Не склеить (в этой жизни)

Он ожидал совсем другого. Ведь это тюрьма, в которой заключён самый ужасный преступник столетия. Замок должен был быть мрачным, охрана грозной, сам заключённый — сидеть в крохотной камере и питаться хлебом и водой, и выглядеть разбитым стариком. Не так было вообще всё. Нет, высоченная каменная стена, окружающая замок, создавала ощущение мрачности и надежности, но… Ворот с кучей замков Том так и не обнаружил, единственным способом попасть внутрь оказалась небольшая дверь, с одной-единственной замочной скважиной и скромным молоточком. Когда же эта дверь гостеприимно распахнулась на стук, и внутри обнаружилась уютная сторожка, он вообще перестал что-либо понимать. Охраняли вход в замок два мордоворота, которые испугали бы любого магла, но заключенный-то был магом! А эти двое точно магами не были, сквибы, а может и вообще маглы. Видимо, изумление на лице Тома было слишком заметным, так как охранники расщедрились на объяснения. — Что, парень, не можешь понять, почему тут мы сидим, а не ваши с палочками? Так ты попробуй палочку то достать и колдануть. В стену эти, антимагические амулеты вмурованы, так что около стены не поколдуешь. А без магии мы посильнее будем, если вдруг что. А узник вообще из замка выйти не может, там ещё какие-то амулеты натыканы. Так что мы тут сидим, сторожим, а по сути в свое удовольствие живем, да денег за это платят. Потом, когда сменяемся, дома деньги и тратим. — А почему дверь маленькая и ворот нет? — А что ты туда через ворота возить собрался? Жратву да прочее нужное туда эти ваши, смешные такие, эльфами вроде кличут. Вот они носят. Правда их стена тоже держит, они пешком через нас проходят, а мы им помогаем перенести добытое. А то без магии своей они совсем ничего не могут. Да только разве много одному человеку то нужно, так что не так уж и напрягаемся. — А почему пропускаете всех? Меня вот даже про имя не спросили. — Так мы не всех, а только тех, кого заключённый видеть желает. А про тебя прямо перед твоим приходом распоряжение принесли, так что и не спрашиваем. Нам оно зачем? Иди уже, раз явился. Ты же не к нам в гости пришёл? Замок сбивал с толку. Как может быть тюрьмой воздушный дворец Снежной Королевы из детской сказки? Входил внутрь Том уже полностью отбросив все мысли о том, как должна выглядеть тюрьма и её единственный заключенный, даже не представляя, что увидит. Его встретил домовик, одетый в подобие римской тоги белоснежного цвета с гербом, и проводил в небольшую гостиную, явно предназначенную для общения с близкими людьми, а не для приёмов большого количества посетителей. В уютном кресле сидел мужчина, внешний вид которого оказался для Тома очередным потрясением, несмотря на то, что от предубеждений он постарался избавиться ещё во дворе. Геллерт Гриндевальд родился ещё в прошлом веке, и сейчас ему было уже за шестьдесят. Понимая, что тюрьма не добавляет людям ни здоровья, ни желания следить за собой, Том был уверен, что его встретит глубокий старик. Тем более Альбус Дамблдор, ровесник сидящего перед ним мужчины, выглядел на свои шестьдесят с хвостиком, не будучи при этом заключённым. Гриндевальд же выглядел не старше тридцати пяти, если судить по магловским меркам. Золотистый блондин, без единого седого волоска (Том не понимал, откуда он это узнал, но был абсолютно уверен в отсутствии седины), идеально выбрит, ни единой лишней морщинки. Фигуру под одеждой и в такой позе было сложно оценить, но то, что было видно даже так, внушало уважение. Идеально подобранный костюм и рубашка, яркие голубые глаза. Очень самоуверенное выражение лица. И бархатистый голос. — Ты всё же пришёл. Зачем? — Неужели ты считаешь, что я мог не прийти? — Несколько удивленно переспросил Том. — Если ты думал, что я откажусь от тебя и ты будешь свободен, то ты ошибся. — Геллерт поднялся с кресла одним плавным движением и оказался прямо перед Томом. Он оказался даже выше, чем Том рассчитывал, и теперь Тому приходилось смотреть снизу вверх. — С чего ты взял, что мне нужен отказ? — Том уже и сам не хотел помнить, что не был уверен в том, что готов принять своим партнёром старика. — Ты мой соулмейт и я хочу получить от тебя всё, что ты в состоянии мне дать. — А ты дерзкий. Решил магически усилиться? Молодец, хвалю. Нельзя отказываться от такого простого способа получить дополнительную силу. Опыт-то есть, или ты ко мне явился девственником? — Мне уже двадцать, неужели ты считаешь, что я жил монахом? — Возмутился Том, но умудрился покраснеть при этом. — У меня были… — Женщины, я понял. — Усмехнулся Геллерт. — А вот с мужчинами, тем более в принимающей позиции ты точно не спал. Но тем лучше, не успел получить негативного опыта. Ты мой соул и я сам научу тебя всему. — Разошедшаяся волна магии и хищная улыбка Геллерта заставили Тома до конца осознать во что он ввязался, он тяжело сглотнул и попытался отшагнуть от ставшего таким опасным мужчины, но ему это не удалось. Геллерт притянул Тома к себе, по-хозяйски устраивая одну руку на лопатках, а второй сжимая ягодицу младшего мужчины, с явным удовольствием втянул воздух в районе шеи Тома и прижался губами к уху. — Ты же не рассчитывал, что я дам тебе возможность передумать? — Усмехнулся Гриндевальд и Том почувствовал, что их затягивает в воронку аппарации. Мгновение, и они оказались в другой комнате, но оглядываться Том не пытался. Геллерт разжал руки и Том, отшагнувший назад, ощутил, что падает, споткнувшись об оказавшуюся за спиной кровать. От щелчка пальцев одежда с них исчезла, и Геллерт, раздвинув ноги Тома коленом, навис над уже в открытую паникующим партнёром. — Ты всерьёз считаешь, что я собираюсь тебя насиловать? — Насмешливый голос заставил Тома открыть зажмуренные было глаза. — О нет, счастье моё. Я тебе обещаю, что заставлю тебя умолять меня взять тебя, и пока ты сам не попросишь, я буду прикасаться к тебе только пальцами… и языком. А потом началась пытка, никак иначе Том назвать это не сумел бы. Геллерт был слишком умелым любовником, он настолько просто смог возбудить партнёра, что Том невольно задался вопросом, с кем тот изучал все эти тайные точки, дающие наслаждение. Похоже, именно затопившая Тома волна ревности объясняла его глупое упрямство. Он стонал, скулил, изгибался в руках Геллерта, насаживаясь на пальцы, но упрямо отказывался попросить то, чего хотел почти с первых минут этого издевательства. Но Том всё же сдался, практически выкрикнув ту просьбу, что ждал от него старший партнёр, и почти потерял сознание только от ощущения такой долгожданной заполненности. Ощущение от волны магии закреплённой связи и ожога на месте браслета на фоне долгожданного оргазма показались совершенно незначительными. Том понадежнее обхватил ногами партнёра, совершенно не собираясь отпускать, и провалился в сон, надеясь, что и во сне сможет удержать того рядом с собой, в себе. Сейчас он хотел только одного — провести вот так, вместе, всю оставшуюся жизнь, и совершенно не вспоминал ни о каких амбициозных планах, оставшихся за стенами ледяного дворца. _____