысли продолжают крутиться вокруг предстоящей беседы. Киры нет уже слишком долго, отчего Лизе ещё сложнее. Девушка уже успела подготовиться к предстоящей беседе, хоть и не хотела бы её вести. Наконец слышит звонок в дверь и спешит открыть её, как обычно, первым делом посмотрев в глазок несколько раз, не доверяя своему зрению и пытаясь удостовериться что за дверью стоит именно Кира. Эта привычка не оставит её, уже наверное никогда, с учётом всего того, что происходило с ней. Открывает дверь и тут же ловит на себе взгляд карих глаз. Лиза готова была уйти в эту же секунду, лишь бы не видеть, как её с легко читаемым беспокойством на лице, разглядывают. — Привет, — Кира тишину нарушает первая, спустя лишь несколько секунд. — Привет, — Елизавета головой кивает, будто соглашаясь с чем-то своим и выдаёт первое, что приходит в голову, — чай? — Не откажусь, — проходит на кухню вслед за брюнеткой. Диалог не клеится и Андрющенко уже жалеет о своём решении согласиться на то, чтобы Кира к ней зашла. — Ты хотела о чём то поговорить? — знает уже о чём, но всё же спрашивает. — Хотелось бы, конечно, — блондинка наблюдает внимательно, как Лиза чай наливает, конфеты на стол ставит и наконец усаживается на стул напротив самой Киры. — Я так понимаю, насчёт той ситуации с полицией? — спрашивает тихо, почти шёпотом, тут же замечая непонимание на чужом лице. — Мама в соседней комнате спит. Она конечно не подслушивает мои разговоры, не подумай, но и рисковать не хочется, — объясняет, свой чай отпивая, к сладостям так и не притрагиваясь. Медведева кивает, понимая. — Об этом тоже, — в голове куча вопросов насчёт отношений Лизы. Блондинка не хочет мучать её лишний раз, но и не спросить не может: — Почему ты столько времени с ним? Ты ведь могла уйти. — Я сама на это согласилась, — будто самой себе доказать это хочет. — Ты была ребёнком, — Кира же её не понимает, возможностей уйти наверняка было не мало, но она всё ещё с ним. — Мне было пятнадцать, скорее подросток. — Ты даже не достигла возраста согласия, он не имел права трогать тебя, хоть десять раз ты согласилась бы. Да и не думаю я, что ты действительно хотела. — Я думала, что ему нужен секс, он ведь мужчина, — Кира на это губы поджимает, пару секунд раздумывая, стоит ли сейчас высказать всё своё негодование. -Скорее он тебя в этом убедил, да? — Наверное, — соглашается всё-таки, — первое время привязанность была какая-то, я даже думала что люблю его, а сейчас уйти просто страшно. Думаешь я не пыталась? Лиза чувствует, что заплачет вот-вот. Пытается держать себя в руках, при Медведевой плакать всё ещё не комфортно. — Онн не давал этого сделать? Лиз, это статья. Даже не одна, судя по тому, что он вытворяет с тобой и сколько тебе было лет, когда он впервые тебя изнасиловал. — Ты в какой стране живёшь? Мне скажут «сама виновата» и домой отправят. — Думаешь? — Кира же ещё слишком наивна в некоторых вещах, чтобы понять весь кошмар ситуации, в которой по грустной случайности оказалась Лиза. — Знаю, — Лиза воздуха побольше вдыхает, выдыхая медленно, пытаясь не пустить слезу. — Давай переведём тему. — Без проблем, ты извини если я где-то слишком навязчива была, это явно не лёгкий для тебя разговор. — Всё хорошо, — Лиза улыбнуться пытается. — Насчёт того случая — всё слишком сложно. Я даже не знаю с чего начать. Я сама, если честно, не понимаю когда всё пошло не по плану. Медведева слушает внимательно, не смея перебивать, губу закусывает в ожидании. В глаза Лизины смотрит, не желая отводить их, по привычке. — Наверное всё началось именно с того, что я решила оформить кредит, — Лиза усмехается нервно, вспоминая во что это вылилось, — деньги нужны были на лечение мамы, ну ты понимаешь. Кира кивает, с детства прекрасно помнит женщину, которая каждый раз слушала внимательно, как ребёнок ей сказки читал или истории школьные рассказывал. Лиза всю историю пересказывает, слёзы сдерживая, что не уходит от внимания Медведевой, которая тут же за руку её берёт, успокаивая. В конце концов, услышав всё, что на протяжении многих лет мучало Лизу, блондинка лишь смотрит на неё, не зная что сказать. Эмоции смешались в одну кучу. Кире жаль было старшую, хотелось хоть как-то поддержать её, но девушка даже одного слова из себя выдавить не могла, лишь продолжала за руку Елизавету держать. В Кире злость кипела — на кредиторов, на Ивана, на всех, кто хоть раз упоминался в истории Лизы в негативном ключе. Но всё это на второй план отходит, когда она слышит приближаюшиеся к кухне шаги и видит Марию, что когда-то даже пальцем с трудом и дикой болью шевелила. Улыбается сразу, здороваясь и понимая, что женщина её даже не помнит, с учётом того, насколько выросла та маленькая Настя.