Dis(associate)

Письмо приходит поздно ночью примерно через неделю, после того, как Изуку полностью выздоровел. На конверте золотым шрифтом написано «UA», и Изуку сразу понимает, что это его результаты вступительного экзамена. Сейчас он в своей комнате, и было бы совсем темно, если бы не его настольная лампа. Перед ним на поверхности стола лежит конверт, все еще запечатанный, и какое-то время он ничего не делает, только смотрит на него. Я знаю, что поступил, думает он, беря конверт и внимательно его рассматривая. Золотые буквы отражают свет настольной лампы, словно давая знак ему. Я знаю, что уничтожил много роботов, будучи призраком, но… я не считал их, так что может быть я и не поступлю… В конце концов, он не может больше терпеть и разрывает конверт. Там было письмо и небольшой предмет в форме диска толщиной около дюйма. В тот момент, когда он упал на стол, раздается тихий щелчок, а затем над ним загорается проекция. — ЮНЫЙ МИДОРИЯ! Я ЗДЕСЬ КАК ПРОЕКЦИЯ! Изуку вскрикивает и откидывается назад, падая со стула и приземляясь на пол. Он вздрагивает, убеждается, что он в теле, где ему и место, затем вскакивает на ноги и смотрит на проекцию. Это Всемогущий, и, очевидно же, ни у кого другого нет такого гулкого и восторженного голоса, как у него. Но это еще более запутало Изуку. — Теперь я знаю, о чем ты думаешь! — Всемогущий оживленно продолжает, — Что я делаю в UA, спросишь ты? Что ж, ответ на этот вопрос довольно прост — директор предложил мне работу, и я, конечно же, согласился! Начиная с предстоящего учебного года, я буду иметь честь работать учителем, чтобы воспитать новое поколение героев! Изуку сияет. Учитывая, насколько ужасно он в настоящее время контролирует Один за Всех, было бы прискорбно, если бы Всемогущий не преподавал в UA. — Но сейчас речь не об этом! Всемогущий продолжает: — Речь идет о результатах твоего экзамена, юный Мидория, и о том, сдал ты вступительный экзамен или нет. Улыбка Изуку исчезает, и он хватается за край стола. Пожалуйста хватит, пожалуйста хватит, пожалуйста хватит… — Ты сдал письменный экзамен, — говорит Всемогущий, — Что касается физического теста юный Мидория… Изуку закусывает губу. Пожалуйста, хватит, пожалуйста, хватит, пожалуйста, хватит… Цифры мигают на экране. ОЧКИ СПАСЕНИЯ: 60 БОЕВЫЕ ОЧКИ: 79 Глаза Изуку широко распахиваются. …Я получил… … СКОЛЬКО?! Он знал, что уничтожил много роботов — физической реакции, которую они оказали на его тело, было достаточно, чтобы доказать ему это — но… но семьдесят девять? Конечно, каждый робот стоил определенное количество очков, которые складывались в общую сумму, но все же. Чтобы достичь такого высокого числа… он собрал так много? — Ты молодец, Мидория! — говорит Всемогущий, показывая ему большой палец вверх, — Кроме того, для протокола, я не был одним из учителей, которые оценивали тебя, так что никакого жульничества не было! Ты знаешь, что это значит, Мидория? Улыбка Всемогущего становится шире, если это вообще возможно. — Ты сделал это сам, мой мальчик. Это благодаря твоим собственным усилиям и упорному труду. Изуку не может поверить, что это происходит. Всю жизнь это было его мечтой, его целью, тем, чего он хотел больше всего на свете. А теперь… сейчас… — Давай, юный Мидория, — продолжает проекция Всемогущего, и он драматично протягивает руку, — Это… твоя геройская академия! Слезы катятся по лицу, и Изуку лихорадочно кивает, потирая глаза тыльной стороной ладони. Проекция вскоре обрывается, и Изуку стоит, уставившись в стену. Проходит три секунды. — ДА! — вопит он, подпрыгивая и стараясь ничего не стукнуть кулаком, — Я ЭТО СДЕЛАЛ! Я ЭТО СДЕЛАЛ! УУУУУУ! — Изуку?! — В дверь его спальни отчаянно стучит мама, — Ты в порядке?! Что случилось?! Изуку головокружительно смеется, затем бросается открывать дверь. Он распахивает её и стоит там, тяжело дыша, но улыбаясь своей матери. Выражение его лица должно быть достаточным подтверждением, потому что её глаза расширяются, и эта широкая улыбка расплывается на её лице. — Изуку! — восклицает она и обнимает его, а он возбужденно обнимает её в ответ, все еще смеясь, сияя и совершенно вне себя. Он сделал это. В наступающем учебном году он станет официальным учеником UA.

***

Той же ночью Тошинори получает сообщение от ребенка. Изуку Мидория ахвхадоалвлвхахха

Тошинори я так понимаю, письмо пришло. :)

Изуку Мидория ЭТОадвАХрРаоахвАвокрЛажвд

Тошинори Это да?

Изуку Мидория Ахххххххххххххххх

Тошинори Хорошо, определенно да. Поздравляю, малыш!

Изуку Мидория : D: D: D: D: D

Тошинори Как себя чувствуешь?

Изуку Мидория Я КРИЧУ

Тошинори Да, так и знал. Я горжусь тобой! :)

Изуку Мидория АААААААААА

Тошинори Извини, что сменил тему, но не мог бы ты встретиться со мной на пляже Дагоба?

Изуку Мидория ДА УЖЕ В ПУТИ : D: D: D Тошинори кладет телефон в карман и поднимает голову к ясному горизонту. На краю причала сидит пара, а причал поставили совсем недавно. То, что Изуку очистил пляж как часть тренировок, было в основном потому, что это был удобный способ для Изуку нарастить мышечную массу, но также благодаря этому горожане теперь могут наслаждаться пляжем, и это дополнительный бонус. Тошинори делает вдох. Он помнит, как записал письмо Изуку о зачислении в UA, а до этого услышал от директора, что мальчик был принят с выдающимися результатами на экзамене. Шестьдесят спасательных и семьдесят девять боевых точек. Тошинори не может сдержать гордости, которую он испытывает, слыша эти цифры. Его протеже — поистине невероятный ребенок. — Что делаешь? Тошинори отвечает, не задумываясь. — О, ничего особенного, просто потерялся в… А потом доходит осознание. Он кружится с невнятным криком чего-то; Изуку издает тихий вскрик, пораженный реакцией Тошинори. Его глаза, как всегда, яркие и совиные, и Тошинори задается вопросом, как же он до сих пор не заметил стоящего рядом с ним Изуку. — Мидория?! — Тошинори вздыхает, — Что… как…! — Мне жаль! — быстро говорит Изуку, размахивая руками взад-вперед. — Я-я не хотел снова тебя напугать!.. — Как давно ты здесь?! — Тошинори задыхается, желая, чтобы его сердце вернулось к нормальному ритму. — Я-я, э-э, д-две минуты м-может быть? — Две минуты?! — Я-я извиняюсь, я-я дам тебе знать, что я здесь в следующий раз! Я просто… — Мальчик замолкает, — Ты выглядел так, будто о чем-то думал, так что… я не хотел прерывать… Тошинори глубоко вздыхает, наконец оправившись от шока. Он действительно, действительно должен перестать удивляться этому мальчику… — А-а, ну… — Тошинори протягивает руку. Изуку моргает, глядя на него, и только сейчас Тошинори понимает, что глаза мальчика мягко светятся в темноте. Как светящиеся палочки, которые треснули и используются несколько часов, — Поздравляю с принятием в UA, малыш. Это сразу же ободряет Изуку, и он сияет, принимая «дай пять» Тошинори с большим энтузиазмом, чем раньше, — Спасибо! — говорит он, и Тошинори встряхивает рукой, чтобы избавиться от колкости. После этого они обсуждают Один за Всех. Изуку рассказывает ему, каково это было использовать причуду в первый раз — он сравнивает ее с микроволновкой, о господи, этот ребенок — и Тошинори объясняет, что да, на данный момент, всякий раз, когда Изуку использует «Один за всех», скорее всего, он сломает ему кости. — Но, — добавляет Тошинори, когда Изуку разочарованно замолкает, — чем больше вы тренируете свое тело, тем лучшим сосудом вы станете. Не отчаивайся, мой мальчик. Ты сможешь использовать эту силу, не причиняя себе вреда, после того, как узнаешь об этом. Изуку оживляется при этих словах и сияет.

***

Каччан недоволен. И, конечно же, он обычно такой, когда дело доходит до жизненного успеха Изуку, но… Каччан прижимает его к стене переулка возле школы; Резкий крик потрясения Изуку приглушается его собственным резким вдохом, когда его затылок ударяется о стену, и руки прижимают его за плечи. — Я сказал тебе не поступать в UA, — рычит Каччан ему в лицо, — Ты помнишь, как я говорил тебе это, не так ли? Не так ли, Деку? Изуку с трудом сглатывает, — Я помню, — говорит он. Его колени трясутся. Каждая кость в его теле — или, скорее, его дух, жаждущий свободы — кричит: «Беги, беги, беги, беги, беги,» и Изуку чувствует знакомое рывок в груди, независимо от того, хочет он этого или нет. — Ты хочешь снова сбежать, да? — Голос Каччана возвращает его к реальности, и Изуку смотрит на него широко раскрытыми глазами, — Ты просто хочешь продолжать бежать, вместо того, чтобы смотреть мне в лицо, — продолжает Каччан, сузив глаза, — Впрочем, ты всегда был таким. Ты всегда был трусом. Ты и эта жалкая причуда. Он так близко, и плечи Изуку, где его держит Каччан, горят. Это больно. Это больно. Не так сильно, как слова Каччана, но боль никуда не делась. Каччан снова прижимает его к стене, на этот раз сильнее, и Изуку задыхается, пытаясь не заплакать. — Ответь мне, Деку. Изуку ничего не говорит. Каччан стискивает зубы и откидывается назад, его руки уходят с плеч Изуку, и Мидория делает резкий, прерывистый вдох, наконец, снова в состоянии дышать. Некоторое напряжение в его груди ослабевает; он больше не чувствует удушающего желания бежать. — Если ты знаешь, что лучше для тебя, — рычит Каччан, — Ты скажешь UA. Что заставляет тебя думать, что они захотят, чтобы кто-то был в школе с такой жалкой причудой? В конце концов, ты не человек. Изуку потирает плечо, и следующие слова Каччана ударили его, как мешок с кирпичами. — Ты чудовище. Он оставляет Изуку позади, и как только он уходит, Изуку соскальзывает на землю и плачет. Честно говоря, Изуку может многое вынести. Многое. Он может выдержать удары, ожоги и оскорбления. Но не это. Не это. Что бы ни случилось, эти слова всегда будут ощущаться ледяными кинжалами в его сердце.

***

Изуку не рассказывает своей матери, что на этот раз Каччан загнал его в угол, но решает, что если это повторится, то он это сделает.

***

Каччан больше так не делал.

***

Изуку уже трижды вышел из тела с тех пор, как проснулся, и он еще даже не вышел из дома. — Изуку, тебе действительно нужно прекратить это, — говорит мама, обхватив голову руками, — Я знаю, ты нервничаешь, но… не мог бы ты …? «Нервничаешь» кажется преуменьшением. Изуку в ужасе. Это первый день учебного года, его первый день в качестве официального ученика UA, и он напуган больше, чем когда-либо в своей жизни. — Я-я знаю, и-извини, — говорит Изуку, проводя пальцами по волосам. Его руки трясутся, — Просто с-сегодняшний день, я очень долго этого ждал, я так нервничаю и не знаю, что… Пальцы его матери сжимают его запястье, не настолько сильно, чтобы причинить боль, но достаточно сильно, чтобы он не выходил из тела. Когда он смотрит на неё, её глаза смотрят в него. — Изуку. Успокойся. — Хорошо, — голос Изуку — хриплый писк, и он на самом деле не уверен, что мать его понимает. Она отпускает его, и он берет свой рюкзак со стула и перекидывает его через плечо, — Я пошёл, мама, пока! — И-Изуку, подожди. Он смотрит на неё через плечо, протягивая руку к дверной ручке, — А-а, я… ​​я… я как-то спешу… — Я горжусь тобой, Изуку. Изуку моргает, и мама замолкает, несколько мгновений глядя в пол. Когда она снова поднимает голову, она улыбается, хотя и неуверенно. — Я… я знаю, что я… иногда чрезмерно опекаю тебя, — говорит она, — но… я действительно, действительно горжусь тобой. Даже после всего, после Кацуки… — Она замолкает и качает головой, — Ты не сдался, и… я думаю, это храбро с твоей стороны. Ты будешь удивительным героем. Изуку снова моргает, но потом улыбается, — Спасибо, мама. Она коротко обнимает его, а затем он направляется на вокзал.

***

Найти класс 1-А, когда он находится в здании, достаточно просто. В коридоре есть огромная, возвышающаяся дверь, по крайней мере в три раза превышающая его высоту, с красной буквой «А», нарисованной сверху. Это почти невозможно не заметить. Однако найти в себе смелость открыть эту дверь — совсем другое дело. Изуку делает вдох. Не нервничай. Всё в порядке. Ты тренировался для этого. Все будет хорошо. Он протягивает руку и хватается за ручку. Образ Каччана и мальчика в очках, которого он расстроил на вступительном экзамене, всплывает перед его мысленным взором, и он тяжело сглатывает. Пожалуйста, пусть там не будет страшных людей, пожалуйста, пусть там не будет страшных людей, пожалуйста, пусть там не будет страшных людей… Он открывает дверь. — …не хорошо класть ноги на стол! — кричит парень в очках, разрезая воздух руками, словно робот, — Тебе не кажется, что это неуважение к нашим семпаям и людям, которые сделали стол?! Каччан ухмыляется ему. Он не делает ни малейшего движения, чтобы убрать ноги со стола. Изуку наблюдает за сценкой, и небольшая часть его плачет внутри. Хорошо. Думаю, я умру, думает он. Опозориться перед этими людьми ничего хорошего не даст. Может быть, если я проскользну мимо них, они просто проигнорируют меня… Это то, в чем он всегда был хорош: когда его игнорируют. Хочет он этого или нет. Ему говорили изрядное количество людей, что его присутствие не ощущается. Возможно, это побочный эффект его причуды. Он перемещался по комнате. Остальные, кого он считает своими новыми одноклассниками, не удостаивают его даже коротким взглядом, болтают и разговаривают друг с другом, представляются, заводят друзей. Это хорошо. Изуку почти без происшествий добирается до задней части класса. А затем локоть врезается ему в затылок, и он, спотыкаясь, падает вперед с болезненным визгом. — О, дерьмо! Рука протягивается, хватая его за предплечье и удерживая его неподвижно. Изуку поворачивается, рассеянно потирая новый синяк на затылке. — Мне очень жаль, чувак! — говорит виновник — у него ярко-красные колючие волосы, и он выглядит застигнутым где-то между беспокойством и смущением, — Я не знал, что ты там, извини. Ты в порядке? Изуку сразу кивает. — Я… я в порядке, — говорит он с дрожащим смехом, — Извини, это моя вина. Я должен был быть более осторожным. Мне сказали, что у меня нет никакого чувства присутствия, так что, я имею в виду… это больше моя вина, чем твоя. Подросток вздыхает, — Тем не менее, — говорит он, — Мне очень жаль. Не то первое впечатление, которое я хотел произвести. В любом случае, я Киришима! При этом он гордо тычет обоими большими пальцами себе в грудь, — Я надеюсь, что мы все еще можем быть друзьями, даже несмотря на то, что я ударил тебя. — В-всё в порядке! — говорит Изуку, и слово «друзья» на мгновение задерживается в его голове. Это термин, с которым он не совсем знаком, — М-меня зовут Мидория. Рад встрече! — Приятно познакомиться, подожди, — Киришима останавливается, и его глаза широко распахиваются, — Ты Мидория?! Изуку делает шаг назад. Странно, думает он. Знает ли он, кто я…? Я никогда не видел его раньше… — Ммм… — Изуку нервно улыбается, надеясь, что это не выглядит так натянуто, как кажется, —…Да…? — ЧУВАК! — Киришима бросается вперед, ухмыляясь еще шире, чем раньше, что снова сбивает Изуку с толку, — Ты парень, который занял 1 место на вступительном экзамене! Ход мыслей Изуку сбивается, — Я что. — Чувак, извини, я просто очень удивлен! — Киришима оживленно продолжает, хлопая себя по лбу, — Я не ожидал, что это будет кто-то вроде тебя! Н-не то чтобы это было плохо, я просто не ожидал, что кто-то с таким не ощутимым присутствием будет таким чертовски крутым! Здесь… здесь что-то есть. Что-то, чего Изуку не понимает, — Ты сказал что? — О-о, ты здесь! Разговор прекращается, и Киришима с Изуку оборачиваются. К ним подпрыгивает та милая девушка, что была раньше, с веселой улыбкой на лице. — Ты поступил! — говорит девушка, и ее улыбка настолько яркая, что у него почти болят глаза, — Замечательно! Ты был таким классным, когда ударил того робота! Это было похоже на… — Она взмахивает кулаком в воздухе; Киришима ныряет под него, — Бум и бах! Это было так круто! Щеки Изуку заливает румянец, и он дрожаще смеется, — Спасибо, что спасла меня от падения, — говорит он, — Такой удар о тротуар, вероятно, оставил бы пару царапин… Если под парой царапин ты имеешь в виду смерть, часть его чирикает. Он игнорирует это. Девушка качает головой. — Это меньшее, что я могла сделать после того, как ты спас меня! — отвечает она, как будто это очевидно, и Изуку снова краснеет и ёрзает, — В любом случае, я Урарака Очако! Рада встрече! — Вы слишком шумные. Хватит тратить время и садитесь. Изуку, девушка и Киришима поворачиваются.

***

Первое впечатление Изуку об Айзаве Шоте не очень хорошее. Их классный руководитель кажется… Жестоким. А может, не кажется. Во всяком случае, таким он создаёт такое впечатление, просто наблюдая за ним и слушая его. Изуку понятия не имеет, чего ожидать. Он, конечно, не ожидает, что его выставят на улицу со своими новыми одноклассниками для оценки причуды в самый первый день в школе. Там нет «приветственной» церемонии, нет представления о том, чем они будут заниматься в течение учебного года; все, что они получают, это «Следуй за мной» от Айзавы, а затем все двадцать человек маршируют по коридору. Изуку не может не нервничать. Он близко к тому, чтобы выскочить обратно из своего тела и куда-нибудь спрятаться. Киришима и милая девушка Урарака идут дальше впереди, и он занимает тыл, чтобы избежать неловкости — и людей, натыкающихся на него из-за всего этого «отсутствия присутствия» и всего такого. Он следует за всеми снаружи. Судя по всему, это тест на понимание причуды, что справедливо. Блестяще. У Изуку есть одна причуда, которая буквально взрывает его кости, и другая причуда, от которой он падает замертво. Ух ты, думает Изуку. Вот здесь всё закончится, не так ли. Айзава дает Каччану бейсбольный мяч и заставляет его встать в центре круга, нарисованного баллончиком на земле. Бросок мяча. Достаточно просто, думает Изуку. Наверняка есть это то, что он может сделать… С громким криком «СДОХНИ!» Каччан кидает мяч в воздух, вызывая за собой взрывы. Мяч взлетает, взлетает, взлетает — и исчезает. Изуку в ступоре Ладно, тогда. — Кроме того, я не упоминал об этом раньше, — говорит Айзава, снова поворачиваясь к группе, — но тот, кто придет последним в этом тесте на понимание причуды, будет исключен из-за отсутствия потенциала. Изуку напрягается. ЛАДНО, ТОГДА.

***

«Диссоциация» — довольно бесполезная причуда, когда дело доходит до физических тестов. Он не наделяет Изуку сверхчеловеческой силой и никак не укрепляет его тело; он может скользить как призрак только так же быстро, как он может бегать как человек, и то же самое относится к его силе (то есть, когда он взаимодействует с физическим миром). Единственное, что, по мнению Изуку, у него есть шанс, это бросок мяча. Если он опустит свое тело и сфокусирует руки, он сможет нести мяч так далеко, как ему заблагорассудится. Конечно, это не то, как он хочет представить свою причуду своим одноклассникам — в конце концов, он действительно хотел бы избавиться от своей привычки падать замертво на глазах у людей в качестве первого впечатления — но ему нужно получить хороший результат. Он не может позволить себе прийти последним и быть исключенным. Айзава передает ему мяч, и он встает в круг. Все остальные уже прошли, и большинство из них имеют впечатляющие результаты. Изуку стоит там мгновение, затем делает глубокий вдох, чувствует знакомый рывок в груди. Он на мгновение закрывает глаза, дышит, затем… — Что это за причуда?! Это страшно! Глаза Изуку распахиваются, его дух заземляется в его теле за секунду до того, как уйти. Он оглядывается через плечо; Урарака радостно машет ему рукой, и Киришима ободряюще показывает ему большой палец вверх. — Он вообще человек? Это действительно странная причуда. — Как противно! Ты жуткий! —Он всегда подкрадывается ко мне. Я никогда не могу сказать, когда он приходит. — Это довольно страшно. — Мне это не нравится. — Можешь кидать, Мидория, — невозмутимо отвечает Айзава, и Изуку поворачивает к нему голову, — У нас мало времени. — И-извините, — говорит Изуку, снова выпрямляясь. Его плечи напряжены, и его дух не собирается покидать тело. Он смотрит на мяч, затем поднимает голову к воздуху. Что ж… Один За Всех пронзает его кожу, горячий, как огонь, и он отдёргивает руку. …Тогда я просто не буду его использовать.

***

Тошинори понимает, что что-то не так, как только Изуку колеблется. Он с самого начала наблюдал за тестом на понимание причуды со стороны, до сих пор невидимый и неслышимый. Набор героев этого года выглядит особенно многообещающе, за некоторыми небольшими исключениями; по большей части все они показывают, что хорошо справляются со своими причудами и знают, как использовать их в полной мере. А тут еще и бросок мяча. А тут Изуку. До сих пор Изуку не мог использовать «диссоциацию», для помощи в тесте, что имело смысл. Но теперь, с броском мяча, у Изуку есть шанс. Он может показать всем, на что он способен. Конечно, Тошинори ненавидит смотреть, как ребенок падает, как марионетка с внезапно обрезанными нитями, и ему хочется, чтобы кто-нибудь его поймал, но он не вмешивается. Он смотрит. Смотрит, как Изуку входит в круг. Смотрит, как мальчик на мгновение закрывает глаза, сосредоточившись. Но он этого не делает. Глаза Изуку внезапно распахиваются, словно он ранен, и оглядывается. Несколько его одноклассников машут ему и улыбаются, но он никак не реагирует. А затем он использует Один за Всех. Конечно, Айзава сначала останавливает его и говорит, что если все, что он может сделать, это ломать кости, то он может остановиться, и Изуку, конечно же, доказывает, что тот ошибался, концентрируя Один за всех на кончике пальца и бросая мяч таким образом. Он выглядит слишком гордым собой и ухмыляется Айзаве сквозь боль в сломанном пальце. Айзава действительно кажется впечатленным, что для него определенно большая редкость. Но что-то не так. Тошинори знаком с Изуку уже почти год и знает, что что-то не так. Он делает мысленную пометку подойти к мальчику, как только сможет найти минутку наедине с ним; по какой-то причине Изуку, кажется, пока не готов поделиться своей причудой со своими одноклассниками.

***

Логическая уловка. Конечно. Чёрт возьми, конечно. В любом случае, в том, что UA отчисляет студентов в первый же день, не имело никакого смысла. Когда Изуку оказывается последним в тесте на понимание причуды, как он и знал с самого начала, все, что он слышит от Айзавы, — это ухмылка и: — Это была логичная уловка, чтобы заставить вас делать все возможное. Большинство студентов воспринимают это хорошо. Поначалу, конечно, есть некоторый шок от предательства, но потом это просто облегчение. Однако мальчик в очках — теперь Изуку знает, что его зовут Иида — не так хорошо это воспринял. — Логическая уловка, — рассеянно говорит Иида, когда они выходят из здания школы, готовые отправиться домой, — Я не могу сказать, что согласен с таким мышлением. Наше доверие к нему обязательно пошатнется, если он продолжит в том же духе… — Хей! Вы двое! Подождите меня! Изуку и Иида поворачиваются, останавливаются; Урарака бежит к ним, ярко сияя. — Ах, Девушка Бесконечность, — приветствует Иида, когда она догоняет их, — Ты прекрасно справилась с броском мяча. Тебя зовут Урарака, верно? Девушка с готовностью кивает, — А ты Иида, — говорит она, указывая на него, — и ты… — ее палец движется к Изуку, — Деку! Изуку бледнеет, — …Н-нет, не совсем… — Хм? — Урарака в замешательстве моргает, — Но громкий, сердитый мальчик — он называл тебя Деку, не так ли? — Э-это просто… — Изуку переминается с ноги на ногу, — Это оскорбление. Он называет меня так, чтобы посмеяться надо мной. Мое настоящее имя Мидория Изуку. — О, мне так жаль! — Урарака потрясённо машет руками взад-вперед, — Я не должна была так предполагать, это было неправильно. Но на самом деле… — Урарака замолкает на мгновение или два, а затем сияет, — На самом деле мне нравится «Деку»! Изуку моргает. Как и Иида, — Что? — хором говорят они. — Мне нравится имя Деку! — Урарака продолжает, улыбаясь, — Это вызывает ощущение: — Это невозможно, но я все равно это сделаю! — Это было бы отличное имя для героя, тебе не кажется? Кроме того, я думаю, что это довольно мило! Хорошо ХОРОШО. — Значит, это Деку! — Изуку пищит. Его голос на октаву выше, чем у пятнадцатилетнего подростка. — МИДОРИЯ?! — Иида оборачивается, выглядя смесью шока, замешательства и ужаса, — Разве ты только что не сказал… что это оскорбление?! Зачем тебе…?! — И-извини, сегодня было сумасшествие, — говорит Изуку, закрывая лицо руками, — Я не в своем уме. Т-ты можешь звать меня Деку, если хочешь, Урарака-сан… — Спасибо! — говорит Урарака, выглядя слишком взволнованной, — Тогда это будет твое прозвище! Деку! У Ииды есть еще несколько претензий по этому поводу, но, в конце концов, он замолкает и оставляет все как есть, как только убеждается, что у Изуку с этим нет проблем, — Хорошо, — думает Изуку, — Положительное значение, давшееся однажды оскорблению. Может быть, «Деку» все-таки может быть именем героя. Всемогущий: Я хотел бы поговорить с тобой кое о чем. Это о твоей причуде. Не Один за Всех, другой. У тебя есть секунда? Изуку не хочет говорить о диссоциации. Не хочет думать о диссоциации. Иногда он нормально говорит об этом. Иногда ему нравится говорить об этом. На самом деле у него есть журнал, специально предназначенный для анализа и документирования его причуды, оценки того, что она может и чего не может. Но сейчас он не хочет об этом говорить. Или думать об этом. Он отправляет сообщение.

Изуку Мидория: Мы можем поговорить позже? Сейчас не самое подходящее время.

Это не ложь. Сейчас не самое подходящее время. Ответ Всемогущего приходит через несколько секунд, и Изуку чувствует себя почти плохо из-за того, что отказал ему.

Всемогущий: Хорошо, юный Мидория. Увидимся завтра.

А потом, секундой позже…

Всемогущий: Кроме того, я всегда доступен, если вам нужно с кем-то поговорить.

Если думаете, что это не вызовет у Изуку адского приступа вины, то не угадаете. Он засыпает, чувствуя, что его грудь наполняется свинцом.

***

В следующий раз он видит Всемогущего на следующий день во время базовой геройской подготовки в школе. Ученики выстраиваются в одном из тренировочных городов и готовятся к уроку. Всемогущий бросает на Изуку долгий взгляд (обеспокоенность, думает Изуку), но на этом все. Студенты впервые надели свои геройские костюмы; для Изуку костюм сделала его мать, за некоторыми исключениями. Он попросил у группы поддержки что-нибудь для защиты его черепа, и в итоге они сделали ему вещь, похожую на байкерский шлем, подходящую к бирюзовому цвету его комбинезона. Шлем совсем не громоздкий; Учитывая, что это такое, он очень легкий. Если ему когда-нибудь понадобится срочно «упасть» в опасной ситуации, это исключит сотрясение мозга из списка травм, которые он может получить. Сегодняшняя тренировка кажется довольно простой: случайным образом будут выбраны две команды по два человека в каждой. Команда «злодеев» должна охранять ядерное оружие (папье-маше) внутри многоэтажного лабиринта здания, а команда «героев» должна успешно проникнуть в здание, найти оружие и либо обездвижить злодеев захватом. Кажется достаточно простым, думает Изуку, когда Всемогущий лезет в две отдельные коробки; одна коробка подписана как «герои», а другая — как «злодеи». Пока я не попаду в пару с Каччаном, я буду в порядке. Кроме того, шансы, что я попаду в пару с ним, довольно малы… —И у нас выбраны команды! — Всемогущий говорит, — Команда героев, Мидория и Урарака, против команды злодеев, Ииды и Бакуго! --Ты что, ИЗДЕВАЕШЬСЯ?! Изуку краешком глаза смотрит на Каччана. Каччан смотрит так, что его взгляд можно описать только как «убийственный», и Изуку снова быстро отводит свой взгляд. Конечно, он в паре с Каччаном. Конечно, это так. С его удачей, почему бы ему не быть в паре против Каччана. — Деку! Мы в одной команде! — говорит Урарака, подпрыгивая к нему, — Давай постараемся, хорошо? Изуку слегка улыбается при этом. По крайней мере, она в его команде. — Герои, у вас есть пятнадцать минут, чтобы изучить план этажа, — говорит Всемогущий, — И злодеи, у вас есть пятнадцать минут, чтобы спрятать свое оружие. Что касается остальных, пожалуйста, присоединяйтесь ко мне в комнате для просмотра! Мы будем наблюдать со стороны! — Удачи, Мидория! — говорит Киришима, ухмыляясь и махая рукой, и Изуку поднимает руку и машет в ответ. Изуку улыбается снаружи, конечно, но внутри он кричит. Изуку и Урарака проникают в здание через окно, как только истекают пятнадцать минут. — Мы внутри, — шепчет Урарака, выпрямляясь и оглядываясь, — Не думаю, что они слышали, как мы вошли. Изуку кивает, поворачиваясь и глядя в один из коридоров. Структура здания похожа на лабиринт с извилистыми залами и туннелями; из-за чего легко заблудиться. Он жестом указывает Урараке следовать за ним, и они идут по коридору. — У тебя есть идеи? — спрашивает Изуку, когда они уже в пути. Все идет спокойно; никаких следов Ииды или Каччана. — Еще нет, — говорит Урарака, — Но я полагаю, что они охраняют оружие. Мы должны выяснить, где оно, и одолеть их вместе. — Я не думаю, что «они» его охраняют, — говорит Изуку, выглядывая из-за угла, а затем продолжая, когда счёл проход безопасным, — Думаю, его охраняет Иида, а Кач — я имею в виду Бакуго — будет искать нас здесь. — Правда? — спрашивает Урарака. Пауза. — Ты говоришь, что действительно уверен в этом… — Я, — Впереди четырехсторонняя развилка; Изуку и Урарака продолжают двигаться к ней, — Он придет за нами… — поправляет меня часть его самого, — и оставит Ииду защищать оруж… По сигналу Каччан выпрыгивает перед ними из-за угла. На его ладонях искры; яркие вспышки охватывают его руки, и… — СПУСКАЙСЯ! — Изуку прыгает и бросает Урараку на землю. Взрыв Каччана пролетел всего в нескольких дюймах от них, пронесся по коридору и врезался в дальнюю стену. Ноги Каччана коснулись земли, и он свирепо посмотрел, — Не убегай, Деку, — рычит он. Есть что-то совсем другое в том, что Каччан теперь называет его Деку. Раньше было больно. Теперь это просто злит Изуку. — Урарака, беги! — кричит Изуку, вскакивая на ноги и закрывая лицо кулаками, — Найди Ииду и оружие, а потом свяжись со мной! — Т-ты уверен?! — спрашивает Урарака, ее голос слегка дрожит, — Д-Деку!.. Он смотрит на неё через плечо, — Я буду в порядке, иди! Отводить взгляд — ошибка; Кулак Каччана врезается ему в живот, и Изуку отшатывается назад с воплем шока (и боли). На мгновение или два, он не может дышать. — Иди, Урарака! — Изуку кричит. Воздуха в его легких осталось мало, и на этот раз Урарака бежит. Ее гулкие шаги становятся слабее, а затем совсем стихают. — Ты думаешь, что сможешь сразиться со мною один на один?! — Каччан ухмыляется и бросается на него, отдергивая кулак для еще одного удара. — Не смеши меня!.. Пальцы Изуку сжимают запястье Каччана. После этого Изуку стискивает зубы и позволяет инстинктам и тренировкам взять верх. Он крепче сжимает запястье Каччана, разворачивается, дергает его через плечо и швыряет спиной вперед на металлический пол внизу. Крик шока Каччана поглощается его резким вдохом, и Изуку отползает назад, максимально удаляясь от своего когда-то друга детства. Каччан медленно поднимается на ноги, кашляя и задыхаясь. Он смотрит на Изуку, сузив глаза и стиснув зубы. — Значит, ты не убегаешь в этот раз, — рычит он. Изуку стоит на своем, — Я не убегаю от тебя. Ты меня больше не пугаешь, Ка…— Он останавливается, воздерживается; — Нет, ты меня больше не пугаешь, Бакуго. Каччан — нет, Бакуго — смотрит на него, — Не пытайся вести себя жестко, Деку, — рычит он, полностью поворачиваясь к нему лицом, — Мы все знаем, какой ты трус. Ты и причуда труса. Изуку тяжело сглатывает, стиснув зубы. Слова пронзают его грудь острыми стрелами, и он снова поднимает кулаки. — Ты ошибаешься, — говорит Изуку, — Я буду героем, нравится тебе это или нет. Бакуго ухмыляется, — Вот так? — он спрашивает, — Тогда почему бы тебе не показать своим новым друзьям свою причуду, а? Изуку внезапно останавливается. — Если я ошибаюсь, как ты говоришь, — продолжает Бакуго, — Тогда покажи им свою причуду. Покажи им, кто ты. — Противный! — Он вообще человек? Это странная причуда. — Монстр! Ты чудовище! Изуку не ждет, пока Каччан сделает первый ход. Он выходит из тела.

***

Два удара в живот от Бакуго и еще один дзюдо-флип от Изуку. Мидория бежит, мимо коридоров и при этом игнорируя при этом острую боль своей разодранной кожи. Он слышит голос Бакуго, эхом разносящийся вокруг него, кричащий на него, и Изуку пытается его игнорировать. Но он не может. Не тогда, когда слова Бакуго отскакивают от стен и врезаются в него со всех сторон. — ДЕКУ! ТЫ ГОВОРИЛ, ЧТО НЕ БОЯЛСЯ, НЕ ТАК ЛИ?! ТОГДА ВЕРНИСЬ И ДОКАЖИ ЭТО! ПЕРЕСТАНЬ БЕЖАТЬ, ТРУС! Но Изуку убегает. И пока он это делает, все, о чем он может думать, это то, как он устал от бега. П/А: Всем спасибо за чтение! : D До следующего раза, выходите за рамки! ПЛЮС УЛЬТРА!!!