Век чёрных дорог

— Ну что же вы, агент Слейден, пугаете нашу гостью?        Я выдыхаю. Всё-таки помирать не очень-то хочется, да и неприятно. Интересно, кто-же прервал наше знакомство на самом напряжённом месте? Я открываю глаза, которые закрыла до этого, и вижу, что к нам подходят две фигуры. Чёрная и белая.        Агент отпускает пистолет, не сводя с меня подозрительного взгляда. К нам подходит девушка-врач, что приходила ко мне в палату, и темнокожий мужчина во всём кожаном и с пиратской повязкой на левом глазу. Он невольно напоминает мне Бармалея, из-за чего я тихонько фыркаю. Мужчина переводит взгляд с агента на меня и смотрит оценивающе, как на товар. Я же на такое пристальное внимание задираю голову и холодно смотрю в ответ. «Бармалей» одобрительно хмыкает и поворачивается к врачу, что скромно стоит в стороне. — Доктор Фейлс, вы же утверждали, что наша пациентка слаба и сама встать, а тем более передвигаться не может. Однако вы, видимо, недооценили её возможности, — обращается он к девушке. — Простите, директор, — отвечает она, — я не думала, что она так быстро восстановится, учитывая её раны, это было маловероятным.        Так, это уже интересней. Значит, этот человек кожаный — директор. Вопрос чего? Я наклоняю голову влево и внимательно разглядываю «Бармалея». Хм, он точно не так прост. За пристальным разглядыванием я не замечаю, что разговор уже закончен, а потому вздрагиваю, когда раздаётся вежливое покашливание. Выплываю из мысленного транса и вопросительно смотрю на доктора, что отвлекла меня от раздумий. — Прошу прощения, но я должна провести осмотр. Прошу вас, пройдёмте в палату, — говорит девушка.        Я согласно киваю головой и иду за ней. За нами идёт директор, попутно давая указания агенту, который, к моему величайшему облегчению, кивает на его слова и уходит куда-то. Мы заходим в палату, из которой я несколько минут назад пыталась сбежать, и тут врач просто останавливается. Она с ошеломлённым видом смотрит на кровать и пол. Я в недоумении перевожу взгляд туда и тотчас понимаю причину её шока. Мысленно чертыхаюсь, потому что на меня сначала наорут, а потом будут выспрашивать каким же образом я умудрилась сломать иглы, причём на кусочки. Голыми руками, да без инструментов. Спиной чувствую заинтересованный взгляд «Бармалея» и обречённо вздыхаю, но тут же морщусь и прижимаю руку к груди. Доктор отходит от предынфарктного состояния и обращает внимание на меня, согнувшуюся пополам. Она помогает мне добраться до кровати и усаживает меня. Аккуратно разматывает красные бинты, хотя мне всё равно неприятно, так как кровь успела подзастыть и превратиться в корочку, и осматривает рану. Я тоже смотрю на неё и подмечаю, что выглядит это ужасно. Девушка отходит к раковине и берёт полотенце, смачивая его в воде. Им она осторожно вытирает кровь вокруг раны. — Рана открылась из-за перенапряжения, — она оборачивается к директору, — но ничего серьёзного, к тому же она выглядит на порядок лучше, — добавляет доктор после тщательного осмотра и начинает перебинтовывать грудь. — Хорошо, я могу поговорить с пациенткой? — спрашивает одноглазый у неё. — Думаю, да, но не слишком долго, — кивает на его просьбу врач.        Директор подходит ко мне и присаживается на стул, который я сначала даже не заметила. Я откидываюсь на спинку кровати и смотрю на него. Он поднимает с пола часть иглы и рассматривает её. — Это ведь вы её сломали, верно? — спрашивает темнокожий, поднимая голову, — впечатляет. Иглы достаточно крепкие, однако вы смогли сломать их голыми руками. Не расскажете как? — Простите, но я ничего не могу вам рассказать, — я сжимаю губы и немного качаю головой. — И почему же? — Потому что я не знаю точного ответа, всё, что у меня есть, — это лишь мои догадки. А они могут оказаться неверными, — говорю я, внимательно следя за реакцией. — В таком случае, поделитесь своими предположениями, — цепляется он за эту ниточку. — Нуу, — я делаю вид, что задумалась, — я ведь не знаю ни вас, ни как вы станете использовать эту информацию. Вы ведь можете обернуть её против меня. — Чтож, позвольте тогда представиться. Меня зовут Николас Фьюри, я директор ЩИТа, — он внимательно следит за мной. — Щита? — я фыркаю, — разве у щита может быть директор? — ЩИТ — это Шестая Интервенционная Тактико-оперативная Логистическая Служба, только сокращённо. — Вот это да. И чем же ваша служба занимается? — я складываю руки на груди и немного наклоняю голову. — Мы следим за безопасностью планеты от различных непонятных ситуаций, таких как пришествие инопланетян, — он вполне серьёзно отвечает, и я начинаю думать, что либо все вокруг долбанутые, либо это мой предсмертный бред. — Вы хотите сказать, что пришельцы существуют? — насмешка сквозит в моём голосе. — Именно, и у нас есть доказательства. Но об этом поговорим позже, расскажите лучше о себе. — И что вам рассказать, я почти ничего не знаю, — пожимаю плечами, — к тому же меня держали в изоляции последние семь лет. — Скажите, сколько вам лет, что умеете? — спрашивает он, опираясь локтями на колени.        Что я могу рассказать ему? А если он из Гидры? Меня же поймают и снова запрут. Внимательно смотрю на мужчину. Интуиция твердит, что ему можно доверять, а она никогда не ошибается. Эх, была, не была. Расскажу. — Если я расскажу вам, я могу быть уверенна, что об этом разговоре не узнает никто? — пристально смотрю на директора. — Будьте уверенны, вся правда останется между нами, — кивает он. — Хорошо, — я сцепляю пальцы в замок и начинаю говорить, — мне 21 год, родилась в СССР, в Красноярске. Когда мне было 14, на город было совершено нападение и меня забрали в плен. Надо мной много издевались, но я нужна была не для этого, — я прерываюсь и сглатываю. — Для чего же? — осторожно говорит Фьюри. — Чтобы испытывать на мне различные новые препараты, а потом проводили надо мной эксперименты. Но они не учли одну вещь, — говорить сложно, но я продолжаю, — Я становилась сильнее с каждым разом. Я сбегала несколько раз, но меня находили и возвращали. Но в последний раз, я решила, что, если они найдут меня, я не вернусь. Я знала, что тогда они меня убьют, и они это сделали, но вы нашли меня и спасли.        Директор задумывается, когда я затихаю. Отвожу взгляд и пытаюсь усмирить бешено колотящееся сердце, что чуть ли не выпрыгивает из груди. Наконец, Фьюри открывает рот: — Чтож, это объясняет, откуда в тебе столько силы. — Да, но своих возможностей я не знаю. — Ничего, позволь предложить тебе сделку? — я лишь киваю, — ты станешь агентом ЩИТа, а взамен мы поможем тебе раскрыть свой потенциал и предоставим тебе защиту.        Хм, сделка хорошая. Я задумываюсь. Я и вправду не знаю, на что я способна, а тут такой шанс. — Я согласна, — поднимаю взгляд на директора. — Хорошо, — кивает Фьюри, — последний вопрос, как тебя зовут?        Я прикусываю губу и решительно выдыхаю одно-единственное слово: — Астра.