Я успею!

«Простите, что прерываю ваше свидание, но у меня сообщение.

— Всегда у тебя сообщения в самое неподходящее время.

— Ради этого и живу».

Сериал «Потомки солнца»

      После происшествия Джин ещё неделю по инерции ходил на работу, шарахаясь от каждого альфы, который появлялся в диапазоне двух-трех метров. А потом скатился в глухую депрессию, которой и заканчивались обычно его панические состояния. Не зная другой возможности расслабиться, он прибегнул к самому известному ему способу: погрузился в привычный для него мир — мир книг. Там, где смелые альфы побеждали драконов, а прекрасные омеги вознаграждали их за это… Кхм, поцелуями.       Запойное чтение и дома, и на работе, и по дороге туда-обратно длилось больше месяца. Жаркий июль сменился знойным августом, а статус Джина так и не изменился…       Зато вечно болтающийся рядом Чимин неоднократно пытался «пробиться» к другу, погруженному в мир грёз, и нарушал его единение с миром букв своей болтовней.       В один из вечеров Джин перевернул последнюю страницу очередного романа и уставился на Чимина, который только-только досмотрел очередную слезливую серию дорамы и по привычке, как обычно, болтал с «пустотой»:       — … если пойдёт в этот раз меня провожать, то точно дам! Не буду течку ждать! Он такой…       — И кто на этот раз «такой» уж?       — О! Очнулся! Это — Юнги… Помнишь, парень у спорткомплекса пьяных придурков разогнал?       Джин кивнул.       — Он меня сегодня второй раз на свидание позвал!       — И ты готов позвать его… «на рамён»?       — Я уже в тех кустах был готов его позвать! А потом он позвонил…       — И откуда у него твой номер?       — Он сказал, что нашёл мою визитку там… Ну, не мою, а фирменную Skin Ноuse и позвонил. Сам понимаешь, кто трубку взял!       — Кто? — Джин смотрел на приятеля, как на диво, который готов был прямо на первом втором свидании…       — Я! Блять, Джин-и, я думал, ты очухался! Я взял трубку! Потому что я грёбаный секретарь!       Джин уставился на книгу у себя в руках и вдруг понял, что даже не помнит, о чём она.       — Чимин-а, а есть альфы-проститутки?       Чимин подавился печеньем и закашлялся до слёз.       — Совсем с катушек съехал?       — Пожалуйста, Чимин-и! Я не хочу с каким-нибудь стариком-альфой на всеобщем обозрении… — Джин уткнулся лицом в книгу, которую так и держал в руках, и оставлял подозрительные мокрые разводы на глянцевой обложке.       — А давай, мы просто найдём тебе хорошего альфу, а? Зачем собирать всякую заразу?       — Они вот прямо на дороге и валяются — хорошие альфы! Сейчас пойдём и сразу найдём! Я… Я за почти тридцать лет не нужен оказался ни хорошим, ни плохим альфам, Чимин-а…       Крупные слёзы, теперь уже не скрываясь, капали на сюрреалистичное изображение обложки, где могучий дракон загораживал собой красивого длинноволосого голого парня.             Жалостливый Чимин прижал к себе друга, и, отобрав у того библиотечное имущество, прошептал:       — Я сейчас позвоню Юнги и попрошу его организовать парное свидание… Есть же у него друзья-альфы? Он показался мне приличным… Я уж разбираюсь, поверь мне. А до четвёртого декабря, если ничего не получится, мы успеем купить тебе секс! Угу?       — До седьмого декабря…       — Почему до седьмого?       — Эта самая церемония назначена на седьмое число…       — Откуда ты знаешь?       — На сайте общины висит объявление, — Джин плакал, уже всхлипывая.       Чимин удивлённо посмотрел на него:       — Совсем охренели они там? А куда дед твой смотрит?       — Тише! Не знает он! Не надо его беспокоить! Я уже достаточно взрослый, чтобы уметь решать такие проблемы самостоятельно! У него и так сердце шалит!       — Они, типа, написали объявление: «Приходите, рассаживайтесь согласно купленным билетам. Сейчас трахнут девственника»?       — Нет… Просто, что будет открытое мероприятие для всех желающих членов общины, приуроченное к празднику её создания…       — Знаешь, Джин-и, а вот найдём мы тебе проститута! Не допущу никакого «алтаря» или, блять, «костра» для тебя! Только сначала, пока есть время, попытаемся по-хорошему…       Они оделись на парное свидание в свободные толстовки и широкие штаны и специально не стали пользоваться косметикой.       Задача была простая: продемонстрировать «богатый внутренний мир», а не стройные ножки и пухлые губки. Хотя обманывались при этом только они сами…       — По чашке кофе и в кино? — Джин, выслушав программу вечера, подозрительно уставился на Чимина.       — Прокофенация и кинчик! Тебе нет ещё тридцатника, Джин-и! Соответствуй! Юнги сказал, что друг у него — молодой. А нам такого и надо!       — Зачем молодого? — у Джина аж ладони вспотели…       — Старого тебе не надо, молодого не надо! Потом: «Почему я всё ещё не потрахался?» А затем молодого, чтоб ты губы облизнул — а у него уже стоит! Ясно тебе?       — Ясно!       Альфы ждали их в Старбаксе, в Хондэ, где располагались большие развлекательные центры, игровые комплексы и всюду были понатыканы кафе, кинотеатры и магазинчики.       — Привет! — Чимин уселся напротив альф, потянул к себе подставку, на которой два фирменных картонных стакана с кофе, и, глядя на Юнги и молоденького альфу, сидящего рядом с ним, представил им приятеля. — Знакомьтесь, Джин.       Юнги хмыкнул и, кивая в сторону младшего, смешно надувая щёки, передразнивая этим своего спутника, произнёс:       — Чонгук. Чон Чонгук.       У Джина разболелась голова сразу, как только он увидел «насколько» молоденького парня притащил на свидание с ними Юнги. В ахере был даже Чимин, не ожидающий от почти своего нового парня такой подставы. А мальчишка, которому, похоже, не было и двадцати, сидел довольный, что и было написано на его невероятно счастливой мордашке.       — Здесь посидим или есть другие пожелания? — а вот голос с хрипотцой и наглый взгляд сразу довесил образу «невиныша» лет пять, и Джин, понимая, что наглеет, спросил:       — Сколько тебе лет, Чонгук?       — Двадцать пять. Выпивку тебе купить? Самому-то не продают пока?       У Чимина на губе повисла капелька латте, потому что он даже рот от удивления раскрыл, прежде чем сорваться в смех.       А уж после того, как и Юнги начал приподнимать опущенные уголки губ, то Джину стало почему-то легко и свободно с парнями.       — Нууу, бывает, и не продают…       — Со мной не пропадёшь, — самоуверенность Чонгука могла конкурировать только с его оптимизмом.       Он просек ситуацию мгновенно и, ни выпив ещё ни грамма алкоголя, уже вовсю «рисовал» Джина, переставая наблюдать за ошарашенными Чимином и Юнги и переключая всё своё внимание на него.       В кино никому уже не хотелось, и они таскались по Хондэ, забегая в магазинчики за лёгким алкоголем, хоть и без него хорошее настроение этим вечером ни разу ничем не было омрачено…       Как и когда «отсеялись» Юнги с Чимином, Джин пропустил. Просто смеясь над очередной байкой Чонгука, вдруг понял, что никто его не поддерживает переливчатым «чиминовским» хихиканьем.       — А где они? — Джин округлил глаза на Чонгука.       — Кто? — Чонгук сделал страшную рожицу и начинал боязливо оглядываться, опять смеша омегу.       — Я не заметил, как ушли Чимин и Юнги…       — Ушли и ушли… Они нам разве нужны? — Чонгук прижал его к странно знакомому забору.       Джин краем глаза ещё успел увидеть, что дошли они почти до его дома, прежде чем требовательный поцелуй заставил его сначала запаниковать, а потом уже и вовсе расслабиться.       Ощущения были приятными…       Джин целовался и раньше: и в средней школе, и в универе, да и свидания у него пару раз случались. Только вот чаще всего альфы на следующий день или сторонились его, или вообще уходили «в закат», даже не помахав на прощание ручкой.       Целовался мальчишка Чонгук «вкусно». Не ждал, когда омега под его напором «растает», а сам подвывал в поцелуй, наслаждаясь.       А потом и вовсе полез к Джину под толстовку одной рукой, а второй уже шарил по паху, исследуя на предмет знакомства… С застёжками.       — Джин-и… — Чонгук выдохнул ему в губы. — Давай, помоги мне…       И вдруг со всей силы врезался в омегу, впечатав того в заскрипевший забор, и охнул, когда вся эта конструкция вместе с ними и обрушился.       Джин упал на спину, а сверху на него с кряком завалился Чон…       — Я те щас помогу! Погоди, лопату вот поудобней тока перехвачу и сразу помогу!       Джин, чувствуя лопатками твёрдые доски забора, а сверху тяжеленого альфу, не мог даже закричать, когда новый удар по Чонгуку, а соответственно, и по тому, кто снизу опять выбил из него весь воздух.       Не сказать, что Чонгук готов был терпеть нападение, но вот любая его попытка приподняться хоть на четвереньки сразу пресекалась «на корню». Только альфа приподнимал зад, как сразу черенком лопаты по нему и прилетало.       — Деда-а-а… — Джин сам себя еле слышал.       — Чаво? Узнал? Ах, ты, «подзаборный»! Чаво лежишь? Выползай из-под него! Пока я его закапывать не начал! — и старик действительно перехватил лопату так, как требовалось по назначению.       — Беги, — Джин шепнул Чонгуку, а тот, поняв, что нападающий и омега были знакомы и опасность нависла только над ним, сгруппировался и откатился в сторону, чтобы мгновенно вскочить на ноги и пуститься бежать по улице.       — Деда-а-а…       Джин лежал и не вставал, не решив, чего ему больше хочется: плакать или смеяться.       — Чаво? Убился?       — Ты мне всех альф разгонишь!       — Чай не впервой… — старик осекся и, чтобы скрыть свой промах, опять повысил голос. — Альфа? Вот тот альфа, кто завтра забор чинить будет! А не петлять, как заяц по проулку!       Кое-как собрав себя в кучу, Джин со стоном перевернулся на живот и не без помощи деда принял вертикальное положение, чтобы, держась за грудь и кашляя, отправиться восвояси…       Дед же, постояв с лопатой возле поваленного пролёта забора и повздыхав над предстоящей работой, поплелся следом за спасённым из «лап зверя» внуком.