She is my light..

Прогулка прошла как обычно. Шутки Лизы, тактильность Мишель и возмущения Насти — классика. На улице холодает с каждым днём всё сильнее, а потому, двери «Пекарни» хлопают всё чаще, и компания уже почти живет в кафе. Время было не раннее. Стрелка часов перешагнула за девять, родители не будут в восторге, задержись Кристина с друзьями ещё. Тем более завтра вторник, будний день и первым уроком физкультура. Конечно, у девушки в планах было проспать урок, оправдываясь перед родителями тем, что ей ко второму, но взглянув в классный журнал она увидела лишь н-ки по этому предмету. Так дело не пойдёт, академическая задолженность по одному из самых простых предметов — позор. Поэтому, решив, что стоит завтра перешагнуть через то самое «ещё пять минуточек», а значит снова подняться в срань и бежать к автобусу, лишь бы успеть к первому уроку, Кристина оповестила компанию о том, что поедет домой, дабы хоть немного выспаться. Другие не видели смысла гулять без Кристины, поэтому школьники пришли к логичному выводу, что пора бы прощаться. Обняв девушек (Мишель в качестве бонуса чмокнув в губы), Захарова неспешным шагом отправилась на остановку. Мороз покалывал щёки, а свежий воздух щекотал нос. Губы зудели, покрываясь новыми трещинами и кровянистыми ранками, каждый раз, стоило ей хоть слабо улыбнуться. Ветер пробирался под куртку, опаляя прохладой грудь. Она любила осень. И зиму. И весну. Да и лето. Но осень выделяла среди других времён года. Осень это какое-то спокойное время. Природа готовится к долгому, размеренному сну под снежным покровом. Деревья сбрасывают сморщенную и гнилую листву. Дожди и пасмурная погода не нагоняют тоску или же печаль, как говорят другие, наоборот, для девушки дожди — это прекрасно. Это красиво, когда небо затянуто мрачными тучами, когда Зевс пускает свои стрелы, когда крупные капли барабанят по крышам и создают расплывающиеся «круги» на лужах. Когда грязь пачкает кроссовки, когда волосы прилипают ко лбу, и когда мокрые ресницы слипаются, создавая имитацию того, будто ты рыдала взахлёб. — Кристина, — вырвала девушку из размышлений до боли знакомый голос и глубокие, рваные вдохи, которые говорили о том, что Лиза вдогонку бежала за подругой, перепрыгивая через лужи, — я провожу. Кристина повернулась, заглядывая в карие глаза напротив. Лиза согнула ноги в коленях и поставил поверх них ладони, пытаясь отдышаться. Тонкие губы были приоткрыты, жадно глотая воздух. Она смотрела на девушку снизу вверх и глупо улыбалась, а её грудь вздымалась от отдышки. — Конечно, — Захарова улыбнулась уголком губ и перевела взгляд на волосы Лизы. Её волосы были слегка растрёпанны, а чёлка падала на глаза. Девушка не удержалась и зарылась рукой в шёлковые пряди, растрепав их ещё больше и улыбнулась во все тридцать два зуба, получая ответный смешок со стороны младшей. Андрющенко подняла туловище, чтобы идти с Кристиной на одном уровне. С их встречи прошло около трёх недель и надо отметить, что они действительно сильно сблизились с момента встречи. Девушки проводили довольно большое количество времени вместе и им было невероятно комфортно в обществе друг друга. Разница в возрасте была почти незаметна, с Лизой действительно есть много тем, которые можно обсудить. Она интересная собеседница, хороший слушатель, отличный психолог — ну мечта, а не лучшая подруга. Кристина многое рассказывала девушке, а младшая держала абсолютно все её маленькие секретики в тайне, за что Захарова была ей благодарна. Карие, такие честные, глаза вызывали доверие и Кристина поняла, что Андрющенко самый 3. Искренний человек, которого она когда-либо встречалв. С ней, младшая никогда не показывала наигранных эмоций, как часто это делала в компании. С Кристиной она всегда честна, и если ей взгрустнулось, то в первую очередь, Лиза обратиться именно к ней. Это приятно. А ещё Индиго можно было открыться полностью, не боясь что она кому-то взболтнёт личную информацию из жизни Кристины. Ей и впрямь очень повезло, ведь немногие могут похвастаться наличием той самой лучшей подругой. Они лениво шли по мокрому асфальту, обходя редкие лужи. Дождь на сегодняшний вечер, вроде, не передают, так что можно спокойно топать к остановке, не боясь что в один момент ты станешь похож на мокрого кота с прилизанной шерстью. Стоял мрак и только свет от фонарей освещал дорогу. Нечастые пешеходы быстро сновали от остановки до своего подъезда, желая скорее оказаться в тёплой квартире. Гул машин рассекал тишину, а ветер слабо покачивал ветви деревьев. Обе молчали, наслаждаясь ноябрьским, сонным вечером. — У Насти день рождения в эту субботу, — первой подала голос Кристина. — Надо бы замутить что-то, чтобы она обрадовалась. — Ой, — Лиза забавно сморщила нос, — этой бабе попробуй угодить. Кристина просмотрела с недоумением, но в следующую секунду заразительно рассмеялась, а Индиго услышав звонкие гоготания, подхватила и тоже тихонько захихикала. — Не, ну мы можем в принципе у меня отметить, — Андрющенко пожала плечами, — родители в пятницу уезжают к бабушке на дачу, она там что-то захворала, приедут часов в семь, в воскресенье. В субботу соберёмся, посидим, отметим, как полагается и разойдёмся, — Лиза уставила взгляд на профиль блондинки, дожидаясь её реакции на предложение младшей. — В целом, идея хорошая, — Кристина пару раз кивнула, показывая, что её всё устраивает, — а в плане подарка что? — Скинемся по косарю, думаю. — Вау, Лиза, Вы просто гениальны, — с явным сарказмом произнесла Кристина, снова улыбнулась и посмотрела в карие глаза своей подруги. Индиго положила растопыренную ладонь на ключицу и кивнула, широко улыбаясь. Прикольная она. Обе замолчали и теперь просто думали о своём. До остановки идти ещё минут пять, если передвигаться в темпе черепахи. Но торопиться, никто не хотел, хотя стоило бы. Андрющенко убрала окоченевшие руки в карманы куртки. Она забавно шмыгала носом, а на её щеках горели алые пятна. Кристина в детстве называла эти пятна «поцелуями снежной королевы». Но румянец был к лицу Лизы. «Зацелованная» девушка зарылась пальцами в мягкие пряди и зализала их на левую сторону, чтобы не лезли в глаза. Кристина заметила на её запястьях внушительное количество браслетов и фенечек. Браво, Кристина, ты так внимательна! Общаешься с Лизой почти месяц, но лишь сейчас обратила внимание на её руки. В сознании вспылило воспоминание, что будучи ребёнком, Индиго тоже любила носить различные браслетики и резинки на руках, поэтому они часто плели их из бусин у Андрющенко дома. Забавно, что детские интересы напоминают о себе в более взрослом возрасте. Оставшееся расстояние до остановки, они дошли в тишине, перебрасываясь лишь парой незначительных фраз. Чуть поодаль Кристина увидела приближающийся автобус и глубоко вздохнула, вкладывая в этот вздох как можно больше отчаяния, повернулась к замёрзшей Лизе, протягивая руку для прощания. Андрющенко посмотрела на протянутую ладонь, потом в глаза, цвета небесной лазури, а потом вновь на ладонь. Кристина уже ждала, что подруга обхватит её ладонь в ответ, но та, противореча мыслям девушки, потянула её к себе и крепко обняла двумя руками. Блондинка уткнулась холодным и мокрым, как у собаки, носом в тёплую шею Андрющенко. Она вкусно пахла смесью ненавязчивых духов, мятной жвачки и чёрного чая. Кристина немного опешила от такого жеста со стороны подруги, не понимая, что ей делать, но потом, Захарова обхватила спину Индиго в ответ и похлопала два раза руками по спине. Они отдалились и одарили друг друга улыбками. — Пока, — еле слышно, одними губами прошептала Лиза. — До встречи, — в тон ей ответила старшая, но Андрющенко уже повернулась к ней спиной, идя по направлению к дому и услышать шёпот со стороны Кристины просто не представлялось возможным. Посмотрев последний раз на удаляющуюся девушку, она запрыгнула в тёплый автобус под номером «128». *** Суббота наступила слишком быстро. Рутина затягивает настолько, что ты не успеваешь уследить за временем, и вот Кристина уже стоит у металической двери, с силой нажимая на кнопку звонка, оповещая о своём приходе. Дверь распахнулась и на пороге стояла её лучшая подруга. Она лучезарно улыбалась, оголяя ряд ровных зубов. Такая радостная, уютная, предвкушающая веселье. — Привет! — Лиза пожала руку подруге и открыла дверь ещё шире, впуская гостя. Кристина кивнула на приветствие и вошла внутрь. Она сняла кроссовки, наступая пятками на края обуви и вручила Андрющенко белый конверт, в котором покоилось десять тысяч в качестве подарка «бабе». Лиза кивнула и взяла его в правую руку, повесила куртку подруги на крючок и пригласила зайти вглубь квартиры. В квартире у Андрющенко были совмещены кухня с гостиной. Ремонт был сделан в серо-чёрных тонах. Нейтрально, спокойно и не рябит перед глазами яркими цветами. За барной стойкой уже собралась вся компания. На поверхности стола были расположены несколько коробок пиццы и пара алкогольных напитков. Это уже была инициатива Насти. Ага, она из тех людей, кто любит нажраться в хлам, а потом страдать от похмелья на следующий день. Ну, а что? Восемнадцать мне уже! Афанасьева не хотела закатывать какую-то супер-пупер тусовку в честь своего совершеннолетия. Днём она отпраздновала дома, в кругу семьи. Приехали родственники, даже те, кого она видела раза два в жизни, и началась песня «совсем выросла девочка!» и слезливые речи о том, что вот, Настя на пороге взрослой жизни. А вечером предпочла отпраздновать с друзьями. А что? Выгодное предложение. Свою квартиру она не угробит, а за квартиру Лизы не ручается. На улице ребята поздравили её с хлопушками и громким «с днём рождения!», и это было последнее, что она услышала перед тем, как ей в лицо прилетел торт. Мерзко, липко, противно, но так приятно. Когда ей стали желать всего самого наилучшего, при этом крепко обнимая, она даже немного прослезилась. Кристину, жалко, не было. Но она такая личность, что ей прощается. — Кристина! — Мишель встала из-за стола и подошла к девушке, набрасываясь с объятиями. Она сложила свои руки на её шее, согнув в локтях и прильнула головой к её плечу, как бы, «нависая» на девушке. Кристина приобняла её одной рукой и промолвив тихое «привет», отлепила от себя девушку. Мишель подхватила Кристину под локоть и потащила за собой к барной стойке. *** — Знаешь, Настя, ты — одна из самых луд…ч… лучших людей, которых я когда-то, ой, когда-либо вз…три…встречала, — закончила свою пламенную речь Кристина и прильнула губами к бокалу с вином. Все уже были на порядок веселее. На фоне играла какая-то подборка песен по Муз-ТВ. Яркий свет решили заменить на светодиодную ленту, ведь пьяные возмущения Мишель: «Лиза, выруби свет! Как в больнице, ей-богу!», мягко говоря, затрахали девушки, и теперь помещение освещал мягкий свет синеватого оттенка. Ребята были чуть подуставшими. Ведь выпитый алкоголь в их головах гласил, что если по телевизору заиграла песня «Розовое вино», надо обязательно вскочить со своих мест и бежать плясать до потери пульса. Лиза, Кира и Юля, которые весь вечер не употребляли ничего крепче сока, просто молча наблюдали как «мелкие алкоголики» дрыгали своими конечностями. Что выглядело, кстати, очень нелепо, ведь опьянение ощутимо кружило их головы и они, скорее, выглядят как коровы на льду, нежели танцоры диско. — Ладно, давайте расходиться, — с громким звуком Медведева поставила стакан с яблочным соком на стол и посмотрела в помутневшие от выпитого алкоголя глаза Настя. Та, увидев на себе взгляд Медведевой, молча кивнув, соглашаясь с предложением подруги. — Ага, — встряла Кристина и тоже хотела встать из-за стола, но её руку перехватила в воздухе Лиза. Девушка вопросительно посмотрелс на подругу, а Андрющенко только потянула её за запястье сильнее и усадила обратно на стул. — Ты то куда собралась? — Андрющенко вскинула брови и уставилась на Кристину. Девушке было не по себе от холодного и абсолютно трезвого взгляда Лизы. Но алкоголь настолько атрофировал её разум, что сейчас было не до стеснения. Захарова слышала приглушённые разговоры в прихожей. Индиго прощалась с друзьями. Прикольно. Что прикольного? Бля, Кристина, ты чё-то тупенькая немного. Она развалилась на барном стуле и не понимала, почему вообще тут сидит. Ей домой надо так-то. А родители что скажут? Да и вообще, неудобно как-то тут сидеть, пьяной в стельку в квартире лучшей подруги. Но неудобство сошло на второй план, когда в её голове всплыла одна не очень хорошая мысль. Меня тошнит. Приехали. Она пыталась, правда пыталась, как-то подавить тошноту. Но рвота уже комом стояла в горле и живот скручивало спазмом. Хотелось уже два пальца в рот и в полёт, но как же, сука, стыдно. Она не знала куда себя девать и бегала взглядом по гостиной. Брови её изогнулись «домиком». У неё в голове уже трезвонил сигнал тревоги, ведь пришло яркое понимание — приступа рвоты не избежать. Лиза появилась слишком неожиданно и теперь смотрела на бледную и трясущуюся Кристину. — Кристина, — она подлетела к стулу, на котором сидела подруга и обхватила ладонями её потное лицо, — тебе плохо? В карих глазах читалось страшное беспокойство, и девушка вымученно улыбнулась, умиляясь такой заботой о ней. Она промычала тихое «мгм» и попыталась встать. Перед глазами всё плыло. Она чувствовалв, что вот-вот и её вырвет прямо на Лизу. Та подхватила Кристину под руку и поволокла в уборную, ставя на колени перед сортиром. Захарова обхватила руками ободок унитаза и не имея сил больше сопротивляться, вызвала рвоту и сделала все свои дела прямиком в толчок. Андрющенко, будто ошпаренная понеслась в комнату родителей. Она распахнула двери шкафа и нашарив на верхней полке аптечку, распахнула её. Она судорожно искала хоть что-то от отравления. — Да! — радостно воскликнула Лиза, найдя упаковку «Фосфалюгеля». В том же темпе она ринулась на кухню. Размяла пальцами содержимое пакетика и выдавила готовый гель в предварительно подготовленную кружку воды. Она тщательно размешала смесь чайной ложечкой. В нос ударил сладкий запах апельсина. Лиза впечаталась в дверь, хлопая по деревянной поверхности ладонями. — Кристина, открой! Кристина! Пожалуйста! Её мучила мысль о том, как Кристине сейчас плохо. Да что там, она готова уже выломать эту дверь к чертям собачьим! Лиза не успокаивалась и продолжала барабанить по двери. Ладони раскраснелись от того, с какой силой она стучала по ней. Щелчок. Дверь распахнулась, чуть не проехавшись по носу Лизы. В ванной стояла Кристина, которая выглядела куда лучше, чем пятью минутами раннее. — Как ты? — Неплохо, — коротко и ясно. Если Кристина сказала, что неплохо — значит так и есть. Это успокаивало. — Выпей, — Индиго протянула вперёд стакан с мутно-белым раствором, — тебе полегчает. — Спасибо, — пьяной улыбкой улыбнулась и прильнула губами к стеклянному стакану. Жидкость была сладкой на вкус, но оседала порошком во рту, будто съела ложку песка. Зубы скрипели друг о друга, будто от выпитой кока-колы и это было чувство не из приятных. Кристина прижалась щекой к дверному проёму, протянула пустой стакан и устало прикрыла веки. В висках пульсировало, мышцы живота болели от напряжения. Она своими грустными, как у бездомной собаки, глазами посмотрела в глаза Лизы. Та прикусила губу и бегала взглядом по лицу девушки. Она такая бледная, вымученная, больная. На лбу, висках и подбородке была испарина, а глаза были красными и слезились от сильного напряжения. Волосы были чуть взмокшими и светлые волосы прилипли ко лбу. Хотелось её как-то приобнять, утешить что-ли. Но вместо этого Андрющенко ушла в свою комнату, а вернулась уже с чистой одеждой, накинутой на согнутую руку. — Вот, — она протянула мятую, белую футболку и серые, длинные шорты, — прими душ, если надо. Я тебе уже постелила в комнате. С этими словами Лиза закрыла дверь ванной комнаты, и судя по звукам, пошла спать. Кристина прильнула лбом к двери, по которой минутой назад дубасила её подруга. Она промямлила слабое «спасибо», а потом до неё дошло произошедшее. Она блевала в квартире лучшей подруги, выглядела как размазня, жалко и низко. Фу блять. Она сама себе противна. Захарова ощущала дичайшее чувство вины. Её никто не видел в таком говёном состоянии. Она в целом никогда не нажиралась так, как сегодня. Мерзко. Девушка скинула с себя одежду и зашла в стеклянную кабинку душа. Кристина нарочно настроила воду, как можно холоднее, чтобы прохлада хоть немного отрезвила её мутный разум. Захарова надеялась, что алкоголь сотрёт весь этот позор с её памяти завтра утром.