Тобой потревожен покой

Милая моя, этот дым над рекой…       В комнате прохладно, я кутаюсь в короткий кардиган, не застегивая большие деревянные пуговицы. Небольшая квартирка на окраине микрорайона вмещает в себе всего пятерых человек, двух моих лучших подруг, его, меня и его друга, который весь вечер пытается склеить Соню. Глупенький мальчик не знает, что ей нравятся девочки. Блики диско-шара отплясывают на моем лице и отпечатываются где-то под веками, смена цветов слишком быстрая, поэтому я прикрываю глаза, откинув голову на спинку дивана. Горлышко пивной бутылки приятной прохладой расползается по ладони, взбалтываю её, отмечая, что на дне осталось немного.        В нескольких метрах от меня стоит ещё несколько бутылок фруктового пива, но мне так лень поднять тело с дивана. От алкоголя я слишком расслабилась, сильно клонит в сон и даже музыка, и яркие всполохи не могут заставить меня взять себя в руки. Мне нужно ещё немного, чисто для смелости, чисто для того, чтобы снова поговорить с тобой. Зовёт меня, тобой потревожен покой…       У тебя прекрасное имя, я перекатываю его во рту, не решаясь позвать. Влад. Ты всё понимаешь и сам, поднимаясь с кресла, берешь бутылку пива и передаешь её мне. Странно, что ты наблюдаешь, следишь за моим состоянием, как папочка. Я совсем не заметила, как допила вторую бутылку, буквально слизывая с горла остатки. Я прекрасно знаю, что между нами ничего нет, никаких переглядок, никаких случайных прикосновений и вовсе никакого секса. Всё это разбивается о глухую стену, у тебя ведь есть девушка, такая нежная, пахнущая ванилью, она учится в университете и все выходные пропадает у тебя. Несложно догадаться, что вы занимаетесь совсем не философией, о которой она так любит говорить часами. Я помню, что она любит молочный шоколад без сахара и орехов, что терпеть не может запах табака и спиртного, именно поэтому её никогда нет здесь.        Временами твоя квартира превращается в прокуренный притон, который мы устраиваем. Утром по полу разбросаны бутылки, где-то остается пепел, потому что прошлой ночью твой дружок опрокинул морскую ракушку, которую мы использовали, как пепельницу. Это ведь она привезла тебе её в подарок. Но каждое ебаное утро, слышишь, каждое, мы просыпаемся в одной постели, снова и снова делая вид, что это случайность, ведь больше спальных мест совсем не осталось. Твоя сестра, мояблятьлучшаяподруга стыдливо прячет глаза, наклоняясь к полу, чтобы собрать мусор и поджимает сухие губы. Она осуждает, я прекрасно об этом знаю, но она никогда не обсуждала со мной это. То дерьмо, что происходит между нами, да и что я могла ответить? «Прости, Лиза, так вышло, что твой брат трахает меня, имея любящую девушку, у которой глаза щеночка и ласковая улыбка, которая делает прекрасный завтрак из каши на овсяном и просто умопомрачительно варит кофе, не пролив при этом пенную шапку на плиту.» Ну уж нет. Никогда не говори об этом со мной, иначе твоя семейка просто добьет меня.       И вот опять, всё, кажется, повторяется. Ты так сильно сдерживаешь себя, стараешься даже не смотреть в мою сторону, не садишься рядом, знаешь, Влад, избегание проблемы-не её решение. Я наконец приняла сидячее положение, голова идёт кругом, басы колонки долбят по вискам, вторя биту песни. Сегодня на мне черная майка на бретелях и штаны на резинке. Кардиган прикрывает плечи. Ткань майки давно оттянута вставшими из-за холода сосками, и я слежу за твоим взглядом, который сейчас остановился на моей груди. Ты морщишься, подгибая под себя одну ногу. Что такое, дорогой, тебе больше не нравится? Я ведь помню, как твой горячий язык вылизывал каждую розовую горошину, втягивая её в рот. Бутылка проскальзывает в потной ладони, и я вновь прикладываюсь к её горлу, будто пробежала марафон, я впитываю каждую каплю. Алкоголь очень плохо влияет на меня, знаешь? Ты знаешь.       Я тоже разглядываю тебя. Черная футболка и черные брюки на ремне. Боже, да мы с тобой просто парочка из какой-то дорамы, одетая одинаково. Соня садится рядом, уложив свою голову мне на плечо. Я знаю, что вся уже пропахла табачным дымом, не один раз мы выбегали курить на балкон. Устраиваюсь удобнее, закидывая на неё ноги. Я знаю, что ты наблюдаешь. Взгляд касается изгиба стопы, обтянутой белым носком с красными сердцами, переходит на открывшуюся щиколотку, колени, бёдра, грудь, разлет ключиц, и о господи, мы снова столкнулись взглядами. Я замечаю, как желваки ходят на твоих острых, смуглых скулах, выпиваешь вермут залпом. Удивительно, как в тебя столько лезет. Пальцами я оглаживаю покатое плечо подруги, пока Лиза и твой дружок разговаривают на кухне. Вырисовываю круги на её руке, и ты бесишься, потому что знаешь, что мне тоже нравятся девушки. Я рассказала тебе это, кажется, недавно.       Наверное, когда мы вместе курили, и ты делился со мной мелочами, которые успел в ней заметить. Тогда я вроде бы сказала, что тоже бы не отказалась от такой девушки, как она. Как сейчас помню твою гримасу удивления на лице. Между бровей образовалась складка, глаза приоткрыты в немом вопросе. Ты скорее подумал об очередной дружеской шутке, но нет. Я действительно не понимаю, что сейчас не так, почему ты рассержен? Эту немую пантомиму прервали наши товарищи. Лизе срочно нужно было в магазин, который находится далеко, за чем-то очень-очень важным, кажется, она вспомнила, что её шампунь закончился, а золотое яблоко отсюда в семи остановках езды. Мое головокружение уже прошло и желание выблевать из себя чипсы с перцем и паприкой тоже. На мое удивление, дурацкую идею сходить за шампунем или не за ними вовсе, все поддержали. Черт, я не помню. Все, кроме нас. Мы, забавно, да? Опять сошлись во взглядах, что это опасно и глупо. В который раз ты дополняешь мою мысль, меня саму. Но почему-то выбираешь совсем не меня. Следующее воспоминание-шорох курток и замков в прихожей. Кажется, твой друг жаловался на проблемы с собачкой, и Лиза помогала ему застегнуть одежду. Быстро же он переключился с одной на другую. А вы похожи. Хлопает входная дверь. Вот мы и остались одни. Ты совершенно не обращаешь на меня внимание, усердно печатая что-то в своем телефоне. Интересно, она видела фотографии, на которых мы вместе в твоей галерее? Или ты подчищаешь за собой всё? М-да, вопросик. Мне нужно на воздух, в комнате слишком резко вдруг стало душно. Я слегка покачиваюсь, вставая с дивана, надо же, я не заметила, как ушла Соня, я вообще перестала замечать кого-то, кроме тебя. Лишь бы не упасть тебе под ноги в таком состоянии, это слишком унизительно, наверно это даже больше задело бы меня, чем, когда я ухожу утром из твоей квартиры, а ты молчишь. Просто смотришь, как с силой захлопывается дверь, не проронив ни слова. Я была уверена, что уже не чувствую химозный вкус паприки, но кажется нет. Острота на кончике языка не дает покоя. Ещё несколько шагов и ручка балкона в моей руке. Морозный воздух ударяет в лицо, кто-то не закрыл окно в прошлый раз и пол сильно надуло. Храни Господь Соню и её забывчивость, подруга оставила пачку чапмана на подоконнике. Можно считать, фортуна наконец-то отвернула от меня свою задницу. В пачке блестит кислотно-розовая зажигалка, ну надо же, это успех. Первая тяга оседает горечью в горле. Дальше легче, я даже не замечаю, что половину сигареты просто раздуло ветром, настолько сильно задумалась. Не помню, сколько прошло времени, прежде чем я почувствовала твой запах. Мята, одеколон, дурацкий синий винстон и куртка на моих плечах. Надо же, меня просто трясет, как стиральную машинку на экстра режиме, только сейчас поняла. Не хочу поворачиваться, лишь бы не сталкиваться с твоим взглядом карих глаз, лишь бы не… Ты сам разворачиваешь меня к себе лицом, надавливая на плечи. Только не опять, прошу. Ты стягиваешь на мне полы куртки, чтобы я перестала трястись, дело в холоде или? -Влад, нет. Голос почти ровный, зубы почти не отстукивают, а горло не вибрирует от холода. -Пожалуйста, котик, пожалуйста. Ты знаешь, что, если будешь говорить таким тоном, нашептывая мне на ухо, всё полетит в тартарары, моя выдержка, женская солидарность и здравый смысл. Всему этому просто не останется места в моей голове. Ты снова наклоняешься к моему лицу и мажешь губами по щеке. Разница в росте около тридцати сантиметров заметна, да. Со мной не так удобно, как с ней. Высокой, красивой, правильной, такой, как тебе нравится. Всё ведь не так, тогда почему, блять, ты возвращаешься из раза в раз и делаешь это? Пожалуйста, скажи мне.       Мои ладони упираются в твою грудь, такой горячий и такой неправильно уютный сейчас. Отворачиваю голову, почему это снова происходит? Почему я позволяю этому случаться, он же берет, когда захочет, у него уже есть любимый человек, я не та, зачем он делает это?       Его сухие губы касаются шеи у линии роста волос, плавно спускаясь ниже. Я ощущаю его теплое дыхание. Вздыхаю. Ты! Черт, ты же знаешь, что там нельзя, что это запрещенный прием, что я не смогу… Ай, плевать. Руками зарываюсь в короткие темные волосы на его затылке. Что я сейчас услышала, рычание? Приоткрыв губы, чувствую горячий скользкий язык, он медленно проходит им по нижней губе, всасывая её в рот, затем проникает внутрь. Руками он хватает меня за бёдра, и я чувствую трение его члена между нашими телами. Я бесстыдно выстанываю его имя, пока широкие ладони оглаживают и сжимают мои бёдра, поднимаются выше, под кардиган, задевают соски, обводя грудь круговыми движениями, обхватывают шею. Всё это будто не со мной. Это не я льну и отзываюсь на каждое прикосновение, оттягивая назад его голову за волосы, когда он слишком увлекся, играя с шеей, чтобы не осталось следов. Чтобы вообще ничего не осталось. Ослеп ли я? -Там, ещё, пожалуйста! Выпрашиваю повторной ласки, выцеловывая грубую линию челюсти. Очнись, дура, завтра он даже не посмотрит на тебя! Руки парня сильнее стискивают талию. Я так люблю, когда ты несдержан. Пожалуйстапожалуйстапожалуйста, сделай так ещё раз.       Я сама запрыгнула на тебя или ты взял меня на руки, сцепив руки в замок под ногами? Не помню точно. Но сейчас мы уже в комнате, на твоем лице пляшут разноцветные огоньки, погоди-ка, что со взглядом? Он слишком ясный и слишком…влюбленный? Бред. Ты опускаешь меня на пол, наспех смахивая всё с дивана, спустя мгновение я уже лежу на нём. Руками ты разводишь мои ноги, оглаживая колени,тазовые кости, пробираясь к груди. Пальцы сжимают и выкручивают до боли соски, ты тут же вбираешь их в рот, создавая контраст ощущений. С ней ты ведешь себя так же? Кардиган вместе с твоей курткой оказываются на полу, ты задираешь майку и несколько секунд просто сидишь, рассматривая моё тело, будто видишь впервые все эти родинки и тату солнца под ребрами. Влажный язык скользит от пупка к груди,оставляя мокрую полоску. Всхлипываю. -Ну же, не зажимайся, котик, мне нравится слышать тебя.       Как спусковой крючок, как команда выдрессированной собаке, и я отпускаю контроль. Доминируй, подчиняй, сегодня я позволю тебе это. На коже точно останутся синяки от всех этих поцелуев-укусов, щипков, пускай. Их всё равно не будет видно, тогда никто не уличит нас в этом.       Возвращаешься к губам, поцелуй до ужаса мокрый, мы сталкиваемся зубами, внизу живота приятно тянет.       Цепляешь руками резинку штанов и стягиваешь их вниз. Затем тянешь насквозь мокрые трусы, поочередно подняв мои ноги, стаскиваешь их, проходишь пальцем по косточке на ступне и смотришь. Да, это из-за тебя я такая, нравится?       -Сука, какая ты…       Проглатываешь конец предложения, опускаясь вниз, язык раздвигает влажные складки, и ты вылизываешь меня, полукружия зубов остаются на внутренней стороне бедер, твое имя на выдохе, да, вот так, зарываюсь рукой в ежик волос, чтобы направить, только не останавливайся сейчас. Она ведь не позволяла тебе делать это? Это ведь слишком грязно. Ты ведь не вытворял с ней всё это, да, она тоже так выстанывает твое имя, когда твой поганый язык между её бёдер? Надеюсь нет, надеюсь ты такой только со мной. С ней будь, пожалуйста, нежен.       -Влад, не останавливайся, умоляю.       Что сейчас было? Скулёж? Я подумаю об этом завтра, а пока посмотрю, как ты нагреваешь смазку в ладони и пальцы входят в горячее нутро. Растягиваешь меня и следишь за эмоциями, ты ведь прекрасно осведомлен о том, что я не могу сдерживаться. Поцелуипоцелуипоцелуи, как же мешает майка и твоя одежда. Стаскиваю её с себя, затем тяну твою футболку со спины. Хочется оставить след от ногтей, но мне нельзя. Да с какого перепугу?! Рассекаю твою кожу, уверенная, что там останутся кровавые крапинки.       -Тшш, тише-тише, котик.       Почему ты не остановил меня, не напомнил о своей девушке, она ведь может узнать. Сегодня всё по-другому, ты тоже ощущаешь это? Твои пальцы кружат внутри, ты разводишь их в стороны, поворачиваешь, вынимаешь из меня, чтобы снова вставить. Я уже достаточно растянута. Слышу, как ты разрываешь упаковку презерватива, раскатывая его по члену. Свожу ноги вместе, в комнате всё еще прохладно. Ты целуешь меня под коленом, и я снова позволяю тебе делать это вот так. Первый толчок, второй, третий. Это слишком медленно. Взглянув на тебя из-под опущенных ресниц, начинаю подмахивать бёдрами, пытаясь задать ритм. Как же хорошо, твою мать. Ладонью затыкаю себе рот, чтобы ты не слышал, но ты тут же отталкиваешь мою руку. -Нет, Вита, смотри на меня. Твоё тело влажное и я слежу за каждым движением. Мне так трудно удерживать зрительный контакт. -Да, вот так, моя хорошая девочка. Я цепляюсь за твоё запястье, шлепки, стоны, всё сливается воедино. -Я сейчас, я…       Кончаю, выгнувшись ему навстречу, рукой он придерживает меня за спину, сейчас мы слишком близко, ты снова целуешь меня где-то у основания шеи, деля ещё несколько размашистых толчков и кончаешь следом. Ты наваливаешься на меня всем телом, задушено выдыхаю в твоё ухо, какой же ты тяжелый. Мы лежим так ещё немного, и я чувствую, как дико хочется спать. -В душ? Твой голос тоже измотанный. -Скоро должны прийти ребята, не думаю, что мы успеем. -Они сегодня уже не вернутся. Я попросил Кирилла, чтобы девочек он оставил у себя, всё равно живёт недалеко. -Зачем?       Странно, раньше ты никогда не волновался, что нас застукают, неужели твоя девушка начала подозревать что-то? Такой дрянью себя ощущаю, знаю, что занят и всё равно позволяю ему и сама же упиваюсь этим ощущением. -Нам давно нужно было поговорить, не знал, как тебя ещё выловить. Мы больше не пересекаемся так часто, как раньше, ты не приходишь с Лизой, как обычно, после учёбы, на улице иногда даже не здороваешься со мной. Я просто не понимаю, почему ты избегаешь меня, я ведь давно расстался с ней, сразу после нашего первого раза, понимаешь?       Что? Что ты сделал? Поверить в это не могу. -В смысле, почему ты не сказал мне раньше и к чему это сейчас вообще, я что-то уже совсем не понимаю…       Расстались! Они разошлись наконец-то. Сердце бьется слишком быстро, я прям почувствовала прилив сил. Почему ты сделал это? Стыдно стало? Ты её разлюбил? Я нравлюсь тебе хоть немного? Мысли быстро сменяют друг друга, вместо того, чтобы ухватиться хоть за одну, спросить в чем дело, я просто молчу, упершись взглядом в плакат с Би- 2 на стене. -Маленькая, ты устала, да? Столько заботы в этой фразе. Поднимаю свой взгляд. В твоих темных глазах беспокойство, на что я просто киваю. Ты гладишь меня по голове, целуешь в макушку, в лоб, в висок. Между нами тонна невысказанности. -Давай поговорим завтра на свежую, трезвую голову, хорошо? А сейчас сходим в душ и ляжем спать, ладно?       Ты говоришь со мной, как с маленьким ребенком. Хочется уткнуться в твоё плечо и разрыдаться. Я снова киваю. Наощупь нахожу майку и свое белье, носки с меня ты так и не снял. Пока я одеваюсь ты находишь в шкафу полотенце и футболку. Это я тебе её дарила на день рождения, помню, в каком ты был восторге. Надо же, столько лет дружбы коту под хвост. Я не понимаю, что между нами сейчас и действительно надеюсь, что завтра мы поговорим. -Отнести тебя? -Ещё чего, сама дойду!       Нет, ну вы посмотрите на него, какой покладистый и нежный, я просто в шоке.       Упругие струи бьют по телу, смывая с меня этот вечер. Лизин шампунь закончился, поэтому пришлось мыть голову тем, что стоял на полке. Теперь от меня пахнет хвоей. Смываю с себя остатки пены и вылезаю из ванны, громко шлепая босыми ногами по кафелю. В стаканчике нахожу свою зубную щетку. Он что её не выкинул? Как много вопросов и так мало ответов.       Когда мятная пена исчезает в сливе, глубоко вздыхаю, рассматривая себя в зеркало. Зелёные глаза слегка покраснели от напряжения, короткие тёмные волосы липнут к лицу, и я промакиваю их полотенцем. Аккуратно вытираю влагу с лица и тела, надеваю его футболку. Странно, наверное, пахнуть другим человеком. Ещё немного топчусь на месте, борясь с желанием вызывать такси и свинтить домой, поджав хвост. О чём мы завтра будем говорить? Вдруг он обвинит меня в своем расставании и скажет, что всё ещё любит её. Или предложит оставить всё, как есть, просто дружеский трах по выходным. Не знаю, сложно. Опьянение прошло ещё на балконе и сейчас я чувствовала себя лучше. Никакого головокружения и тошноты. Просто чистая я в ванной своего передруга, в которого давно влюблена. Я рассмеялась. Всё так нелепо выходит, просто цирк какой-то. Бип-бип, Вита. -Ты долго ещё? Он просовывает голову в дверной проем, и оглядев меня с ног до головы, кивает каким-то своим мыслям. -Уже выхожу. Отвечаю, комкая белое полотенце в руках. Он проходит в ванную и слегка подталкивает меня к выходу. -Иди в комнату.       Не дождавшись, пока я выйду, Влад начинает раздеваться. Пока меня не было он переоделся в серые штаны и белую футболку для сна. Какой же холодный пол, он, что не закрыл дверь на балкон. Да, точно, видимо опять курил, хотя табаком в комнате не пахнет. Значит, решил проветрить. Ежась от холода, закрываю дверь, ловко провернув ручку. Сзади меня уже застелен диван, краешек одеяла откинут. Как же сильно хочется спать. Волосы всё ещё влажные. Хорошо, что фен он оставляет тут, где-то на полке. Наскоро высушиваю волосы, немного уложив их, хотя знаю, что всё равно проснусь с гнездом на голове. Но всё это будет завтра, а пока меня ждёт уютная постель и крепкий сон. Я уже почти уснула, когда почувствовала, как рядом от тяжести чужого тела прогнулся диван, он притягивает меня к себе, оплетя руками, чуть поерзав рядом, утыкается лицом мне между лопаток, что-то бормоча о классном запахе. -Спокойной ночи, котик.       Поцелуй в спину сквозь футболку почти неощутим, я сама придвигаюсь к нему, укладываясь удобнее. В комнате наконец-то стало тепло. Вот и всё. Совсем скоро наступит наше завтра.