Поменять своё мнение.

Москва и Екатеринбург как обычно обсуждали тему религии и веры в Бога, на этом моменте Михаила изрядно достал Уралов который всё не как не хотел строить храм на месте комбината. Московский подумал и пришёл к выводу что Костю надо сводить в храм, вдруг прочувствует святой дух и всё же даст согласие на строительство ещё одного храма. Уралов после долгого разговора всё же поехал в храм. Московский решил везти паренька в самый обычный храм на окраине города. Михаил считал что возможно из-за того что храм будет простым и более родным, Костя сможет словить настольгию и окунется в приятные воспоминания и поменяет мнение о религии. Тем временем парни подъезжали к храму, этот храм был небольшой но довольно ухоженно выглядел. Всю дорогу Костя думал об этом и в итоге сказал Михаилу: — Вы ведь прекрасно понимаете что поход в храм не поменяет моё мнение. — Ну мы это ещё посмотрим, как переступишь порог храма так сразу же исправишься. — Сказал Московский. Костя уже хотел возразить но его перебила фраза Москвы: — Мы уже подъехали. Косте делать было не чего так что пришлось идти. В храме не было не одного человека что удивило мужчин. Мужчины ходили кругами по церкви. Москва как обычно молился на иконы, молился он сначала на икону Девы Марии, а потом на икону Иисуса Христа. А Екатеринбург в это время ходил по церкви и то и дело останавливался около икон. Иконы, как заметил Костя, были довольно старыми и им требуются реставрации. Икона Матрёны Московской была особенно старой как показалось парню, а икона Божьей Матери напротив более менее лучше выглядела. Мужчины то и дело встречались взглядами, Москва смотрел на Костю с вопросительно поднятой бровью, как бы спрашивая поменял ли он своё мнение. Костя встречая этот взгляд так же задирал брови и спрашивал у Москвы, почему же он должен его поменять? Так продолжалось минут десять, пока Костя не подошёл к Михаилу чтобы наконец закончить этот не удобный момент. — Михаил Юрьевич может перестанем играть в гляделки, мы всё же взрослые люди. — ладно, но я все же надеюсь что ты поменял своё мнение. — Говорил Москва приближаясь к Косте. Походя к Косте, Михаил заметил что у Уралова стояк, причём довольно нормальный. —У тебя что стояк? — Спросил московский. —Да, я так выражаю не уважение к церкви. — Ответил Костя. — За свое не уважение и грехи сейчас же вымаливай у господа прощения. — Сказал Москва в плотную подходя к мужчине. Сразу после того как столица договорила, Костя подхватил Михаила и прижал к стенке. Этот поворот событий очень удивил Московского от чего он вопросительным взглядом посмотрел на Уралова. —Ты что делаешь? — громко говорил Москва пытаясь отодвинуться от Екатеринбурга. На этот вопрос Костя не стал отвечать. Но зато ещё больше придвинулся к Московскому и начал оставлять засосы на шее столицы. В этот момент мысли Михаила смещались воедино образуя в голове бардак, от чего столица не мог даже сопротивляться. После того как Екатеринбург оставил свои засосы на шее Михаила, он начал растёгивать брюки Москвы, после начал дрочить столице. Михаил в этот момент тихо и приглушенно стонал в ладонь Константина, Москва уже не сопротивлялся ибо ему это нравилось. Ну вообще идея что его трахнет какой то атеист ему не особо нравилась, но сейчас на это было уже всё равно. После того как Москва со стоном кончил, екатеринбург расстегнул свои брюки и начал растягивать Москву, сначала сунул один палец, а потом уже и второй двигая ими и прокручивая внутри Михаила. После того как Костя растянул Московского, он сразу же вошёл в столицу всём размером от чего Москва громко застонал. Екатеринбург входил и выходил наращивая темп. Михаил в то время пока его ебал екатеринбург, заметил что рядом с ними стоит кандила, а у него ещё остались свечи. Москва сказал константину чтоб он вымаливал грехи у господа со свечей в руках. На удивление Екатеринбург согласился и зажёг свечу об свечу стоящею в кандиле и начал молиться попутно трахая Михаила.Воск со свечи падал на спину Москве, что ещё больше заводило его. Москве настолько нравилось, что он стонал на весь храм и казалось сейчас придут люди из-за этих стонов, так что Костя пытался прикрыть рукой рот Михаила, а Миша в ответ кусал руку столице Урала. Москва кончил первым а вслед за ним кончил и Костя, когда Уралов кончил он дочитал молитву и поставил свечу в кандилу. Застегивая штаны, Константин прислонился к Московскому сидящему на полу храма и сказал: — А я ведь так и не поменял своё мнение, Михаил.