Каминг-аут

— Солнце, всё хорошо? — А, что? А, д-да, нормально. Не нормально. Хосок морально истощён и на грани нервного срыва. Он стал потерянным, более рассеянным, отдалился от мемберов и всё больше замыкается в себе. Парни уже давно заметили состояние своего друга, но не знают, как подступиться и чем помочь. — Может, просто напрямую спросим? – Юнги не выдерживает и предлагает самый очевидный, но самый сложный в исполнении вариант. — Если правильно найдём подход, то он откроется. — Легко сказать «просто спросим», как ты себе это представляешь? Что-то вроде: «Эй, Хоби-хён, почему ты последние две недели с нами почти не разговариваешь и ведёшь себя как бомба замедленного действия?» – так что ли? – терпение Намджуна тоже на исходе, как и у всех остальных. — Я не знаю, что нам делать с ним, — говорит Чимин, — у него бывают такие депрессивные заскоки, но обычно он всегда о них рассказывает. Видимо, произошло что-то действительно из ряда вон, раз Солнышко в таком состоянии. Совещание шестерых мемберов продолжается ещё минут двадцать, почти все из которых Хосок стоял в коридоре и слушал. Он отходил в туалет и по возвращении решил подслушать разговор о нём, хотя, не то, чтобы парни особо скрывались. Поняв, что к единому решению его друзья так и не пришли, он решил сам всё рассказать – всё-таки его ближайшие люди имеют право знать причину подобного поведения. Вечер. В компании из группы только Хосок и Намджун. Видимо, судьба распорядилась открыть душу сначала лидеру. В случае чего он может сохранить секрет, так что хоть об осведомлённости остальных переживать не придётся. Нет, Хосок не собирался ничего вечно утаивать, просто лучше рассказать самому, чем потом собирать о себе слухи. — Джун, можно? — собрав в кулак всё, что только можно, парень всё же заходит в студию лидера, надеясь на понимание. — Хён? Да, конечно, проходи. Что-то случилось? — Намджун несказанно рад, что Хосок пришёл к нему – тот не шёл на контакт чёртовых две недели, так что такой жест действительно важен и ценен. — Случилось, и вы все это прекрасно видите. Я слышал ваш разговор в танцзале и хочу объясниться, — Хосок подходит к Намджуну и опирается попой на его стол, нервно перебирая волосы. — Рассказывай. Ты две недели бегал от нас, и мы все переживаем за тебя. Что-то настолько серьёзное? — Ну, я просто не знаю, как вы к этому отнесётесь. Короче, — вдох-выдох, — в свои двадцать восемь лет я осознал, что меня привлекают мужчины, — Хосок ждёт какой угодно реакции, но Намджун разбивает все его ожидания, он подъезжает поближе на кресле и крепко обнимает за талию, утыкаясь лицом куда-то в рёбра. — И ты боялся рассказать это? — Ну, в общем-то, да. Мы много говорим со сцены и на камеру о поддержке ЛГБТ-сообщества, но не все же наши слова правда. Я не знаю вашего реального отношения к комьюнити, вот и переживал за реакцию. — Хён, даже привлекай тебя волшебные феи в костюме халапеньо – это бы ничего не изменило. Вызвало бы вопросы, да, но отношение к тебе не изменилось бы никогда из-за подобного факта. Какая разница кого ты любишь, если тебя все ценят не за это? — Возможно, не все такие. Мне просто страшно. А вдруг это всплывёт где-нибудь в прессе? — Слушай, если и так, то никто не поверит. К тому же, чего стоят все те фанфики с твоим участием. Фанатам определённо нравится делать из нас геев, ахах, так что расслабься. А и со своей стороны обещаю не выносить эту новость за пределы этой студии, сам расскажешь остальным, когда посчитаешь нужным. — Джун, ты лучший, ты просто лучший. — А каким я ещё могу быть для нашего Солнышка? Единственное что, мне интересно, как ты это понял? Вернее, как ты понял только сейчас? — Ты уверен, что тебе нужна эта информация? — Хосок замялся, ибо рассказывать о своей личной жизни, а тем более о проблемах в ней, как-то не хочется. — Если ты сейчас скажешь, что посмотрел на зад Чимина и возбудился – то поздравляю, ты не гей, на него так отреагирует даже самый заядлый гетеросексуальный гомофоб, если же причина в другом, то рассказывай, мне действительно интересно, — атмосфера немного разрядилась после такого ответа Намджуна и Хосок смог продолжить. — Обещай не ржать, — кивок. — Ну, короче, ты ж знаешь, что у меня есть девушка, была во всяком случае. — Юи? А почему была? Вы же два года были вместе, что произошло? — Джун, ты же вроде внимательно слушал. Я гей – вот, что произошло. В общем, у меня не встал. — Ну, с нашим графиком это вполне возможно, ты устаёшь и организм уже просто не способен на что-либо. Один раз ничего не значит. — Я бы не волновался, будь это один раз. Я не дурак, я понимаю, что усталость влияет. Это продолжалось месяц, я месяц не мог возбудиться и доставить удовольствие и ей, и себе. Причём это была только моя проблема, не было такого, что она меня не привлекала или не старалась помочь. — Не знаю что и сказать, хён. А дальше? — Она первая заподозрила, что дело не в усталости и посоветовала пройти обследование и узнать причину. Я пошёл, но там всё работало, в клинике не нашли ничего, что было бы причиной. — Ты умудрился в расписание вставить обследование? Ты спал вообще? — Нет, но это не так важно, — фейспалм Намджуна чуть не прошёл сквозь голову. — Хоби, послушай, важно. Очень важно, чтоб ты мог нормально спать. У нас и так на сон остаётся часа четыре. Ладно, что дальше? — Дальше я пытался. Я правда пытался, но так и не вышло. Стабильно полшестого. — М-да, печаль. Ну, и? — И ничего, я потом увидел на улице гей-пару и мне стало интересно попробовать. Я всё обговорил с Юи, и она дала добро. В общем, я переспал с парнем. — Ты смог? — Смог. Не волнуйся, всё прошло чисто и без травм, и никто об этом не узнает. — Подытожим, ты в какой-то момент перестал возбуждаться от своей девушки, по мужской части у тебя точно всё в порядке, ты решил для разнообразия переспать с парнем и понял, что тебя девушки перестали привлекать, так? — Получается, что так. Я думал поначалу, что, может, дело в Юи и с другой девушкой бы получилось, но нет, изменять я не хотел, а на порно тоже не встал. В общем, мы расстались мирно, и она мне пожелала удачи найти хорошего парня, она вроде как не злится и не обижается, но мне как-то некомфортно. — Почему? — Ну, представь эту ситуацию: ты два года в стабильных отношениях без ссор и скандалов, в которых помимо прочего шикарный секс, и тут твой парень начинает возбуждаться раз через два, а потом и вконец перестаёт, через некоторое время приходит и такой: «Милая, как ты отнесёшься к тому, что твой парень, возможно, гей и хочет попробовать в качестве эксперимента переспать с мужчиной?», — Хосок повышает голос и чуть не доходит до истерического писка. — Ну, не смешно ли? Я бы точно разозлился. А она спокойно это восприняла и сказала, что осознать ориентацию можно в любом возрасте и это нормально. — Я лично видел твою девушку всего пару раз, но моё к ней уважение возросло нереально. Надеюсь, вы останетесь друзьями. — Я тоже, — Хосок грустно вздыхает и в момент становится серьёзным. — Собственно, это то, почему я от вас бегал. Как раз две недели назад я осознал свой, так сказать, вектор влечения и расстался с Юи. Я не знал, как вы отнесётесь к такому, будет ли вам противно, что среди вас такой «ненормальный» мембер, я переживал за имидж группы, в общем да, я просто боялся рассказать. — Хён, что за детский сад? Нет, я понимаю, каминг-аут — это волнительно и на это нужно решиться, но ты серьёзно думал, что мы от тебя отвернёмся из-за твоей ориентации? — В целом, да. А сегодня услышал ваш разговор и решил поделиться с тобой. Не говори пока парням – я сам им расскажу, просто попозже. Я, честно, и в твоей реакции не был уверен, но я очень рад, что ты не злишься. — Ох, Солнце, иди сюда, — Намджун берёт Хосока за руки и встаёт, после чего крепко обнимает и просит. — Парням я не скажу, но перестань бегать от нас. Хорошо? Ты со стороны выглядишь пугающе: ты стал замкнутым и нервным, плюс, ты сильно похудел, что усиливает болезненный эффект. Хён, пожалуйста, выдохни и перестань прятаться. — Постараюсь. Джун, спасибо, что принял, — и обнимает ещё крепче. Хосок уходит и оставляет Намджуна с приятным чувством завершённости. Наконец-то тайна странного поведения раскрыта и можно спокойно продолжить работу. Действительно не имеет значения кого Хосок любит и кто его привлекает. Главное, чтоб он не переживал из-за этого так сильно. Намджун берёт телефон и пишет сообщение Юнги: «С Солнцем всё в порядке. Скоро узнаешь».