Стеклянный человек, исчезающий под дождем

      Если сил открывать глаза по утрам уже нет, то стоит просто не закрывать их с вечера.       Позволить бессоннице победить - очень легко. Сон нужен нашему организму, но не мозгу, которому приходится работать всегда. Поэтому наше сознание слегка мутнеет, но продолжает функционировать. А вот тело начинает ныть и буквально умолять о небольшой передышке, но мы его не слушаем.       Что нам остается делать по ночам, когда сон все не хочет идти? Пытатся найти себя в отражении зеркала.       Рафи напряженно всматривалась в темные круги под глазами, которые не хотели уходить уже больше недели. На заднем фоне слышалось завывание Сумерек. Рафи ненавидела эту сагу и, наверное, поэтому и крутила ее на повторе в своем ноутбуке. За окном царила глубокая ночь, весь дом уже давно спал. Но Рафи не могла.       Она уже неделю находилась в этом подвешенном состоянии. Пыталась спать, но не могла. Пыталась не думать.., но только и делала, что думала. И все об одном и том же. Рафи жмурит глаза, чтобы не видеть, как по щекам бегут слезы.       Вместо того, чтобы думать, она пыталась себя уговаривать. Пыталась говорить себе о том, какой Гоуст хороший. Пыталась звонить ему каждую свободную секунду. Но в дом к нему больше не заходила. К черту это. Гоуст будто все понимал, ласково смотрел на девушку и шептал ей на ухо какие-то нежности. А Рафи пыталась не отталкивать его в эти моменты.       Она больше не могла разглядеть себя. Останавливалась возле окна кабинета, но не узнавала собственное легкое отражение. Внимательно изучала прыщ в зеркале и думала, что он принадлежит не ей. А когда Гоуст вновь прижимался к ней и говорил, что любит, то Рафи казалось, что говорит он это совсем другому человеку. Будто сейчас Рафи просто занимает чье-то место. Будто кто-то ушел, попросив Рафи немного поиграть чужую роль. Девушка напряженно всматривалась в мир и прекрасно его видела, но глаза будто принадлежали не ей.       Все хотелось поскорее вырваться и начать жить своею жизнью. Рафи пыталась, била зеркала, но получала лишь неощутимые порезы, которые Клео потом обрабатывала. Рафи сглатывает и с трудом сдерживает порыв разбить и это зеркало тоже.       Рафи хотелось бросить все попытки вернуть свою жизнь в привычное русло, но она не могла сдаться. И лишь поэтому пыталась дальше.       А Свифт, наверное, даже не пытался.       Рафи вздрагивает, когда мысли возвращаются к привычной теме. Она ненавидела думать, ненавидела мусолить одно и то же в голове. Поэтому она ненавидела Свифта еще больше. Даже не за то, что он сделал с ней, а за то, что не мог покинуть ее мысли.       Хотела ли Рафи другого исхода? Да. Свифт открыл ей глаза. Рафи действительно любила его, но теперь еще и ненавидела. Это он был виноват в том, что девушка вновь начала что-то чувствовать к этому миру. Он виноват в том, что Рафи не может спать по ночам. И он виноват в том, что она не может бросить Гоуста. Если бы Рафи не знала Свифта, то сделала бы это легко, даже не остановившись, чтобы оценить ущерб. Но теперь, когда она знала, как болезненно ощущается отказ, она не могла так поступить с кем-либо. Она не хотела, чтобы Гоуст проходил через все, что чувствует сейчас она. Каждый из нас чувствует боль, разную, но Рафи не хотела быть ее причиной. Она хотела спокойно вернуться в свое одиночество и не высовывать голову.       Рафи аккуратно смотрит на звезды, будто боится, что может ослепнуть от их яркости.       Потерять себя. Эта фраза всегда вызывала в девушке противоречивые чувства. Будто она обронила саму себя, пока беззаботно гуляла по лесу. И она сама осталась под кронами большого толсстовского дуба, наслаждаясь прохладой тени. Там есть солнце, там есть настоящий ветер. Там есть это ощущение, когда ты закрываешь глаза, и чувствуешь себя на грани с этим миром. Рафи хотела ухватиться за это ощущение, но она не могла. Она не могла поймать даже саму себя, а тут такое.       Как она ненавидела быть потерянной. Из-за какого-то парня. Из-за какого-то идиотского чувства, которое то гаснет, то снова пылает в ее груди. Неужели, так будет всегда? Она просто будет идти вперед, смотреть на все вещи, которые касаются ее, и не ощущать их? А, вдруг, она так и не найдет себя? Оставит возле того позабытого дерева, надеясь, что хотя бы часть ее будет счастлива. А что же с той частью, которая вынуждена проходить весь этот жизненный путь?       Возможно, мы все давно разделены на несколько частей и разбросаны по свету. Поэтому нам кажется, что наша жизнь не такая, какая должна быть. Неполная. Наши мечты и желания парят высоко в небесах. Наша ярость кидает волны, заставляя их разбиваться о берег. А наше спокойствие и чувство бесконечного счастья спрятаны в том в лесу, у корней дуба. Куда же деть любовь?       Иногда мы можем коснуться того, что далеко от нас, но все еще является нашей частью. Что-то из мира напоминает нам о нас самих. Как музыка, которая уносит в разные чувства, в разные года нашей жизни. Или как книги, которые заставляют наши сердца проснуться, а разум - насыщаться. Ох, или как слова. Бесконечный поток слов, который мы слышим ежедневно, и который и сам не знает, что с нами может сделать. Слова настолько велики, что позволяют себе проходить через других людей. Но настигают они все равно лично нас. Слова не придуманы человеком. Можете биться головой о стену от этой глупости, но это так. Люди... не могли такое придумать. Такое великое и необъятное. Люди могут слова только передать через себя, как проводники. Даже у нас есть предел.       Но гиблое дело - бежать от чувств, что ты испытываешь из-за этих слов. Рафи сжимает руки в кулаки, наблюдая за своим лицом в зеркале. И обещает себе, что больше никакие слова никогда не причинят ей боль. Слишком тяжелая клятва для человека.       Она берет в руки ножницы, не боясь их опасного блеска. Пора медленно собирать свои потерянные части и избавляться от ненужных.       Там много всего. Много бутылок, много пространства. Наверное, это все рассчитано на много людей. Ребелу столько не нужно. Ему хватило бы и одного человека.       Он хмур. Он, в последнее время, часто хмур. Свифт обещал себе подумать об этом на досуге.       - Если ты хочешь устроить вечеринку, то устраивай в своем доме.       Свифт закатывает глаза.       - Ах, да, точно, - продолжает Ребел. - У тебя его нет.       Свифт невозмутимо открывает бутылку пива и делает спасительный глоток. Что-то должно его спасти от занудства брата.       - Не дрейф, Реби, милашка, - урчит он и подходит к брату. - Эта будет последней.       Ребел поджимает губы и качает головой. Он бы многое хотел сказать Свифту, но опять сдерживался. Знал, что не сможет себя сдержать.       Взгляд Свифта смягчается. Он убирает бутылку в сторону и кладет ладонь на плечо брата.       - Если бы ты только взял деньги...       - Ни за что! - отрезает Ребел. - Это деньги Клео.       - Это деньги банка, - напряженно говорит Свифт. - Мне жаль, что твоя девчонка не додумалась застраховать их...       - Не говори так о ней!       Свифт тяжело выдыхает.       - Я не хочу ругаться, - уже тише говорит он. - Я делал это не только для себя, ты же знаешь.       - Это все зашло слишком далеко. Такой большой урон обществу ты еще не наносил.       - Это последнее дело, поэтому оно такое масштабное.       - Последних дел не бывает.       Свифт поджимает губы.       - Но ты ведь больше не промышляешь подобным.       Ребел фыркает и скидывает руку Свифта с плеча.       - Но это не значит, что я не погряз в этом дерьме.       Ребел всегда будет частью этого мира, Свифт знал, пусть и пытался всеми силами его вытащить. Вытащить каждого из них. М.С., вроде как, справился. Гоуст тоже может двигаться дальше. Но Ребел всегда будет сломан. Впрочем, как и Свифт.       Закипает чайник. Ребел не смотрит на брата, хочет покинуть кухню и останавливается на пороге.       - Даю тебе месяц, - говорит он. - А потом вали из этого дома.       И уходит. Свифт с силой сжимает зубы, чтобы не закричать. Он заслужил, он не должен испытывать чувств по этому поводу. Тогда почему так больно?       Ближе к вечеру стал подтягиваться народ. В этом доме было тихо два года, но округа прекрасно помнила, где проходили лучшие вечеринки. Соседи лишь закрывали окна поплотнее и знали, что звонить копам бесполезно. Музыка звучала на весь район, сообщая о точном местоположении этого сборища.       Рафи напряженно наблюдала за этим домом. Она хотела бы не испытывать страха, как и планировала, но не могла сдержать легкую дрожь в руках.       - Я не хочу туда.       Она косо смотрит на старшую сестру. Клео тоже была напряжена. Ни грамма косметики, собранные в хвост волосы. Удобная одежда, которая скрывала ее возраст и социальное положение. Те, кто достаточно хорошо знали Клео, понимали - она явно в депрессии.       Поэтому Рафи собиралась вытащить ее повеселиться.       - Там Ребел, - вновь повторяет Рафи.       Клео шумно выдыхает. Только одно имя парня заставляло девушку чувствовать себя лучше.       - Только давай по быстрому, - шипит она.       Рафи издает некое подобие смешка.       - Только не говори, что собираешься устроить здесь комендантский час.       Клео хмыкает, оценив юмор, и поворачивается к сестре. Она слегка улыбается и касается укороченных волос Рафи. Девушка сглатывает и вновь поворачивается к дому.       - Нас уже ждут.       Клео кивает. Ладно, можно слегка и отвлечься от проблем.       В доме царил хаос. Большое количество людей не двигалось - как в картине, они заняли определенные позиции, и придерживались их. Старались держаться группами, старались употреблять много алкоголя. Клео наказала Рафи не пить и, если честно, она особо и не собиралась. Рафи поправляет лямку своего кожаного топа и осматривается, пытаясь найти Гоуста.       Клео довольно быстро покидает сестру, уходя в комнату к Ребелу. Им нужно провести немного времени вместе. Рафи остается одна и старается не зацикливаться на этом. Держится прямо, не стесняясь длинны своей юбки. Но, при этом, все равно чувствуя себя не в своей тарелке.       Она выглядела отчаянно. Та девушка, которая встретила Свифта на первой вечеринке, хотела запить свое пустое сердце. Теперь это была девушка, которая все это хотела из сердца выблевать. Взгляд стеклянный, без всякой агрессии, которая присутствовала ранее. А поза неестественная. Эта была хищница, которой уже не нужна была добыча. Ей нужен был лишь покой.       - Этому образу не хватает татухи.       Рафи не улыбается, когда Гоуст подходит к ней и протягивает стакан с пуншем. Лишь слегка облегченно выдыхает.       А вот Гоуст улыбается. Он внимательно изучает каре Рафи, будто имеет дело с картиной в галерее.       - Радикально. Надеюсь, ты не собираешься меня бросать.       - Все еще думаю над этим, - язвит Рафи и блаженно выдыхает, когда Гоуст притягивает ее к себе за талию.       Парень качает головой, поглаживая Рафи по голому участку тела между топом и юбкой.       - Тебе нравится насилие, да?       - Почему это?       - Потому, что ты должна понимать, что я прибью каждого, кто сегодня взглянет на тебя.       Рафи посмеивается и кладет свободную руку на грудь Гоуста. Так легко и непринужденно. И пусть на душе тяжело, Рафи все еще может быть слегка счастливой.       - Кто готов разъебать эту ночь?!       Рафи вздрагивает. Теперь уже не может быть.       Гоуст закатывает глаза.       - Свифт в своем реперутаре.       Рафи сглатывает и ищет его взглядом. Свифт запрыгнул на стол и вырывал из толпы восторженные крики. Он уже был достаточно пьян и слегка шатался. Но он все еще был полон огня, который пылал, не переставая. Если Рафи испытывала чувства, как что-то потухающее и снова пылающее, то Свифт горел всегда. Просто стремился к тому, чтобы остаться окурком.       Свифт смеется и Рафи позволяет себе понаблюдать за ним. Залипнуть на его смех. Пропустить все слова мимо ушей. Но все равно чувствовать его рядом. Рафи ближе жмется к Гоусту.       - Кто больше выпьет сегодня, тот получит главный приз! - продолжает кричать Свифт. - Меня!       И снимает футболку, игриво кидая ее в толпу кричащих девчонок. Чего врать, многие хотели такого харизматичного парня. Многие ожидали от него чудес в постели. Рафи же... могла просто наблюдать.       Вдруг, Свифт случайно ловит ее взгляд. Различает среди толпы, замирает, будто теряет дыхание. И вдруг оступается, падая со стола с большим грохотом.       Рафи облегченно выдыхает. Это помогло наваждению пропасть.       - Я отойду, - говорит она Гоусту и получает в ответ кивок. Хотелось немного передохнуть от этой толпы. Рафи оставляет парню стакан и уходит на второй этаж.       Здесь было темно и пустынно. Мало кто хотел покидать эпицентр веселья. Рафи осматривает двери и замечает приоткрытую дверь. Эта была комната Ребела. Рафи слегка заглядывает. Клео лежала на кровати, в своем длинном худи и натянутом капюшоне. Она буквально скрывалась в руках Ребела, иногда подрагивая от рыданий. Парень смотрел в стену тяжелым взглядом и поглаживал Клео по спине. Иногда он что-то шептал ей и получал в ответ легкие кивки.       Рафи тихо отходит, чтобы на нарушать идиллию. Ее сестра мало кому могла доверить свои слезы.       Следующая комната была плотно закрыта. Раньше Рафи проводила в ней много времени, вместе с М.С.. Они рубились в приставку и тоннами пожирали любимые чипсы. После подобного Рафи пришлось на время сесть на диету.       Она улыбается воспоминаниям и проходит дальше.       В эту комнату... она никогда не заходила. Даже когда Свифт был ранен, она осталась лишь на пороге. Будто внутри скрывалось больше, чем девушка могла вынести. Она неуверенно тянет руку вперед, чтобы открыть дверь.       Вдруг, ее резко хватают за запястье, не позволяя этого сделать.       Рафи вздрагивает и поворачивается. На нее напряженно смотрел Свифт, все еще держа за запястье.       - Я никого не пускаю в свою комнату, - говорит он. - Кроме братьев.       Выглядел Свифт более, чем серьезно. Рафи, кажется, никогда его таким не видела. Даже в тот день, когда...       Рафи сглатывает и пытается отстраниться, но Свифт, неожиданно, прижимает ее к стене, не позволяя сбежать. Теперь Рафи понимает - он совершенно не пьян.       - Зачем ты здесь? - слегка рычит он. - Не хватило в прошлый раз? Хочешь еще?       Рафи понимает, что снова дрожит. Свифт слишком близко, он дышит тяжело и нервно. Рафи ловит это дыхание своими губами и сама перестает дышать. Ей бы уйти, вновь закрыться в своем новом обличии, но перед парнем она была абсолютно открыта.       И, вдруг, она что-то замечает. Что-то, что быстро промелькнуло в глазах Свифта и исчезло. Но Рафи успела за это зацепиться и удивленно распахнула глаза шире.       Неужели...       - Ты солгал.       Свифт вздрагивает, но еще больше хмурится.       - О чем ты говоришь, конфетка? Головой тронулась?       Он пытается отстраниться, но теперь Рафи крепко держит его за руку и не позволяет. Не тогда, когда видит правду.       - В тот день, - шепчет она, нервно облизывая губы. - В школе.       Свифт теряется, но старается держаться.       - Да? - усмехается он. - И где же я солгал?       Рафи прикрывает глаза.       - Ты сказал, что не хочешь, чтобы я была твоей девушкой.       - Да. И?       - Ты солгал.       И двигается еще ближе.       - Ты хочешь, - одними губами говорит она.       Свифт замолкает, долго и внимательно изучая лицо Рафи. И будто ведет внутри некую борьбу.       И проигрывает самому себе.       Он тихо рычит и притягивает Рафи к себе за шею и жадно целует, заставляя задохнуться. Девушка выдыхает и хватается за голые плечи Свифта, пытаясь устоять на ногах. Губы Свифта были такими горячими, а язык действовал так агрессивно. Будто хотел наказать Рафи за то, что он так долго держал себя в узде. Рафи сильно жмурится, почти до слез, и старается отвечать не менее пылко.       Это не было похоже на их первый поцелуй. Тогда они целовались каждый для себя. Для того, чтобы испытать что-то, забыть что-то. Вспомнить что-то. Но сейчас они уже знали друг друга, уже любили друг друга. И безумно этого хотели. Настолько безумно, что не замечали ничего вокруг. Они ни о чем не помнили, не придумывали причины, по которой не могли целоваться раньше. Все ведь так просто.       Свифт целовался с отчаяньем, что не чувствовалось в первый раз. А Рафи поддавалась, чего никогда себе не позволяла. Мычала в поцелуй и надеялась, что воздуха хватит на подольше.       Когда они отстраняются, Рафи боится открыть глаза и посмотреть на Свифта. Боится, что он уже исчез, расстворился. Но он все еще крепко держал девушку. Рафи позволяет себе открыть глаза и взглянуть в глаза Свифта.       Что же теперь будет?