Смотритель Хогвартса

      Солнечное морозное утро порадовало бы глаз любого любителя северной погоды. Однако дрожащие на берегу Чёрного озера чемпионы, одетые в тоненькие плавки, поспорили бы с такими людьми. Укутанным в тёплые одежды зрителям на трибунах оставалось лишь посочувствовать и поддержать криками и хлопаньем представителей трёх школ.       Судьи, сидящие за поставленным около воды столом, в данный момент тихо переговаривались между собой, делая предположения касательно будущего испытания. Когда последовала команда Людо Бэгмена, раздался пронзительный свист, и чемпионы тут же рванули в воду. Спотыкаясь и поскальзываясь на подводных камнях, каждый пытался как можно скорее отправиться на поиски своего «сокровища».       Какаши, стоявший рядом с судьями вместе со Снейпом и другими волшебниками, которые должны в случае непредвиденных обстоятельств оказать помощь участникам турнира и зрителям, успел лишь заметить, как Флёр и Седрик взмахнули палочками перед тем, как скрыться под водой. Крам же практически сразу сделал нырок, не удосужившись даже использовать магию.       А вот Гарри и здесь отличился от остальных: оставшись на берегу самым последним, он закинул в рот нечто, похожее на твёрдые водоросли. Сначала ничего не происходило, из-за чего со стороны трибун раздались громкие смешки. Но потом Поттер странно задёргался, схватился за шею, издал какой-то нечленораздельный звук, похожий то ли на хрип, то ли на бульканье, и упал в воду.       — Он там жив вообще? — выгнул бровь Хатаке, ни к кому конкретно не обращаясь, но находящийся ближе всех Северус взял на себя обязанность ответить:       — Конечно, жив, — фыркнул он. — То, что он проглотил, называется жабросли. Съевший жабросли волшебник получает некоторые физические изменения, характерные больше для… рыб. У него вырастают жабры, на руках появляются межпальцевые перепонки, а ноги превращаются в некое подобие ласт. Однако действие жаброслей временно, проходит примерно через час-полтора. Хм… на самом деле это не слишком-то распространённое растение, ведь в магических книгах о нём редко упоминается. Интересно, как Поттер догадался до этого? Я хотел ему предложить помощь, чтобы он смог продержаться под водой столько времени, но он никак не хотел меня слушать. Высокомерный мальчишка! Такой же высокомерный, как и его…       Какаши тут же перебил зашипевшего и сморщившегося от несдерживаемых эмоций зельевара:       — Получается, ему помог кто-то другой?       — Естественно. Сам бы он до такого никогда не додумался. Наверняка, это был… — он резко прервался и продолжил куда тише, чуть ли не перейдя на шёпот. — Я думаю, ты знаешь, кто ему помог.       — Ну да, это довольно очевидно, — кивнул шиноби, долго не думая. — А остальные? Я не успел заметить. Видимо, их заклинания сработали уже под водой.       — Хм… — задумался Снейп. — Точно не скажу, но, мне кажется, Диггори и Делакур воспользуются заклинанием головного пузыря. Это одно из самых распространенных заклинаний, с помощью которых можно длительное время обходиться без воздуха. А вот чем воспользовался Крам… Без понятия. Ученики Дурмстранга могут быть полны сюрпризов.       — Понятно. Значит, в ближайший час нам придётся пялиться на озеро, ожидая того, что что-то пойдёт не так…       — Не совсем, но можно и так сказать, — слегка поморщился Северус. — Сейчас там внизу ведут патрули несколько отрядов авроров, которые должны защитить чемпионов в самом крайнем случае. Мы же обязаны их поддержать здесь, «наверху».       — Что-то мне подсказывает, что главная опасность всё-таки под водой, а не над ней, — резонно засомневался Хатаке. — Тут и так множество волшебников, способных оказать помощь.       Снейп покивал головой.       — Да, ты прав. Но ведь не меньшее количество «помощников» было и во время первого этапа. Хорошо ли всё закончилось? Я бы так не сказал. Но без твоей помощи всё было бы ещё хуже…       С этим сложно было не согласиться. Переведя задумчивый взгляд на ровную гладь Чёрного озера, Хатаке предался раздумьям. Из головы никак не хотел выходить тот сон, который больше был похож на краткий пересказ его жизни. Хотя скорее основных моментов, так или иначе связанных с Обито.       Когда Кагуя перемещала его в этот мир, его бывший товарищ уже не был «бывшим». Учиха признал свои ошибки и готов был защищать Саске и Наруто — тех, кто способен одолеть Ооцуцуки, с не меньшим порывом, чем сам Какаши. Но тогда он остался один. Получилось ли у него справиться с этим в одиночку? Всё-таки даже одарённые силой Рикудо ребята всё равно имели свой предел, как и любой другой шиноби.       Вместе с этим сон вернул Хатаке позабытое чувство апатии, поедавшее его на протяжении последнего десятка, если не больше, лет. Однако на этот раз она была связана не с виной за смерть товарищей, а из-за того, что один из них пошёл против всего мира, разочаровавшись в Какаши. Тяжело было смириться с тем, что именно его невозможность когда-то давно защитить Рин, повлияла на Обито так, что он в конечном итоге начал Четвёртую мировую войну шиноби, которая стала катастрофой для всех шиноби на планете.       Хатаке думал: «А ведь если бы я тогда справился с возложенной на меня обязанностью, то ничего бы из этого не произошло. Столько жизней мной могли быть спасены… Всего одно исполненное обещание и взмах крыла бабочки привёл бы этот мир к лучшему будущему…»       А к «лучшему» ли? Кто сказал, что всё стало бы лучше? Все эти «если бы»… Что произошло в прошлом — уже не изменить. Нужно мириться с тем, что есть и думать о том, что может произойти дальше. Но пожирающая изнутри совесть настойчиво твердила, что много чего можно было избежать…       В любом случае оставался самый главный вопрос: по какой причине ему спустя столько времени приснился Обито? Почему не раньше? Было ли это каким-то намёком? Но от кого? Какой-то потусторонней сущности? Как бы нелепо это ни звучало, но такой вариант имеет место быть, на самом деле. Ведь, как оказалось, «та сторона» всё-таки существует. Остаётся лишь гадать какой именно посыл этот «некто» хотел передать…       От размышлений его отвлёк радостный возглас зрителей, который постепенно перерастал в удивлённый гул. Как оказалось, на поверхности воды показался первый участник турнира — Флёр. Переведя взгляд на часы, висящие на трибунах, Какаши подметил, что прошло чуть больше получаса. Не успел он удивиться тому, как девушка быстро справилась с заданием, он пригляделся к ней и понял, что под водой там всё не так просто, как кажется. Она плыла в сопровождении нескольких волшебников, вся израненная и без своей младшей сестры, которая и является её «целью».       — Мадам Помфри! Окажите помощь мисс Делакур! — тут же спохватился Дамблдор, зычным голосом подозвав засуетившуюся целительницу.       Оказавшись на берегу, Флёр, судорожно кашляя и отплёвываясь от воды, укуталась в множество тёплых полотенец, пока Поппи накладывала на неё согревающие, диагностирующие и лечащие чары. К своей подопечной подскочила мадам Максим, принявшись помогать оправиться от пережитого, говоря ей одобряющие слова. Однако девушка её будто бы не слышала. Дрожа и стуча зубами, она круглыми глазами блуждала от одного мелкого булыжника на земле, до другого. Затем её взгляд стал ещё шире, и она словно только сейчас вспомнила о самом главном:       — Сестра… она всё ещё там! Её нужно спасти!       — Не двигайтесь, прошу вас, мисс, — мягко, но в то же самое время настойчиво остановила встрепенувшуюся чемпионку мадам Помфри. — Дайте мне закончить.       — Уверяю вас, что всё под контролем. Узникам на дне озера ничего не угрожает.       Успокаивающие слова Дамблдора сработали на всех, кроме Флёр, мадам Максим и… Какаши. Он всё ещё помнил об ошибке Альбуса во время первого этапа, твердившего о всё той же «абсолютной безопасности». Раз уж Делакур сейчас получила такие травмы, значит, помощь всё-таки может понадобиться. А то, что никто так и не удосужился расспросить её о случившемся там, внизу, заставляло испытывать дискомфорт. Поэтому лучше будет глядеть в оба.       — Ты уверен, что Гарри сможет выбраться оттуда живым? — еле слышно пробормотал Хатаке, чтобы услышал только Снейп.       — Должен, — несколько напряжённо буркнул Северус. — Я подкупил нескольких людей из аврората, которые сейчас находятся где-то в глубинах озера, чтобы те специально следили за мальчишкой и действовали даже при малейшей опасности в его сторону.       — А если те, кто на него нападёт, будут не подводные обитатели, а… — шиноби на секунду прервался, а затем прошептал еле слышно: — …другие чемпионы?       Выражение лица Снейпа нисколько не изменилось. Он спокойно, даже несколько лениво ответил:       — Как бы избранные Кубком Огня не были сильны или уникальны, они всё ещё остаются детьми. А договаривался я не с вчерашними студентами Хогвартса, а с опытными профессионалами. Тем более то, что мы отсюда ничего не видим, только плюс. Можно просто всё списать на несчастный случай и изменить память нападавшего. В крайнем случае — атаковать и заставить выйти из этого испытания. Но только так, чтобы никто ни о чём не догадался.       Какаши нахмурился, когда в его голове возникла одна догадка:       — А это случайно работа не твоих людей? — он кивком указал в сторону отогревающейся Флёр, не прекращающей бормотать про сестру.       — Кто знает… — загадочно протянул Северус, не поворачивая к нему голову.       Время тянулось достаточно медленно. Оставалось совсем немного, прежде чем стрелки часов грозились ознаменовать окончание второго этапа, но ни одного из оставшихся трёх участников видно не было. Однако в тот момент, когда раздался перезвон колокола, означавший истечение положенного часа, где-то вдали, ближе к середине озера, выплыл Седрик с освобождённой «пленницей» — Чжоу Чанг. Все взгляды сконцентрировались на плывущей к берегу парочке. Перебирали руками и ногами они так, словно пытались поскорее от чего-то спастись. Чего-то неминуемого и страшного.       Прежде чем трибуны успели радостно возликовать, Диггори надрывисто прокричал:       — Там! Там резня! Гриндилоу! Русалки! Тритоны! Они… они обезумели!       Позади юноши и девушки оставался едва заметный мутно-алый шлейф — они, видимо, также были ранены. На такие громкие (во всех смыслах) слова волшебники отреагировали по-разному: большинство остолбенели, от страха выпучив глаза, самые чувствительные даже попадали в обморок. Руководители и организаторы турнира же принялись накладывать на себя чары для передвижения под водой, готовясь спасать участников (всё равно время уже вышло, так что теперь это было их обязанностью).       К этому времени недалеко от них над водой показались и Крам с Гермионой. Виктор выглядел откровенно плохо: его лоб венчал длинный кровоточащий порез, одной рукой он вообще не шевелил, хотя она вроде как была на месте. Грейнджер же внешне казалась совершенно невредимой. Она даже плыла быстрее своего «спасителя», помогая тому добираться до берега.       Но Какаши, Северус и Альбус, а вместе с ними и наблюдавший за всем со стороны лже-Грюм, ждали только одного человека. Они ждали Поттера, который, к счастью для них, вскоре также «показался на свет» вместе с Роном и сестрой Флёр — Габриэль… а также целой оравой монстроподобных морских существ, окруживших их со всех сторон.       Быстро переглянувшись друг с другом, Хатаке и Снейп без слов кивнули и ринулись на помощь. В отличие от остальных волшебников, им не нужны были заклинания для передвижения под водой. Они решили двигаться по ней. Какаши вообще не испытывал с этим трудностей: чакра позволяла ходить по ней, как по обычной земле. Северус же трансфигурировал воду в прочное, толстое стекло, сделав тем самым импровизированный плот, который сам по себе появлялся в направлении движения и исчезал за спиной в определённом радиусе. Так что, если не вглядываться, создавалось такое впечатление, что они оба просто взяли и начали бежать по воде. В этот момент нужно было видеть лица окружающих их магов…       Тем временем Поттера, Уизли и младшую Делакур гриндилоу и русалки облепили со всех сторон. Хоть они и были морскими существами, но могли спокойно двигаться и над водой. Гриндилоу царапали школьников своими острыми конечностями, похожими на пальцы, и маленькими рогами на лбах. Тритоны же грозились проткнуть их длинными трезубцами, опасность которых не поддавалась сомнению. Студенты, конечно, пытались отбиваться, однако один из них был утомлён часовым заплывом и борьбой под водой, другой — не имел при себе палочки, а третья так вообще была совсем ещё ребёнком и, по-видимому, даже плавать-то толком ещё не умела.       «Стихию Молнии использовать нельзя — есть вероятность задеть других, да и мне, может, достанется. Земля будет неэффективной. А вот Огонь… наверное, понадобится. Но точно будет действенной Вода», — быстро проанализировал ситуацию Какаши, первым приближаясь к школьникам. — «Её тут много. Я же по озеру бегу всё-таки. Но первостепенная задача — защита, а не убийство монстров. Нужно держать это в голове».       — Стихия Воды: Техника водяных снарядов!       Множество небольших, но очень быстрых сгустков использованной для дзюцу воды врезались в чудовищ, которые уже начали топить своими телами сопротивляющихся и брыкающихся детей. Техника была настолько пробивной, что некоторые головы гриндилоу попросту размозжились на куски. Подоспевший вскоре Снейп запустил в завизжавших тварей точные замораживающие и режущие заклинания.       Большинство полуразумных существ, почуяв исходящую от Какаши и Северуса опасность, поспешили бы уже скрыться как можно дальше. Однако конкретно эти, по-видимому, не обладали природным инстинктом самосохранения. Они оставили учеников, нырнув под воду. Но вместо того, чтобы затаиться где-то на дне, атаковали теперь их самих.       Сломав стекло рядом с зельеваром, несколько из них попыталось схватить его за ноги, однако он вовремя направил на них палочки и, воспользовавшись своей излюбленной сектумсепрой, нанёс им ужасные раны, заставив замертво опускаться на дно. Шиноби же награждал самых настойчивых гриндилоу небольшими огненными шарами, которые, как оказалось, их довольно сильно пугали.       Вскоре этот странный бой закончился. В головах оставшихся зверей, потерявших изрядную долю своих, наконец взыграло чувство приближающейся гибели, что заставило их отступить. Хатаке тут же подбежал к захлёбывавшемуся Гарри. Ему досталось больше всех: шея и руки были изодраны, на голове было множество порезов, а одна особо глубокая рана на груди вызывала опасения.       Достав его из воды, он взвалил его на спину, чтобы мальчику больше не нужно было пытаться оставаться на плаву. Габриэль и Рона, которым тоже досталось, но куда меньше, подхватили подплывшие к этому моменту маги. Убедившись, что всё закончилось хорошо, Какаши побежал к берегу. По дороге он чувствовал, как Поттер дрожал. И тут не совсем было ясно из-за чего: холода, страха или боли. Хотя, вполне возможно, что из-за всего одновременно. На какие-либо слова он не откликался. Оставался он в сознании или нет, Хатаке также не мог сказать — тот был за спиной. Но он хотя бы был жив. Это точно. Прерывисто дышал и изредка кашлял. Оставалось лишь донести его до суши и помочь в оказании первой помощи.       «Абсолютная безопасность, да, Альбус?» — недобро подумал он, глядя прямо на стоящего на берегу Дамблдора, который внимательно и с волнением глядел в ответ.