Мафиозник

Что-то тихо гудело, мокрая щека опиралась на какое-то холодное неприятное покрытие, пахло металлом… «кровью», — понял горе-беглец. Ноги неприяно болели, кости, казалось, начнут сейчас хрустеть так, что в другой галактике слышно будет… Сил подняться не было, и парень продолжал лежать. Что он тут делает? «Тут» — это где вообще? Продрогшими пальцами Степа ощупал поверхность. Плитка, вроде. Или камень. Что-то твердое и неприветливое. Пришлось разлепить глаза, чтобы наконец понять, что здесь происходит. Туская желтая лампочка освещала три серые стены, измазанные чем-то черным. Даже знать не хотелось, что это такое. Три серые стены… и решетку. С прутьями, железную и, казалось, не поддающуюся никакому насилию. С трудом сглотнув — горло дико саднило — Степа поднялся на колени. Голова закружилась, нахлынули воспоминания. Вот он подписывает какую-то бумагу странному на вид мужчине, обещавшему ему солидный гонорар, вот он пробирается в хранилище, достает важный документ и удирает, что есть мочи, от группировки полицейских. Вспомнил аптекаршу и капитаншу, милого на вид омегу в фуражке и тихо простонал — конечно, он находится ни где в ином месте, как в офисе, под носом у всего отдела. Сбежать отсюда равнялось подписанию приговора, да еще сил никаких не было. Ужасно хотелось есть, а спать — еще больше. Тут Сережа спохватился и проверил карман в жилетке. Ну конечно! Документ изъяли… Поэтому кроме побега придется еще как-то организовать обратное изъятие. Сережа прислушался. За тонкой стенкой шел оживленный разговор. Громкий властный женский голос о чем-то спорил с мужским, уже звенящим от напряжения. Порой они замолкали, и Степан пытался понять, кто это и что они там не поделили. Потом ссора вновь возобновлялась, и парень как мог навострял слух. О чем шла речь, саб-альфа из-за плотной стенки разобрать не мог. Это продолжалось минут десять. потом вдруг за той же стенкой запиликал телефон. Разговор мигом оборвался, женский голос что-то сказал, потом трубку сняли, и через пять секунд мимо решетки красный, как помидор, пронесся тот омежка, даже не обратив беглого взгляда на заключенного. Парень выскочил на улицу, хлопнув дверью. Так, врагов стало на одного меньше, надо было срочно что-то придумать… Осмотрев место заключения, степа попытался найти хоть что-то, что помогло бы ему бежать. К сожалению, ничего, кроме голых стен, койки и ведра в углу, в камере не было. Опечалившись, парень присел на кровать, обдумывая создавшееся положение. За стенкой продолжался разговор, Сережа давно понял, что это была та самая капитанша, только сейчас ее голос звучал как-то тихо и надломленно. В полнейшей тишине он смог различить отдельные слова, похожие на «вчера», «тело», «морг»… Возможно, убили кого-то, но Степан понимал, что находится в уголовном отделе, а тут всякое бывает… Вдруг раздался грохот — кажись, за стенкой что-то полетело. Потом какие-то глухие звуки, и вдруг тихое шипение. Горло резко запершило, закотелось прокашляться, а в воздухе повисла серая дымка. Альфа за стеной начала с кем-то потасовку, но этот кто-то имел преимущество неожиданности, и, судя по потоку ругательст, одерживал верх. Внезапно наступил финальный удар, и эпический махач закончился. Сережа с любопытством ожидал продолжения событий, позабыв, что он в клетке. Вдруг дым немного рассеялся и перед ним образовался высокий смуглый бета, почему-то смотрящий на Сережу как на что-то… м-м-м… — Привет, я Даня, ты Степан? — П-привет, да, я. — Бумага с тобой? — А ты кто? — странно было разговаривать с незнакомцем, почему-то знавшим тебя. — Это сейчас не важно, все, что тебе нужно знать — я был послан от того мудилы, который называет себя торговцем информацией… Бумага с тобой, не?.. — Нет, у меня ее забрали. Та сумасшедшая полиц… — Никогда не недооценивай своего противника, Стёпыч, — ухмыльнулся Даня, — она мне такой фингал поставила! Еле с хлопушкой одолел, кулаки у нее те еще… Короче, давай доставать тебя отсюда, забираем документ и валим с этой картофельной грядки! Степа улыбнулся. Чем-то этот бета ему понравился… Даня тем временем где-то раздобыл ключи, отпер дверь и Сережа почувствовал его запах. Конечно, беты особых феромонов не выделяли, как, например, вся полицейская группировка, в которой был собран целый букет запахов, но этого легкого аромата уже хватило, чтобы свести парня с ума. — Приятный запах… Но Даня, даже если я понял, виду не подал: — Это так мои хлопушки пахнут, пошли искать бумажку. Степа не заметил того томного взгляда, который бета бросил на него сзади, пропуская того вперед, в здание офиса. Дым совсем рассеялся, и альфа увидел следы потасовки: на полу валялись какие-то бумаги, пара стульев была разбросана у стен, а капинатша с самым развеселым видом, вырубленная, валялась где-то под столом. На лице у нее красовалась пара неглубоких порезов, да и Даня, при свете ставший более зримым, мог похвастаться огромным красным пятном под глазом. Нервно сглотнув, Степан остался стоять на месте, пока бета занялся потрошением ящиков стола. В конце концов они, вместе с папкой в руках, выскочили из отдела. Так как была ночь, а сигнализацию в офисе врубить не успели, на улице стояла звенящая тишина, лишь ночной ветерок трепал волосы. Переглянувшись, парни рванули в одну сторону, оставляя за собой отдел, все еще пахнувший каким-то лесом и свежескошенной травой.