Another Love

3. In my mind when she's not right there beside me I go crazy cause here isn't where I wanna be (Arctic Monkeys — R U Mine?)

*** Патрик чувствует себя полностью выпотрошенным после восьмичасовых съёмок. Он толкает дверь Старбакса* и хочет только одного — опрокинуть в себя самую большую порцию кофеина в мире. С переездом в Америку у него появилось много новых пристрастий и привычек, и кофе — одно из них. Бланко заказывает напиток, пряча уставшие глаза под большими очками. Две девчонки за небольшим столиком улыбаются ему, возбуждённо шушукаясь между собой — видимо, всё же узнали. Патрик получает свой айс капучино буквально за пару минут и сразу же выходит из кофейни, на ходу делая долгий, жадный глоток, зажимая пластиковую трубочку между губ. На улице он закуривает, ощущая, как приятная нега охватывает его тело. Вечер становится в разы лучше. Телефон в кармане джинс коротко вибрирует, оповещая о новом сообщении. Коммерфорд знает, что Стейси, его менеджер, должна была прислать рабочее расписание. Так и есть. Патрик пробегает глазами по документу и затягивается особенно крепко. У него были несколько другие планы на эти выходные, но ничего не поделаешь. Бланко блокирует телефон и двигается в сторону метро — как ни крути, а так добраться до дома будет куда быстрее. Никотин оседает горечью на губах, смешиваясь с кофейным привкусом. Патрик не хочет думать о том, что он впервые за всё время работы злится на Стейси и на это чёртово расписание, которое рушило ему его планы. Планы, в которые входило проваляться с Андером все выходные за просмотром очередного сериала, запивая это пивом и закуривая травкой. Лениво целуясь до боли в лёгких. Вот чем блять Патрик хотел бы заняться. Коммерфорд раздосадовано кусает губы и тушит сигарету о мусорный бак. Он выбрасывает окурок и допивает кофе, отправляя следом пустой стаканчик. Нью-Йорк успокаивающе монотонно шумит на фоне. Одна из изнанок модельного бизнеса — бесконечные модные вечеринки, которые ты обязан посещать по контракту. Ты как бы рекламируешь себя, но не слишком навязчиво. Публика — местная богема, не слишком раскрученные и абсолютные знаменитости, детишки миллиардеров — Патрик чувствовал себя в подобной среде, словно рыба в воде. Все эти вычурные сборища напоминали ему о Мадриде и Лондоне, о бесконечных бессмысленных тусовках, которыми он уже был сыт по горло. Теперь это стало частью его работы — очередная ирония жизни. Конечно же, агентство предоставляло места в списках для самых успешных — для тех, кого можно было продать подороже. Бланко всегда входил в это число. Также на выбор предоставлялась и одежда для выхода в свет — бренды присылали ворох модного тряпья, которое распределялось агентами между моделями. Пожалуй, эта часть Патрику нравилась больше всего — роскошь всё ещё доставляла ему удовольствие. Коммерфорд смотрит на алый костюм от Валентино и задумчиво проводит по хлопковой сорочке пальцем, коротким ногтем разглаживая ткань. Что же, даже если ему пиздец, как не хочется идти на эту вечеринку, он всё равно будет там королём. Патрик понимает, что пьян, когда ловит настойчивый ухмыляющийся взгляд какого-то смазливого официанта на своём лице. Он пытается прикинуть, сколько вообще выпил — кажется, несколько шотов (возможно, их было пять?) и пару коктейлей (неприличное количество, которое сознание отказывалось упоминать) — всё не так плохо, да? Бланко мутно смотрит на свою собеседницу, какую-то совсем уж юную начинающую модельку, имени которой он не запомнил, и осознаёт, что совершенно не понимает, что она говорит. Дерьмо. — Извини, милая, мне нужно срочно отойти, — Патрик бесцеремонно обрывает непрекращающуюся речь, отмечая, что собственный голос звучит вполне сносно. Не так отвратительно, как он ожидал. — Было приятно познакомиться. Патрик пробирается в уборную, ощущая, как его душит жар. Он выкручивает кран холодной воды на полную и склоняется над раковиной, подставляя шею. Дурман немного спадает, ослабевая хватку. Патрик смотрит на своё раскрасневшееся (видимо, под цвет костюма), поплывшее отражение, и достаёт телефон из брюк, растирая по лицу освежающие капли. В целом, он успел сделать всё, что от него требовалось — промо снимки для модного дома в начале вечера вышли шикарными, сучка Стейси будет определённо довольна. Завязал пару тройку полезных знакомств — несколько фотографов и агент одного французского бренда, с которым он давно хотел поработать. Патрик красиво улыбался в объективы камер весь вечер, томно смотря из-под опущенных ресниц. Сущее искушение в человеческом обличии. Больше от него ничего не требовалось, и Бланко вполне мог позволить себе свалить. Коммерфорд смотрит в экран смартфона, снимая блокировку. Пару минут он хмурится, что-то усиленно вспоминая, после чего всё же заказывает такси. Иногда ему легче сказать да, чем нет. Это правило касалось и вселенной, чёрт возьми. * Андер выныривает из сладкой дрёмы от настойчивого стука в дверь. Он фокусирует взгляд на электронных часах и вопросительно приподнимает бровь — почти два часа ночи. Муньоса дотягивается до телефона и проверяет сообщения — ничего. Стук не прекращается, кажется, кто-то яростно пинал его дверь из последних сил. Андер рывком поднимается с дивана, на котором задремал под шоу Джимми Фэллона**, и трёт лицо. Какого хуя кому-то понадобилось в такое время? Он неспеша доходит до прихожей, между делом поправляя помявшуюся одежду. Когда Андер открывает дверь, меньше всего он ожидает увидеть Патрика. Мать его, какого хрена? Бланко вваливается в его квартиру. От него тягуче пахнет табаком, алкоголем и каким-то тяжёлым, восточным парфюмом. Патрик улыбается — улыбка у него начисто шальная — и принимается возиться с ботинками. На нём полностью красный костюм. Дорогой и идеально скроенный. Андер смотрит на то, как Патрик всё же справляется с обувью и беззастенчиво достаёт сигареты из внутреннего кармана пиджака. Он закуривает, выдыхая дым с таким выражением лица, что Андера пробирает жгучая дрожь воспоминаний. Когда-то он кончал под ним с точно такой же мордашкой. Но дело было даже не в этом. Патрик никогда не приезжал к нему. Они всегда зависали в его пустой, шикарной квартире в самом центре. Муньоса скинул ему свой адрес ещё пару недель назад, но Патрик всегда увиливал от приглашений. А сейчас он стоял в его прихожей, жуя потрескавшиеся губы, и смотрел в ответ так, словно видел перед собой огромный, шоколадный торт. Который хотел сожрать целиком. Андер сглатывает. — Ты пьян. — Я знаю, — Патрик пожимает плечами и делает очередную затяжку. Разве можно курить настолько сексуально? — Но я же ничего не делаю. Андер хмыкает. Он делает несколько шагов, сокращая расстояние между ними, и забирает сигарету из чуть приоткрытого рта, затягиваясь. Фильтр немного влажный от чужой слюны. — Не дразни меня, Коммерфорд, — Андер выдыхает дым ему прямо в лицо. — У любого терпенья есть предел. Патрик заразительно смеётся. Он проводит рукой по своим коротким, платиновым волосам, и смотрит почти невинно. Падшие ангелы наверняка выглядят именно так. — Я просто хотел тебя увидеть. Ты против? Бланко возвращает Андеру его же фразу. Это очаровательно. Муньоса всё же наклоняется и целует его, языком собирая горький вкус табака. Патрик размыкает губы сразу же, ловя чужой язык своим. Он томно выдыхает в поцелуе и прижимается к Андеру всем телом — Андер понимает, что ограничиться только одними поцелуями в этот раз будет пиздец, как трудно. — Я принесу пиво, — Муньоса отстраняется, чувствуя, как возбуждение оседает в паху горячечной волной. — Комната прямо по коридору, тут сложно заблудиться. Патрик осоловело смаргивает и расслабленно ухмыляется чему-то своему. Он разворачивается и уходит, что-то тихо напевая себе под нос. Андер не разбирает, потому что слишком занят тем, чтобы успокоить собственное взбесившееся тело. «Остынь, чувак. Вы просто поцеловались, как и всегда», говорит он самому себе, добивая сигарету. Член Андера совсем с этим не согласен. «Он такой разомлевший. Наверняка, уже возбуждённый. Мокрый. И так вкусно пахнет. Ты видел, как на нём сидит этот костюм?». Андер вспыхивает от собственных мыслей. Он уходит на кухню и достаёт два пива, открывая себе сразу же. Делает глоток и прикладывает холодную бутылку к горящим щекам. Становится немного легче. Андер открывает верхний ящик и потрошит заначку — косяк необходим ему просто физически. «Не будь животным, возьми себя в руки», снова говорит он самому себе, прежде чем раскуриться. Из спальни подозрительно не доносится ни единого звука. Муньоса выходит с кухни, делая ещё несколько глотков. Он ожидает застать Патрика уснувшим — это было бы вполне естественно и решило бы массу проблем, но Коммерфорд не спал. Он удобно устроился на диване и увлечённо смотрел шоу, покачивая одной ногой. Когда Андер входит в комнату, он втягивает носом воздух и широко улыбается. — Так вот почему ты так долго, красавчик. Андер не отвечает. Он садится на диван рядом и протягивает Бланко косяк. Патрик двигается, освобождая для него место. Его тёплые пальцы касаются пальцев Андера, когда он берёт травку. Самоконтроль всё ещё слишком шаткий, поэтому Муньоса отворачивается к экрану, пытаясь сосредоточиться на шоу. «Ёбаное блядство», думает Андер, когда Патрик смещается за его спиной и прижимается к нему. — Если ты не перестанешь, я сделаю что-то, что явно выходит за понятие каких-либо поцелуев, — Андер всё же поворачивается и выдёргивает косяк, отправляя его в пепельницу. — Хватит. — И, что же ты сделаешь? — Бланко смотрит с вызовом. Его язык проходит по губам, увлажняя их. — Накажешь меня? Андер издаёт звук, похожий на рык, прежде чем поцеловать его. Его рука ложится на изящное горло, сжимая. Кожа плавится под его прикосновениями. Патрик льнёт к нему, вновь обдавая жаром. Андер не может им насыться. Он разрывает поцелуй и перехватывает правую ладонь, которая тянется к его лицу, обхватывая мизинец губами и втягивая его целиком в рот, ощущая привкус метала от украшения. Бланко стонет глухо. Его выражение лица становится совсем неосознанным. Андер опускает свободную руку ему на пах, сжимая. Как он и думал, Патрик возбужден до предела. — Чего ты хочешь? — Муньоса всё же находит в себе силы задать этот вопрос, покрывая чужую шею частыми поцелуями. Патрик сладко дрожит под его губами. — Трахнуть тебя? Коммерфорд тихо скулит, раздвигая бёдра. Андер проводит ладонью с нажимом и расстёгивает его брюки. Ох, блять. — Не сегодня, — шепчет Бланко, толкаясь в его ладонь. — Подрочи мне. Андеру кажется, что он глохнет. Он смотрит на Патрика в упор, пытаясь считать с лица напротив эмоции. Плоть под его пальцами влажная от смазки и такая твёрдая. Андер дёргает Бланко на себя, вынуждая съехать по дивану ниже, и достаёт его член. Он облизывает собственный палец и проводит им по головке. Патрик прикрывает глаза и стонет надрывно. — Ты специально это делаешь, да? — Андер обхватывает член в тугое кольцо и начинает с оттяжкой дрочить. — Нравится играть со мной? Патрик лезет целоваться. Он утягивает Андера на себя, разводя бёдра ещё шире. Его руки находят пах Андера и сжимают в ответ, пробираясь под домашние треники слишком проворно. Смазка течёт по их пальцам одинаково сильно. — Прости, — Патрик шепчет, двигая бёдрами навстречу. Он целует Андера в шею и обхватывает влажными губами мочку его уха, нежно прикусывая её. — Мне так хорошо с тобой. Они кончают одновременно. Андеру кажется, что мир останавливается, замирая в этом моменте. Патрик пачкает свою восхитительную, дорогую сорочку, забрызгивая её спермой. Ему на это откровенно плевать. — Ты дьявол, — Муньоса нежно касается чужих губ чувственным поцелуем. Тишина мягко окутывает их. — Как скажешь, — Патрик расслаблено улыбается. Истома растекается по его красивому лицу. — Пиздец, как хочу спать. Муньоса щёлкает пультом, выключая телевизор. Они засыпают в обнимку спустя двадцать минут в спальне Андера, словно какая-нибудь сладкая парочка. Впрочем, почему словно? tbc… __________________________ Старбакс — Starbucks Corporation — американская компания по продаже кофе и одноимённая сеть кофеен.* Ночное шоу с Джимми Фэллоном –популярное американское юмористическое ток-шоу, идущее в ночное время.**