Символ отчаяния

Дженни никогда бы не подумала, что после того, что она пережила ей так хотелось бы вновь погрузиться в проблемы настоящего мира. Её тошнило от мыслей о спасении мира, о боли, которая в очередной раз поджидала бы юную Видящую вне Печати, но она понимала, что то, что происходило сейчас — не жизнь, а существование. Как в золотой клетке. И тем не менее, ей было даже страшно подумать о том, чтобы вернуться в реальный мир. Как ни крути, тут, внутри Синей Печати было уютно. Это был небольшой мирок без боли. Единственный источник боли для Дженни — были её воспоминания. Ну и, может быть, фальшивые люди. Она не знала их, это не были те, кого она так любила и ценила. Но то, что ждало её там — апокалипсис, вселенная несбывшихся мечт и ожиданий, смерти тех, кто был для неё всем. Дженни не знала, что делать. И там, и тут её ждали лишь страх и боль. Но она не могла всё оставить так, не попытаться сделать всё лучше, хотя бы не попробовать склеить осколки и спасти то, что ещё оставалось. Кроме того, она чувствовала, что как Видящая нужна была миру. Она не знала, откуда шло это чувство, откуда-то изнутри, но она чётко знала, что родилась не просто так. Не зря ведь Видящих создал мир, не зря через большое количество времени, но раз за разом они рождались. Когда всем казалось, что пятое сословие умерло, кануло в Лету, рождалась новая девочка с даром видения. И потом… Неизбежно умирала от рук Лекарей. Все, кроме неё, Дженни. Она была особенной, пережила ни одну попытку убийства. Казалось, сам мир хранил её жизнь и это наверняка было не просто так! Возможно тогда мир не был готов принять Видящих, пусть и нуждался в них, поэтому они и умирали, но сейчас было всё иначе. Когда Вселенная была на грани, трудами людей и Первых, время Дженни пришло. Вот только она не хотела ничего делать, но и умирать не хотела, не хотела и видеть, как погибает всё, что ей было дорого. Она сомневалась и эти сомнения выливались в горькие слëзы. Влагу на её лице не видел никто и не увидит. Потому что что бы Дженни сейчас не решила, эту горечь она оставит при себе. Она потерялась во времени, исчезла, сгорела… Но кто сказал, что как птица — Феникс — она не восстанет и в конце-концов не займет место в этом мире. Ну уж нет, она не позволит убить себя. Уж точно не людям Договора или Первым. Всё ещё сидя в комнате и рассуждая об этом, она глядела в окно и думала. Взвешивала. На ум пришло воспоминание того, что случилось утром: Дженни гуляла недалеко от озера, как вдруг, услышала звук позади себя. Она обернулась. Из яркой вспышки света, кольца энергии, которое она смогла лишь почувствовать, появилась девушка. До боли знакомая девушка. Она сидела на коленях и тяжело дышала, опустив голову вниз. Пот стекал по её лицу, тёмные волосы спутались, а руки бы с корнем вырвали траву, если бы не проходили мимо. Казалось, будто девушка была голограммой, но двигалась слишком живо для такого. — Герми.? — неверяще, от того очень тихо прошептала Дженни, поднеся руку ко рту, но девушка услышала. Германика резко подняла голову и стального цвета глаза посмотрели прямо на Дженни. Девушка пару секунд смотрела на девочку, а после подскочила к ней (пошатнувшись) и, ткнув пальцем в грудь девочки-подростка, прорычала, не обращая внимания на то, что он прошёл сквозь Дженни: — Объясни-ка мне, дорогая, какого кремнезуба ты тут делаешь?! Дженни впала в ступор. Действительно: а что она тут делала? Жила? Содержалась как пленница? Релаксировала.? Или, может, всё сразу? По итогу она так и не нашла, что ответить, а от того, просто промолчала. — Молчишь, значит? — гробовым тоном сказала Германика, — ты хоть в курсе того, что в мире творится? На этот раз Дженни просто кинула и через секунду поняла, что абсолютно зря, поскольку в глазах Германики зажëгся недобрый огонёк. — Так почему ты сидишь в этой дыре, если должна быть там, — она неопределённо махнула рукой куда-то себе за спину и нахмурилась ещё сильнее. После этого она вновь заговорила, но уже спокойнее, — без тебя всë стало просто ужасно, Дженни. Мир летит к чертям. Во Внешних Землях воины как между людьми, так и Первыми, Магус разрывается, чтобы как-то исправить положение. Ловцы работают наизнос, поскольку Первые совсем обнаглели, с тех пор как Владычица Маха в твоём теле освободила остальных Владык. Врата Фейри — это пока единственное, что спасает ситуацию, но… — А причём тут я? — прошипела Дженни, не в силах больше выслушивать подобные претензии в свой адрес. — Вы это сейчас серьёзно, Госпожа Видящая? — возмутилась Опер-Ловец, уперев руки в бока. — Почему вечно всё связано со мной? Я хочу нормальной, спокойной жизни! — крикнула Дженни. В уголках глаз вновь стала собираться влага, но она злобно вытерла слезы, пока они не успели пролиться. Нечего другим видеть эту боль, познавать её силу. Дженни уже со многим справилась сама. С этим тем более должна была. — Но ты Видящая. Тебе такое априори недоступно. Это слова принесли Дженни лишь очередную порцию боли и отчаяния. Ей показалось, что что-то внутри неё с треском надломилось, а в ушах стоял звон. Внезапно, Германика замерцала. Её глаза расширились и она, положив руки на плечи Дженни (и постаравшись, чтобы они не прошли мимо) быстро заговорила: — Без тебя всё плохо. Прошу, возвращайся. Я знаю, в тебе кроится разгадка того, как всё исправить, только ты можешь спасти этот мир м миллионы невинных жизней. Ты не можешь оставить всё как есть, ведь… Мы верим в тебя, Дженни. Верим, что ты поможешь. Может, уже пора прекратить прятаться, Видящая Магуса Англии? Последний раз мигнув, Германика исчезла, но Дженни ещё чувствовала остаточный след её энергии. Думать об этом было больно, но девушка затронула такие струнки души, что Дженни просто не могла не перестать игнорировать проблемы. Мысли лихорадочно метались в голове, казалось, решение было таким близким, но в то же время далёким. У неё сейчас был выбор: пустить всё на самотëк и спокойно доживать возможно даже месяцы или дни в слащавом, фальшивом мире или же попытаться что-то сделать и воссоединиться с теми, кто у неё ещё остался. Марко, Арвет, родители… Они же все пожертвовали собой ради спасения этого мира, ради её спасения. Не предаст ли она их жертву, если ничего не сделает? Казалось, решение было таким простым, но как сложно было его принять! Дженни тяжело вздохнула. Перед глазами пронеслось лицо Германики. Той самой обычно непоколебимой Германики, которая сегодня молила её, Дженни, о помощи. Лица её Магуса: Эви, Эдвард, Роджер, Дьюла, Людвиг… Дженни не была спасателем, она была всего лишь маленькой, беспомощной девочкой, которую наградили или прокляли огромной силой и бросили без подготовки в пекло. Но похоже, у неё был лишь один правильный вариант. И его просило выбрать сердце. Со скрипом, но именно его. Дженни закрыла глаза и… …попросила. Мир засветился, на несколько секунд исчез. И перед ней, в невесомом пространстве предстала Маха. Величественная, с непроницаемым лицом и бурей в глазах. В этот раз Дженни стояла перед ней разбитая, но не сломленная и она не даст так легко обмануть себя. Не сегодня. Она будет бороться до конца. Ведь там, во Внешних Землях, её помощи ждали невинные люди. Её ждали те, кому она была дорога.