Смотритель Хогвартса

      План Дамблдора касательно третьего этапа турнира был прост до безобразия. Какаши бы даже сказал, что он был довольно очевидным. Суть его заключается в том, что Гарри, как и оговаривалось раньше, послужит некой приманкой для Пожирателей Смерти. На Кубок Турнира уже сейчас наложены чары, с помощью которых любой, кто его коснётся — телепортируется.       Интерес здесь заключается в том, что любой другой участник турнира переместиться туда, куда и нужно — обратно на стадион. А вот Поттер, в свою очередь, окажется на кладбище Литтл-Хэнглтона. По словам директора именно там планируется проведение обряда возрождения Волан-де-Морта.       Предполагается, что Пожиратели Смерти будут окружать это место, чтобы обеспечить защиту своему господину. Однако в противовес им Дамблдор собрал своих людей, которые в нужный момент должны будут трансгрессировать на кладбище и вступить в бой. Три главные задачи выставлены перед «светлыми»: уничтожить Тёмного Лорда (желательно до того момента, как он возродится), схватить как можно больше его посредников (именно «схватить», а не «убить», что вызвало у Какаши недоумение), а также защитить Мальчика-Который-Выжил.       Обито, а вместе с ним и Хатаке, не были согласны переместиться на место битвы с помощью трансгрессии. Учиха утверждал, что не доверяет такому способу телепортации. Тем более которое работает только в том случае, если волшебник представляет конкретное место, куда нужно трансгрессировать. В качестве альтернативы шиноби предложили другой вариант, который, на самом деле, был куда более надёжным для них самих и более эффективным для выполнения третьей задачи по защите Гарри.       Решено было следующее: Какаши должен будет поместить на Гарри метку Хирайшина (его навыков для столь сложного фуиндзюцу хватит, чтобы сделать это без лишних слов и печатей, просто коснувшись подростка). Обито же, как это делал когда-то Ямато, вырастит с помощью Мокутона маленькое зёрнышко, которое Хатаке проглотит.       С помощью этого маячка он будет способен отслеживать его местоположение и в нужный момент появиться рядом с ним, используя Камуи. Так как Хирайшин будет связан с Гарри, соответственно, именно появившийся рядом с ним Какаши и телепортирующийся следом к нему Обито будут его «персональными телохранителями».       Но пока до знаменательного для волшебников (и рядового, впрочем, для шиноби) события осталось несколько дней. За это время можно ещё всё десять раз обдумать и передумать, хотя Хатаке не любил, когда изначальный план менялся до начала даже его первой части. В любом случае оставалось лишь ждать и надеяться, что всё пройдёт как по маслу.

***

      Последний ужин перед последним этапом турнира. Какаши решил всё-таки почтить обитателей замка своим присутствием на этом «званом ужине». Как это было и перед предыдущими испытаниями, студенты не могли найти себе места, ожидая грядущие события. В таком случае сложно представить, какого было самим участникам, раз уж даже обычные будущие зрители испытывали такое волнение.       К слову, о них. Здесь они, понятное дело, также присутствовали, как и остальные ученики. Примечательным лично для Хатаке (хотя, возможно, и не только для него) был тот факт, что Гарри сидел рядом с Флёр, которая не чуралась перебраться от стола Когтеврана к столу Гриффиндора. Сидящие рядом с ними парни, поедающие её взглядами, и метающая молниями из глаз Гермиона, смотрящая на их непринуждённую беседу, вызывали улыбку. Однако в скором времени ко всем чемпионам подошла МакГонагалл. Сказав каждому из них пару слов, она указала в сторону прилегающей к Большому Залу комнатке, где в самом начале учебного года участники турнира впервые собирались вместе. В эту же комнату, когда Минерва удалилась по своим делам, они и пошли.       Не было их в Зале по времени совсем немного. Вскоре они по одному принялись возвращаться, но уже не в одиночестве, а в окружении нескольких людей, которые так или иначе были похожи на них.       «Семьи…» — тут же догадался Какаши.       Самым последним и, как и предполагалось, самым интересным, был Гарри. Ведь у него, как прекрасно знал шиноби, фактически не было семьи, если не считать тётю и дядю, которые являлись простыми людьми. Однако вышел он не один. С ним был человек, с которым Хатаке лично не был знаком, но которого уже видел буквально пару дней назад, когда Дамблдор собирал своих людей и объяснял детали плана.       Это был мужчина средних лет с длинными чёрными волосами, в которых, правда, изредка была заметна седина. Его тёплый взгляд серых глаз всё время был обращён на Гарри, а сам он часто похлопывал подростка по плечу и весело смеялся над его словами. Презрительно фыркнувший сбоку Снейп, с перекошенным лицом глядел на эту картину, что вызвало небольшую улыбку у Какаши.       Примечательным был тот факт, что большинство волшебников в Зале в упор не замечали столь заметную пару. Как будто по Хогвартсу каждый день ходит Мальчика-Который-Выжил в сопровождении бывшего узника Азкабана. Очевидным для Хатаке было использование чар, отталкивающих чужое внимание, однако он не совсем понимал, почему нельзя было просто встретиться в уединённом месте и спокойно пообщаться.       В один момент Поттер, общаясь с этим человеком в стороне от всех, повернул голову в сторону Какаши. Шиноби выгнул бровь, как бы задавая молчаливый вопрос: «Что такое?» После этого юноша помахал ему рукой, позвав тем самым подойти к себе.       «Ох… Ну ладно», — мысленно закатил глаза Хатаке, откладывая в сторону столовые приборы, отодвигая стул и вставая из-за стола.       — …вот о ком я тебе всё это время рассказывал, крёстный! — издали до него донёсся обрывок из речи Поттера. — Мистер Хатаке! Можете, пожалуйста, подойти?       — Я уже тут, — хмыкнул шиноби, находясь в паре метрах от двойки родственников.       — Ах да! Знакомьтесь, это Сириус Блэк, — он указал в сторону мужчины. — Он мой крёстный. Сириус, а это — Хатаке Какаши, — теперь он кивнул уже в его сторону. — Он является Смотрителем Хогвартса.       — Кошмарите учеников, как старый Филч нас когда-то? — Блэк усмехнулся и протянул руку.       Хатаке ответил рукопожатием, отзеркалив его улыбку, которая, впрочем, так и не была видна из-за маски:       — Так нет. Со мной они и не задумываются о том, чтобы прогуляться ночью по коридорам замка. Даже не знаю, почему бы это?       Гарри закатил глаза.       — Потому что спрятаться невозможно. Даже когда я под Мантией, вы видите меня с помощью Карты Мародёров.       — Гарри, ты отдал Карту? — вскинулся Сириус.       — Я же тебе уже рассказывал об этом. Это было после первого испытания. В качестве благодарности.       — Ах да, точно, — кивнул сам себе волшебник, словно только сейчас вспомнив кое-что важное, и повернул голову к Какаши, в миг став серьёзным и собранным. — Хочу поблагодарить вас за то, что дважды спасли жизнь моему крестнику. Я ваш должник после этого. Можете просить у меня, что угодно.       — Прям «что угодно»? — удивился Хатаке. — Вам бы быть поаккуратнее с такими словами…       — В пределах разумного, понятное дело, — хмыкнул Блэк. — Своё поместье я вам, увы, не отдам. Но в услуге не откажу.       — Буду иметь в виду, — кивнул Какаши.       Была ли ему нужна помощь Блэка? Скорее нет, чем да. Это как в случае с мадам Максим, которая когда-то обещала то же самое. Всё, что ему нужно было, он получал сам, однако в качестве запасного варианта, почему бы и не иметь в должниках двух далеко не последних волшебников?       Оставив Поттера и Блэка наедине, Хатаке направился к выходу из Большого Зала, а затем — и из самого замка. До начала третьего этапа время ещё было, но он решил оказаться на месте немного раньше положенного. Осталось дождаться Обито, других преподавателей и студентов, и можно начинать финал…

***

      Гарри с интересом оглядывался по сторонам. Поле для квиддича изменилось до неузнаваемости. По всему периметру была возведена плотная живая изгородь высотой около двадцати метров. Прямо перед ним в изгороди виднелся проем, что был входом в лабиринт. Коридор внутри него, образованный густым кустарником, уходил в черноту, от которой у Гарри забегали мурашки по коже.       На стадионе уже появились к этому моменту первые зрители. Воздух наполнился взволнованными голосами и звуками сотен шагов — студенты торопились занять отведенные им трибуны. Небо успело окраситься в тёмные цвета, на нем зажглись первые, пока что едва заметные звезды. К Бэгмену и участникам турнира подошли профессоры МакГонагалл, Грюм, Флитвик и мистер Хатаке. У магов на шляпах, а у шиноби на спине его любимого военного жилета светились большие красные звезды.       — Мы будем вести патруль снаружи, — пояснила участникам состязания профессор МакГонагалл, осмотрев каждого внимательным, строгим взглядом. — Если кто-нибудь попадет в беду и почувствует, что требуется подмога, пошлите в воздух сноп красных искр, и мы незамедлительно придем на помощь. Всем всё понятно?       Чемпионы кивнули.       — В таком случае вперед! — с улыбкой скомандовал Бэгмен четверым патрульным.       Но прежде чем уходить, Какаши решил подойти к юноше.       — Удачи тебе, Гарри, — он похлопал подростка по плечу, странно задержав руку в последний момент. Гарри не обратил на это внимание, будучи удивлённым столь неожиданной поддержкой от мужчины.       — Благодарю вас, мистер Хатаке!       — Итак, Гарри и Седрик, вы, как чемпионы, делящие первые места, начнете по моему свистку! — пророкотал Бэгмен, когда патрулирующие скрылись за периметром, а чемпионы приготовились к началу испытания. — Три… два… один!       Он резко свистнул, и Гарри с Седриком устремились внутрь лабиринта. Поттер успел в последний момент повернуться к ожидающей своей очереди Флёр. Несмотря на то, что за последнее время они стали довольно тесно дружить, на протяжении этого задания они будут соперниками. Тем не менее это не помешало ему кивнуть и одними губами проговорить: «Удачи». Девушка улыбнулась уголками губ и ответила ему тем же.       Высоченная живая изгородь бросала на дорожку устрашающую черную тень. То ли изгородь была чересчур густой, то ли была заколдована, но звуки стадиона тут же стихли, едва он вступил во тьму лабиринта. Чтобы иметь возможность хоть что-нибудь разглядеть, он вытащил палочку и прошептал:       — Люмос!       Выбранная им дорожка казалась совершенно пустынной. Он повернул вправо и прибавил шагу, подняв палочку над головой, чтобы свет от нее падал как можно дальше. Однако впереди было по-прежнему пусто. Гарри то и дело оглядывался. У него вновь появилось привычное ощущение, что за ним кто-то следит. Чувство это преследовало его довольно часто на протяжении этого учебного года. Но именно сейчас оно усилилось в разы. Правда, вполне возможно, что это просто разыгралось его воображение. Тем не менее небо с каждой минутой становилось всё чернее, а тени продолжали сгущаться в лабиринте, что совершенно точно было правдой.       Впереди по-прежнему никого и ничего не было. «Подозрительно», — подумал он. Гарри свернул направо, однако и там было пусто, не было никаких препятствий. Гарри стал немного нервничать. Одно дело — сражаться со зверем, которого ты видишь. Но совсем другое — плутать по лабиринту, не зная, откуда может возникнуть опасность. Живая изгородь словно заманивала в ловушку, усыпляя внимание.       Но на следующей развилке он свернул за угол и увидел первого врага. Навстречу ему скользил дементор. Как и все те, что видел юноша ранее, высотой он был больше трёх метров, лицо его было спрятано под глубоким капюшоном, а гниющие чешуйчатые руки были угрожающе выставлены вперед. Дементор явно чувствовал его присутствие и двигался прямо на него. Гарри услышал его хриплое дыхание, но испугаться не дала мысль о том, что он знал, как себя нужно с ним вести:       — Экспекто патронум!       Но заклинание не сработало. Вырвавшийся из палочки серебряный олень оббежал дементора и растаял в воздухе. Поттер сильно удивился. Чтобы после всех его тренировок в этом заклинании оно просто взяло и не сработало? Это же бред. Вскоре догадка прострелила его голову:       — Точно… Должно быть это боггарт! Ридикулус!       Справившись с привидением, с которым он впервые встретился ещё на третьем курсе, он продолжил свой путь. Налево… направо… снова налево… два раза он уперся в тупик. Колебания по поводу того, правильно он шёл или нет, прервал раздавшийся неподалеку женский вопль.       — Флер! — крикнул Гарри.       Но в ответ тишина. Он огляделся по сторонам. Это точно был крик Делакур. Что с ней могло случиться? Неужели кто-то из монстров так сильно её испугал? Вопль явно донесся откуда-то спереди. У развилки Гарри остановился посмотреть, не видно ли каких-нибудь следов девушки. Он был уверен, что слышал ее крик. С чем она могла столкнуться?       Чем дальше Поттер шёл, тем больше ему казалось, что он в конец заблудился. Хотя и до этого он не особо знал, в каком направлении двигался. Как известно, кубок был в середине лабиринта. Казалось, найти его труда не составит. Однако… встречающиеся на пути препятствия зачастую мешали и отклоняли его изначальный путь. Соплохвост, пожелавший сделать в теле Гарри своим гигантским изогнутым жалом несколько новых дырок, был оглушён в мягкую часть брюха — Снейп как-то на их индивидуальных занятиях учил его искать у противника уязвимые точки. Ответить на загадку Сфинкса не составило труда — всё-таки время, проведённое за книгами под чутким надзором Гермионы, точно пошло ему на пользу.       В один момент Поттер резко остановился. Его ноги приросли к земле, когда он услы­шал за изгородью непонятную возню и знакомый голос:       — Что ты делаешь? — воскликнула Флёр. — У нас другое задание! Хватит за мной гоняться! Остановись и подумай ты уже головой, безумец!       И следом раздался совершенно безэмоциональный голос Крама:       — Круцио!       В тот же миг уши Гарри пронзил отчаянный, надрывной крик Делакур. Потрясенный Гарри широко распахнул глаза. Его сердце упало в пятки. Никаких поворотов направо не было. Осталось лишь одно — Взрывное заклятие.       — Бомбарда!       Наведя палочку прямо на изгородь, он запустил в её сторону заклинание. Заросли разлетелись в стороны, для него открылся небольшой проход, через который он поспешил протиснуться. Поттер, порвав в нескольких местах мантию, с трудом перелез через ограду и огляделся по сторонам: совсем недалеко на земле из­вивалась от боли чемпионка Шармбатона, а над ней стоял Крам, продолжая направлять в её сторону палочку с активированным Непростительным.       — Сектумсемпра!       Руки пришли в движение быстрее, чем Гарри успел об этом подумать. Выученное на тренировках с профессором зельеварения заклинание поразило спину болгара быстрее, чем он даже успел повернуться в его сторону. Тело Виктора повалилось на землю. Его одежда была изрезана во многих местах, а трава под ним принялась стремительно покрываться кровью. Не думая о том, что он только что сделал, подросток бросился к Флёр. Она уже перестала извиваться и теперь обессиленно лежала, тяже­ло дыша и спрятав лицо в ладонях.       — Ты как? — не нашёл он ничего лучше, чем спросить это, наклоняясь на ней.       — Н… нормально… — с трудом прохрипела она, кривясь от остаточной боли. — Спасибо, Гарри…       — Не за что.       Он протянул ей руку, которую она с благодарностью приняла. Помогая ей подняться, Гарри задумался:       «Как мог Крам решиться применить против человека Непростительное заклятие? Грюм говорил на уроке, что за это отправляют в Азкабан до конца жизни. Вряд ли Крам такой ценой хотел выиг­рать Кубок… Он всегда казался ему молчаливым, суровым и жёстким, но никак не жестоким. Так что же на него нашло? Может… Империо? Но кто мог против него такое это использовать?»       — Может… вместе пойдём? — внезапно предложила Флёр, замявшись. — Всё равно я уже вряд ли выиграю в этом турнире…       Поттер неслабо удивился.       — О чём ты говоришь? У тебя ещё есть шансы на победу!       — Нет, это неправда, — с улыбкой покачала она головой. — Лучше я помогу тебе, чем буду пытаться сделать то, что невозможно.       — Но…       — Гарри.       Она посмотрела на него таким взглядом, что подросток в миг расхотел продолжать спорить. Вздохнув, он молча кивнул, послав в небо сноп красных искр. Всё же с такими ранами Крам мог и умереть, а Гарри, как бы он к нему ни относился, такого бы не хотелось. Они прибавили шагу. Теперь, правда, тупики попадались все чаще. В лабиринте ста­ло темно, хоть глаз выколи, однако это, вероятнее всего, означало, что скоро они доберутся до центра.       И Гарри увидел: метрах в трехстах от него на невысо­кой тумбе сиял вожделенный Кубок. Волшебники прибавили ходу. На удивление, никаких препятствий у них на пути не возникало. Словно лабиринт специально обеспечил им безопасную дорогу до финальной награды. Это было довольно странно и подозрительно, отчего маги не теряли бдительности. Оказавшись в нескольких метрах от Кубка, они переглянулись.       — И что… будем делать дальше? — первым задал вопрос Гарри, нервно теребя в руках палочку.       — Как я уже говорила, это твоя победа, Гарри. Так что ты…       Лишь отточенная за тот короткий промежуток времени тренировок с Обито реакция позволила юноше вовремя отклонить корпус в сторону, пропуская мимо себя красный луч. В спине у них оказался Седрик с оборванной в нескольких местах одеждой и с окровавленным лицом. Его глаза бешено вращались, что выглядело довольно жутко вместе с его пугающим внешним видом.       — Седрик… — осторожно позвал его Гарри, держа палочку наготове. — Ты в норме?       — Отойдите от Кубка! Он мой! — прошипел совершенно не в свойственной себе манере семикурсник, угрожающе направляя на них палочку.       — Что с тобой? Ты не в себе? — продолжал допытываться подросток.       — Он потерял рассудок, Гарри. Ты что, не видишь? — девушка нахмурилась, приняв боевую стойку.       — Я не хочу с тобой драться, Седрик. Мы ведь из одной школы! Одумайся!       — Мне уже плевать! — вскинулся парень, чуть ли не слюной брызжа изо рта. Более не медля, он прокричал: — Остолбеней!       — Протего!       Выставленный Делакур щит прекрасно справился с не самым сильным заклинанием, спокойно впитав его. Волшебники, спрятанные под чарами, быстро переглянулись.       — Нет смысла с ним сражаться, - продолжал настаивать Гарри. — Он явно не в себе. Мы можем просто коснуться Кубка и всё закончится. Пусть организаторы разбираются, что с ним. Один из нас и так уже воспользовался Непростительным. Кто мешает и Седрику это сделать?       — Почему ты говоришь «мы»? — изумилась девушка, обновляя чары Протего, когда семикурсник в ярости запустил ещё одно заклинание. — Это должен сделать ты. Я ведь уже говорила.       — И оставить тебя наедине с ним? Нет уж! — фыркнул юноша, указав в сторону стремительно приближающегося Диггори.       Девушка перевела взгляд в его сторону и вынуждена была признать: он действительно казался совершенно неуравновешенным. Кто знает, сможет ли она отбиться от него после того, как Гарри победит.       — Эх… ладно, — нехотя согласилась она, в третий раз обновив Протего.       — В таком случае на счёт три? Раз… два… три!       Волшебники одновременно схватились за Кубок. В то же мгновение Гарри почувствовал знакомый ры­вок где-то под ложечкой. Не успел он даже вскрикнуть, как ноги его оторвались от земли. Рука, крепко держащая Кубок, впрочем, не разжималась. Он куда-то понес его сквозь завывание ветра и пестрый вихрь кра­сок, и вместе с ним бок о бок летела Флёр. Ещё секунда не самых приятных ощущений и Гарри резко приземлился, рухнув вместе с девушкой на землю. Рука, наконец, оторвалась от Кубка. Гарри поднял голову.       Местность вокруг претерпела значительные изменения. Они оказались в чистом поле, которое даже не несло урожай — оно было абсолютно голым. Где-то вдали виднелись леса. Луна была единственным естественным источником света. Только вот на этом поле они с Флёр были не одни. Их окружило несколько десятков человек в тёмных мантиях с масками вместо лиц. Сомнений нет.       Это были Пожиратели Смерти.