At first sight

      Сережа дома сразу же завалился спать. Усталость накрыла его тело тяжестью, под которой он быстро провалился в сон. Такой приятный.       Лохматые темные волосы. Бронзовая кожа. Добрые глаза. Нежные губы. Светлая улыбка. Сильные руки, дарящие ласку. Хрипловатый смех. Олег.       Сережа разлепил глаза и уткнулся лицом в подушку, мученически застонав. Черт, во что он вляпался? Рукой нашарил телефон, брошенный на кровать перед собственным падением. — Алло, Юля? — Сереж, тебе повезло, что я не сплю. — Вообще не удивила. Напомни, когда в последний раз ты спала в такое время? — он буквально услышал, как закатились глаза его подруги. — Ты хотел что-то? — молчание в трубку. — Поняла. Скоро приеду. Повезло тебе, что… — У тебя нет завтра встреч. Хм, да я везунчик, — посмеивается. — Да.       Сережа валялся еще какое-то время, обнимая подушку. Затем встал неохотно и пошел приводить себя в более-менее нормальный вид. Так ведь и лег в постель, не раздевшись.       Брюки и трусы полетели в корзину с грязным бельем, а толстовка… Парень уткнулся в нее носом, чувствуя приятный запах хвои и тела, тела Олега, на котором лежал с утра. Вкусно пахнет. Разумовский сложил ее и положил на полку в шкафу.       Принял душ. Долго, не так, как это было утром. В зеркале рассматривал несколько засосов, оставленных ночью. Два возле левого соска и один под правой ключицей. Высушив волосы, от фена они взлохматились и торчали в разные стороны, он собрал их в неаккуратный хвостик. Пижамные штаны с лисами и футболка, повидавшая все ужасы студенчества, отлично подходили для этой встречи.       Бокалы блестели, отражая приглушенный свет. Две бутылки вина, красного и белого, из домашнего бара стояли нетронутыми. Сережа принес множество разных чипсов и мармеладок. — Сергей, Юлия находится на подземной парковке, — оповестила Марго. — Отлично, — он улыбнулся уголком губ и сел за стол, с ногами забравшись на стул.       Пчелкина не заставила себя долго ждать. Растрепанная и, как и он сам, в пижамных штанах и ярком топе. Не здороваясь, она подошла к нему и позволила обнять себя. — Спасибо, что приехала, дорогая, — прижимаясь щекой к подтянутому животу, пробормотал он. Вздохнул тяжело. — Что случилось? — когда позволил отстраниться, спросила она, сев на стул напротив, ограждаясь от парня столом. Разумовский принялся открывать вино. — Рассказывай. — Может, коктейльчики помешаем? — вытянув губки трубочкой, предложил рыжеволосый. — Я сказала, что у меня нет завтра встречи, а не: я согласна мучаться от похмелья, не имея возможности отойти от унитаза, — усмехнулась девушка, делая глоток из своего бокала. — Жаль. Помнишь, как в студенческие круто было? — засмеялся. — Да, круто было сидеть на парах после твоей мешанины, — подхватила она. — Помнишь, как Мишка…       Как Мишка, Сергей прекрасно помнил. Еще бы он забыл, как его одногруппник, после их ночной попойки и Сережиных коктейлей, наблевал в ноги преподше, которую боялся весь университет. Бедолага чудом остался жив. Жив, но отчислен. — Сережа, ты так и не сказал, по какому поводу мы тут, — она приподняла одну бровь. Что-то рыжего беспокоило, по нему это прекрасно видно.       Программист кусал губы, пытаясь собраться с мыслями. Пальцами оглаживал стенки бокала. Юлия встала и ушла в его спальню, чтобы вернуться с двумя пледами и накрыть одним Серого. Села на соседний стул и тоже укуталась. — Я познакомился с один парнем… — робко начал он, на щеках выступил румянец, за которым не видно звездочек-веснушек. — Ты влюбился, — девушка расплылась в умиленной улыбке и беззлобно засмеялась над другом. — Нет, — нахмурил брови и посмотрел серьезно. — Я не влюбился. Он мне просто… Понравился. — И в чем проблема? Он тебе понравился, ты ему, я уверена, тоже, — она потянулась и погладила его по щеке. — Как такой, как ты, может не понравиться? — Юль, ему семнадцать, — сделал пару глотков красной жидкости. Юля молчала. — Ты позвал меня потому, что он угрожал рассказать обо всем прессе? — не дождавшись ответа Разумовского, продолжила. — Он сказал, сколько хочет? Я найду на него компромат, чтобы он точно заткнулся. Никаких проблем. — Нет, он!.. — Сережа уткнулся в свой боках, крылья носа раздувались. Парень вздохнул. — Он хороший, все в порядке, рассказывать кому-то об этом он не собирается. — В чем тогда проблема? — она открыла пачку любимых мармеладок Сергея, кислых-кислых. — Я же сказал: ему семнадцать, — отправив кисло-сладкую конфету в рот, напомнил. — И что? Он достиг возраста согласия, почти совершеннолетний. Ты же не принуждаешь его ни к чему. Почему бы не попробовать?       Журналистка погладила его по волосам и щекам, успокаивая. Сергей устроил свою голову на девичьем плече. — Как вы познакомились?       Сережа пытался рассказать все с самого начала, собирая воспоминания по кусочкам, которые отпечатались в пьяном сознании. От воспоминаний внутри все сжалось. Конечно, некоторые подробности он не рассказал, оставив их себе, чтобы посмаковать потом. Сердце сладко ныло в груди. — Ну, вот, все в порядке, тебе с ним было хорошо, — девушка улыбнулась в свой бокал, на щеках играл легкий румянец. — А утром что? — А утром я узнал, что он еще ребенок, — насупился, подпирая голову рукой. — Не ребенок, а почти совершеннолетний парень. Очень горячий, по твоим словам. Дальше-то что? — Он заставил меня остаться на завтрак. — Какой заботливый, — Пчелкина вздохнула мечтательно. — И, очень невовремя вернулись его родители. — Я надеюсь, тебя не выгнали в одних трусах? — Юля! — она пыталась не смеяться от вида вспыхнувшего друга. — Они приняли меня за его друга. А потом я ощутил на себе всю мощь татарского гостеприимства. У него родители такие хорошие… — Быстро же он тебя с семьей познакомил, — хихикнула красноволосая. — Юля! — Сережа горел, смущенный расспросами подруги. — А покажи его. Ты описал так, мне интересно теперь.       Пчелкина взяла Сережин телефон, лежащий на столе, и ввела быстро пароль. Телефон разблокировался. Нажала на иконку Vmeste. — Как зовут твоего мальчика? — Он не мой мальчик, — негромко произнес парень. Он сегодня точно сгорит, в уголек превратится. — Олег… Волков. — Ага, — растягивая гласные, проговорила, вводя параметры поиска. — Блин, тут Олегов… Помоги найти.       Они листали профили Олегов Волковых минут десять. Сережа уже успел отчаяться. Каков вообще шанс, что у него на аватарке фото, а не какая-нибудь картинка? — Юля, мы его не найдем. Слишком много, — он вздохнул, собираясь забрать свой смартфон, прекращая бессмысленные поиски, как взгляд зацепился за знакомое лицо. — Он! Вот!       Вошли на страничку, которая — ура! — оказалась открытой. Журналистка тут же начала рассматривать фотки. На лице красовалась довольная улыбка. — Ух ты, какой, — она закусила нижнюю губу и перевела взгляд на айтишника. — Еще бы ты на него не повелся. — Ну, Юля-я-я… — Юлия листала сначала список групп, на которые он подписан, затем изучала плейлист. — Напиши ему, — протянула телефон. — Давай. — Ты с ума сошла? Нет! Не буду я ему писать! — отвернулся, подливая себе вина. — Мне тоже налей, — попросила, подставляя бокал. — Сережа, ну правда, напиши. Такой парень хороший. Он любит собачек и русский рок. А еще мемы с волками.       Девушка продолжила делать что-то в Сережином гаджете, пока тот пытался напиться до такого состояния, чтобы смелости хватило написать Волкову. Подруга заулыбалась еще шире и повернула телефон экраном к нему.       На экране фотка. С Олегом. Только маленьким. Сколько ему? Лет восемь, наверное. Мальчик крепко обнимал за шею большого золотистого ретривера. Утыкался маленьким красным носиком в его шерсть и жмурился. — Зайка, — умилилась она, но на Сережу смотрела серьезно. — Я бы могла написать за тебя, но не буду делать так. Это твой выбор, Сереж.       Разумовский добавил профиль в закладки, чтобы не потерять. И нажал на колокольчик, теперь он будет получать уведомления о его новых записях, трансляциях и если тот как-то провзаимодействует с материалами его странички. — Я подумаю, может, решусь, — промямлил. Девушка вздохнула. — Музыку включим? Веселее будет.       Сережин ответ ей и не нужен. Она сама решила, что им нужно включить музыку. А согласен хозяин или нет — не так важно. Красноволосая мило попросила Марго включить какую-то песню и танцевала под нее, пока Сергей находился в своих мыслях. В реальность его вернула Юля, мельтешащая прямо напротив него, их разделял лишь стол.

А мой парень не простой Он сидит уж год шестой. У него пуля в пушке Для твоей черепушки.

— А мой парень — татарин!       Он не возмутился в очередной раз, воскликнув: Юля! Просто засмеялся, наблюдая за Пчелкиной. — В любви — авторитарен, — согнув ладони в две половинки сердца и, сложив их у груди, показала Сергею.       Парень закусил губу, глядя на нее со смешинками в глазах. Он обожает Юлю, никто лучше нее не умеет поддерживать и поднимать настроение. — У него пуля в пушке, ты у него на мушке, — красноволосая согнула мизинец и безымянный, оставляя «пистолет», приставила дуло к своему виску и имитировала выстрел.       Сергей встал. Плед упал на пол. Они танцевали под абсолютно глупые песни, услышав которые в трезвом состоянии, рыжий бы просто фыркнул и потребовал выключить.       Вся ночь у них впереди. Давно не встречались. Выросли и времени на веселье с друзьями почти не осталось. Они оторвутся по полной, как в далекие студенческие. — Сережа, давай коктейли замутим! — потребовала, перекрикивая музыку.

***

      Олег пошел открывать дверь, когда раздалась трель звонка. За дверью стоял белокурый парень, причесанный, в очках и клетчатой рубашке поверх футболки. Он улыбнулся солнечно Олегу. — Привет! — Доброе утро, Дим. Заходи, я тебя заждался уже, — юноша пропустил его в квартиру.       Дима перевелся к ним в восьмом классе. И, конечно, маленький, прыщавый и очкастый, он стал жертвой насмешек. Совершенно незаслуженно колкости, обидные слова летели в его сторону. Иногда и до рукоприкладства доходило. Пока Олегу это не надоело.       Бабушка всегда говорила, что слабых нужно защищать. И он вступился за Дубина, которого в очередной раз зажали после школы. Шли потом вместе домой. Дима крутился вокруг него, пока Олег успокаивал, вытирая кровь под носом рукавом свитера. Блондин пересел к нему со своей последней парты и больше не был один. Он оказался хорошим парнем, с которым Волков с радостью подружился. — Что-то случилось? Ты ничего не объяснил, когда написал. — Вообще, да, — он сжал губы в тонкую линию. Дима выжидающе смотрел на него своими небесно-голубыми глазами. — Пойдем на кухню. Мама печенье овсяное испекла вчера, когда узнала, что ты придешь. — Вкуснятина! Обожаю ее печенье! — Она в курсе, — усмехнулся. Он наливает другу ароматный чай и ставит тарелку с печеньем. — Мама еще шоколад туда добавила. — Вкуснота! — промурлыкал парень. Шатен сел вместе с ним, налив чай и себе. — Ммм! Олег! Что случилось! Это преступно чудесное печенье отвлекло меня, но сейчас я весь внимание. — Я познакомился с одним парнем… — Олег замолчал, на щеках выступил румянец. Дима глядел на него, не моргая. — Ну, и… Что дальше? — Волков не может не улыбнуться от вида одноклассника, навострившего уши. — Он мне понравился, — Олег весь залился краской и отвел взгляд. Реакция Димы не заставила себя долго ждать. — Ты влюбился! — вскрикнул, улыбаясь широкой. Олегу от его взгляда захотелось сжаться. — Дима… — Но ты же не просто влюбился, так? Иначе, мы бы здесь не сидели. Есть какая-то проблема? — Да… Он старше и считает меня глупой малолеткой, которая влюбиться по-настоящему не может, — юноша вздыхает обреченно, роняя голову на сложенные руки. — Но ты же знаешь, что это не так. Можно попробовать переубедить его, хоть это не так просто, — шатен ничего не говорит, Дмитрий замолкает ненадолго, думая. — А сколько ему? — Я, — он нахмурился, подняв голову с рук. — Блин, не знаю. — Но он достаточно молодой? — Родители приняли его за моего сверстника, — Волков кивнул, забрал у друга кружку, чтобы налить еще чая. — Ты его с родителями познакомил?! — Да, так получилось. Они от родственников раньше, чем я думал, вернулись. Сережа у нас весь день пробыл. — Быстро ты его с семьей познакомил, — засмеялся, Олег подхватил. — Покажи его. — Ну, у меня нет фото… — Во Vmeste покажи, ты же попросил у него контакты? Попросил же?.. — юноша стонет устало, запускает пальцы в волосы и сжимает их. — Да ладно, найдём. Как зовут? — Сережа, — от воспоминаний о Разумовском на лице появляется улыбка и сердце начинает биться чаще. — Это я уже знаю, а фамилия у Сережи какая? — парень изогнул губы в ухмылке. — На данный момент. — На данный момент? — удивился шатен. Как это понимать? — Я уверен, что он будет Волковым в будущем, — Олег становится красным-красным, Дубин мило улыбается, глядя на него. — Ну так какая фамилия у твоего Сережи? — Я не знаю… — пролепетал. — Ты не спросил?! — Ну извини, я не просил его заполнить анкету «Как тебя зовут, сколько тебе, какой у тебя заработок, ты любишь собак?». — Ладно, — блондин вбил что-то в своем телефоне, Волков в него заглянул. — Ему, наверное, от двадцати до тридцати пяти. Сережа… — Рыжий. Очень красивый. А в Vmeste нет параметра «рыжие», как на Pornhub, например? — Дмитрий пихнул его в плечо, покраснев.       Даже спустя почти час поисков того самого Сережи, они не отчаиваются, листают дальше. Множество профилей. Их очень много. — Давай сделаем перерыв, у меня глаза болят, — Дима включает ленту социальной сети, прокручивает немного и останавливается на посте администрации. — Он! Вот! — воскликнул шатен, указывая на фотографию того самого Сережи в посте. — Олег, ты шутишь? — усмехается, открывая фотку. Натянутая улыбка Сережи и галочка указательного и среднего пальца. — Сергей Разумовский? — Разумовский? Это… — Создатель Vmeste… — у Димы губы дрожат. — Ты познакомился с Сергеем Разумовским?! Где? Как? — Я увидел его в баре, мы познакомились, уехали ко мне… Переспали, — от взгляда Дубина стало не по себе, юноша замолк. — Ты переспал с Разумовским… — Дима накрыл алые щеки ладошками, пытаясь остудить их. — Офигеть… — Скинь мне ссылку на него, — попросил негромко. — Я уже, — усмехнулся блондин, делая большой глоток сладкой жидкости.       Олег уткнулся в свой телефон, разглядывает фотографии Сергея. Он на них очень красивый, но в жизни гораздо прекрасней. Смущенная улыбка не желает уходить с губ. — Напиши ему, — Дмитрий настаивает, заглядывает в смартфон. — Классная фотка. — У него все фотки классные, — он рассматривает фотографию с выставленными на передний план голыми лодыжками. — Боже, да у него везде веснушки… — Оставь комментарии. У него невероятно красивое лицо, достаточно женственные черты, но его это совсем не портит, даже наоборот. Уверен, Богини древней Греции не сравнятся с ним. Он… — Я понял.       Волков открыл комментарии и, подумав пару секунд, анализируя сказанное Дмитрием, напечатал текст и отправил его. Из всего сказанного другом он пришел к этому. Дима все-таки продолжил свою речь. Олег не понимал его, он просто знал, что у Сережи очаровательное лицо, покрытое веснушками, у него милый нос, напоминающий клюв, сияющие глаза, в которых поселились лучики солнца, ресницы, светлеющие на концах, пухлые карминовые губы.

***

      Юля с Сергеем после бурной ночи валялись на смятых простынях. Одеяло находилось где-то на полу, но им было все равно. Парень неохотно открыл глаза, в горле было сухо, как в пустыне. Пчелкина, лежащая головой на его животе, неразборчиво что-то забормотала, не одобряя его копошение. — Юля, — просипел, касаясь красных волос. — М? — Девушка приподнялась и опустила, кажущуюся чугунной, голову на матрас.       Собрав силы, он встал и, шатаясь, ушел в ванную. Ловя ртом спасительную влагу, стоя под душем и закрыв глаза, он вспоминал их вчерашний разговор. Переодевшись, принес своему личному алкопсихологу минералку из холодильника. Девушка промычала что-то в знак благодарности.       Разумовский лег рядом и прикрыл глаза. Тишину нарушало сначала шуршание простыней и вздохи Юлии, затем прозвучало, разрывая ее окончательно, слишком громкое для измученного похмельем мозга, уведомление. Сережа нашел телефон и разблокировал, открыл социальную сеть. — Юля-я-я…       Журналистка приняла смартфон из рук друга, прочитала комментарий под фоткой, которую лично рыжему обрабатывала. Прыснула от смеха, накрыв рот ладонью. — Он серьезно?! — завозмущался программист, раскрасневшись. — Да это… Это! — Мальчик неопытный, прости ему это, — уже не сдерживая смех, сказала девушка. — Вспомни себя. Вот как мы познакомились? — Не напоминай, — отвернулся, пытаясь скрыться от постыдных воспоминаний. — Ну нет, я напомню. Ты подошел ко мне познакомиться на вписке у Сани и сказал, — она повернула его к себе, нависая сверху, взяла подбородок двумя пальцами и закусила нижнюю губу. — Пчелка, давай отойдем? Покажешь мне свое жало.       Красноволосая смеялась, уткнувшись в его плече, а Сергей пытается не умереть от стыда и похмелья. Парень вспоминает, как после этих слов попытался увести ее в свободную комнату, хотя Юля была против и дала это ясно понять. — Ты мне тогда глаза перцовкой залила, — усмехается, строя искаженное болью лицо, словно ему снова брызнули в глаза жгучим спреем. — Нечего было вести себя так, — она улыбается, сев на кровати и потянувшись. — Думаю, он имел в виду что-то другое.       Сережа ухмыляется в экран, перечитывая комментарий Олега еще раз: «У тебя странное лицо. Ты превосходней всех нимфоманок Греции.» Ставит лайк. — Сереж! А Олежек тебя искал! — Еще бы не нашел, это моя социальная сеть вообще-то.

***

      Уведомление приходит, когда Волков, все также, листает Сережины фотки, разговаривая с Дмитрием. Последний уже переключился на что-то связанное с рисованием, которым увлекается, Олег его почти не слушал. Он открыл уведомление. Лайк. На его комментарий. От Сергея Разумовского. — Дима, смотри, — заулыбался. Дубин тоже улыбнулся. — Видишь! Олег, кинь заявку в друзья! — парень начал трясти его за плечо. — Да кину я заявку. Только примет ли? Стану одним из миллионов подписчиков, вот и все. — Не станешь, я уверен! Давай! — А если, все-таки… — Стоит хотя бы попробовать!       Волков убрал телефон подальше от себя, отправив заявку и став теперь подписчиком Лисенка Сережи. Телефон вскоре издал сигнал о новом уведомлении, после которого юноша расплылся в счастливой улыбке. — Принял…

***

— Видишь! — прожевав ролл, воскликнула девушка, глядя на лицо друга, на котором расцвела счастливая улыбка. — Ты ему понравился, как я и говорила. Почему? Потому, что ты — само очарование! — Юль, а что теперь? — поднял на нее глаза полные растерянности. — Напиши что-нибудь. Поздоровайся для начала, — отправляет имбирь в рот. Парень кусает губы так, что прокусывает, и маленькая капля крови стекает вниз по подбородку. Девушка стирает ее салфеткой. — Прекрати губы жевать! Жуй роллы, а то сидишь голодный.